Чужая. Новый отсчет

Он вдруг открыл глаза и едва слышно спросил:

— Ты кто? Ангел?

— Нет, малыш, к сожалению, я не ангел. Совсем не ангел.

— А я скоро увижу маму?

Марта покачала головой и произнесла совсем тихо, чтобы он не услышал:

— Я очень надеюсь, что нескоро.

Она смотрела на смуглое худенькое личико, заглядывала в красивые карие глаза, обрамленные густыми черными ресницами, и ее нечеловеческое сердце обливалось кровью. Конечно, он не был похож на ее светловолосого Сержика, но Марта так привязалась к несчастному мальчишке, что считала родным. Как же она хотела помочь ему!

Больше медлить было нельзя. Марта тут же подхватилась, договорилась с сестрами, чтобы присматривали за Серго и, отпросившись на несколько дней у старшей сестры, ушла из больницы.

Ей нужно срочно найти Мирослава, решила она. Без его знаний мальчишка не выживет. Она вспомнила, что семья Шумара собиралась в город Зета, что находился примерно в сотне верст от столицы, куда она не раздумывая и направилась, даже не представляя, как найдет его в большом городе.

Город Зета. Поиски

Марта шагала быстро, иногда переходя на бег, и тем временем раздумывала, как ей найти Шумара. Где же искать семью Самойловых в большом городе? Она помнила, что такая у Мирослава фамилия по отцу Грегору, который выправил всей семье документы, приписав всех к своему роду. Надо припомнить, что их объединяло в Нежичах? Ах, да! Точно! Их нужно искать в пекарнях и булочных магазинчиках.

Поутру, едва достигнув границ города, она стала обходить все лавки и хлебопекарни, начав с самой окраины. В поисках прошло двое суток, но ни в одной из пекарен не слышали о Самойловых. Возможно, они вовсе не пекут хлеб, а рубят лес где-то далеко в горах, где найти Мирослава было практически невозможно, ведь вокруг были сплошь горы да леса.

На третий день Марта вконец отчаялась и сильно проголодалась. Ей требовался отдых. Она вышла за городские ворота, решив закончить поиски, нужно было возвращаться к Серго. Но как же ей не хотелось уходить ни с чем! Увидев небольшую придорожную булочную за чертой города, девушка присела возле нее на скамью. Всё, решила она, если здесь нет Мирослава, придется идти в Цетине ни с чем.

— Марта?! — услышала она позади знакомый голос. — Как ты здесь? Что ты здесь делаешь?

Марта обернулась и обомлела, из дверей булочной вышел Шумар.

— Мирослав! Наконец-то я нашла тебя! — она кинулась к нему и заплакала.

— Ну-ну, перестань, вампиры не плачут, — он крепко обнял девушку и от радости рассмеялся. — Но как ты нашла меня? И зачем ты здесь? У тебя что-то случилось?

— Я ищу тебя уже третий день. Мне нужна твоя помощь!

— Садись и расскажи, чем я могу тебе помочь, — он сел на скамью и усадил ее рядом.

Марта рассказала о Серго.

— Я хочу спасти его. Мирослав, скажи, как его обратить?

Он покачал головой:

— К сожалению, Марта, детей обращать нельзя.

— Но почему?

— Дети-кровопийцы несдержанны и непредсказуемы, я знал множество случаев, и ни один из обращенных не выжил. Всех сожгли на кострах.

— Но он умрет!

Мирослав посмотрел с сочувствием:

— Марта, в твоей бесконечной жизни будет много потерь. Поверь. Надо научиться принимать неизбежное. Такое бывает, когда ты очень хочешь, но ничего не можешь сделать. Вспомни свою человеческую жизнь. У людей это особенно часто случается. Такова жизнь.

Марта покачала головой соглашаясь, но все же не отступила, она сложила в мольбе ладони и попросила:

— И все-таки расскажи, как это делать. Пожалуйста, я должна знать! Обещаю, буду следить за ним день и ночь! Научу всему, чему ты научил меня! Он будет моей семьей!

Шумар долго молчал, раздумывая, и наконец ответил:

— Ладно, слушай… Ты была близка к тому, чтобы обратить мальчишку, но после того, как ты дала ему своей крови, он должен был умереть.

— Что?!

— Да, именно так я поступил с тобой, тогда в часовне. Дав тебе своей крови, я выпил затем практически всю твою, человеческую, чтобы ускорить переход. А когда твое сердце перестало биться, оставалось только ждать, пока моя кровь проникнет во все сосуды и клеточки твоего тела. Но имей в виду, вампирской крови должно быть не менее полштофа, и запомни главное, не всегда может получиться. Тогда я очень рисковал, так как ты была больна и слаба. Не знаю, чтобы я делал, если б ты не очнулась, — он нахмурился и закрыл глаза, словно от сильной боли.

— Ну что ты, все ведь хорошо, — Марта обняла его и прижалась щекой к крепкому плечу. — И ты был прав, я многому научилась, и семья мне помогла. Конечно, я не такая мудрая и сдержанная как ты… — Она стушевалась, вспомнив, как ее застукала София, но признаться не решилась. — Знаешь, я скучала по тебе, даже звала. Выходила на горный уступ и кричала: «Миросла-а-а-в!»

Он улыбнулся:

— А мы ведь с тобой разминулись.

— Правда? Когда? — отстранилась она и посмотрела удивленно.

— Едва растаял снег, я ходил в твою деревню, в Негуши. Хотел навестить тебя, но сестра сказала, что ты ушла с первым таянием.

— Правда? Ты видел Софию и Тияну?! — лицо Марты просветлело.

— Да.

— Как они?

— У них все хорошо, они замечательные. Но почему ты ушла? Мы же договаривались, что я приду к тебе.

Марта горестно вздохнула:

— Я не могла больше ждать. Я хотела найти брата.

Он посмотрел на нее с сожалением и признался:

— Именно затем я и шел к тебе.

— Ты что-то знаешь о нем? — Марта нахмурилась, опасаясь услышать самое страшное.

— Твой Сержик жив. Я почти уверен в этом. Я нашел его в Цетине, в больнице. Он умирал, и никто за ним особо не ухаживал, в ту пору было очень много больных, сестер не хватало. Тогда я решил тайно выкрасть его. В тот же день я отнес Сержика знакомому вампиру-лекарю. Тот обещал его вылечить. И, думаю, у него получилось.

Марта вытерла слезы и улыбнулась:

— Правда?! Как мне найти его? Быть может лекарь обратил его, чтобы спасти?

Шумар покачал головой:

— Нет, вряд ли. Карл опытный вампир, он никогда так не поступит с ребенком, не обречет его на неминуемую смерть, — Шумар посмотрел осуждающе.

А Марта потупила глаза:

— Прости, но я так хочу спасти Серго! Позволь, я все-таки попробую. Но как мне найти Карла?

— Не могу сказать, — с сожалением пожал он плечами. — Вернувшись из Негушей, я пошел узнать, как здоровье Сержика, однако соседи сказали, что накануне лекарь уехал, прихватив с собой мальчика.

— Они уехали? — расстроилась Марта.

— Да. И, к сожалению, я не знаю куда.

Марта снова заплакала.

— Ну-ну, перестань. Я понимаю твою боль, но твоя жизнь бесконечна, и ты найдешь его рано или поздно. А насчет больного мальчика подумай как следует, прежде чем сделать последний шаг.

— Хорошо, я сделаю это только в крайнем случае. — Марта обняла его, и они так долго стояли, не в силах расстаться.

— И учти на будущее, обращение — это последняя мера, использовать ее можно только в случае крайней необходимости. За свою долгую жизнь я сделал это всего лишь раз. С тобой.

Она кивнула:

— Я поняла, я запомню.

Он отстранился и, проникновенно посмотрев в ее глаза, спросил:

— Быть может ты останешься со мной, с нами? Вскоре мы собираемся домой, в Россию. В Карелии нас ждут родные. Ты не представляешь, как там хорошо! Бескрайние леса и озера, там совсем нет гор, но там самое милое место на земле!

Но девушка лишь покачала головой:

— Прости, Мирослав, я верю тебе, и мне бы очень хотелось поехать с тобой. Но мой долг зовет меня, я должна вернуться к Серго. А потом… Потом я буду искать брата.

Шумар нахмурился и лишь вздохнул.

— А как зовут того лекаря?

— Его зовут Карл Гарде. Я очень надеюсь, что ты найдешь его, а вместе с ним и своего брата. Нет ничего важнее семьи, а для вампира тем более. С годами ты это поймешь.

Марта с благодарностью посмотрела на Мирослава, снова подивившись, какой же он благомыслящий, рассудительный и понятливый. Ей безумно хотелось поехать с ним, но сердце требовало другого — найти свою семью и свое место в жизни, а не жить чужой судьбой.

Шумар всё понимал, в этом и состоит сущность вампира — у каждого свой, и только свой путь, и как бы ему ни было досадно и горько, таково ее решение.

— Но когда же мы снова увидимся? — он посмотрел с сожалением.

— Я найду тебя, — пообещала Марта.

— Я буду ждать, — заверил он и крепко обнял ее на прощание. — Запомни место — деревня Кирьяж в Северном Приладожье.

— Я запомню, — прошептала она и, смахнув слезы, уткнулась ему в плечо.

Он поцеловал ее в русую макушку и, разомкнув объятия, легонько подтолкнул.

— Иди, Марта, и пусть твой путь будет легким.

Снова Мирослав смотрел ей вслед, и его сердце замирало от сожаления. Как же ему хотелось, чтобы она осталась с ним! Навсегда. Навечно.

***

В Цетине Марта пришла лишь к вечеру и сразу направилась в госпиталь.

Заглянув в палату, где лежал Серго, она обнаружила пустую кровать.

— Сестра Лесия, а где Серго?

Та обернулась и перекрестившись сообщила:

— Он умер сегодня утром, сестра Марта.

Горе Марты было безграничным! Она рыдала и корила себя, что ушла. Она должна была остаться рядом с ним! Не успела, не смогла спасти!

***

Наши дни. Друг или враг?

Марта устала. Устала настолько, что не хотела ничего знать, не хотела бояться, постоянно оглядываться и прятаться. Однако пытливый мозг сам по себе производил анализ. Кто в ее окружении вампир? Заглянув в комнату Ангелины и увидев, что та крепко спит, Марта прошла в кухню и, постояв возле открытого холодильника, закрыла его. Есть тоже не хотелось.

Итак, как же понять, кто ее укусил? На вечеринке было много народа. Тая пригласила даже Крестьянникова, который к удивлению Марты, принял приглашение и пришел. Но она с ним даже не разговаривала, а он поздравил именинницу, побыл еще с час для приличия и ушел. Так. Кто еще? Кто-то из одноклассников? Но, к ней почти никто не подходил, так как Глинников не покидал ее ни на секунду.

Напрашивался единственный очевидный ответ — это Денис. Ведь только после встречи с ним, причем наедине, она заметила укус. Впрочем, может, она просто не замечала раньше? Ой! А может это случилось вчера? На сеансе у доктора Герда? Хотя вряд ли, она бы заметила укус. Нет, это точно Денис, больше некому. А может нет? Ведь кто-то сделал это так, что она даже не заметила, значит, это мог быть кто угодно. Стало страшно…

Ох, как ей хотелось, чтобы это оказался не Глинников! Кто же ты, Денис? Друг или враг? Марта терзалась и пыталась рассуждать логически, но страх не давал мыслить здраво.

До самого утра она ворочалась, мучаясь от догадок и сомнений, сбрасывала одеяло от того, что бросало в жар, затем снова укутывалась, дрожа от холода. Вставала, шла к зеркалу (может все ей показалось?), потом в кухню, заглядывала к тётушке, но разбудить ее не решалась. Чем Ангелина поможет? И вообще лучше ей быть в неведении, подумав решила Марта и, наконец устав от терзаний, уснула.

***

Проснулась Марта к полудню, будто кто-то толкнул ее в бок. Страх не отступил, напротив, утром все казалось гораздо хуже, чем вчера. Ее охватило чувство безысходности. Как теперь жить, зная, что кто-то использует тебя, а ты даже не замечаешь этого? И узнать, кто это, не представляется возможным. Она села на кровати и прислушалась, из комнаты Ангелины доносились звуки улицы: вот прозвенел колокольчиком трамвай, раздался звук автомобильного клаксона, а за ним резкий звук тормозов. Звуки были хорошо слышны, словно окно было распахнуто настежь. Марта встала и, накинув халат, вышла на цыпочках в прихожую. Мельком глянув на вешалку, она поняла, что тётушка уже ушла в университет. По воскресеньям у нее были факультативные занятия. Марта выдохнула, вероятно, Ангелина просто открыла для проветривания окно и уходя забыла его закрыть.

Она открыла дверь в комнату и вскрикнула от ужаса.

В любимом тётушкином кресле сидел… Лесник.

— Ну наконец ты проснулась. Я не посмел тебя будить.

Волосы зашевелились на голове, как долго он тут?

— Я пришел утром, едва Ангелина ушла на работу, — сообщил он, словно прочитав ее мысли. — Поговорим?

Марта похлопала глазами, не в силах сдвинуться с места. Кажется, она знает, кто ею питается…

Глава 17

Наши дни. Укус вампира

Сегодня Лесник выглядел немного лучше. По крайней мере, на этот раз он был в чистой одежде, коротко подстрижен и с аккуратной бородкой, кроме того, выглядел спокойным и даже добродушным, а не диким и агрессивным, как в прошлый раз.

Заметив ее изучающий взгляд, он невольно пригладил рукой бороду и, поерзав в кресле, замер, стараясь не делать резких движений, чтобы не напугать ее снова.

— Не бойся меня, я не причиню тебе зла. Я хотел прийти раньше, но не мог. Боролся с инстинктами, — на мгновенье в его глазах промелькнул плотоядный огонь, но он тут же опомнился. — Ты хорошо меня знаешь, просто не помнишь.

Он помолчал, наблюдая за девушкой. Та стояла, как истукан, не в силах вымолвить ни слова.

— Прости, что в прошлый раз напугал тебя. Я много лет живу в лесу и мало общаюсь со смертными. Но едва узнал, что тебе угрожает опасность, тут же примчался.

— Ка-ка-как ты вошел? — еле слышно спросила она.

Он кивнул на окно:

— Ангелина часто оставляет окно незапертым. Это плохая привычка.

Марта напряглась:

— То есть, ты…

— Нет, я здесь впервые, — поспешил он ее успокоить. — Просто много раз и подолгу наблюдал за вами. Если честно, я вообще впервые в Санкт-Петербурге. Красивый город, кстати. И у тебя дома я тоже в первый раз, — в его словах послышалась то ли обида, то ли просто огорчение. — Но сейчас нет смысла объяснять, почему так получилось, хоть мы с тобой… м-м-м… дружим много лет. Ты ведь ничего не помнишь, верно?

Он поднялся, и Марта инстинктивно сделала два шага назад, в сторону двери.

— Если бы я хотел убить тебя, то давно сделал это… Раньше ты была смышлёней, — осуждающе покачал он головой, затем подошел к письменному столу и, взяв в руки семейную фотографию в рамке, улыбнулся: на фото были Марта с Ангелиной в красивых летних платьях, вероятно где-то на курорте. — Пойми, ты должна доверять мне, иначе я не смогу тебе помочь. Себе помочь.

— Ты о чем? — Марта смотрела на него снизу вверх, ужасаясь, какой же он большой, высокий и широкоплечий. Было в нем что-то хищное, опасное. Впрочем, неудивительно. Но даже будь он обычным человеком, все равно внушал бы страх.

Лесник поставил фоторамку и снова уселся:

— Присядь, поговорим…

Марта послушно, как бандар-лог под взглядом Каа, прошла к дивану и села на краешек, ближе к двери. Он снова усмехнулся.

— Ты прислала мне письмо, и я сразу приехал. Здесь я уже почти четыре месяца, но почти не продвинулся в расследовании.

Марта удивленно похлопала глазами:

— Какое письмо? Электронное?

Он рассмеялся:

— В глухих карельских лесах интернета нет. Увы. Это было самое обычное письмо. И пока оно до меня дошло, с тобой приключилась беда, я едва не опоздал. — Его лицо исказила гримаса боли. — Да, это я отвез тебя в больницу. Даже рискнул и дал своей крови. Кстати, может это тебя и спасло, потому что шансов выжить у тебя практически не было. Но сейчас я должен разобраться, кто это сделал с тобой, и как вообще у них получился обратный процесс – обращение вампира в человека, — Лесник говорил спокойно и тихо. — У меня есть предположение, что за всем стоит А́дам Пя́тник, это очень старый, хитрый и умный вампир. Но пока нет возможности это проверить. Они ищут меня, практически сидят на хвосте, все время вынуждая скрываться и прятаться. Пытаются выйти на меня через тебя. В прошлый раз, когда мы встретились на остановке, я обнаружил слежку за тобой и сам едва не попался. Раньше ты могла бы мне помочь, но теперь... Скажи, что ты помнишь?

Марта пожала плечами, открыться перед ним она не решалась.

— Практически ничего… Лишь отрывки из моей прошлой жизни. Так они поэтому меня не убивают? Хотят выследить тебя?

Он кивнул.

— Хорошо, что ты ничего не помнишь, но тебе нужно быть осторожной. Вампиры коварны. Имей в виду, они могут оказаться ближе, чем ты думаешь. Пока они не нашли меня, тебе ничто не угрожает, но если вдруг… — Он снова свел брови и закрыл глаза, словно от сильной боли.

На мгновенье Марте показалось, что она уже видела эту гримасу боли, и готова была провалиться в забытье, как обычно. Но в этот раз чуда не случилось, она ничего не вспомнила.

— Я как-то могу помочь? — нерешительно предложила она.

Он рассмеялся:

— Никак. Теперь ты всего лишь человек, слабая беззащитная девчонка. Просто будь осторожной и никому ни о чем не рассказывай. Помнишь?.. Ах, да, конечно, нет. Но когда-то я учил тебя — не открывайся никому. Молчи, если можно промолчать. Теперь, когда ты человек, тебе нужно опасаться, так как тобою можно питаться…

Марта могла умолчать и, следуя его совету, умолчала, что это уже случилось. Она все еще не доверяла ему, ведь он был вампиром, существом хитрым и коварным, как сам только что сказал.

Тем не менее она спросила:

— А что можно сделать, чтобы никто мне не мог внушить? И главное, кого мне опасаться?

— На первый вопрос ответа нет. От внушения вампира спастись невозможно. Насчет второго… Главное бойся того, кто обратил тебя в человека. Признаться, я даже не знаю, как он это сделал. Это какое-то древнее учение или что-то новое?.. — Лесник запнулся и прислушался.

— Кто он? Кого надо бояться? — повторила Марта свой вопрос.

— Прежде всего самого А́дама и его помощника Давидиани…

Марта в ужасе уставилась на него:

— Значит, Алекс все-таки вампир?!

— Есть и еще вампиры, я не знаю всех, но точно знаю, что… — Он вскочил с кресла и замер.

— Что такое? Что случилось? — испуганно спросила Марта.

— Ничего никому не говори. Будь настороже...

В этот момент в дверях прозвучал звонок.

— Открой. Обо мне ни слова. И помни, я обязательно вернусь, как только все узнаю. Тогда я буду приглядывать за тобой день и ночь. Я обязательно узнаю и сообщу тебе, кто в твоем окружении нежить…

В дверь снова позвонили, уже настойчивей. Марта встала, чтобы открыть и обернулась, но Лесника уже не было, лишь на окне заколыхалась занавеска.

— Чего так долго не открывала? Ты не одна?

Марта впустила Таисию, все еще оглядываясь.

— Нет, просто еще не вставала, недавно проснулась, вчера что-то не спалось, — пояснила та и прикрыла за подругой дверь. Затем быстро прошла в комнату и как следует закрыла окно.

Таисия вошла следом и плюхнулась на диван.

— Понятно, а я думала ты со студентом, — хихикнула она и хитро прищурилась. — Значит, хорошо вчера погуляла? Я как раз пришла обсудить с тобой вечеринку. Как у вас с Денисом?

Марта с упреком посмотрела на подругу.

— А что за интерес? Тебе он нравится, — скорее подтвердила, чем спросила она.

Тая потупила глаза.

— Да о чем говорить? Он твой... Но Денис классный, смотри не упусти его.

Марта рассеянно спросила, все еще думая о своем:

— И чем же он, по-твоему, так хорош?

Тая закатила глаза к потолку:

— Ну... Он веселый, симпатичный, а главное надежный. Разве ты не заметила? Да он просто мечта любой девушки! Да еще будущий врач.

Марта рассмеялась, она даже не ожидала такой разумной и серьезной оценки от взбалмошной Таиски.

— А как же историк?

Тая отмахнулась:

— Да, с историком был просто импульс, ерунда, уже все прошло, — она виновато улыбнулась и немного неравно поправила свой любимый пестрый платок на шее.

— Ладно, пойду, я вообще-то в торговый центр собралась, поедешь со мной?

— Н-н-нет, прости, хочу отдохнуть после вчерашнего, — сейчас Марте очень хотелось побыть одной.

— Ладно, тогда встретимся вечером?

Таисия встала и, снова поправив на шее платок, направилась в прихожую.

— Тая, ну-ка, постой, — окликнула Марта.

— Что? — вопросительно посмотрела Таисия на подругу.

Та подошла ближе и, резко вскинув руку, дернула платок, он развязался, обнажив шею.

— О боже! Что это? — опешила она, увидев на шее подруги две красные точки.

Таисия, кажется, испугалась и начала торопливо завязывать платок:

— Я… Я не знаю… У меня аллергия, наверное. Иногда у меня появляются такие прыщи.

Марта была в шоке. Укусы были свежие! Значит, их укусил один и тот же вампир! Вчера на вечеринке! Получается, в их классе действительно есть вампир!

— Но это не прыщи! — воскликнула она. — Это две кровавые дырочки. Ты разве не видишь? Я вижу. Похожи на укус вампира, не находишь? И как часто они появляются? Я давно заметила, что ты периодически надеваешь этот дурацкий платок!

Таисия сначала оторопела и вдруг расхохоталась.

— Ты чего? Ха-ха-ха! Шутишь?

Но Марта была серьезна как никогда.

— Послушай, если тебя кто-то обижает, ты должна сказать… — преградила она подруге путь к двери.

— Ха-ха-ха! Ой, не могу! Ты поверила в эту чушь, о которой говорил Крестьянников? У тебя с головой все в порядке? Ясно! Вы с ним оба больные на голову. Я вообще подозреваю, что он сам напечатал то эссе. Говорю тебе, это аллергия, завтра все пройдет, вот увидишь.

Марта смутилась и отступила на шаг:

— Думаешь, он сам напечатал? Но зачем?

Тая пожала плечами.

— Да фиг его знает, ненормальный. Марточка, это просто аллергия, правда.

Та смутилась и попыталась взять себя в руки. Вообще, что на нее нашло? Разве можно так пугать подругу? Это все из-за Лесника!

— Прости, говорю какую-то ерунду. Я действительно в последнее время неважно себя чувствую, плохо сплю по ночам. Ладно, встретимся вечером в кафе. — Марта смешалась и, поцеловав Таисию в щеку, с облегчением закрыла за ней дверь. Ей многое надо обдумать…

***

— Детка, ты почему не ешь? — Ангелина вернулась с работы и, приготовив наспех легкий ужин, села за стол.

— Нет аппетита… Ты, прости, я не успела ничего приготовить, долго спала, потом пришла Тая… — О визите вампира Марта решила умолчать, ни к чему тётушке лишние волнения.

— Ничего страшного, милая. Я не очень голодна. Знаешь, сегодня был замечательный день, ребята устроили мне сюрприз. Ты же знаешь, как я люблю старые скульптуры, картины и вообще древнее искусство. Так вот, они повезли меня в пригород… Марта, ты совсем не слушаешь. Что-то произошло?

— А? — рассеянно откликнулась та. — Нет, нет, не беспокойся. Просто после вчерашней вечеринки еще не пришла в себя и не выспалась, я же говорю… Я пойду погуляю, мы договорились с Таисией.

— Хорошо, детка, иди.

Марта обернулась:

— Да, и еще. Пожалуйста, закрывай у себя в комнате окно на задвижку, особенно ночью. Хорошо?

Ангелина изменилась в лице:

— Марта, ты всегда говорила так раньше, когда была… Ну, ты поняла… Что-то все-таки случилось?

Та остановилась на полпути и уставилась в окно. Перед глазами все поплыло, и Марта провалилась в темноту…

***

1931 год. Марсель, Франция.

«Здравствуй, моя дорогая Софи!

Не знаю, как долго будет письмо в пути, но искренне надеюсь, что достигнет Негушей рано или поздно. Ведь нас теперь разделяют многие вёрсты и чужедальние страны. Прошло долгих семь лет, как мы расстались с тобой, милая сестренка. Как много событий произошло за это время, и как мало достигнуто мною, увы! К несчастью, я все еще не нашла Сержика. По крупице, по маленькому шажку я приближалась к цели, но все время опаздывала и теряла нить, ведущую к брату.

Наконец, долгие поиски привели меня во Францию, в южный городок Марсель. Как я здесь оказалась? Расскажу кратко. Порасспросив в Цетине соседей о лекаре Карле Гарде, о котором я писала тебе подробно в прошлый раз, я наконец нашла через его дальних родственников родного брата Карла — Германа, проживающего здесь, в Марселе. Это чудесный человек! И он такой же, как я (ты понимаешь, о чем речь). Так вот, он дал мне надежду найти братишку, то есть найти лекаря Гарде, а вместе с ним и Сержа. Как будто тот теперь проживает в Испании, что не наверняка, а лишь догадки. Но у меня снова появилась нить, а значит надежда.

Мой Сержик уже, наверное, взрослый, ему должно быть шестнадцать лет. Молю Всевышнего о его здоровье и благополучии, как и о вас молюсь ежечасно и всегда помню, мои родные. Лелею надежду, что в вашей жизни все хорошо, в прошлый раз ты писала, что ждешь рождения первенца. Ах, какое это огромное счастье! Как бы я хотела быть рядом с тобой в такой час! Пиши мне подробнее обо всех и обо всём. Письма отправляй теперь на этот адрес. Если я уеду в Испанию, как намереваюсь, милый мсье Герман Гарде перешлет мне твое письмо.

В следующий раз, когда вернусь, напишу о мсье Германе подробнее, и о городке, и о своих успехах в поисках брата. Скажу лишь, что места здесь дивные, чудесные морские пейзажи, и весьма приветливые обитатели. Планирую остаться здесь на несколько лет, потому как решила продолжить начатое в Праге обучение и поступить теперь уже в университет. А посему теперь спешно штурмую местные библиотеки, готовлюсь к экзаменам, которые состоятся вскоре.