Марша Блум и тайна некроманта

Прислуга кинулась поднимать юного лорда, счищая с его щегольского костюма остатки паштета и крема.

Я затравленно оглянулась и столкнулась взглядом с Мортисом. Некромант удивлённо смотрел на меня, не отрываясь, даже рот немного приоткрыл.

— Марша Франческа Блум! — раздался ледяной голос матери. Она стремительно приближалась, и я отчетливо увидела, как дрожат её губы от ярости. — Что ты здесь устроила! Немедленно извинись перед лордом Маклиром!

Призрак, завидев её, радостно закружился вокруг:

— О-о-о! Мамаша пришла! Тебе сейчас влетит, девочка!

— Я… могу всё объяснить!

— Мисс Блум… — Вернон, наконец поднявшись с пола, выпрямился и с пафосом провёл рукой по взъерошенным, перепачканным кремом волосам, — вы… вы просто очаровательны в гневе!

Мама остановилась как вкопанная, а я подумала, что, должно быть, лорд нехило приложился головой при падении о какую-нибудь хрустальную вазу.Зал ахнул. Даже призрак замер в недоумении.

— Что… что вы сказали? — прошептала Виктория.

— Я сказал, что её дикость… восхитительна! — он повернулся ко мне, и в его глазах горел странный восторг. — Ни одна девушка в этом скучном обществе не осмелилась бы так поступить! Марша, вы… вы невероятны!

Леди Маклир издала звук умирающего лебедя и рухнула в обморок прямо в руки дворецкого.

Тут уж растерялась я.

Из зала донёсся шёпот:

— Он с ума сошёл…

— Это же просто неприлично!

— Какая дерзость!

— А мне нравится, это так романтично…

Последнюю реплику, кажется, выдала одна из молодых девиц, тут же прикрывшая рот веером.

Видимо, заскучавший призрак вновь вспомнил обо мне и что есть силы ущипнул за бок.

— Ай! Да что тебе от меня надо! — выкрикнула я.

— Марша! — мама ахнула, глядя на меня с ужасом.

Все вокруг замерли.

Призрак захихикал и начал кружить вокруг меня, дразняще шепча прямо в ухо:

— Они думают, ты сумасшедшая! Сумасшедшая! Ха-ха-ха!

Но больше терпеть выходки сумасбродной нежити я не собиралась. Резко развернулась на пятках и, не говоря ни слова, направилась прямиком к Мортису, провожаемая обескураженными взглядами и уже не на шутку раздражающими шепотками.

— Нужно поговорить. Срочно.

Я схватила его за предплечье и потянула за собой к выходу. Как только мы вышли на улицу, призрак отстал. Похоже, он не мог покидать пределы дома.

Мортис с улыбкой взглянул на меня:

— Здравствуй, Марша. Чудесно выглядишь. Не ожидал встретить тебя здесь, но твоими стараниями вечер заиграл новыми красками. — Некромант подмигнул мне.

Мне жутко захотелось треснуть Мортиса по довольной морде лица. Я, значит, тут страдаю от нападок надоедливого призрака, терплю приставания неадекватного лорда, а он веселится! Можно подумать, я всё это устроила для его развлечения!

— Здравствуйте, ментор Гримм. Я тоже не ожидала, что вы такой любитель светских приёмов, но вот мы оба здесь. А ещё здесь полоумный щиплющийся призрак, который пристал ко мне, как банный лист. А сейчас, пока мы обмениваемся любезностями, он, возможно, щиплет ещё какую-нибудь несчастную даму.

Веселье Мортиса как ветром сдуло. Он вновь стал предельно внимательным и собранным. Подробно расспросил меня о произошедшем и задумчиво нахмурился.

— Что будем делать, Мортис?

— Если я правильно понял, сущность могла взаимодействовать не только с тобой, но и с другими гостями. А значит, она достаточно сильна… Почему ты сразу не попыталась обезвредить призрака?

— Простите, ментор Гримм, но бальное платье не подразумевает карманов. Да и брать с собой на приём амулеты и свечи никто бы не стал.

Некромант ухмыльнулся и извлёк из кармана связку амулетов и несколько свечей.

— Вам ещё многому придётся научиться, мисс Блум. Запомните, нечисть никогда не объявляется по расписанию, и некромант всегда должен быть готов дать ей отпор.

Я закатила глаза:

— Непременно запомню и в следующий раз дополню свой образ мешком с амулетами и книгу изгнаний прихвачу. Хотя, сомневаюсь, что после сегодняшнего меня пустят ещё хоть на одно подобное мероприятие.

Когда мы вернулись в зал, Вернона там уже не было. Очевидно, отправился отмываться и переодеваться. Призрак занимался тем, что пытался развязать корсет на одной из дам, но, завидев меня, тут же бросил своё занятие и через секунду оказался рядом, хлопая в ладоши:

— Ты вернулась, девочка! Чем займёмся? Давай веселиться!

— Она здесь… — шепнула я Мортису.

Он крепко сжал в руке амулет и глубоко вдохнул, прикрыв глаза.— Знаю. Теперь я её чувствую.

— А этот хмурый мне не нравится! — заявил призрак. — Давай утопим его в фонтане!

— Нужно убрать из зала людей, идём, найдём леди Маклир, — тихо сказал Мортис.

Мы нашли хозяйку вечера довольно быстро. Она полулежала на мягком диванчике. Слуги обмахивали её веерами, а рядом суетилась мама, то предлагая стакан воды, то рассыпаясь в извинениях.

Леди Маклир при виде меня приподнялась на локте, её бледное лицо исказилось от негодования.

— Ты? Как ты посмела вернуться?!

— Леди Маклир, — спокойно и уверенно перебил женщину Мортис, — в вашем доме прямо сейчас находится беспокойный призрак. Он может навредить гостям. Прошу вас прямо сейчас закончить вечер и вывести всех из зала.

— Что за чушь! В моём доме нет и никогда не было никаких призраков! Я не позволю вам пугать моих гостей и превращать вечер в катастрофу!

И леди Маклир отвернулась, поджав губы, всем своим видом демонстрируя, что разговор окончен.

Мы отошли в сторонку.

— Что теперь? Уйдём? — шепнула я.

— Конечно, нет. Мы не можем подвергать стольких людей опасности из-за прихоти одной избалованной аристократки.

Мортис нахмурился, его пальцы нервно постукивали по амулету.

— Ты видишь её прямо сейчас?

Я бросила взгляд через его плечо. Призрак увлечённо тянул обескураженного господина за усы, но, словно почувствовав внимание, тут же подлетел ближе, склонив ко мне своё полупрозрачное лицо.

— Конечно, видит! — захихикала она, дёргая меня за локон. — Девочка особенная!

— Да, — прошептала я, стараясь не моргнуть. — Она прямо передо мной.

Мортис резко выпрямился, выбросил руку с амулетом вперёд и громко произнёс:

— Te in amuleto claudo, larva!

Призрак зашипел, показывая клыки, и попытался отлететь от некроманта. Но что-то его удерживало.

— Te includo et robur tuum tollo, umbra!

Фигура призрачной женщины начала увеличиваться в размерах. Её лицо исказила маска гнева. Клыки удлинились, ногти превратились в подобие острых клинков.Амулет засветился ярким голубым светом. Волосы и платье призрака затрепетали, втягиваясь в сердцевину амулета, но в следующий миг произошло то, чего никто из нас не ожидал. Похоже, теперь огромного призрака видели все. Люди пытались бежать, расталкивая друг друга. Крики, паника, грохот опрокидываемой мебели.— А-а-а! Здесь монстр! Монстр! — МНЕ БОЛЬШЕ НЕ ВЕСЕЛО!!! — взревел гигантский призрак и рванул к потолку, сбивая тяжёлые люстры.

Глава 5. Амалия

Одна из огромных люстр с грохотом рухнула прямо на стол с десертами, разлетаясь тысячами хрустальных осколков.

— Всем вон! — рявкнул Мортис. — Марша, уведи людей!

Он выхватил из внутреннего кармана мел и принялся торопливо расчерчивать пол символами, не прекращая читать заклинание изгнания.

Кто-то сильно толкнул меня, и я едва удержалась на ногах, споткнувшись о подол платья. Вокруг царил хаос: дамы в панике кричали и плакали, мужчины толкались, пытаясь прорваться к выходу. Мама схватила меня за руку и потащила за собой, но я вырвалась.

— Марша! — её голос дрожал от ужаса. — Что ты делаешь?

— Мама, спасайся! Я должна помочь Мортису! — крикнула я и побежала обратно.

Призрак, теперь уже больше похожий на разъяренного демона, кружил под потолком, сбивая тяжёлые картины и разрывая шторы. Его смех превратился в рёв, от которого дрожали стёкла.

Мортис закончил чертить пентаграмму и чиркнул спичкой, собираясь зажечь чёрную свечу, но призрак внезапно спикировал вниз, прижав некроманта ногой к полу с нечеловеческой силой. Раздался хруст, и Мортис глухо застонал. Бледный лоб вмиг покрылся испариной.

— Мортис!

Но тут раздался громкий, грудной голос, который пробрал до мурашек:Я собиралась броситься к нему, не имея ни малейшего понятия, как помочь.

— А ну, отпусти моего внука, мерзкое отродье.

Из-за стола медленно поднялась Амалия. В руках старушка крепко сжимала трость с набалдашником в виде черепа.

Призрак замер, будто почувствовал нечто опасное. Он резко наклонился к некромантке и шумно втянул ноздрями воздух.

— Тебе не справиться со мной, старуха!

— Да я по сравнению с тобой ещё девчонка, рухлядь, — парировала Амалия и стукнула тростью об пол.

Гул разнёсся по залу. Череп вспыхнул зелёным мистическим светом. Глаза некромантки закатились, и она неестественно, словно её дёргали за ниточки, вскинула руку с тростью вверх.

Пол под призраком почернел, мраморные плиты раскололись, и из трещин вырвались черные щупальца, впиваясь в сущность.

Он завизжал, задергался, но тщетно. Щупальца быстро оплели руки и ноги призрака, растягивая в разные стороны.

— Девочка, — Амалия обращалась ко мне, но её голос звучал откуда-то из глубины, словно несколько человек говорили одновременно, — найди то, что удерживает эту тварь здесь. — Женщина повернула ко мне лицо с белёсыми глазами. — Поторопись. Я долго её не удержу.

Всё это время я стояла как каменный истукан, сжимая подол платья и боялась даже дышать. Голос Амалии наконец вернул меня в реальность.

Вокруг царил хаос — разбитая посуда, перевернутая мебель, испуганные гости. Призрак продолжал вырываться из щупалец, его вопли становились всё громче.

«Найти связь. Я должна найти связь!»

Превозмогая животный ужас, я приблизилась к призраку, вытянула вперед руки и крепко зажмурилась, выпуская силу.

Сначала я ничего не могла разобрать. Ощупала гигантскую фигуру внутренним взором с ног до головы, но не могла уловить даже отголоски связи призрака с внешним миром.

«Давай же, Марша! Где твои хвалёные таланты, когда они так нужны!»

Тонкая, почти прозрачная нить тянулась от груди сущности, петляя по залу. Я двинулась по ней, не открывая глаз. Пару раз споткнулась о перевёрнутую мебель, разбила коленку, но всё-таки нашла источник.Я зажмурила глаза ещё крепче, до ярких цветных точек на чёрном фоне. Вновь начала прощупывать призрака… и нашла!

Леди Маклир, в попытках спастись, полезла в открытое окно, да так и застряла там, зацепившись платьем за гвоздь. На её призывы о помощи никто не реагировал. Очевидно, прислуга в этой давке и неразберихе потеряла свою госпожу. А может, просто сбежала, спасая свою жизнь.

Призрачная нить тянулась аккурат к рубину на массивном колье хозяйки вечера.

Я впилась пальцами в украшение леди Маклир прежде, чем та успела понять, что происходит.

— Что ты делаешь?! — закричала она, пытаясь вырваться. — С ума сошла?!

Но я решила не тратить время на препирания и что есть силы рванула колье с высокородной шеи леди. Цепочка порвалась, и добыча оказалась в моих цепких пальцах.Я кинулась обратно к призраку и принялась шарить руками по полу, в поисках мелка Мортиса.

Хоть некроманта больше не придавливала гигантская ступня, выглядел он крайне плохо. Лежал на полу словно тряпичная кукла с раскинутыми руками и ногами, из уголка рта стекала тонкая струйка крови.

— Быстрее, девочка!

И он наконец нашёлся в обломках люстры.Руки Амалии дрожали. Она явно из последних сил удерживала неистово бьющегося призрака. Я закусила губу до боли, стараясь унять рвущиеся из груди всхлипы и панику. Передвигаясь по полу на четвереньках, отбрасывала обломки и осколки, моля все высшие силы разом о том, чтобы найти чёртов мел!

Не обращая внимания на изрезанные пальцы, я кинулась к смазанной пентаграмме Мортиса и широкими штрихами восстановила линии. Затем поместила проклятое колье в центр и скороговоркой протараторила слова изгнания.

Рубин вспыхнул кроваво-красным светом, затем почернел и треснул с жутким хрустом.

Призрак взвыл, его форма начала распадаться на чёрные клочья, словно пепел на ветру.

Амалия опустила руки, тяжело опираясь на трость. Больше не было нужды удерживать сущность.

Я стояла на коленях, кровь с порезанных пальцев капала на разбитый мрамор. Глаза неотрывно следили за последними клочьями призрака, растворяющимися в воздухе.

***

Мы с леди Маклир сидели в кабинете арканума, испепеляя друг друга взглядами. Генри Стрикленд невозмутимо заполнял необходимые бумаги, а за дверью бушевала мама.

— Я не позволю вам просто так обвинять и допрашивать мою дочь! — её голос гремел даже сквозь толстую дубовую дверь. — Немедленно впустите меня! Я мать! Я имею право!

— Мадам, ваша дочь уже совершеннолетняя и в состоянии сама дать показания. Успокойтесь, прошу вас! — пытался урезонить её несчастный помощник Стрикленда. — Присядьте. Принести вам кофе?

— Да я тебе этот кофе на голову вылью! Ты вообще знаешь кто я такая?! — ручка двери нервно задёргалась, мама пыталась войти в кабинет. — Немедленно верните мне мою дочь! Марша! Марша! Мама здесь!

Генри Стрикленд тяжело вздохнул и прочистил горло, привлекая наше внимание.

— Леди Маклир, вы утверждаете, что Марша Блум и Мортис Гримм посреди приёма вызвали гигантского призрака, чтобы опорочить вашу честь и достоинство и обокрасть?

Леди Маклир, теперь уже без своего роскошного колье, но с гордо поднятым подбородком, холодно сказала:

— Всё так, господин арканум. И есть множество свидетелей, которые готовы подтвердить мои слова. Они угрожали мне, а эта девица ещё и покушалась на жизнь моего единственного сына! Не получив желаемого, они и призвали это исчадие ада!

— Благодарю вас. Теперь я хотел бы услышать версию мисс Блум.Честное слово, если бы мои несчастные изрезанные и наскоро забинтованные руки так не болели, я вцепилась бы в волосы этой надменной стерве и как следует опорочила бы её «честь и достоинство».

Я пыталась говорить спокойно, но голос дрожал от сдерживаемой ярости.

— Призрака на приём призвала сама леди Маклир, нацепив проклятое колье. Уж не знаю где она его взяла, это в вашей компетенции, мистер Стрикленд.

— Что за вздор? Как ты смеешь! Это наше фамильное украшение! — взвизгнула Анна, вскочив со стула, но арканум жестом велел женщине вернуться на место.

— Мы с мистером Гриммом предупреждали её об опасности и о том, что людей необходимо вывести из особняка, — продолжила я, стараясь не замечать то, как достопочтенная леди пыхтит от злости. — Но, к сожалению, леди Маклир не поверила нам.

— Конечно я вам не поверила! Какая-то взбалмошная соплячка и учитель-первогодка указывают что мне делать!

Я перевела злобный взгляд на леди.

— И к чему привело ваше высокомерие и упёртость? Столько людей пострадало в давке, а Мортис… — не удержавшись, я всхлипнула. Горячая слеза скатилась по щеке. — Клянусь, если он не выживет, я лично буду каждый день призывать целый хоровод призраков в ваше проклятое поместье.

— Вот видите? Видите?! Мистер Стрикленд, да она мне при вас угрожает!

Генри протянул мне платочек и сочувственно сжал плечо.

— Марша, держи себя в руках. Я уверен, жизнь мистера Гримма вне опасности.

Затем арканум вытащил из ящика стола свёрток с остатками колье и положил на стол.

— То есть вы утверждаете, леди Маклир, что это ваше фамильное украшение?

Анна энергично закивала головой:

— Да-да, наше. Оно не могло быть проклято! Наверняка эта девчонка сама и…

Но Генри перебил её:

— И вы не покупали его неделю назад у чёрного копателя Стиви Брю, известного в криминальных кругах под кличкой «Лопата»?

Леди Маклир побледнела, как полотно. Ее пальцы судорожно сжали подлокотники.

— Это… Это клевета!

— Стиви Брю сейчас находится в подвалах арканумата. А это, — Стрикленд указал на колье, — драгоценность, пропавшая из фамильного склепа Фицджеральдов. У вас на шее, леди Маклир, висело колье, снятое с шеи мертвеца. Как же так получилось, что такая знатная дама обратилась за обновкой к чёрному копателю, а не отправилась в бутик?

— Я больше не скажу ни слова. Ваши обвинения, мистер Стрикленд, меня оскорбляют. Это я жертва в этой истории. Жертва! Не преступник.

— Разберёмся. — Строго отрезал арканум и обратился ко мне, — Идём, Марша, я провожу тебя к маме, пока она не вынесла дверь в кабинет и не растерзала несчастного Джипса.

И под визги леди Маклир, о том, что мы со Стриклендом подозрительно спелись и здесь всё куплено, вышли из кабинета.

Дверь едва успела закрыться за нами, как мама налетела на меня, сжимая в объятиях так крепко, что я едва могла дышать.

— Ты цела! — её голос дрожал. — Я думала… Когда я увидела этого монстра…

Я неловко похлопала маму по спине, не привыкшая к столь бурным проявлениям чувств, с её стороны.

— Всё хорошо, мам. Я в порядке.

Генри тактично отошёл в сторону, давая нам время. Когда мама наконец отпустила меня, её глаза были ещё влажными, но в них уже загорался знакомый огонь негодования.

— Потрудитесь объяснить мне, господин Стрикленд, в чём обвиняют мою дочь?! Все эти люди на балу… да они жизнью обязаны моей Марше! Если бы не она…

Арканум мягко перебил гневную тираду Виктории.

— Мисс Блум является важной свидетельницей и ни в коем случае не обвиняемой. Не волнуйтесь.

Потом он протянул мне руку для рукопожатия, но, увидев бинты, смутился, неловко кашлянул и спрятал ладонь за спину.

— В который раз выражаю вам благодарность, Марша. Надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество.

— Ни в коем случае! — встряла мама. — Сегодня я чуть не потеряла тебя, дорогая! Ты больше не будешь заниматься всеми этими загробными штучками.

— Но мам!

В коридоре послышались торопливые шаги и взволнованные голоса. К нам бежали папа и Аластер.

— Девочки, с вами всё в порядке? — папа сгрёб нас в охапку и крепко прижал к себе, — Мы приехали, как только узнали о случившемся. Сначала к поместью Маклиров, а там арканумы подсказали, где вас искать.

Аластер молча наблюдал за нами, но я заметила, как его пальцы слегка дрожат. Он всегда был сдержан, но сейчас даже он не мог скрыть волнения.

— Не волнуйся, пап. Мы в порядке. Но я хотела бы навестить Мортиса. Он сильно пострадал. Отвезешь меня в больницу?

— Нет! — воскликнула мама. — Об этом не может быть и речи! Ты еле стоишь!

Я хотела возразить, сказать, что я в порядке, я справлюсь, но внезапно ноги подкосились от усталости. Всё произошедшее навалилось разом — адреналин отступил, оставив после себя дрожь и пустоту.

Папа подхватил меня, не дав упасть.

— Всё, хватит. Мы едем домой.

— Но Мортис… — я попыталась вырваться. — Он в больнице, я должна…

— О нём позаботятся, — твёрдо сказал Аластер. — Уверен, мадам Гримм уже всех лекарей на уши поставила и организовала ему лучший уход. А завтра с утра мы вместе съездим в госпиталь.

Мама, наконец немного успокоившись, обняла меня за плечи.

— Пойдём, дочка. Ты заслужила отдых.

И я сдалась.

Дома я с наслаждением стянула с себя бальное платье, облачившись в мягкую пижаму. Мадам Сниффлботтом, непрестанно вздыхая и роняя слёзы, обработала и перевязала мои руки. Потом напоила тёплым молоком, уложила в постель и строго приказала отдыхать.

Я с наслаждением растянулась на мягкой перинке, обняла Мистера Вискерса, но уснуть так и не смогла. За стеной слишком отчётливо слышались голоса родителей, обсуждающих произошедшее.

— Ты не понимаешь, Альфред! Тебя там не было! — говорила мама взволнованным голосом. — Этот жуткий призрак мог раздавить каждого, как букашку! Переломить, как спичку! В понедельник я сама пойду в академию и заберу документы Марши.

— Виктория, подожди, — папа говорил тихо, но твердо. — Ты видела, как она справилась. Она не растерялась, не убежала. Она спасла людей.

— И чуть не погибла! — мама почти кричала, но тут же понизила голос, видимо вспомнив, что я могу слышать. — Альфред, она наша дочь, а не солдат! И, честно говоря, не думаю, что у нее получилось бы, если бы не запрещенные штучки Амалии.

Тишина.

Я затаила дыхание, прижав Мистера Вискерса к груди.

— Я не хочу, чтобы она шла по пути Гриммов, — наконец прошептала мама.

— Она пойдет своим путем, — сказал папа. — Но запрещать ей — все равно что пытаться остановить прилив. И потом, подумай о том, что было бы, если бы у Марши не было тех навыков и знаний, которые она получила на факультете некромантии.

За дверью раздались шаги, и я быстро притворилась спящей.

Дверь приоткрылась, в щель проскользнул луч света.

— Спит, — прошептала мама.

— Пусть отдыхает, — ответил папа.

Дверь тихо закрылась.

Я открыла глаза и уставилась в потолок.

«Они правы оба. Мама боится за меня. Папа верит в меня. Но я уже не представляю для себя другой судьбы».

***

Утром я, словно огнедышащий дракон, нависала над Аластером, пока он допивал свой кофе, и недовольно пыхтела:

— О, Создатель, я и не замечала раньше, какой ты медлительный!

Но брат лишь улыбнулся уголком губ, продолжая не торопясь потягивать горький напиток.

— Марша, какая потрясающая забота о менторе. Да ты просто образцовая ученица.

Я фыркнула:

— Вообще-то, он и твой друг тоже! Тебе всё равно?

Аластер наконец поставил пустую чашку на блюдце с характерным звоном.

— Конечно, нет, поехали.

Через четверть часа мы уже были у дверей палаты Мортиса. Я неуверенно застыла на пороге, не решаясь войти.

— Смелее, ты ведь так рвалась сюда. — Аластер сжал моё плечо, — можете обсудить свои некромантские штучки наедине. А я пока найду доктора и поговорю с ним.

И Аластер оставил меня, его шаги быстро затихли в коридоре. Я глубоко вдохнула и толкнула дверь.

Палата была залита утренним светом, но воздух здесь казался гуще, тяжелее. Мортис лежал на кровати, бледный как мел, с закрытыми глазами. Его обычно аккуратно зачесанные и затянутые в пучок волосы растрепались, а на лбу выступили капельки пота.

Я осторожно подошла ближе, и в этот момент его глаза резко открылись.

— Марша?

— Привет… — Я улыбнулась и потянулась к лежащей поверх одеяла руке некроманта.

Но он убрал её в сторону и строго посмотрел на меня.

— Я твой ментор, и тебе не следует…

Я цыкнула и закатила глаза:

— Если хочешь, я потом выйду и зайду к тебе, как студентка к ментору, но сейчас я пришла как друг и напарник по изгнанию.

Я наклонилась и всё-таки цепко ухватилась за шершавую ладонь.

— Как ты себя чувствуешь? Ты жутко напугал меня. Никогда больше так не делай!

Мортис хрипло рассмеялся, но тут же застонал:

— Обещаю, в следующий раз попрошу призрака нежнее ломать мне кости. — прошептал он, аккуратно сжимая мои многострадальные пальцы. Его ладонь была необычно горячей. — Но ты… ты молодец, Марша. Ба рассказала, что именно ты нашла привязку и провела обряд изгнания.

Я почувствовала, как щеки вспыхнули от неожиданной похвалы.

— Да что там… Вот бабушка у тебя нереальная! Я даже не подозревала, что такое возможно! А я тоже смогу вызывать щупальца из земли, когда доучусь? А ты так можешь?

— Какая я тебе бабушка, пигалица? — раздался властный голос Амалии. — Для тебя я мадам Гримм и никак иначе.

Я резко обернулась и густо покраснела, вырывая руку из пальцев Мортиса.

— Простите, мадам Гримм.

В палату вошли Амалия и Аластер. Брат приветственно кивнул некроманту.