Виновница торжества

Кристиан галантно отодвинул мне стул, его пальцы на миг задержались на спинке, почти касаясь моих плеч, и сел напротив, его взгляд – тёплый, пронизывающий – сразу приковал меня к месту. Эти движения невольно напомнили о нашем ужине с Дэвидом: хоть он и был похабным парнем, но манеры ухаживания у него тоже были на высоте – его руки на моих бёдрах, язык между ног… Я легонько тряхнула головой, отгоняя мысли о нём, чтобы полностью насладиться моментом с Кристианом, но внутри кольнуло виной: "Ты здесь с ним, Лэйн, а тело всё ещё помнит другого."

Мужчина заказал нам вкусный ужин: нежный фуа-гра с бриошью и чатни из инжира на закуску, за которым последовал турнедо Росссини – сочный филе миньон с трюфелями и мадерой, – и по бокалу вина, идеально сочетающегося: богатое, бархатистое Cabernet Sauvignon от Château Margaux, с нотками чёрной смородины и дуба, которое разливалось по языку теплом, усиливая все ощущения.

Разговор начался с мероприятия, которое мы так и не обсудили нормально: закрыли последние штрихи – от флористики в стиле прованса до живой музыки струнного квартета, – и когда нам принесли ужин, темы перешли в более личный формат, интимный, как шепот в темноте.

– Я очень редко такое устраиваю, – сказал он, попивая вино, не сводя с меня глаз – его взгляд скользил по моему декольте, заставляя кожу гореть. – Но для тебя мне хотелось сделать что-то достойное, – поставив бокал, он перешёл к ужину, но его нога под столом слегка коснулась моей, посылая электрический разряд вверх по бедру.

Я вздёрнула брови от такой откровенности, сердце пропустило удар – "Для меня ещё никто так не старался", – мысленно вела я диалог с собой, чувствуя, как приятное тепло разливается внутри от этого внимания, смешиваясь с возбуждением.

– А я никогда в подобных местах и не была, – ответила я, оглядывая ресторан: пары за соседними столиками перешёптывались, свечи мерцали, создавая игру теней на лицах.

– Мне казалось, что мужчины толпой за тобой ходят, – он слегка прищурил взгляд, но голос был мягкий, с ноткой ревности, которая только разожгла огонь внутри.

– Меня всегда бросали в барах, говоря: "Извини, Лэйн, но у меня есть другая, а ты была запасной", – хмыкнула я, проводя аналогию с собой – и это вышло иронично, болезненно, ведь вчера с Дэвидом я была именно такой: запасным на лавке.

– Мне кажется, ты заслуживаешь большего. Умная, красивая девушка, – он снова оценил мой наряд, его глаза задержались на изгибе моей груди, где ткань платья натянулась. – Очень красивая, – от его слов я облизнула губы, чувствуя их сухость, и поспешно взяла бокал вина, чтобы скрыть дрожь в руках.

На фоне играла спокойная, чувственная музыка – саксофон и фортепиано, как ласка, – и казалось, эти стены слышали множество секретов, откровенных комплиментов и даже стонов в уединённых уголках.

– Я ещё заметил тебя, когда ты появилась в офисе впервые: на тебе была очень красивая облегающая юбка чёрного цвета и белый топ, подчёркивающий твои формы, – сказал он, и я удивилась, как он точно запомнил меня в мой первый день, это кольнуло сладко. – Очень сдерживался – ведь был плохой опыт, о котором я тебе сегодня говорил. Старался держать тебя на расстоянии, но твоя пара неуклюжестей заставляла меня ещё больше быть рядом, – он вздёрнул бровь и посмотрел с азартом, его взгляд обещал приключения. – Как удачно всё сложилось с этим праздником, – он улыбнулся, и эта улыбка осветила его лицо, делая его неотразимым.

– Если бы не он, то, наверное, ты бы так и строил для меня стены, – с грустью посмотрела я на него, моя рука лежала на столе, и он нежно взял её в свою – его пальцы переплелись с моими, тёплые и сильные.

– Нет, я бы начал уже сам действовать, – прошептал он, сжимая ещё крепче и ласковее, его большой палец поглаживал мою кожу, посылая волны мурашек по руке.

Кристиан предложил пройти на крышу ресторана и посмотреть на ночной город – мы поднялись по лестнице, и панорамный вид открылся во всей красе: Сан-Франциско блестел от огней, как россыпь драгоценных камней, мосты мерцали в темноте, а ветер шевелил мои волосы. Я чуть поёжилась от холода, и мужчина это заметил: снял с себя пиджак, накинул его на мои плечи – ткань ещё хранила тепло его тела и аромат одеколона, обволакивая меня, как объятие. Мы подошли к перилам, и я почувствовала, как сзади приблизился Кристиан, его руки легли на мои, сплетаясь пальцами, а горячее дыхание коснулось шеи, доводя до мурашек – они пробежали по спине, заставляя тело выгнуться навстречу.

– Как красиво, – прошептала я, глядя с восхищением, и повернула голову к нему: с виду он выглядел серьёзным, но взгляд был тёплым, глаза направлены куда-то в даль, как будто он видел не только город, а наше будущее.

Я хотела уже отвести голову туда, куда он смотрит, но не успела: его большая, горячая рука легла мне на шею, нежно поворачивая лицо, и его губы примкнули к моим – ласково, аккуратно, прощупывая каждый миллиметр моих пухлых губ, как будто пробуя на вкус. В этом поцелуе не было грязи, только нежность и осторожность: его губы были мягкими, тёплыми, слегка приоткрытыми, и он целовал медленно, то надавливая сильнее, то отстраняясь, чтобы вдохнуть мой аромат, заставляя меня таять.

Дав понять, что я не сопротивляюсь – наоборот, желаю больше, – я развернулась к нему полностью, упёршись спиной в перила, и его рука мягко держала меня за шею, а другая обвила талию, прижимая ближе, чтобы я почувствовала его возбуждение через ткань. Мои руки легли на его торс, ощущая рельеф мускулов под рубашкой – твёрдый, горячий, – и я провела пальцами по груди, задевая соски сквозь ткань.

Он оторвался от поцелуя и посмотрел с тем взглядом, которого я никогда не видела: полным страсти, уязвимости и голода, его зрачки расширились, дыхание сбилось.

– Ты потрясающе красива в этой роскоши, – прошептал он, и снова поцеловал меня, но теперь я проявила инициативу: запустила язык в его рот, сплетаясь с его – влажным, горячим, с привкусом вина. Наши языки танцевали медленно, эротично: то кружили, то надавливали, имитируя ритм, который мог бы быть между нами ниже, его зубы слегка прикусили мою нижнюю губу, заставляя стон вырваться тихо, а мои бёдра прижаться к его, чувствуя твёрдость его члена. Поцелуй был нежным, но с подтекстом – его руки гладили мою спину, задевая край платья, а мои пальцы расстегнули ещё одну пуговицу на его рубашке, скользнув по обнажённой коже, горячей и гладкой.

Наш поцелуй длился достойно долго, проверяя грани дозволенного: его рука спустилась ниже, сжимая мою ягодицу через ткань, заставляя меня выгнуться и прижаться плотнее, а внутри всё пульсировало от желания – я была готова отдаться ему здесь, на этой красивой веранде, заняться сексом под этими звёздами, почувствовать его внутри, жёстко и глубоко. Но далеко это не зашло: мужчина был слишком приличным – или не хотел спугнуть меня, – отстранился с тяжёлым дыханием, его губы блестели от моих.

Позже, Кристиан расплатился за ужин, и мы покинули ресторан; он довёз меня до дома, а в голове крутились мысли о счастье до безумия – этот день казался самым лучшим из всех, полным магии и обещаний, несмотря на тень вины. Выйдя из машины, Кристиан ещё раз на прощание нежно поцеловал меня, крепко обняв – его тело прижалось к моему, руки сжали талию, а губы задержались, обещая продолжение.

– До завтра, прекрасная барышня.

– До завтра, Кристиан, – ответила я, помахав ему рукой, и он уехал, оставляя меня в облаке эйфории.

Поднимаясь в подъезд, на меня с каким-то непонятным осуждением смотрела старуха со второго этажа – её глаза из окна буравили меня, как будто читая все мои грехи. Я нахмурила брови и поспешно удалилась внутрь, чувствуя, как тело всё ещё гудит от его прикосновений, а мысли кружатся в вихре: "Это точно все по настоящему, Лэйн… Или завтра всё рухнет?"

Глава 8

На работу я пришла с великолепным настроением – тело всё ещё гудело от воспоминаний о вчерашнем поцелуе, а сердце порхало, как бабочка в солнечном саду. Зайдя в лифт, я не успела нажать кнопку вверх, как в него забежал Кристиан. Его улыбка расплылась сразу при виде меня – тёплая, искренняя, с лёгким блеском в глазах, который заставил мой пульс ускориться.

– Доброе утро, Лэйн, – произнёс он нежным, бархатным голосом, от которого внутри всё затрепетало.

Двери лифта закрылись, отрезая нас от мира, и пространство вдруг стало интимным, как тайная комната.

– Доброе утро, Кристиан, – ответила я взаимностью, чувствуя, как мои щёки теплеют от его близости.

Он подошёл ближе – его аромат, мускусный и свежий, обволок меня, – взял за подбородок нежно, но уверенно, приподнимая моё лицо, и поцеловал: губы мягкие, тёплые, с лёгким нажимом, который заставил меня растаять. Это было как искра, разжигающая огонь внутри, чтобы день стал ещё лучше. Потом он отстранился и встал ровно, будто ничего не было, но его глаза выдавали – в них тлел тот же голод, что и во мне.

Я покраснела от этого действия, жар разлился по шее и груди, но ничего не сказала – просто стояла, чувствуя, как тело отзывается: соски напряглись под блузкой, а внизу живота потянуло сладкой болью. Мы вышли из лифта молча, он – уверенной походкой к своему кабинету, я – на рабочее место, но внутри я кипела: "Неужели всё взаправду? Боже, он не оттолкнул меня, а сам проявил инициативу… Хочется кричать от счастья!" – шла я так же уверенно, улыбаясь своим мыслям.

Не успела сесть за стол, только поставив сумку, как сзади раздалось цоканье каблуков – они приближались всё быстрее, и тёплые руки вцепились в меня, оттаскивая в сторону.

– Мы сейчас берём два кофе в буфете, и ты мне всё рассказываешь, – заявила Стэлла с азартным блеском в глазах.

Я ничего не успела возразить – она потащила меня за собой, её хватка была игривой, но настойчивой.

Стоя у кофе-машины, ждя, пока она заурчит и нальёт ароматный напиток, подруга начала свои манипуляции: крутила руками в воздухе, как будто читала ауру.

– Так, хочу сама понять, – произнесла она, помахав рукой. – Чую мужскую энергию, – я закатила глаза от очевидного, но внутри хихикнула. – Вы что, спали? – она открыла глаза шире и посмотрела на меня с огромным, любопытным взглядом.

– Ты что так кричишь? Нет, конечно! У нас была… некая встреча, – схватила её за руку, чтобы она не издавала громких звуков, чувствуя, как щёки снова горят.

– И как всё прошло? – она смотрела жадно, ожидая всех подробностей, её глаза сияли от предвкушения.

Я подумала, как ответить, и сказала: – Всё прошло хорошо. Одно скажу: у нас есть притяжение, – кофе-машина произвела финальный звук, и я забрала чашки, чувствуя, как внутри теплеет от воспоминаний о его губах, руках.

– Ну наконец-то, – выдохнула она с облегчением.

– Пожалуйста, давай это останется между нами. Я тебя прошу, – посмотрела я на подругу серьёзно, с ноткой уязвимости.

– Хорошо, – она показала жестом, как будто запирает рот на замок, и мы рассмеялись тихо.

Хотела ей признаться ещё о кое-ком – о Дэвиде, чьи пошлые сообщения всё ещё жгли в телефоне, заставляя тело реагировать предательски, – но решила умолчать: всё же на работе, и стены имеют уши.

День прошёл спокойно – задачи решались легко, отчёты печатались с лёгкостью, но внутри я витала в облаках, то и дело ловя взгляды Кристиана через стекло. Когда все ушли, я осталась одна в офисе, допечатывая последние отчёты. Как раз Кристиан выключил свет в своём кабинете и вышел ко мне – его силуэт в полумраке был таким притягательным, что сердце ёкнуло.

– Я тебя довезу, – сказал он, забирая мою сумку со стола с лёгкой улыбкой.

В ответ я улыбнулась, убралась на столе и выключила всё. Выйдя из офиса, мы направились к машине, и воздух между нами искрил – его рука на миг коснулась моей спины, посылая мурашки.

– Ничего выпить не хочешь? – спросил он настолько спокойным голосом, что в момент я даже не узнала его – в нём сквозила забота, смешанная с намёком.

– Я очень устала, хотелось бы принять душ и отдохнуть, – ответила я, но внутри подумала: "А если бы не усталость? Его руки на мне, раздевающие, ласкающие… Нет, Лэйн, не торопи".

Всю дорогу он крепко сжимал мою руку, лаская пальцы большим пальцем – круговыми движениями, нежными, но настойчивыми, от которых я покрывалась мурашками по всему телу, а внизу живота разгорелся огонь. "Как же мне хочется, чтобы его прикосновения не только на руке закончились… Его губы на шее, руки ниже, на бёдрах, внутри…" – мысли кружились, заставляя тело ныть от желания, но я сдерживалась, наслаждаясь этой сладкой мукой.

Доехав до моего дома, Кристиан сказал:

– Лэйн, меня до воскресенья не будет – уезжаю в командировку, надо закрыть пару сделок и забрать подарок для матери, – он повернулся ко мне, взял за подбородок нежно, его глаза горели в полумраке салона. – Будь умницей, я приеду, и мы отдохнём, – прошептал он, поцеловав меня нежно, при этом поглаживая большим пальцем мою щёку, оставляя след тепла и обещания.

Я вышла из машины, он открыл окно:

– Будь на связи.

– Хорошо, – ответила я, отправив воздушный поцелуй, и поспешила домой, чувствуя, как тело пульсирует от его близости, а мысли полны предвкушения: "Это начало, Лэйн… Но без него эти дни будут пыткой".

Думала я так, пока шла до своей квартиры, но тут раздалось уведомление – резкое, как укол желания, заставившее тело вздрогнуть. Зайдя домой и захлопнув дверь, я поспешно начала рыться в сумке, выуживая телефон дрожащими пальцами, сердце колотилось в предвкушении и страхе.

Увидев, от кого сообщение, я прикусила губу до боли, чувствуя, как жар разливается по щекам: "Ведьмочка, так соскучился по твоим стонам. Я скоро приеду и заберу тебя. Ожидай." Сердце ушло в пятки, я облокотилась на стенку, закрыв глаза, и почувствовала, как воспоминания о его языке, пальцах, о том, как он доводил меня до экстаза, нахлынули волной – тело предательски отозвалось, киска сжалась в спазме, а соки начали сочиться.

– Просто откажись, Лэйн. Ты добилась всего, что хотела с Кристианом, зачем тебе этот хаос в виде него? – прошептала я себе, но понимала, какое предвкушение ждёт от этого парня: дикий кайф, который он дарит, разрывая на части, заставляя стонать как шлюху. Не слушая себя, пальцы сами набрали ответ: "Собираюсь". Я ненавидела себя в этот момент – и в то же время жаждала ощутить его внутри.

Начала быстро собираться, приняв душ: горячая вода стекала по телу, смывая следы Кристиана, но разжигая огонь внутри – я провела рукой по мокрым губкам, чувствуя, как они набухают от мыслей о Дэвиде. Привела себя в порядок, подошла к гардеробу: из белья у меня были только тонкие трусики, кружевные. Надела джинсовую юбку – короткую, облегающую бёдра, и белый кроп-топ, который обнажал живот и подчёркивал торчащие соски под тканью. На ноги – белые гольфы, обхватывающие икры, и кеды, делая образ невинно-похотливым.

Посмотрев на себя в зеркало, я произнесла: – Какая ты коварная, Лэйн, – закусила губу, чувствуя, как глаза горят от желания. – Но так хочется… – отвела взгляд от самой себя, но внутри всё пульсировало: "Ты изменяешь Кристиану мыслями, а скоро – телом. Но Дэвид… он как наркотик, от которого тело корчится в оргазме".

Через минут двадцать Дэвид написал, что ждёт меня. Взяла сумку, закрыла квартиру и выбежала, адреналин кипел в венах.

– Боже, вот это богиня, – подойдя ко мне, он запустил руки в мои волосы, грубо, но страстно сжал их в кулак и прильнул к моим губам – поцелуй был яростным, его язык вторгся в рот, сплетаясь с моим, как будто трахая уже здесь, на улице. Его запах духов – мускусный, животный – поднял мурашки в миллисекунду, а возбуждение вспыхнуло во мне мгновенно, и я почувствовала, как трусики намокают.

Я ответила ему взаимностью, черт, так он был хорош – искусный дьявол, знающий, как разжечь огонь одним касанием. Он отстранился, посмотрев на меня, зажав руками моё лицо – его пальцы впились в щёки, глаза горели похотью.

– Лэйн, ты так сильно во мне разжигаешь возбуждение, я бы уже тебя с здесь раздел и трахнул, – подмигнул он, а я покраснела в мгновение, чувствуя, как жар заливает лицо, а тело дёргается от желания: "Сделай это, Дэвид, возьми меня прямо здесь…"

– Хочешь в кино, ведьмочка? – посмотрел на меня сверху вниз, но его взгляд искрился огнём, обещая совсем не фильм.

– Что будем смотреть? – подняла я бровь, глядя вопросительно на него, но внутри всё кипело.

– Ужастики, – он повёл меня к машине – чёрному Dodge Demon, рычащему монстру с адским двигателем, который выглядел как воплощение его похоти.

Сев в неё, мотор зарычал – низкий, вибрирующий рёв, от которого тело задрожало, – он дал газу, и вся улица услышала этот рев, как мой стон под ним. Мой адреналин разливался внутри, а желание в трёхкратном размере расходилось по уголкам тела: соски торчали, киска пульсировала, требуя заполнения.

Дэвид во время вождения положил свою руку тёплую и сильную, на мою ногу – и потихоньку подбирался всё ближе к моему лону, задрав юбку, он начал нежно массировать мой клитор через ткань, круговыми движениями, надавливая ровно настолько, чтобы волны удовольствия прокатывались по мне, заставляя стонать тихо, часто дышать, выгибаться на сиденье.

– Я знаю, как ты соскучилась по мне, – взглянул он на меня в моменте, его глаза – как у хищника, готового сожрать.

Успела только простонать его имя:

– Дэвид… – хрипло, умоляюще, как его пальцы отодвинули трусики и чуть-чуть вошли в меня – мокрую, сочащуюся киску, растягивая стенки, заставляя тело дёргаться.

– Боже, какая ты мокрая, ведьмочка. Я настолько прекрасен? – прорычал он с ухмылкой, и мне хотелось его ударить, но от порывов желания думала только о том, как мне хорошо: пальцы внутри, трахающие медленно, размазывающие смазку, а клитор пульсирует, приближая к пику на этой чёртовой дороге. "Да, ты черт возьми прекрасен, демон."

Дэвид прервался, подтягивая к себе пальцы, которые только что были во мне – мокрые, скользкие от моих соков, – и облизал их медленно, жадно, его язык собрал каждую каплю, причмокивая с довольным рычанием, как будто пил нектар. Я была удивлена, насколько мы сблизились – ведь не каждый парень так сделает, это было интимно, грязно, возбуждающе, заставляя мою киску сжаться в новом спазме, а тело задрожать от смеси стыда и желания.

– Ты великолепна, – прорычал он, его голос низкий, хриплый от похоти, и он ещё поддал газу, машина рванула вперёд с рёвом, как его член во мне мог бы рвать, заставляя меня вжаться в сиденье, а адреналин смешиваться с возбуждением.

Мы приехали за город, в пригород Сан-Франциско – холмы с видом на залив, где современные поместья прятались за высокими заборами: это был ультрамодный особняк в стиле хай-тек, с огромными панорамными окнами, отражающими закатное небо, минималистичными линиями из стекла и бетона, зелёными террасами на крыше, где росли вертикальные сады, и солнечными панелями, интегрированными в дизайн, – символ роскоши Кремниевой долины, с приватным бассейном, подсвеченным LED-светом, и гаражом для коллекции машин. Парень взял пульт, лежавший в подстаканнике, и нажал кнопку – массивные ворота из кованого металла с умными сенсорами бесшумно открылись, приглашая в его логово.