Последняя неделя. 18+

Возле яхты собралось около двадцати девушек, которые могли бы конкурировать с подиумными красотками. В их толпе практически растворились небольшое количество приглашенных мужчин. Возле «Святой Мэри» шла бурная фотосессия, переходящая во взаимный флирт.

Вблизи яхта выглядела еще более потрясающе, чем с берега. Четкие линии корпуса, выполненные в строгом современном стиле, создавали впечатление мощи и уверенности. Классические круглые иллюминаторы из светлого дерева добавляли элегантности, отражая свет луны.

На фоне небольших прогулочных яхт и катеров, «Святая Мэри» казалась настоящей королевой моря, величественно возвышаясь над остальными судами. Она словно была создана для того, чтобы восхищать и вдохновлять.

Почти полная луна, освещая яхту со стороны моря, окутывала ее ореолом манящей таинственности. Лунный свет играл на палубе, подчеркивая каждую деталь, и создавал атмосферу романтики, приглашая отправиться в незабываемое путешествие по бескрайним морским просторам.

Компания из четырех совсем юных девушек, нафотографировавшись у яхты, решила отправиться домой, они пошли с причала на берег. Света машинально посмотрела им вслед и увидела стоящую возле причала Лику. Тогда Света приняла решение попробовать договориться о пропуске для подруги, и пошла в сторону Эрика. Но он сам уже шел целенаправленно к ней. Когда он заговорил вполголоса, и это подействовало на Свету гипнотически:

— Еще рано уходить, все самое интересное впереди. Пойдем?

— Ну я вообще-то… — Света хотела спросить про Лику, но, посмотрев в его голубые глаза, решила, что сейчас это будет лишним.

— Ты что-то хотела спросить.

— Нет, ничего важного.

— Тогда пойдем на яхту, — это прозвучало как персональное приглашение, и у Светы бешено заколотилось сердце. Миллион мыслей в секунду пронеслось у нее в голове. Она уже представляла, как будет наслаждаться новой жизнью с этим красавцем на яхте и больше никогда не будет переживать о завтрашнем дне, ведь всё будет уже устроено для нее.

Лика увидела это с берега, и поняла, что больше здесь делать нечего. Она вздохнула и неспешно пошла по набережной в поиске места, где сможет дождаться подругу после развлечений. Домой она пойти не могла, ведь у Светы остался единственный ключ от их съемной квартирки.

Множество самых разных кафе приглашали отведать традиционные блюда. Где-то звучала живая музыка, на входе в некоторые стояла охрана, производящая фейс-контроль. Голоса, музыка, запахи и шум прибоя сливались в единую атмосферу курортного города. Внимание Лики привлекло летнее кафе с названием «Как дома». Оно состояло из открытой веранды с четырьмя столиками и длинной барной стойкой, которая была украшена соломой и кухонной утварью в стиле таверны. Перила с уже облетевшей краской и старыми кашпо с мелкими цветами отдаленно напоминали старое американское ранчо.

Лика остановилась у вывески и задумалась, что значило это «как»? Как у кого дома? Как у людей за столиками, которые были уже пьяными и шумными? Как у хозяина кафе? Ей даже стало жаль, что дом может быть таким проходным и шумным. О том, что, возможно, речь была о еде, Лике в голову не пришло. Для нее «как дома» — это таскать воду из колодца, перед школой кормить кур и гусей, мыться раз в неделю в бане. Она уехала от этой провинциальной жизни с подругой детства три года назад, но до сих пор чувствовала себя лишней среди городской суеты. И на этот раз решила, что если до конца лета у нее не получится найти работу или, как советовала подруга, мужчину-спонсора, то вернется в свою деревню и будет жить там до конца ее бессмысленной жизни. Идея со спонсором ей не очень нравилась, быть содержанкой как-то Лике не хотелось, но другие варианты казались ей еще менее реалистичными, ведь ни накоплений, ни образования у нее не было. Даже за этот отдых платила Света, а точнее какой-то ее очередной ухажер. Лика вошла в кафе и села за единственный свободный столик.

Молоденькая официантка в черно-белом клетчатом мини-платье с небольшим белым фартуком легко перемещалась между столиками. Ее большие карие глаза внимательно следили за всем происходящим. Увидев Лику, она принесла ей меню:

— Добрый вечер. Меня зовут Жасмин, я буду вашей официанткой. Я подойду через пару минут.

— Спасибо, — Лика посмотрела на тугой рыжий хвост Жасмин и пожалела, что не взяла резинку для волос, потому что ходить с распущенными ей было некомфортно, но Света настаивала на таком образе для большей привлекательности.

Жасмин приняла заказ за соседним столиком у милой парочки средних лет и направилась к барной стойке. Там сидела женщина лет сорока пяти и записывала данные в книгу учета. Она отчаянно молодилась, выбирав короткую юбку, накладные ресницы и нарощенные черные длинные волосы с легкой проседью у корней.

— Надо поговорить, — Жасмин отдала заказ бармену и повернулась к женщине.

— Опять? — та недовольно подняла глаза на девушку.

Женщина встала и вышла из кафе, официантка прошла следом. Как только они отошли немного в сторону, девушка заговорила первой:

— Мама, я так больше не могу, понимаешь?

— Жасмин! Сколько можно! Прекрати свое нытье уже! И хватит мамкать. Меня зовут Карина. Когда уже запомнишь?

— Это не нытьё! Мне мама нужна, а не Карина!

— Ах ты дрянь! — она схватила Жасмин за хвост, но тут же отпустила, бросив взгляд в сторону посетителей.

Жасмин поправила хвост и одернула фартук:

— Но ведь это жесть. Почему ты не поможешь мне уйти от отца? Ты ведь ушла!

— Это совсем другое!

— Конечно, другое! Ты его жена была, но я же ему дочь! Почему я должна терпеть это?! Ты шесть лет плюешь на меня и на то, что я говорю!

— Совсем охамела, неблагодарная? Я тебе дала работу, хоть ты и несовершеннолетняя!

С каждой фразой разговор становился все громче и напряженнее. Истеричные ноты обеих женщин начинали заглушать музыку, которая обычно создавала уютную атмосферу. Карина смотрела на дочь и сжимала кулаки, но не решалась устраивать публичный скандал. Жасмин, уперла руки в бока, а губы сжала в тонкую линию. Ее глаза были наполнены болью и яростью, которая внезапно прорвалась наружу:

— Карина, я вчера стала совершеннолетней, я хочу уехать! Ну просто дай мне денег на первое время! Или как подарок на дэрэ, например? Я не вернусь к отцу!!!

— Денег нет!

— Как нет? Я шесть лет тут пашу, а кроме чаевых ничего не вижу…

— Как работаешь, так и получаешь!

— Это неправда! Ну пожалуйста! Ну хоть на первое время! Я отдам!

— Денег нет, сколько раз повторять?

— Он же издевается надо мной! Я прячусь под кроватью, когда он приходит, но он вытаскивает меня и бьет!

— Потому что ты его не слушаешь!

— Это ты меня не слушаешь!!!

— Всё, хватит, подотри сопли и неси счет на третий столик!

— Какие сопли?! Когда я плакала вообще?!

Карина вернулась в кафе, а Жасмин в след закричала так громко, что посетители кафе на время прервали свои разговоры:

— Ты тварь! Вы твари! Я не вернусь домой!

Жасмин обхватила голову руками и произнесла сквозь зубы: «Господи, неужели нужно сдохнуть, чтобы избавиться от этого ада!». Она тяжело вздохнула, поправила фартук и подошла к стойке, чтобы выписать счет. Жасмин решительно повернулась к Карине и ультимативно заявила:

— Если ты не дашь мне денег, я просто уплыву на этой яхте, слышишь?

— Дура! Макс уже уплыл! И что? Где он теперь? Два года ни ответа, ни привета! Будь он на яхте, то пришел бы уже!

— Где бы он ни был, я ему завидую! Он живет точно лучше, чем я! И без вас всех!

— Он хотя бы не дураком был, а ты на что рассчитываешь, идиотина?

Карина окончательно вышла из себя. Она схватила Жасмин за локоть и скрипя зубами прошипела ей прямо в ухо:

— Заткнись, поняла? Клиентов распугаешь! Или отцу позвоню!

Жасмин отдернула руку, чтобы освободиться от цепкой хватки матери. Подобные сцены повторялись изо дня в день, и всё сильнее разжигали ее ярость. Жасмин взяла счет и понесла его к столику, где сидела компания из трех уже довольно пьяных мужчин. Один из них смачно хлопнул Жасмин по попе, как только та приблизилась:

— Хочешь чаевых подзаработать?

— Не хочу! — Жасмин огрызнулась и вернулась к стойке.

— Ну и дура! Могла бы и не ломаться! — Карина высокомерно посмотрела на Жасмин, — Что ты теряешь? Все равно уже порченая!

— Мама, я не буду шлюхой!

— Ты и так шлюха, только бесплатная!

— Я не была бы шлюхой, если бы ты меня не оставила с отцом! Ну дай хоть немного денег!

— У меня своя жизнь, хватит об этом. Иди работай!

— Не пойду!

— Живо иди!

— Да пошла ты к черту! Пошли вы все! Ненавижу! — ее сердце готово было выскочить из груди.

Жасмин сорвала с себя фартук и бросила на пол. Она выбежала из кафе и направилась в сторону причала. Крики матери, полные гнева и разочарования, звучали ей вслед: «Жасмин! Я звоню отцу! А ну вернись, дрянь!». Сердце колотилось в груди, и Жасмин чувствовала, как адреналин наполняет всё тело. В этот момент она четко поняла, что не может позволить себе сомневаться. Она сделала глубокий вдох, и, собрав все свои силы, побежала вперед.

«Я не буду больше это терпеть», — стучало у неё в голове, а на улице как продолжение мыслей, звучала песня:

«Уходи моя печаль, моя грусть, Я сегодня навсегда с тобой прощаюсь, Я назад больше точно не вернусь, У нас с тобой все будет хорошо, я тебе обещаю…»4

Лика, сидя за столиком, смотрела, как Жасмин стремительно удаляется, и в её сердце росло чувство зависти и тоски. «Почему я не могу быть такой же смелой?» — думала она, смахивая слёзы с лица. Страх и неуверенность сковывали её как цепи.

Четверг

Жасмин подбежала к причалу, когда проход к яхте уже был закрыт. Сквозь стоящих на берегу, она видела, что возле «Святой Мэри» уже собралось довольно много людей. Эрик подошел к ним и сделал громкое объявление:

— Милые дамы! Дорогие друзья! Меня зовут Эрик, я начальник службы безопасности этого фантастического судна и сегодняшнего благотворительного вечера. На часах ноль-ноль, а это значит…

— Что карета превратится в тыкву? — раздались женские смешки.

— Да, но только для Золушки. А для вас, милые дамы, это значит, что наша яхта открывает свои двери для невероятной вечеринки, на которую вы все приглашены! Вход на яхту символический — пожертвование в фонд помощи бездомным собакам «Последний шанс». Вы можете внести любую сумму, которую посчитаете нужной. Взнос можно сделать по коду на моем экране. Пожалуйста, ни о чем не беспокойтесь и задавайте мне любые вопросы. На яхте вас уже ждут бокалы с игристым вином и приятные закуски. Для вашего удобства при входе мы просим снять обувь и оставить личные вещи, в том числе и телефоны, в специальных сейфах.

На «Святой Мэри» закипела жизнь — появились матросы, которые были одеты в безупречно белые рубашки и брюки со стрелками, и выглядели как настоящие джентльмены. Они спустили трап для удобства входа на корму. Гости вносили пожертвования и проходили на яхту. Матросы подавали руку каждой девушке, помогая им подняться на борт. Их улыбки выглядели искренними, а манера общения — вежливой и уважительной.

Две почти одинаковые подружки в облегающих черных мини платьях подошли к Эрику и уточнили:

— Извините, а какая минимальная стоимость входа? И нужно ли будет платить внутри за еду и напитки?

Эрик ответил с легкой иронией:

— Милые дамы, ни «до», ни «после» ничего дополнительно оплачивать не придется, а сейчас достаточно любой суммы, которую вы готовы выделить на благотворительность.

Девушки оплатили взнос и прошли на борт. Света поднялась на яхту в невероятном возбуждении. Она находилась под таким ярким впечатлением, что забыла буквально обо всем на свете и смотрела на окружающую роскошь с восторгом и восхищением. Сама она была девушкой из сельской местности, где училась в так называемой школе. Там она и подружилась с Ликой, приезжавшей на учебу из деревни. Но после девятого класса Света, как и Лика, так никуда и не поступила. Будучи девушкой амбициозной и деятельной, она со своим парнем уехала в ближайший город, устроилась администратором в маникюрный салон, а потом и сама получила профессию и начала зарабатывать как мастер. С парнем она почти сразу рассталась, теперь же встречалась только с обеспеченными мужчинами, которые помогали ей снимать квартиру и оплачивать текущие расходы, в том числе и на отдых. В этот раз она решила взять с собой на море подругу, которая просиживала в глуши. Но сейчас Света о Лике даже не вспоминала, ведь ей действительно посчастливилось попасть в мир, о котором она так мечтала. А возможность закрутить роман с настоящим красавцем с яхты буквально вскружила ей голову.

Гости постепенно проходили на яхту, некоторые девушки заранее снимали обувь, чтобы поскорее пройти на вечеринку. Только Анна стояла в стороне, не решаясь принять приглашение. Эрик передал свой телефон с кодом фонда своему помощнику, рыжему высокому парню, и подошел к Анне:

— Милая Анна, вас что-то смущает?

— Нет-нет, все в порядке, спасибо, — ответила она, опустив глаза.

— Вы можете подняться на борт, сделать пару фото на память и вернуться домой. Поверьте, никого не будут здесь удерживать силой. Хозяин яхты — очень уважаемый человек, но и ему иногда бывает скучно. Он развлекает себя, даря красивым девушка радость. А вы, действительно, очень красивая.

— Спасибо, — Анна ненадолго замолчала и посмотрела Эрику в глаза, — Мне правда всё это очень нравится, но мне кажется, что это неправильно.

— Если вы решите, что это неправильно, то вскоре вернетесь на берег.

С корабля уже слышался заливистый женский смех, а блюз сменился на модный хит:

«По барам, в пьяном угаре, Что же ты парень, снова вспоминаешь о том, Как мы гуляли по тротуарам, мокрым и старым Утром под дождём босиком. По барам, я твоя кара…»5

Анна вздохнула и посмотрела в сторону берега, где еще стояли люди в надежде пройти на вечеринку.

— Анна, пойдемте на яхту, — Эрик мягко повторил свое предложение.

— Это слишком хорошо для меня. Так не бывает. Точнее бывает, но… в мышеловке. Простите.

— Всё нормально, ваша искренность мне очень нравится.

В этот момент на берегу раздался женский крик «Ма-а-акс!». Чтобы привлечь внимание, Жасмин не придумала ничего лучше, чем прокричать имя брата. В ночи это прозвучало как вопль подстреленного дикого зверя. Эрик слегка наклонился к Анне:

— Пожалуйся, подождите меня здесь. Буквально пару минут.

Он провел рукой по своим волосам, зачесывая их назад. Это был единственный жест, который он позволял себе в непредвиденных ситуациях, при этом его лицо всегда оставалось спокойным и открытым. Эрик подошел к калитке, когда Жасмин отчаянно пыталась открыть дверцу, не обращая внимания на просьбы охранников успокоиться. Эрик сделал жест, что он сам разберется. Увидев это, Жасмин остановилась.

— Тебе нужен Макс? — без предисловий спросил Эрик.

Она подняла на него глаза, и в них отразилась смесь надежды и страха. Жасмин попыталась изобразить приветливую улыбку, как при встрече гостей в кафе, но её губы дрожали:

— Пожалуйста, пустите меня туда! Я — Жасмин. Мой брат, вы знаете, Макс, он же работает…

Эрик не дал ей договорить, резким движением взял ее за руку, и развернул ладонью вверх. Она тоже машинально посмотрела на свою руку. На запястье были заметны старые следы от порезов, скрытые татуировкой в виде красной розы. Жасмин отдернула руку и очень слабым почти безжизненным голосом повторила:

— Вы знаете Макса? Я его сестра Жасмин…

Эрик посмотрел на яхту, возле которой осталась только одна скучающая Анна. Жасмин на секунду зажмурила глаза и схватила обеими руками руку Эрика:

— Умоляю, пустите. Лучше умереть на яхте, чем оставаться здесь!

Эрик, внимательно изучил её внешний вид. Наглухо закрытое декольте, словно защищающее от лишних взглядов, и свежий синяк над правой коленкой, который явно был результатом недавнего падения или, скорее всего, удара, рассказывали ее историю лучше любых слов. Сбитые белые кроссовки, когда-то новые и чистые, теперь выглядели изношенными и изрядно потрепанными. Довольно быстро Эрик сложил образ этой молодой, но уже покалеченной девушки.

— Жасмин, чем ты здесь занималась?

— Где? — Жасмин не сразу поняла вопрос, она смотрела на Эрика своими большими карими глазами со страхом и надеждой.

— Здесь, на берегу.

— А-а-а, это. Я официантка. В кафе у мамы…

— Паспорт с собой?

Жасмин захлопала глазами и открыла сумочку:

— Не знаю, сейчас. Подождите. Вот. Да, с собой.

Она протянула документ. Эрик открыл паспорт и посмотрел дату рождения:

— Поздравляю с совершеннолетием, Жасмин. Ты можешь пройти на яхту.

Жасмин неловко улыбнулась и протянула руку, чтобы забрать документ, но Эрик убрал его в карман своих брюк и неспешно открыл калитку. Жасмин прошептала «спасибо» и твердила это слово всю дорогу, пока торопливо шла к яхте. Среди стоявших на берегу людей вспыхнули недовольные возгласы. Дама в джинсовом комбинезоне даже закричала:

— Какого лешего? Она что, по-вашему, лучше меня выглядит? Что за бред! У меня там подруги вообще-то!

Эрик медленно повернулся к кричавшей:

— Она здесь работает. Причал закрыт до утра. Можете расходиться.

— А ты, видимо, Макс? Да?

— Если вам будет от этого легче, то можете называть меня «Макс», — абсолютно безразлично ответил Эрик и вернулся к ожидавший его Анне, — Благодарю, милая Анна, что дождались меня. Буду рад лично проводить вас на борт.

— Это совсем необязательно. Я думаю, что мне все же лучше уйти.

— К сожалению, охрана уже закрыла выход, он будет открыт снова, когда люди на берегу немного остынут и разойдутся. Прошу.

Он жестом пригласил Анну пройти вперед, а сам пошел следом. Эти сто метров до кормы казались ей бесконечностью. Она смотрела под ноги, стараясь не упасть на высоких каблуках. У Анны закружилась голова, и она стала идти еще медленнее. В такие моменты она мысленно начинала считать до ста — привычка детства, когда она не знала, что делать или как отвечать. В такие моменты ей казалось, что она спит и видит себя как будто со стороны. Анна сделала еще несколько шагов и почувствовала сильные руки, которые помогли ей подняться на борт. Эрик аккуратно посадил ее на небольшой диванчик у входа, и она буквально потеряла счет времени. В висках сильно стучало, она смотрела вниз и пыталась успокоиться. Мимо проходили какие-то люди, но она не видела, кто именно. Анна подняла голову лишь почувствовав, что яхта резко качнулась, словно ударившись обо что-то. Тогда она поняла, что «Святая Мэри» начала движение и уверенно отходит от берега. Ее прошиб озноб, она встала, ухватилась за борт и стала озираться по сторонам. Она увидела на корме стеклянные шкафчики с женской обувью и сумочками, но решила, что свои вещи всё же оставит при себе.

Анна хотела уточнить, куда они плывут, но рядом никого не было. Она посмотрела на уходящие вдаль береговые огни, достала из сумочки сигарету и закурила. Практически мгновенно рядом оказался сотрудник яхты с пепельницей в руках:

— Здравствуйте. Капитан не очень любит, когда на яхте курят.

Анна хотела взять в руки пепельницу, но молодей человек ее не отдал и продолжил стоять с улыбкой:

— Я подожду, когда вы покурите и затушите сигарету.

Анна затянулась еще раз и посмотрела на молодого парня. Белая форма ему очень шла, короткая стрижка делала лицо приветливым, на кармане рубашки висел металлический бейдж «Дмитрий». Он мило улыбался и продолжал смотреть на Анну, учтиво держа пепельницу перед собой.

— Если это такой намек, Дмитрий, то очень тонкий. Спасибо, — Анна затушила сигарету и оставила ее в пепельнице.

— Пожалуйста. Проходите наверх, там гораздо интереснее.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Дмитрий продолжал улыбаться. Он производил впечатление не очень умного и словоохотливого человека, но был явно хорошим исполнителем поставленных задач. Анна поняла, что здесь она не сможет долго находиться и ей придется подчиниться. Когда она поднялась, то оказалась в центре шикарной вечеринки.

Открытая палуба была ослепительно белой даже в приглушенном свете фонарей и мерцающих огней танцпола. По периметру располагались удобные кожаные диваны светло-бирюзового цвета, на которых уже сидели мужчины, а возле них кокетничали девушки. На высоких круглых столиках стояли легкие закуски: канапе с креветками и кокосовым чили, профитроли с творожным сыром и икрой, кростини с ростбифом и вяленым томатом, брускетты с лососем и много чего еще. Огромные фруктовые вазы с виноградом, киви, ананасами, апельсинами и клубникой украшали вход в джакузи. Везде ходили красавцы-официанты с подносами в руках, на которых стояли бокалы с игристым вином. Девушки с удовольствием разбирали напитки. Даже пропагандистки здорового образа жизни, так называемы ЗОЖники и веганы, не стеснялись угощаться всем, что здесь было доступно.

Персонал яхты был так же хорош, как и она сама. Все мужчины, одетые в безупречно белые рубашки и черные брюки, были молодыми, высокими со спортивным телосложением. Их уверенные движения и дружелюбные улыбки мгновенно располагали к общению, и каждый из них был готов помочь, предложить напиток или просто поддержать разговор. Мужчины, пришедшие на благотворительный вечер с целью найти приятную женскую компанию, дарили девушкам комплименты и делились историями своих путешествий за границу.

Девушки, окруженные этим обаянием, начинали заигрывать, кокетливо смеясь и подмигивая, а мужчины, в свою очередь, с удовольствием отвечали взаимностью, поддерживая игривую атмосферу.

Света держала бокал в руках и думала только об одном: «как же мелко я плавала, мои мечты были просто детским лепетом по сравнению с этой роскошью». Она была уверенна, что именно к этому моменту шла всю свою жизнь. Оставалось только найти спутника, который поможет ей стать знаменитой, ну или хотя бы заполучить какого-нибудь влиятельного мужчину типа Эрика. Света скрестила пальцы на удачу, шепотом произнесла желание и залпом выпила бокал с вином. Она попыталась найти Эрика глазами, но его здесь не было. Когда она повернулась, чтобы подойти к столику с закусками, то увидела того рыжего парня, который стоял при входе на яхту. Он подошел к Свете:

— Привет, я, типа, Ден.

— Привет, — неуверенно ответила Света и смерила его взглядом.

— А тебя как зовут?

— Света.

Она понимала, что он работает здесь, но в отличие от персонала, на нем не было ни формы, ни бейджика с именем. Он открыто посмотрел на ее декольте и слащаво улыбнулся:

— Ну и, короче, как тебе?

— Что именно?

— Ну, типа, как вечеринка?

— Мне нравится, — Света решила не терять времени, — А ты не знаешь, где Эрик?

— Э-э-э, — он почесал нос, — Эрик у нас на расхват типа, зато я, если что, пока, короче, свободен. Увидимся позже, ага?

Он подмигнул и отошел от нее, так и не ответив.

Девушки танцевали, плескались в джакузи, многие уже разделись до купальников или нижнего белья. Парочка подруг сидели в джакузи топлес и угощали друг друга фруктами. Музыка дополняла общее настроение горячей тусовки:

«До встречи на танцполе, там алкоголь в кока-коле, Матом хочешь послать меня, но держишь мои ладони, До встречи на танцполе, там каждый играет роли. Сегодня я уведу её, если кто не понял…»6

Анна смотрела на все происходящее здесь и мысленно задавалась вопросами: «Неужели они вообще ничего не боятся? Разве не страшно быть отравленной, изнасилованной, проданной в рабство, утопленной? Как можно быть такими беспечно счастливыми?». Ее размышления прервал мужской голос: