Просто жесть…

-– Ладно, Миша, спасибо тебе огромное, – пожал ему руку с чувством, по настоящему, как хорошему старому знакомому, – что выручил меня, время свое потратил. Давай тут и разбежимся на сегодня. Контакты твои у меня есть, все что нужно я запомнил. Визитку взял еще в лавке. Мои ты и так знаешь. Как только соберусь снова во Владик или будет чего такого вкусного, то сразу к тебе. Ну и ты не забывай. С монеткой не заморачивайся, спокойно добирай сколько там тебе нужно. Если сильно свербит, то и забирай сразу, мне не в напряг. Меня по времени не жмет. Знаю, что рассчитаешься. Нет? Ну как знаешь.

Проводил его до самых дверей и расстались. Чего там он себе в голове накубатурит? Да без разницы. В мои расклады он пока не пишется. Так, приятная неожиданность. Связанную с ним часть плана я завершил. Займусь Павлом. Ведь могу себе позволить? Прислушался к голосам… Нет, все спокойно, никакого напряжения, могу отрываться, время у меня еще есть.

-– Рассказывай давай, ты же в порядке был полном, как так то?!

История стара, как этот мир. В центре как всегда женщина. Сколько я таких уже выслушал от своих друзей приятелей. Историй в смысле. Да и сам такой. Все знакомо до боли и как под копирку. А посыпалась жизнь у Пашки давно и не в один день. Первые лебеди полетели, когда распределение после академии он получил не в Питер, как я, а во Владик, на корабль научно-измерительного комплекса. Поэтому пришлось его “петербужовчанке” покидать насиженное место и ехать за ним через всю страну. Естественно не понравилось, в Питере то и мама под боком, все знакомое. И она типа из “настоящих питерцев” псковского разлива, но уже с рождения медалькой хвастается. Давали раньше в роддоме вместе со свидетельством. Мол мы то коренные, а не понаехали в отличие от всяких. И все бы ничего, сложилось бы и у них, чай не первые, но тут некстати грянула перестройка. Нас же чему учили? Родине служить. Другого мы собственно и не умели. И тут армия вдруг стала не нужна никому и не интересна. Страна вместе с не слишком умным народом посчитали, что чересчур дорого её такую красивую содержать. Хлопотное мол дело. Тем более весь мир в обещаниях и весь в завлекательных фантиках. И Меченый, тварь, мол у нас всего много, а чего нет, то мы остальное на это купим. Вполне можем обойтись полицейскими и внутряками, кругом же друзья. А остальных куда? А остальные, извините, идут нах, слишком много средств потребляете каждый день, отъедаете у народа последнее, да и вообще, слишком много у вас всего. В том числе будущих хотелок и запросов. А мы с Омерикой теперь сестры, вот как она нам ласково улыбается. Вот и у Раисы спросите, она подтвердит. Поэтому надо это все немедленно прекратить, усугубить, лишнее сломать или продать, а полученное использовать на чье то благо. Пока не началось. Потом мол решим, чье благо более нужное. Вспоминая те дни я сейчас понимаю, что страна была не в себе, тяжело больна, как и те люди, которые ей руководили. А кто то из них специально нас вел к полному провалу, успешно маскируясь и примазываясь к кормушке. И им было очень жалко огромных средств, которые уходили мимо личного кармана. Их же можно так интересно использовать!

И легким движением пера одного меченого упыря множество отличных кадровых офицеров и специалистов оказались на улице. Без разбора. От сих и до сих сократить. Что характерно, расформировывали прежде всего наиболее боеспособные подразделения. Группу войск из Германии просто в чистое поле выпихнули, а кого то из-за границы в спешке даже забрать забыли, иным повезло, но таких было мало, что хоть до пенсии дослужить позволили. И плевать всем было на все с высокой горки. Помните, как в те времена министра обороны называли? Паша Мерседес. Комменты излишни. Страна сыпалась на части и кому какое дело было до всяких там офицериков, так, щепки летят. Все горлопанили на площадях, как же, гласность, теперь можно дурость свою и вседозволенность проявить. Радовались, что железный занавес пал! Пили, блевали и требовали. Счаз мол, все всем раздадут и заживем! Меченый улыбался и обнимался со всеми, план работал. Заграница нам точно поможет. Ну а мой Пашка, как самый молодой и перспективный, загремел в числе первых под сокращение. Будь чуть посговорчивее и гибучее, может как то и обошлось бы. Потом бы привык, пересидел. Но… Не сложилось. Ушли его старлеем. Пришлось выгребать дальше самому. Молодая жена и маленькая дочка требовали к себе внимания, кушать хотели. Им то до всяких перипетий дела мало. Ты денежку домой принес? А почему?! Потом, когда в страну понавезли всякого, они очень захотели других “маленьких” радостей, косметики там японской, видика, ну чтоб все, как у людей. “Шумочки, шапожки и конечно золотые шережки”. Аппетиты росли, а денег больше почему то не становилось. Что у Пашке было из вариантов? Только идти и торговать шмотьем, челночить, благо Китай под боком. Но была проблема, к такому надо иметь хоть какое то призвание, ну или мало мальское умение. А у нашего то откуда? Торгашей в роду не было. А кукушка у него оказалась деловая и настырная, вот Павел и нашел себе приложение, пошел по однажды проторенной кем то стезе. Подписал контракт на три года в Африку в Иностранный легион. Мутное какое то предложение, но типа платят и военным из бывшего СССР всегда рады. Обещали по специальности, а пришлось брать в руки автомат и выполнять то, что приказывают. Но и тут ему не повезло, даже первый год не закончил. Чего то там большое и злое прилетело по их располаге. Хорошо еще, что откопали. Вернули обратно живым и относительно здоровым, правда уже без ноги. Все тощие накопления съела реабилитация, пришлось даже в долги залазить. Тут финальный акт этой драмы и воспоследовал. Инвалид, пенсия никакая, работы никакой. Перспективы? Молодая жена работать не привыкла, она же мать, ее всю их недолгую совместную жизнь Пашка содержал. Так что помыкались они какое то время и она в один момент ушла с дочкой к другому. Прямо как моя.

Сказала, что устала, что такой он ей не нужен. Что рассчитывала она на совсем другое, что он всю молодость ее… Ну знаете сами, лучшие годы и тарам пам пам. Надругался мол в извращенной форме, не оправдал ожиданий и загубил всю их такую неземную любоф-ф-фь. Тоже слышали такое? Вот и не торопитесь никогда связывать себя узами брака, вначале морально подготовьтесь. Квартиру, которую все таки успел получить лейтенантом, Пашка отписал дочке. Не дожидаясь разборок. Решил, что так правильнее. Малая же не виновата, что мамаша еённая оказалась такая стерлядь. Ничего еще не понимает. Вот с тех самых пор уже десятый годок и мыкается, где придется. Спасибо добрые люди помогли, пристроили вот в общагу и поддерживали. Хоть и сами небогато жили. Хорошо, что руки у Пашки оказались из нужного места, всякое починить или наладить. Это позволило с трудом, но пережить все это дерьмо, изматывая себя ежедневной работой, не опуститься окончательно и не уйти в запой. А потом уж втянулся и привык. Рассказывал он мне все это, а у самого в глазах такая тоска лютая. Может и слезы, не разглядел. Фонари наверное на улице отсвечивали. Зато так все знакомо, невольно поймал себя на мысли. Он говорил, а у меня моя жизнь перед глазами прокручивалась. Ай, ладно! Женщина же не воробей, залетит – не прокормишь. Простая вроде бы истина, но в «одну и туже реку» мы заходим с завидным постоянством всю свою жизнь. А вот сколько мостов через эту реку мы сожгли, у-у-у, никакому подсчету не поддается.

-– А сейчас то где живешь? – Перебил его монолог, не удержался, – все там же, в общаге? Работаешь? Чем кормишься то?

-– Комната у меня там отдельная, большая в принципе. Немного помогают друзья, ты не знаешь, подкидывают продуктов. Работаю иногда, если есть чего, на вахте народ подменяю. Совет ветеранов вот еще. Да и пенсию недавно дали по инвалидности. Как то кручусь. Как все…

-– Меня то приютишь? Не обременю тебя на пару ночей? У меня и вещей то с собой…

Смотрю, застеснялся друг мой ситный. Понимаю, но к бесу все. Просто не хочет он мне свои хоромы светить, где из каждого угла неустроенность и беднота. Не понимает, что не увижу я у него ничего, мне не знакомого. Сам совсем недавно под кустиками обретался и что? Бомж бомжом, только по случаю приличными “метрами” и обзавелся. По другому жизнь повернись, так бы и сгинул где нибудь неопознанным. Так что переживу и Пашкину неудобу. Много ли нам надо, убогим, пару крошек на зубок, ломом подпоясаться и в дорогу узелок. Не слушая его возражений вызвал нам такси, погрузились и по пути в Пашкину общагу заехали в супермаркет. Специально оставил друга в машине, мол водилу посторожи, а сам отправился в набег. Набрал и накупил всего, что только счел достойным нашей компании. Прошелся по всем прилавкам и складам этого немаленького лабаза. Коню понятно, что у Пашки по углам шаром кати, так что всему будет рад, да и я по многолетней привычке предпочитаю в гости ходить со своим. Барствую? Ну и что, могу! Денег на кармане пока есть. Телевизор плазму взял, ноутбук большой цапнул, холодильник и кофемашину тоже, как без них белому человеку? А еще раскладушку себе, тряпки там всякие, белье, полотенца. О! Как раз и мобила нормальная! Народ смотрел на меня, как на идиота. Вечер, пятница развратница, все за бухлом, закусью и презиками, а тут человек мечется, как стихийное бедствие, скупает все, до чего руки дотягиваются. И мимо алкомаркета, точно дурной! Переживут, а мне в радость, о ком еще заботиться? Незаметно, после кассы, убрал все в хранилище. Кроме пары тройки пакетов с продуктами. Нормально так нагрузился. И денег еще Пашке суну, когда буду уезжать. Запихну ему под подушку и некому будет обидки кидать когда найдет. Не, так не возьмет, обидится. И кисло так мне на душе стало, тяжко вот прямо. Крутит. Свое так не доставало, как за друга обидно. Надо будет зайти к буху в общаге, проставиться и комнату Пашкину оплатить на год вперед, не забыть. Пашка, Пашка… Ну как вот так? И человек он вроде не злой, и как специалист хороший, я помню, сам у него списывал, а вот поди ж ты, не сложилась у человека жизнь. И по нему наша общая судьба прошлась катком…

-– Ехать мне нужно, Паш, прости, – утром, через сутки, начал я разговор, – не могу больше задержаться у тебя, дела. Вот денег тебе оставляю, молчи! Не тряси головой! И не пыхти, знаешь же, как со мной спорить. Тебе нужнее. А мне без надобности, я все что было нужно купил. Я то не пропаду, не последнее. Труба зовет. Напишу тебе на почту или позвоню. Возьмешь тогда билет за ЭТИ деньги и приедешь. И не экономь, проверю. Согласен, принимается? На дорогу потратишься, на продукты там, а вдруг так сложится, что я к тебе опять нежданчиком. Кто знает…

– Все. Повозмущался, остыл? Вот и правильно. Найду место для тебя и сразу к себе заберу. Работа будет нормальная и со мной рядом, если не побрезгуешь. Нет? Не передумаешь, точно приедешь, договорились?! – Сам отвернулся в сторонку, чтобы на Пашку не смотреть, типа собираюсь я, где моя зубная щетка? Расчувствовался он не к месту, размяк. Непривычно ему, неудобно принимать помощь. Когда комнату обставил грозился вообще со мной перестать разговаривать, наивный. Ну да, расстаемся, но не навсегда же. – Значит жди моего звонка. В принципе уже и так можешь потихоньку собирать вещи. Не пыхти, я не отстану.

За эти сутки, пока по всякому поводу выпроваживал друга то к коменданту общаги за документами, то за продуктами по мелочи, то к девчонкам за солью, обустроил его комнату. Все, что купил, выставил на свои места и подключил. Интернет свой провел. Теперь наш парень в сети, хоть такая отдушина, может контактировать со всем остальным миром. И пока Пашка орал и возмущался, мол куда делась его раритетная эксклюзивная пыль, отобрал принесенные бумажки и сбегал в бухгалтерию, оплатил вперед коммунальные и еще, чего надо. Хоть так, хоть немного на моем сердце будет спокойнее. Не в тягость, почти семья. Позвонил Мешуламу и уже через час с его ребятами были на трассе. Долетели без эксцессов до указателя на Фокино. Тут меня и мой груз без лишних разговоров оставили на проселке, там где и указал. Уехали. Выдохнул наконец. Напрягают меня все таки человеки. Устаю я от них. Пашка вот не напрягает. Парни мои только в радость. А вот остальные, особенно которые с претензиями. Лучше одному во избежание травматичности. Ну вот и все, и этот этап завершился, я один и снова в поле. Как то даже с облегчением. Я же говорю, утомляет меня общество, слишком много всех на одного меня. Все время какой то гам вокруг. Суета. Куда, зачем? Одному проще, в горах или в зеленке. Хому вот от меня большое человеческое спасибо, что за все это время ни разу не дернул и не побеспокоил. Видел, конечно, что жизнь там у них и вокруг кипит. Но в кои то веки у нас тут пока еще спокойно. А там все “санитары” срочно сдристнули на хоум. Остальные готовятся. Иду вот к своему модулю, а у самого мысли в голове интересные такие скачут, что надо мне ребятам помочь, таким как Пашка. Только вот как. Можем же избавить их от застарелых болячек и увечий, они же не на дядю работали, а Родину защищали. Можем, Док еще и спасибо скажет за такую практику. И своя команда на земле мне по любому понадобится. И будут не случайные люди, а нормальные, которые пороха вволю понюхали, Крым и Рим прошли, должны быть с понятием. Еще как нужны. Потому как Хом точно не остановится, пока не станет единственным властелином окрестностей. Спинным мозгом чувствую. Сразу обоими полужопиями. Только вот вопрос, как это лучше все организовать и как потом всем этим руководить с моей то оголтелой социопатией. Мне это и даром не встало. Руководить народом точно не мое. Н-да, задачка. Хом то наши авгиевы конюшни собрался чистить до кристальной чистоты. Есть у него какой то свой пунктик на этот счет. Ладно, приеду домой подумаю еще. А пока проверю, как там мои сборщики поживают. Пашут? Угу, надо же, почти пятнадцать процентов выполнения. Ну, ну. Молодцы. Все, ушел, я домой.

Глава 29 Война план покажет

С давних пор сотрудниками данного номерного госучреждения опытным путем было установлено, что любые мероприятия в этом служебном помещении не приносят никому радости и настраивают совсем на иное. Некоторые из них, видимо совсем не разумные, на голубом глазу утверждали, что лично наблюдали отсюда Кушку и познали дзен таинственных пляжей Магадана. А те, кто побывал здесь не по собственной воле в силу тех или иных обстоятельств, божились, что вживую разговаривали с маршалом Берия и компанией его костоломов. Когда совершенно непонятным образом на их бумагах появлялись расстрельные резолюции, начертанные непременно ярко красным карандашом. Которые на выходе из помещения исчезали, оставляя реципиентов в холодном поту и с дрожащими коленями. Всё это сильно способствовало взаимному пониманию и уважению. Скажете мистика? Вполне себе нормальное явление для многих старых сооружений. Там много чего кто видит. И это еще никто не вспомнил про Сухаревскую башню и всякие там пещеры глубоко под землей. Что то такое и правда присутствовало. Аура такая что ли сложилась у этого рабочего пространства или, как говорится, витает в воздухе нечто иное. Поэтому некоторые руководители и назначали встречи именно здесь, когда хотели что либо по быстрому решить или конструктивно обсудить трудный вопрос. И особенно когда не хотели, чтобы происходящее в узком кругу или разные там разговоры на неприятные темы выплыли в другом месте. Этому способствовали и расположение помещения в известном всем страшном здании на Лубянке, и целый комплекс сложных технических мероприятий для обеспечения этой самой конфиденциальности. Окон там нигде естественно не предусмотрено не было, электрические контуры замкнуты на внутренние источники, заземлены и везде полная звукоизоляция. Как и принудительное проветривание, цикличный газообмен, а то мало ли, всякие умельцы попадались. А так не слышно, не видно и нет никого. Нужное же дело? Но почему то сотрудники предпочитали быстро проходить мимо. Шептались, что некоторые даже входили туда сами и больше… не выходили. И следов никаких не оставалось. Мол есть там свой отдельный вход в подземку или даже портал в некий параллельный мир, где до сих пор жив СССР. Жуткие страсти. Вроде бы все взрослые и закаленные жизнью люди. Но номера помещению почему то не присвоили, даже какой никакой таблички на дверях не было. Знали, да, что есть такое помещение, на плане здания присутствует. Более того, периодически ремонтируется. Что тоже подбрасывало дровишек в костер местных кривотолков. “Кровь там замывают и дырки в потолке от пуль замазывают!” Ведь местным старожилам точно известно, кровавый СМЕРШ или вообще даже сам НКВД колдунов каких то раньше тут расстреливал. Ну или шаманов. С них то и началось. Настойчиво требовали с них старика Крупского воскресить, а может прокляли они кого то не того или полечили неудачно, предвидели чего неприятного, но больше их никто не встречал. Сгинули.

Как бы там ни было, своя собственная аура у этой комнаты присутствовала и давила на всех не взирая на личности. Настраивала на правильный лад. Типа сделал дело и вали, пока не началось. И лучше даже не жалуйся на свою жалкую жизнь. Вообще никому не жалуйся, если вышел отсюда своими ногами. Зато и слов требовалось много меньше для всяческих убеждений и разных согласований. Самое то для спец массовых мероприятий и индивидуальных доверительных бесед. Никто не хотел задерживаться дольше необходимого в этих казенных интерьерах. Первый это всё знал и с удовольствием пользовался к своему огромному удовлетворению. Вот как сейчас например. Отказать в срочной встрече ему не могли, настроения никому это не прибавляло, но неизменно заставляло являться подготовленными и собранными. Любо дорого послушать.

-– Докладываю, мы изыскали возможность получать информацию о происходящем там практически из первых рук, – бодро докладывал Третий. – У них там в Калифорнии идет натуральная полномасштабная война. С массовыми жертвами и разрушениями. Объявлена мобилизация тыловых резервов. В Неваде, Калифорнии и Аризоне введено военное положение. Штаты Юта и Нью-Мексико готовятся. Ответственные господа в кулуарах заявляют о возможном инопланетном вторжении. Особенно после того, как поле неизвестной природы поглотило и переработало в пыль их защитную стену вместе со всем, что там было внутри и рядом. В ответ они додумались нанести удар всем, что нашлось под рукой. Одного раза показалось мало. Использовали боеприпасы повышенного могущества. Также несколько батарей Паладинов, не считая всякой досадной мелочи, отработали по цели снарядами со всякой секретной химией, которой якобы у них никогда не было.

-– Позволю высказать осторожное предположение, что теперь нет и этих Паладинов, как собственно и всего того, что вело огонь. Авиация полностью уничтожена, а границы аномальной зоны расширяются и дальше? – К разговору немедленно подключился Первый. – А место, где это всё было расположено, теперь посыпано ровным слоем белого песочка с красивыми волнами в японском стиле строго по феншую. А что с новыми постройками внутри зоны?

-– Новые строения предположительно являются батареями ПКО. Сбивают все, что хоть как то летает или пытается в радиусе ста тридцати километров от места боевого соприкосновения. В том числе не повезло низко орбитальным спутникам, которые так или иначе там периодически присутствовали. Ими также поражен ряд важных наземных целей, – Третий с удовольствием зачитывал текст по бумаге. – Армия беспорядочно отступила, окапывается где то вне границ поражения. Хотя как они их определили непонятно, если дальнобойного оружия пока ацтеками не применялось. Они просто драпали, пока не выдохлись. Там и остановились. В городах вокруг паника, объявлена принудительная эвакуация. Грабежи. Кроме того было применено какое то новое оружие, кроме уже известных нам БПЛА. Это имело фатальные последствия.

– Повсеместно наблюдаются новые типы беспилотников. Количество естественно уточнить не получается. Цели малоразмерные, постоянно маневрируют с очень высокой скоростью. Действуют в основном в составе роя. – Третий вывел нужные картинки на большие экраны. – Сбивать их не удается. Поэтому к сожалению образцов для исследования пока нет. Мы изучили представленные нам материалы. Аналитики предположили, что на поле боя присутствуют дроны двух видов, огневой поддержки и истребители. В прямом смысле этого слова. Смотрите, первый вид атакует технику и укрытия, а второй работает исключительно по личному составу. Причем уничтожают всех, кроме белых. Белым наносят повреждения не критичные для жизни. Увеличивая таким образом нагрузку на общую инфраструктуру. Госпитали переполнены. Также после этих известий начались расовые волнения, темное и цветное население отказывается идти в зону боевых действий. А белых на всё не хватает. Рост зоны отчуждения продолжается. Как будет развиваться ситуация дальше никто не берется предсказывать. Весело там у них, товарищи, просто праздник души!

-– Я могу дополнить, – Второй слегка поморщился радостному тону предыдущего оратора. – Эйфорию вашу не разделяю, хотя понятно, что мы все мечтали о подобном. Но давайте все таки вернемся к баранам. У меня в арсеналах нет никакого оружия для противодействия подобному. От слова совсем. Как и у американцев. Мы абсолютно не готовы к такому развитию боевых действий. Все их станции РЭБ и что то наподобие СВЧ оружия оказались полной чушью. Думаю, что и наши будут бесполезны. Для нас это новый неизученный и чрезвычайно неудобный противник. Лазеры, смеетесь? Кроме того я предполагаю, что всё нам показанное управляется искусственным интеллектом. Скорость реакции и траектории. Кроме того обратите внимание на доклад, там везде указано, что не зафиксировано какое либо использование радиочастот для передачи данных. Никаких устойчивых каналов связи, как и посторонних источников радиоизлучений. А значит все наши постановщики помех отправляются в утиль. А со стороны ацтеков такие мероприятия по противодействию в зоне боевого соприкосновения осуществляются, вплоть до физического воздействия. И я не понимаю, как мы будем с таким бороться. Там у вас еще не все указано, по докладам моих аналитиков каждая боевая единица ацтеков имеет индивидуальное защитное поле. То есть обычные боеприпасы нам можно не тратить. Кроме того это предполагает источник энергии соответствующей мощности. И если даже мы что то собьем, то что поимеем на выходе, детонацию ядерного заряда или более красивое зрелище? У нас нет для них средств поражения, а обычное наше оружие абсолютно неэффективно. Поэтому тут я вполне солидарен с америкосами. И очень обеспокоен.

– Понимаю их панику и хаос. – Второй сделал паузу, чтобы его слова лучше уложились во всех присутствующих головах, выпил водички и продолжил ликбез. – Что они готовы применить все, что есть на складах, лишь бы ликвидировать угрозу. Но средств противодействия у них нет и вряд ли они появятся. Слишком большая разница в технологиях. Мне лично кажется, что и тактическое ядерное оружие там не поможет. Да и нет никаких гарантий, что оно решит вопрос окончательно. Аналитики резонно указывают на то, что никто не знает, что там есть под землей еще. Силы и средства ацтеков вводятся в бой дозированно и ровно столько, чтобы обеспечить непрерывное минимальное продвижение. Но хозяин барин, это лишь мое мнение, им там на месте самим решать, как жить. Я не могу понять только одного, почему никто не пошел на контакт, их ведь вроде бы приглашали?

-– Какой к аллаху контакт? – Недовольно вскинулся Первый. – Сами подумайте, контактера со стороны пирамиды никто не видел. Только наши предположения, что это кто то похожий на нас, да и то всё по косвенным признакам. Образцы транслируемого сообщения не распознаны. Идентификации и расшифровке не поддаются. Спецы эти хваленые не нашли в известной истории совпадений и аналогий. Наши тоже развели руками. Все машинное время выкуплено и ноль результата. С кем им говорить, о чем? Кстати, а вам не показалось такого, может там вообще одни роботы какие нибудь и живых близко нет. Только остатки былой роскоши, ну как у нас, типа “мертвая рука” и всё такое?

-– Ну хотя бы попробовали пальчиком по песку повозить, вдруг бы что и откликнулось, я бы однозначно такой шанс не упустил. Невместно что ли “мировым благодетелям” договариваться с кем то в перьях, – Второй позволил себе усмехнуться и закурить. Понял, что шкуру драть прямо сейчас с него не собираются и собрали для того, чтобы обменяться мнениями. Поэтому можно и расслабиться, – ну и вышли бы с белым флагом, хотя бы посмотрели, кто или что с другой стороны приплывет. Или до такой степени мозгами поплыли? По поводу роботов, согласен. Очень похоже по поведению на автоматическую боевую систему. Обратите внимание, что все военные действия ведутся ими от обороны и только дронами. Так что вполне себе версия, что в пустыне по какому то недоразумению остался от древних комплекс обороны, который совсем некстати раскопали местные идиоты. Охранная система со своими задачами, алгоритмами и внутренними протоколами. А ихние придурки сунулись в охраняемый периметр по жадности и скудоумию. Ну и сами же видели, что полномасштабный ответ получили только после применения тяжелых вооружений. Там, интересно, все что ли придурки или как минимум половина? А предлагаемые переговоры, даже их неудачная попытка, могли дать необходимое время и информацию на принятие верного решения. Тоже результат…