Потоки. Книга 1

– Не совсем, это не строгая иерархия, всё зависит от должности. Наш глава управления, господин Хайгот – техномаг. А куратор моего отряда – алхимик, – улыбнулась Лия.

Иявеенари молчала. Её взгляд скользнул по заснеженному полю, где вдали мелькнула тень. На фоне выпавшего снега, барс был серым пятном, и сейчас не сливался с пейзажем. Его «камуфляж» скорее подходил для горной местности. Но его движения были плавными, почти невесомыми, словно он был частью этого холодного мира.

– Почти приехали, – сказал Рэян, прерывая тишину.

Ия кивнула, чувствуя, как лёгкий ветерок заиграл с её волосами под капюшоном. Сани остановились на краю заснеженного поля, где начинался спуск к озеру. Она выпрямилась, её глаза сразу же нашли Кина. Ирбис уже стоял на берегу, и как будто впитывал в себя туман, поднимающийся с поверхности воды. На секунду ей показалось, что его глаза светятся. Торговец, слезая с саней, удивлённо посмотрел на озеро. Его брови поднялись, а губы сжались в тонкую линию.

– Оно тает, – произнёс он почти шепотом. – Вы посмотрите, прямо от центра. Это… как так-то?

– Именно за этим мы сюда и приехали, – сказала маг. – Понять, почему озеро начало таять.

– Ну что ж, удачи вам. Если что, я в деревне. Просто идите по следам саней.

– Большое спасибо, господин Хото, – тепло сказала Ия. – Как только разберёмся, что к чему, мы придём к вам.

Рэян задумался на мгновение, затем посмотрел на Кина.

– Может, оставить барса с вами, а то вдруг метель налетит и засыплет следы? Этот обалдуй всегда дорогу домой найдет. Если он не против, конечно.

Кин, медленно подошёл к Ие. Ярко-синие глаза смотрели на неё с лёгким любопытством.

– Видимо, у нас нет вариантов, – с легкой иронией сказала Лия. – он уже сам решил остаться.

Полевой эксперт улыбнулась, и аккуратно провела рукой по шерсти ирбиса.

– Спасибо, Рэян. Мы позаботимся о нём.

– Удачи вам, девушки. И будьте осторожны.

Торговец взобрался на сани, щёлкнул поводьями, и лошади тронулись в путь. Девушки стояли на спуске к берегу, наблюдая, как сани удаляются, пока не скрылись за снежными холмами.

Озеро Хорнстэд раскинулось перед ними, как огромное зеркало, обрамлённое заснеженными холмами и редкими соснами, чьи ветви тяжело провисали под тяжестью снега. Поверхность воды была тёмной, почти чёрной, а лёд по краям был достаточно толстым, но по всюду виднелись тонкие трещины. Но самое странное было в центре озера – там, где обычно зимой лёд был самым толстым, теперь зияла огромная полынья. Вода в ней стояла ровно, без ряби, но что-то кипело на дне, и пар поднимался вверх, смешиваясь с холодным воздухом. Вокруг озера царила тишина, нарушаемая лишь редким треском льда и шелестом ветра, который играл с верхушками деревьев. Снег вокруг был нетронутым, лишь следы Кина вели к берегу, где он теперь стоял, настороженно наблюдая за водой. Лия шагнула в сторону, её унты утопали в рыхлом снегу, оставляя глубокие отпечатки. Холодный ветер трепал пряди её пшеничных волос, выбившихся из-под нелепо спадающего капюшона, а дыхание превращалось в серебристые облачка, тающие в морозном воздухе. Она двинулась вдоль берега, медленно, внимательно вглядываясь в лёд, который местами уже покрылся паутиной трещин. Иявеенари с Кином пошла в противоположном направлении, сливаясь с тенями сосен. Она бросила на них короткий взгляд, прежде чем сосредоточиться на своей части осмотра. Пока она шла, её мысли вернулись к дороге. В санях Ия уснула почти сразу, но её сон был тревожным, пальцы то и дело сжимали браслет на запястье, губы шептали неслышные слова, а веки дёргались, словно за закрытыми глазами мелькали тени прошлого. Она тогда не стала будить её – все они устали после утреней суеты сборов. Но сейчас, глядя, как коллега останавливается у валуна, в напряжённой позе и отсутствующим взглядом, Лия задумалась. Что за сущности гонятся за этой девушкой в её снах?

Прервав раздумья, она намеренно сосредоточившись на ледяной кромке. Трещины расходились от центра озера, как лучи, и чем ближе к полынье, тем сильнее лёд истончался. Она присела на корточки, сняла перчатку и коснулась льда. Тепло. Не просто отсутствие холода – именно тепло, будто подо льдом бьют горячие источники.

– Если бы это были обычные источники, нас бы сюда не отправили, Элдрин сразу сказал, что паттерн не стандартный… – пробормотала она, доставая из сумки магическую призму.

Кристалл, размером с кулачок младенца, мерцал тусклым синим светом. Лия провела пальцем по граням, чувствуя, как внутри пульсирует энергия. Призмы были страховкой на случай, если аномалии заблокируют потоки, но пока всё вокруг дышало силой – земля под ногами, воздух, даже снег. Она спрятала призму обратно.

Над полыньей клубился пар, образуя причудливые фигуры: то дракон, то гигантская птица, то лицо с закрытыми глазами. Вода в центре была абсолютно чёрной, словно в неё влили чернила, но ближе к краям приобретала мутно-бронзовый оттенок. Лия заметила следы на снегу – не человеческие. Что-то крупное, возможно, лось, бродил здесь недавно. Но следы обрывались за несколько метров до озера, будто животное боялось подходить ближе.

Через десять минут они сошлись у исходной точки. Ия стояла, скрестив руки на груди, и смотрела вглубь полыньи. Кин сидел рядом, оставляя веерообразные следы от хвоста на снегу.

– Что думаешь? – спросила Лия, сбрасывая снег с унт.

– Пока не знаю. Я смотрела старые чертежи шахты перед твоим появлением, а примерно в том месте, где сейчас полынья и был обвал шахты. Я думаю, что твоя догадка про горячие источники может быть правдой. Возможно, мы в пустую сюда приехали. Я не чувствую никакого магического напряжения.

Лия кивнула. Но затем вопросительно посмотрела на коллегу.

– Как ты можешь чувствовать магию? – спросила она, больше с любопытством, чем с подозрением. – Ты же не маг?

Ия замерла, её пальцы непроизвольно сжали край плаща. Она молчала несколько секунд, подбирая правильные слова, чтобы не напугать коллегу.

– Таких как я… раньше называли ведьмами, – наконец произнесла она.

Лия подняла бровь, но не прервала.

– В Управлении нас называют полевыми экспертами, чтобы если кто-то случайно проболтается, никто и не подумал неладного. – продолжила она, – Но суть от этого не меняется. Я могу чувствовать магические потоки сильнее и быстрее любого мага. Видишь ли, маги работают с магией, как с инструментом – они берут её, используют. А я. Я ощущаю её, частью себя. Я могу не только находить источники, но и блокировать доступ к ним. Если захочу, могу оставить мага абсолютно бессильным. Именно из-за вед… полевых экспертов, алхимики и изобрели призмы. Мы не можем блокировать энергию, заточенную внутри них. Насколько бы нам не доверяли, всё равно когда я иду с магами на задание, им выдают несколько штук, не только для подпитки.

Лия слегка наклонила голову, смотря на свою сумку.

– Это…

– Пугает, – продолжила с лёгкой горечью Иявеенари, за мага. – Именно поэтому ведьм не любят. Некоторые из нас были слишком… непредсказуемы. Маги доверяют нам, пока мы полезны, но стоит чему-то пойти не так, мы становимся козлами отпущения.

– Я понимаю. Но, я думаю мы сработаемся.

– Спасибо, – попыталась улыбнуться Ия. – Просто… привыкла держать это при себе. Именно об этом и говорил Элдрин.

– Ну, а какой получается магией ты пользуешься? – продолжала любопытствовать маг.

– Никакой, природа нас создала такими, что мы можем чуять магию быстрее любого мага, блокировать её, но если мы начнем впитывать потоки в себя, то делаем это бесконтрольно, и они нас попросту убьют… И в этот момент лучше не стоять рядом с нами, даже на расстоянии ста метров.

– То есть ты сама ни разу не пробовала?

– Конечно нет, я же тут перед тобой сижу, живая. Но я была свидетелем этого. Когда ко мне домой заявились люди из управления, они попросили меня не пытаться впитывать магию, и что они не представляют для меня угрозы, они лишь хотят со мной поговорить, и помочь мне. Если честно, я тогда даже и не пыталась, я просто не умела, не могла понять, как это сделать. Позже через несколько лет, я все же хотела попробовать, я думала, а вдруг под предлогом смерти нам просто запрещают это делать, вдруг у нас есть сила, вдруг мы новый ранг в магической иерархии, – в глазах Ии читалась грусть. – В моем первом отряде была некромант – Лора. Однажды, мы пошли с ней и её сестрой Вейлой на задание, ночью. Меня тогда не посвятили в детали задания, просто сказали, делай всё, что прикажет Вейла. Она была моей наставницей.

Ия замолчала, её пальцы сжались так сильно, что костяшки побелели. Она заговорила снова, но теперь её голос звучал глухо, будто слова пробивались сквозь толщу лет.

– Задание было рутинным, проверить на аномалии забытые курганы, на окраине Ярнборга. Но чем глубже мы заходили в лес, тем сильнее Вейла хмурилась. «Ты чуешь Иявеенари? Здесь потоки нарушены», а я чуяла, поверь.

Она сделала паузу, скользя взглядом по чёрной воде озера.

– Существа появились из тумана. Прозрачные, как стекло, с силуэтами, будто склеенными из лунного света. Сперва они не нападали – просто окружили нас, тихо звеня, как ветер в пустых бутылках. Вейла первая поняла, что это – духи-падальщики, питающиеся остатками энергии умерших. Но на нашу беду, они никогда не ходят одни, они сопровождают Пустотника.

Лия невольно перевела взгляд на Кина. Барс сидел, настороженно подняв уши, слушая продолжение истории вместе с ней.

– Мы побежали. Эти твари… их становилось больше с каждым шагом. Они материализовались из воздуха, из теней под ногами, даже из собственного нашего дыхания. Лора пыталась развеивать их энергию, сами по себе падальщики не навредили бы нам, но чем их больше, тем сильнее будет Пустотник. Вейла остановилась как вкопанная. Она крикнула нам бежать и не оборачиваться. А потом… её кожа начала светиться изнутри, будто кто-то зажёг фонарь у неё в груди. Я обернулась – не смогла не обернуться. Я начала чувствовать, как потоки сосредотачиваются… в ней. Она стояла, раскинув руки, её глаза, не светились, а горели фиолетовым, а прямо за ней парил Пустотник… бесформенное облако, он будто прилипал к ней, втягивался в этот свет. Вейла улыбалась. Улыбалась, Лия, пока её голова не вспыхнула тем же фиолетовым огнём.

Кин внезапно зарычал, шерсть на его загривке встала дыбом. Ия машинально протянула руку, чтобы успокоить его, но барс отпрянул, будто обжёгся.

– Это длилось мгновение. Вспышка. И от наставницы остался только пепельный силуэт, медленно опускающийся к земле, падальщики и Пустотник… они исчезли. Растворились вместе с ней. – Ия резко вдохнула, будто до сих пор задыхалась от того пепла. – А Лора. Она просто стояла и смотрела…с улыбкой и слезами. Ведь тогда, её сестра не только спасла нам жизни, а уничтожила первого Пустотника в истории.

Над озером вдруг завыл ветер, и чёрная вода в полынье забурлила. Кин вскочил на все четыре лапы, глухо рыча. Его синие глаза отражали странное мерцание, будто подо льдом вспыхнули десятки крошечных звёзд. Браслет на запястье Иявеенари дрогнул, издав едва слышный звон.

– Лия! В полынье!

Змей вырвался из полыньи, как взведённая пружина. Его тело, покрытое блестящей чешуёй, отражало тусклый свет внутренних звёзд, превращая его в живое медное зеркало, искрящееся даже в полумраке озерной воды. Голова, лишённая глаз, пульсировала медными прожилками, а пасть, раскрытая в беззвучном рыке, была усеяна кристаллами кварца, будто кто-то вколотил в глотку осколки горного хрусталя. Лия отпрянула, едва успев поднять каменный щит. Змей ударил в него с такой силой, что валуны разлетелись на куски, осыпав её градом осколков.

– Кин, назад! – крикнула Ия, но барс уже прыгнул. Его когти скользнули по чешуе, высекая сноп искр, а зубы впились в чудовище. Змей дёрнулся, словно его ударили током, и хлестнул барса моментально отросшей конечностью. Кин взвыл, отлетев в сугроб, где замер, обнажив окровавленные клыки.

– Тварь! – Лия вскинула руки, и земля у неё под ногами вздыбилась. Каменные шипы, острые как кинжалы, впились в брюхо монстра, но медная чешуя лишь звякнула, отбрасывая атаку. Змей извивался, сбрасывая осколки породы, и плюнул в неё чем-то вязким. Она едва успела нырнуть за валун, жидкость, попавшая на камень, начала шипеть, разъедая его за секунды.

Песок… Надо обездвижить! Она ударила кулаком в землю, вырывая из-под снега пласты песка. Жгучий холод магии пронзил пальцы, но Лия сжала зубы, заставляя песчаные волны обрушиться на змея. Зеркальник завыл, когда частицы меди в его чешуе начали скрипеть, царапаясь о кварц. На мгновение он замер, и Лия воспользовавшись этим – метнула в него очередную каменную глыбу, вырванную из-подо льда. Камень разбился о медную броню, змей дёрнулся, потеряв равновесие.

– Ия, беги! – крикнула Лия, но слишком поздно.

Зеркальник, извиваясь, выплюнул новую струю липкой жидкости. Ия попыталась отскочить, и разбить ампулу, но скользкий лёд подвел, кислота попала ей на плечо. Она вскрикнула, рухнув на колени, а плащ начал дымиться, прожжённый до кожи.

– Нет! – Лия рванулась к ней, но змей преградил путь, вновь плюнув на лед.

Трещины на льду поползли во все стороны, медленно обнажая чёрную воду. Лия едва удержалась на ногах, чувствуя, как адреналин смешивается с горечью отчаяния. Водный маг…сейчас бы просто его заморозил. Мысль пронеслась, как укор, но Лия встряхнулась, снова поднимая руки. Она вырвала из-под снега глыбу мерзлой земли и швырнула её в змея. Тот отпрянул, но не остановился. Его пасть раскрылась, готовясь к новому плевку. Медь… Он состоит из меди! – озарение ударило, как молния. Маг сжала ладони, представляя, как частицы металла в теле чудовища начинают вибрировать. Жар поднялся от пяток к кончикам пальцев – она никогда не пробовала нагревать металл на расстоянии. Змей вздрогнул, его чешуя загудела, как тысяча колокольчиков, а затем завыл – звуком, похожий на скрежет падающих листов металла. Тысяч листов.

– Гори, тварь! – Лия вцепилась в невидимые нити магии, заставляя медь раскаляться.

Змей бился в конвульсиях, его тело искрило, а из пасти повалил едкий дым. Но чем сильнее она давила, тем больше сил уходило. Ноги подкашивались, в висках стучало, а сердце рвалось из груди.

– Ещё… чуть-чуть… – она почти не слышала собственный голос.

Зеркальник, обезумев от боли, рванулся к ней, протаранив остатки щита. Лия упала на спину, теряя концентрацию. Змей отращивал конечности, ломая лёд. Она осмотрелась по сторонам, она нигде не видела Ию. Лия обернулась…Ведьма парила в полуметре над льдом. Её волосы, ещё секунду назад чёрные, стали рыжими, будто впитали закат. Глаза светились ослепительно-белым, а из раскрытых ладоней лился поток энергии, похожий на жидкое серебро. Воздух дрожал, снег вокруг неё таял, обнажая почерневший лёд. И в этот миг тишину разрезал голос:

– Мочи его, – голос девушки звучал наложенным, будто говорили двое. – Сейчаааас!

Лия вскочила, чувствуя, как вся магия этого места вливается в неё. Это было как выпить ураган – тело наполнилось силой, земля загудела в такт её сердцу. Она вскинула руки, и озеро взорвалось. Льдины размером с дом взлетели в воздух, а из глубины вырвались жилы меди, позеленевшие от времени. Зеркальник завизжал, пытаясь увернуться, но Лия уже сомкнула пальцы. Металл сжал змея, как удав добычу. Чешуя трещала, кварцевые зубы крошились, а медная плоть плавилась, капая на лёд раскалёнными каплями. Чудовище билось в агонии, но Лия не отпускала. Она кричала – от ярости, от боли, от нечеловеческой силы, переполнявшей её. С каждым взмахом рук, медь впивалась глубже, пока, наконец тело змея не разорвалось. Осколки чешуи, кристаллы и куски его медной плоти разлетелись по озеру. Лия рухнула на колени, задыхаясь. Ия опустилась рядом, её волосы снова стали чёрными, а глаза – обычными.

– Что… что это было?! – прокричала Лия, глотая воздух.

Ия посмотрела на браслет, который обжигал её запястье.

– Я не знаю.

Над озером повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием льда. Где-то в глубине, в чёрной воде, снова замерцали звёзды. Но теперь это были лишь тонущие останки змея. Маг рухнула на спину и от души рассмеялась. Нервно, истерично, до слёз. Её смех подхватила Иявеенари, прислонившаяся к раненому Кину. Барс, прикрывая окровавленный бок, тыкался мордой в её шею, облизывая лицо языком, шершавым как наждак.

– Перестань, безумный! – Ия потерла обожжённое плечо, но тут же захихикала, когда Кин повалил её на снег. – Смотри, Лия, он ревнует! Думает, ты теперь моя любимица!

– Да он просто благодарит, что мы его не бросили! – Лия перекатилась на бок, с трудом отдышавшись. – Хотя… может, ты права. Мол, «где вы были, пока я геройствовал»?

Они лежали, спина к спине, пока Кин, хромая, обнюхивал останки змея. Его хвост нервно подёргивался, но уши уже не прижимались к голове. Ия потянулась к сумке, доставая призму.

– Держи. Восстанавливайся, а то до деревни Рэяна ещё километра четыре идти, а мы… – она махнула рукой в сторону развороченного льда, – выглядим как после драки в кабаке.

Лия взяла призму, ощутив знакомый холодок магии. Энергия медленно наполняла жилы, но вопрос горел на языке.

– Ия… Ты вообще поняла, что тогда сделала? Ты… влила в меня магию. Магию всего этого озера. Это… – она замялась, подбирая слова, – так не должно работать. Ведьмы же не могут… или могут?

– А я и не могла. – Ия резко оборвала, её пальцы сжали браслет. – Я просто… отключилась. Как будто кто-то другой взял контроль. – Она замолчала, глядя на застывшие волны пепла на воде. – И да, это должно меня пугать. Но почему-то… не пугает.

Лия фыркнула, поднимаясь на ноги:

– Вообще-то, это должно! Твои глаза светились, как сотни, нет, как тысячи городских фонарей вместе взятые, а твои волосы… – она замолчала, заметив, как Ия машинально касается черных прядей. – Ладно. Обсудим позже. Сейчас надо собрать пробы.

Она подошла к краю полыньи, где блестели обломки чешуи. Кин, припадая на лапу, зарычал, но Лия жестом успокоила его:

– Да ладно тебе красавец. Это для науки. – она аккуратно складывала осколки в мешок, стараясь не касаться голыми руками.

Медь всё ещё была горячей, будто змей не желал умирать.

Ия тем временем перевязывала барсу рану, достав бинт из сумки. Кин покорно терпел, лишь изредка повизгивая.

– Получается это был Зеркальник, но они обычно же не нападают на людей. – начала рассуждать она.

– Да, – задумчиво нахмурилась маг. – Но только если температура вокруг них не высокая. Они спокойно питаются медной рудой, растут, и уходят, когда появляются люди. Но если окружающая температура поднимается, они сходят с ума. А теперь представь, сколько он тут жил, сколько питался медью. Вот и вымахал. А тут тебе и горячие воды возникли, вот он и сбрендил.

Их прервал громкий треск. Лёд под ногами дрогнул, и Кин зарычал, Ия схватила Лию за рукав:

– Пойдем, а то сейчас лёд до конца треснет, а проводить водные процедуры в ледяной воде, я что-то не настроена.

Они двинулись к берегу, Кин шёл впереди, вынюхивая путь, как собака. Лия несла мешок с образцами, а Ия прижимала к раненому плечу смоченную эликсиром тряпку.

– Знаешь, – Лия вдруг засмеялась, – если бы Элдрин увидел, как ты парила… он бы потребовал тебя в свою лабораторию. Срочно.

– Пусть попробует, – ведьма ухмыльнулась, поправляя повязку на плече. – Я ему покажу, как «парят» его призмы. Но вообще я сама ему сообщу об этом.

Они вышли на тропу, где следы саней Рэяна ещё не замело снегом. Кин, хромая, шёл рядом, а Ия вдруг остановилась.

– Лия… Спасибо. За то, что не убежала.

– Ты что, – маг земли толкнула её плечом, – мы же команда. Кстати, насчёт команды, думаю, нам стоит попросить того ароматного чая у Рэяна, у него точно должен быть такой дома. И выспаться. Сегодня я не намерена возвращаться в город.

Ия засмеялась, и смех разнёсся над озером, растворяясь в ветре. А внизу, подо льдом, звёздные глаза медленно закрывались.

Глава 3

А́рбан

Лес, казалось, сжимался вокруг них плотнее с каждым шагом. Сосны, обременённые снегом, скрипели на ветру, а тени от их ветвей ложились на тропу чёрными трещинами. Лия шла впереди, цепляясь за стволы, чтобы не упасть. Носилки из переплетённых веток скользили по насту, угрожая вырваться из ослабевших рук. Ирбис лежал неподвижно, лишь изредка вздрагивая, когда полозья задевали корни. Его шерсть, ещё утром белоснежная, теперь была испачкана грязью и запёкшейся кровью.

– Ещё немного, – прошептала Ия, больше себе, чем магу.

Её пальцы онемели от холода, но она впилась в ветки носилок крепче. Маг земли молча кивнула, не находя сил на слова. Спина горела, дыхание рвалось хриплыми глотками. Она мысленно проклинала себя за то, что не догадалась взять с собой больше призм, ведь сила той одной уже развеялась. Но магия… После того, что случилось на озере, мысль о ней вызывала некую дрожь. Да и после применения призм нужно какое-то время не пытаться пользоваться магией самой. Ирбис хрипло заворчал, пытаясь приподняться.

– Тихо, – ведьма остановилась, опуская носилки на снег. – Мы же договорились, ты не ворчишь, мы не бросаем.

Зверь уставился на неё синими глазами, в которых читалось что-то среднее между благодарностью и стыдом. Лия прислонилась к сосне, вытирая пот со лба.

– Ты уверена, что он… – она запнулась, подбирая слово, – понимает?

– О-о-о, я думаю он понимает больше, чем некоторые люди, – девушка потрепала ирбиса по загривку. – На озере он спас нас, да Кин. Теперь наша очередь.

– Ты… там, на льду… – Лия прокашлялась, не решаясь закончить.

– Я ничего не делала, – девушка резко дернула носилки, будто пытаясь убедить себя. – Просто… собрала то, что витало в воздухе. Как пыль. Да и говорю тебе, это была словно не я.

– «Пыль» разорвала змея на куски.

– Это была твоя магия, а не моя. Я лишь… – она замялась, – направила.

Лия фыркнула. Ветер трепал её белокурые волосы, запутывая их в ресницах.

– Направила. Как чайник направляет кипяток в кружку.

– Примерно так.

– И это тебя не пугает?

– Нет, сказала же, – Ия остановилась, переводя дыхание. – Но, если бы я не направила, мы бы сейчас не спорили.

Лия хотела возразить, но ирбис заворчал снова, на этот раз одобрительно.

– Предатель, – буркнула она, но уголки губ дрогнули.

Они двинулись дальше, и лес начал редеть. Сквозь стволы проглянуло солнце, бледное и холодное. Лия первая заметила дымок – тонкую серую нить, вьющуюся над деревьями.

– Смотри! – она указала вперёд, и её спутница устремила взор на поселение.

Деревня раскинулась в небольшой долине, будто игрушечная. Домики из сруба, с резными ставнями стояли вплотную друг к другу, их крыши, укрытые пухлыми шапками снега, сливались в единое белое полотно. Из труб вился дым, а на улице сновали люди. Мужчина в меховой шубе тащил сани с дровами, старуха в платке кормила кур, двое детей гонялись друг за другом. Над каменным колодцем висел лёд, сверкающий, как стеклянный кинжал. Рядом с ним стояла невысокая девушка с вёдрами, её пепельные волосы, заплетённые в тугую косу, обнажали толстый шрам на её шее. Она повернулась к ним, и Лия замерла. Глаза незнакомки были цвета грозового неба, холодные и пронзительные.

– Спросим её, где дом Рэяна, – Ия сделала шаг вперёд, но ирбис вдруг зарычал.

В этот же момент дверь ближайшего дома распахнулась. На пороге стоял мужчина в грубой рубахе, с вязанкой сушёных трав в руках. Его черные волосы были собраны в хвост, а глаза, изучали девушек без улыбки.

– Кин, – произнёс он, и зверь отозвался тихим мурлыканьем. – Опять влип?

– Мы помогли… – начала Лия, но мужчина перебил.

– Тащите его. Это дом Рэяна. Рее́йша, поможешь? Оставь ведра спасителям.

Его голос звучал жёстко, но, когда он наклонился к ирбису, руки двинулись бережно, как к ребёнку. Девушка со шрамом поставила ведра у носилок и вместе с мужчиной взяла барса и занесла в дом.

Изба ничем не отличалась от других – низкая, с покатой крышей, сложенная из почерневших брёвен. На пороге висела связка чеснока и ветка рябины, а у окна стоял горшок с замёрзшей землёй. Внутри пахло дымом, мятой и чем-то древним, как страницы старых книг. Тепло печи обожгло щёки. Лия скинула плащ, дрожа от контраста. Иявеенари опустилась на лавку, её взгляд скользнул по стенам. Пучки трав, глиняные кувшины, деревянная маска с ветвистыми рогами.