Мистер Невыносимость 3 – За гранью бездны

Всё было бесполезно.

– Играя с огнём, ты должна была понимать, что можешь обжечься, крошка, – процедил он. – Плохая девочка.

Я судорожно пыталась сообразить, как это остановить.

– И это всё, на что ты способен? Применять силу? – выдавила я сквозь зубы.

Лоурен от души хмыкнул.

– Мы уже прошли все этапы. Получается, это последний. Больше ты никогда не сможешь быть с другим. Я займу все твои мысли и заполню тебя всю до краёв.

Его план был предельно понятен, но самое страшное то, что я знала – он будет эффективным. В этот раз у меня действительно не останется шанса забыть его навсегда.

Я не хочу так! Не хочу, чтобы он заставлял меня чувствовать его!

– Пожалуйста, – простонала я жалобным голосом. – Не делай этого!

Возможно, он пожалеет меня. Он ведь знает, как я из-за него страдала. Должна же была остаться в нём хоть капля сострадания.

Лоурен нагнулся и погладил меня нежно по щеке.

– Так надо, крошка. Когда ты снова станешь моей, тебе больше не будет страшно.

Дальше я уже не могла говорить. В пучине наслаждения голос разума становился всё тише, уступая место другому голосу – тому, что я долго глушила в себе. Часть меня ликовала. Та часть, которую я презирала и пыталась подавить, но она снова ожила, восстав из глубин, словно забытое эхо. Этой Лине сейчас было очень хорошо! Опасно, запретно, невыносимо хорошо! Ей хотелось отдаваться Лоурену снова и снова.

В голове возникли постыдные картины, как я ублажала сама себя, представляя его, потому что иначе не могла кончить. Все эти годы до появления Натана приходили моменты, когда желания тела невозможно было игнорировать, и тогда я помогала себе сама, представляя Лоурена. Всё, что я пыталась забыть, возвращалось вместе с ним: его сила, его власть надо мной, то безумное притяжение, которое нельзя объяснить словами. Я ненавидела себя за то, что поддаюсь этому, но не могла иначе. И вот теперь я снова в объятьях моего личного демона и понимаю, что никто не сможет его заменить и сравниться с ним, как бы хорош он ни был. Просто Лоурен – это Лоурен. Наше бешеное влечение, словно безумие. Да, он прав во всём, и я больше не могу держать оборону.

Я раскрылась для него и ощущала каждой клеткой, как он движется к пику и сама поднималась туда вместе с ним. Мы растворялись друг в друге, что уже было не понятно, кто из нас кто. Наше дыхание, наши стоны переплетались, а мокрые тела скользили в унисон, пока не настала разрядка, которая буквально взорвала мне мозг.

Я мечтала об этом, да! Воспоминания о том, насколько это сладко, уже почти стёрлись за годы, но сейчас моя память освежилась. После этого я забыла все принципы. Остались лишь мои инстинкты.

В эту ночь Лоурен показал мне, что такое безумие и безудержный секс. Так ли выглядит райское наслаждение? На этот вопрос у меня нет ответа.

Моё тело погрузилось в мягкое тепло. Оно медленно проникало под кожу, заставляя возвращаться в сознание. Со стоном я открыла глаза. Меня ослепил яркий свет. Я сидела в огромной ванне, наполненной тёплой водой и ароматной пеной. Лоурен как раз собирался залезть ко мне, когда я повернула голову в его сторону.

– Моя спящая непробудным сном принцесса наконец проснулась, – произнёс он с улыбкой и шагнул через край ванны. Приподнял меня и сел позади так, что я спиной прижалась к его груди. Моя голова покоилась у него на плече. Всё тело казалось не своим. Я совсем потерялась во времени и пространстве.

– Сколько сейчас часов?

– Шесть утра, – коротко ответил Лоурен.

Я закрыла глаза, собираясь с мыслями. Сосредоточиться было трудно.

– Мне нужно домой.

– Вряд ли, – лаконично подытожил он.

– Тебе всё ещё мало? Недостаточно наигрался? – пробормотала я с горечью. Хотелось забыть всё. Просто чтобы память стёрлась. Но я знала, этого не случится. Как теперь жить, когда я отдалась ему, я не знаю.

– Ты всё ещё думаешь о том, чтобы быть с Натаном? – ответил он вопросом на вопрос.

Я презрительно зашипела:

– Если я скажу «нет», ты поверишь?

– Нет.

– Тогда зачем спрашивать?

Повисло тяжёлое молчание. Лоурен погладил меня по голове.

– Зачем он тебе? Чтобы забыть меня?

– Чтобы жить нормальной жизнью, – съязвила я.

Лоурен не отреагировал на мою колкость.

– Это ты можешь делать и со мной.

– Ты всё ещё не понял, что ты для меня пройденная глава.

Лоурен сдержанно засмеялся. Спиной я чувствовала вибрации от его смеха.

– Вчера вечером всё выглядело до точности наоборот. И сейчас ты со мной. Мы вместе принимаем ванну.

– Так нельзя, и ты это знаешь. Твои методы «завоевания» – это насилие.

Наступила пауза. Он обдумывал ответ.

– Сейчас я не вижу иного выхода. Пока мне достаточно того, что ты не будешь с другим. А дальше разберёмся.

Да уж. После такого я теперь точно не смогу ни с кем встречаться. Молчу про секс. На моём теле и душе стоит его печать.

Я медленно начала смеяться. Постепенно смех становился всё громче, переходя в истерику. Лоурен крепче обнял меня, пока я не прекратила.

– У нас не может быть здоровых отношений, Лоурен. Ты постоянно пытаешься сделать меня зависимой от тебя. Используешь секс, потому что не знаешь другого способа. Ты не умеешь по-другому.

В этот момент Лоурен повернул мою голову к себе и пронзительно посмотрел в глаза.

– Тогда научи меня! Научи быть таким, каким ты хочешь!

Он не слышит и не видит, потому что не хочет. Его одержимость мной пугает, но сейчас, глядя в его холодные зелёные глаза, я вдруг ощутила не только страх. Власть.

Он полностью владеет моим телом, зато я его сердцем и душой. Ну разве это не парадокс? Когда-то я мечтала, чтобы он был только моим, и у меня не получалось. Теперь он готов на всё. Я могу вертеть им, как хочу, но я перегорела.

– Дай мне уйти. После этого договоримся, – прошептала я, не отводя взгляд.

Он усмехнулся краем губ:

– Хорошая попытка, крошка. Но пока в этой игре я главный.

Он наклонился, и наши губы соединились в поцелуе.

Прямо в ванной мы снова занялись любовью. Тепло и влажность помещения умножали жар нашей страсти. Лоурен любил меня неистово и безрассудно. Больше не осталось ничего. Всё потеряло значение.

После купания, мы поели, а дальше снова секс без устали, без границ и правил. Такое действительно не сотрётся из моей памяти до самой смерти.

Время перестало существовать и я тоже. Только наши тела, больше ничего.

Возмущённый мужской голос вырвал меня из забытья. Точнее не совсем. Я пыталась разлепить глаза, но безуспешно. Понятия не имею, когда уснула. Было сейчас утро, день или ночь. Молчу уже про день недели.

– Где она? Я знаю, она тут! – раздался крик из соседней комнаты.

Это был Натан. Во мне зажглась надежда, но сил прийти в себя всё ещё не было.

– Не шуми, – последовал спокойный ответ Лоурена. – Она недавно уснула.

– Что ты с ней сделал?

Усмешка:

– Ничего такого, что не доставило бы нам удовольствие.

– Лина! – позвал Натан. В его голосе звенела паника. – Лина!

Голос стал ближе. Теперь он уже был в комнате.

– Натан… – пролепетала я еле слышно.

Он подлетел к постели и взял меня за плечи.

– Лина, ты в порядке?

Я не могла ответить. Не было сил. Глаза снова закатились.

– Ты в своём уме?! – заорал он на Лоурена, который подошёл ближе. – Почему она в таком состоянии?

– А ты как думаешь? – усмехнулся тот, с лукавым, почти торжествующим выражением. Ни капли сожаления. Знал ли Лоурен вообще, что такое вина?

Я заставила себя вновь открыть глаза. Натан кипел от ярости. Я никогда не видела его таким. Он схватил Лоурена за ворот.

– Ты чокнутый! Тебе плевать на чувства людей! Я многое мог бы понять, но клянусь, за это ты заплатишь!

Лоурен небрежно отбросил его руки.

– Заплачу за что? За свою любовь? Я уже достаточно за неё заплатил.

Натан нахмурился. Ничего не сказав, вернулся ко мне и попытался поднять на руки.

– Оставь её! – приказал Лоурен резко.

– С тобой я её точно не оставлю. Лины не было на работе два дня. Коллеги беспокоятся. Ты явно удерживаешь её насильно. Если не заберу Лину сейчас, через пять минут здесь будет полиция. Посмотрим, что ты скажешь тогда.

– Решил поиграть в спасителя? – рассмеялся Лоурен. – Да уж, роль тебе подходит. Только ты проиграл. Лина моя, и что бы ты ни делал, она твоей никогда не будет.

Натан замер, глядя на него. В его взгляде появилось отвращение. Он понял, почему Лоурен так себя ведёт и не отступает.

– Не думал, что ты такой тупой, – произнёс он холодно. – Лина со мной рассталась. Но если когда-нибудь захочет вернуться, я приму её. А ты… с тобой теперь точно покончено.

Лоурен соображал, что к чему, и в этот момент к нему пришло осознание. Он схватился за лоб, как будто у него заболела голова.

– Чёрт… волосы… – прошептал он.

До него дошло, почему я подстриглась. Только сейчас. Но уже поздно. Всё потеряно.

– Выходит, я снова облажался, – пробормотал он себе под нос с кривой усмешкой.

Натан не стал ждать. Он взял меня на руки и унёс прочь из логова варвара.

Освобождение.

Из уголка глаза скатилась слеза. У меня не осталось ни физических, ни моральных сил, чтобы анализировать произошедшее. Я отключилась. По крайней мере я в безопасности.

Глава 9

Помутнённое сознание вернулось ко мне в машине. Я перевела взгляд на Натана, который вёл машину. Он был чернее тучи.

Мне стало очень горько. Натан видел то, что не должен был. Я снова ранила его чувства, ведь он по-прежнему меня любит. Возможно, теперь это изменится. Ему должно стать противно. Так же, как и мне сейчас от самой себя.

– Прости, что тебе пришлось смотреть на это, – прошептала я охрипшим от стонов голосом.

Он бросил на меня короткий взгляд.

– Тебе не нужно извиняться. Ты не виновата. Ты жертва. Но всё равно… – он сделал паузу, неприлично выругался и продолжил: – Как ты оказалась у него дома?! Чем ты думала, когда шла к нему?!

Я усмехнулась краем губ. Действительно, мою беспечность ничем не оправдать.

– Сама не знаю. Видимо, я себя переоценила.

Натан снова взглянул на меня.

– Он так просто не отвертится! Мы припрём его к стенке! Я всё для этого сделаю! – пообещал он.

Мне сейчас было точно не до планов мести. Хотелось просто провалиться куда-нибудь и забыться.

Через пять минут машина остановилась. Я думала, Натан везёт меня домой, но мы припарковались на незнакомой мне улице. Я встревоженно посмотрела на него.

– Где мы?

– У клиники. Здесь работает мой хороший друг гинеколог. Он осмотрит тебя. Нужно зафиксировать факт насилия.

Я резко выпрямилась. От этого закружилась голова.

– Я не пойду! – о таком я не просила.

– Пойдёшь! Мы подадим в суд на Гроссмайера!

И вот снова мной управляют, используя мою слабость.

– Я же сказала, что нет! Лоурен меня не насиловал!

Натан невесело рассмеялся:

– Ты серьёзно? Посмотри на себя! Невооружённым глазом видно, что с тобой случилось!

Я запнулась. Со стороны всё действительно выглядит как насилие. Но я в этом тоже участвовала. И это было не просто участие. Моё тело отвечало ему оргазмами. Я получала наслаждение от процесса. Смешно, но это так. Как бы моё сознание ни противилось, я всегда знала свои тайные мысли.

Конечно, это не оправдывает Лоурена. Он навязал мне то, с чем я боролась и с чем не была согласна. Он оказал на меня психологическое давление, но что я буду говорить в суде? Что я его хотела? Что мучительно больно было сопротивляться своим желаниям, и что я не сдержалась?

– Разворачивай машину и отвези меня домой. Если ты этого не сделаешь, я поеду сама.

– В таком виде?

Только в этот момент я заметила, что на мне лишь одна длинная майка Лоурена. Ни обуви, ни верхней одежды, а на дворе начало зимы.

Натан, видимо, понял, что давит на меня, и ретировался:

– Послушай, нельзя оставлять этого подонка безнаказанным. Просто сходим на осмотр. Дальше я всё сделаю сам.

– Натан, не надо! Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

– Я понимаю. Но Лоурен не оставит тебя в покое. По крайней мере, давай сходим хотя бы для того, чтобы у тебя был против него козырь. Ты сможешь использовать это как оружие, если он не угомонится.

– Натан, нет. Потому что нечего будет использовать.

Он заскрежетал зубами и в этот момент кинул на меня такой взгляд, от которого похолодело внутри.

– Ты пойдёшь. В этот раз я вынужден настоять. Можешь злиться, но, пожалуйста, в последний раз сделай так, как я говорю. Потом обещаю, что больше никогда ни о чём не попрошу. И не буду лезть в твои дела.

Я закрыла глаза и стиснула кулаки. До чего же это тяжело! Мне так плохо, и ещё Натан заставляет проходить через бессмысленные моральные и физические пытки. Он делает это не для меня, а для себя. Не хочет меня слышать, как и Лоурен. Лучше бы просто молча побыл рядом, чем рвался мстить. Его праведный гнев заставлял меня чувствовать себя совсем ничтожной.

– Хорошо, – согласилась в итоге. – Только в этот раз. И потом я сама решу, что делать с заключением врача. Ты ничего не будешь предпринимать без моего согласия. Понял?

Он мрачно кивнул.

– Пошли, – сказала коротко.

Собравшись с последними силами, открыла дверцу машины. Натан снова взял меня на руки, чтобы мне не пришлось идти босиком до больницы.

В клинике меня приняли сразу. Медсестра провела прямо в смотровую комнату. Не пришлось ждать в общем коридоре. Перед этим я получила одноразовые тапочки и халат.

Обследование было очень тщательным. Врач взял мазки и кровь на анализ. Потом мне дали таблетки для экстренной контрацепции. Доктор был очень деликатен. Он не спрашивал ни о чём, кроме моего самочувствия. После осмотра выдал направление к психотерапевту и мягко пояснил, насколько это важно в моём состоянии.

И так бывает. Я врач, а теперь ещё и жертва насилия. Но мне не нужен психиатр. Мне никто не поможет. Психиатр нужен Лоурену. Только сомневаюсь, что он когда-либо лечил голову, иначе бы так не поступал.

Накинув халат и обувшись в тапочки, я пошла в туалет. Слава Богу, всё закончилось. Мне очень хотелось спать. Нужен сон для восстановления тела и нервов.

Когда вернулась, Натан разговаривал с доктором на правах моего адвоката.

Я спряталась за углом, чтобы послушать, о чём они говорят.

– Ну, что скажешь? – спросил Натан с нетерпением в голосе.

Скептичный вид гинеколога говорил сам за себя.

– Будет сложно доказать факт изнасилования в суде. У госпожи Краус есть небольшие синяки в районе запястий, но в остальном мало что указывает на насильственные действия. Также имеются припухлости в области ануса и влагалища, но всё это едва ли послужит неопровержимым доказательством. Нет трещин, кровоподтёков или других серьёзных повреждений. С врачебной точки зрения физическое состояние в пределах нормы. Не похоже на грубое или жестокое обращение. Подсудимый будет утверждать, что следы на теле жертвы – это следствие многократных половых актов на добровольной основе. Свидетелей, как я понимаю, тоже не было. Возможно, заключение психиатра будет более обнадёживающим.

Натан заскрежетал зубами.

– Не может быть! Нет! Я этого так не оставлю!

Доктор вздохнул и мягко добавил:

– Ты лучше меня знаешь закон и как сложно в нашей стране доказать насилие. Я понимаю твои чувства, но тебе стоит поговорить с госпожой Краус и подготовить её к реальности, если она решится пойти в суд. Её протащат через ад, а результат, скорее всего, будет не в её пользу.

Я опустила взгляд в пол. Мне не нужно рассказывать про реальность. Я её знаю лучше, чем кто-либо другой. А вот для Натана экспертное мнение было необходимо. Хорошо, что доктор сказал всё, как есть. Больше всего я боялась, что мне снова придётся спорить и доказывать. У меня нет сил испытывать ненависть, нет сил кого-то наказывать и обвинять. Может, позже я ещё захочу мести, но суд – это точно не то, что поможет мне чувствовать себя лучше. Потому что там придётся говорить правду, а значит признаться в том, как я получала удовольствие. Дальше начнутся насмешки, буллинг и угрозы. Ведь Лоурен знаменитость. И даже если бы это было полноценное изнасилование, его бы всё равно оправдали, как бы жестоко это ни звучало. Если мстить, то точно не так. Судом я наврежу себе, а не ему.

Натан стоял молча. Он тоже это понимал, просто из-за эмоций не хотел признавать.

Доктор похлопал его по плечу.

– Мой совет не останавливаться на этом и пройти полную экспертизу. Попробовать решить проблему в обход суда. Это будет лучшим решением.

Натан печально усмехнулся:

– Имеешь в виду денежную компенсацию как возмещение морального ущерба? Думаешь, это восстановит справедливость?

Доктор сжал губы в тонкую линию и засунул руки в карманы халата.

– Конечно, нет, но это лучше, чем совсем ничего. Судебное разбирательство тяжело прежде всего для жертвы.

На этом разговор был окончен. Врач ушёл. Я подождала немного, а потом вышла к Натану. Мы покинули больницу и через пару минут снова сидели в машине. Натан молчал и не заводил мотор. Я бросила на него короткий взгляд. Казалось, он ждал, что я что-то скажу.

– Я не буду подавать в суд на Лоурена, даже если тебе этого очень хочется, – выдала в конце концов.

– Ты всё слышала? – спросил он.

Вздохнула и кивнула.

– Я не пойду к психиатру. Не надо больше никаких врачей и дополнительных обследований.

– Эй! Нельзя опускать руки! – возмутился Натан.

Я потихоньку начала терять терпение. Он упорно отказывался видеть ситуацию трезво. Придётся назвать вещи своими именами.

– Ты слышал, что сказал гинеколог? Нет следов насилия. И я тебе уже говорила в самом начале, но ты проигнорировал: Лоурен меня не насиловал. Я этого тоже хотела. Даже если тебе не хочется в это верить, я ему разрешила.

Натан окинул меня презрительным взглядом. Он испытывал омерзение. И пусть. Может, тогда он перестанет лезть.

– Ты такая же двинутая, как и Лоурен.

– Ты прав, – согласилась я. Это безумие, которое мне ещё предстоит переварить. – Мы больше не пара, Нэйт. Не забывай об этом. Не нужно так остро реагировать. Я устала. Хочу просто отдохнуть. Пожалуйста, отвези меня домой.

Мы разошлись совсем недавно. У нас были образцовые отношения. Я знаю, Натан переживает за меня. Но мы больше не настолько близки, чтобы бросаться друг за другом в пекло. Ему не нужно взваливать мои проблемы и переживания на свои плечи. Мне это в тягость.

Натан молча завёл машину, и мы поехали. Когда он остановился у моего подъезда, лишь сухо сообщил, что мы на месте. Не смотрел на меня и не пытался помочь выйти из машины. Моя резкость его задела, но я не испытывала вины. Может быть, так даже лучше.

– Спасибо, что приехал забрать меня от Лоурена, – поблагодарила я его формально. – Пока.

Тихонько открыла дверцу и вышла наружу. Потом услышала:

– Позвони профессору Вальтеру. Он рвёт и мечет. Ты не вышла на работу и никого не предупредила.

– Я всё сделаю, Нэйт. Спасибо.

Он окинул меня безразличным взглядом. Я больше не медлила, захлопнула дверь автомобиля и пошла домой.

Когда осталась одна, наконец выдохнула.

Первым делом пошла в душ. Долго стояла под ним. Я была чистая, но не могла избавиться от чувства, что больше не хозяйка своего тела. Оно будто стало чужим.

Я переоделась в удобные домашние вещи, сделала себе кофе и позвонила на работу. Доктор Вальтер знатно меня отчитал, но разрешил взять недельный отпуск. Вряд ли мне этого хватит, чтобы снова войти в колею, но для начала хотя бы так.

Я всячески пыталась себя занять: приготовила ужин, сделала лёгкую уборку, почитала, но пришло время ложиться спать. Больше я не могла убежать от мыслей. Как только закрыла глаза, перед моим внутренним взором стали всплывать сцены секса с Лоуреном – одна за другой. Мои мольбы и стоны. Я замычала и схватилась за голову.

– Прекрати, остановись! – приказала я своему подсознанию. Сколько нужно времени, чтобы воспоминания поблекли?!

Горло стянуло будто верёвкой, и захотелось плакать.

Уехать бы подальше. Сбежать, чтобы Лоурен меня не нашёл. Возможно, в другую страну. И тут же насмешливый разум возразил: «Он везде тебя найдёт». Это недолгосрочное решение. Бегством я только продемонстрирую свою никчёмность. Но на противостояние с ним тоже больше нет сил.

Я уткнулась лицом в подушку и разрыдалась. Будь ты проклят, Лоурен Гроссмайер!

Уснула я тяжёлым сном. Меня мучили кошмары. Утром еле встала с постели. Голова разрывалась на части, и даже таблетка обезболивающего не помогла. Я пропустила завтрак. Закутавшись в одеяло, рухнула на диван и пялилась в телевизор, по которому шла какая-то тупая передача.

После обеда в дверь раздался звонок. Я проигнорировала, но непрошенный гость не сдавался и начал трезвонить без остановки.

– Да иду я, иду! – проворчала себе под нос и отворила дверь. Там стояла Аннета. Она была запыхавшаяся и взъерошенная.

– Ты… – я не успела договорить, как она бросилась ко мне и крепко обняла. Сначала я остолбенела от неожиданности, но потом обняла её в ответ, уткнувшись ей в плечо. Она всё знает. Нет сомнений.

– Я кастрирую этого ублюдка! – прорычала она злобно. – Оторву ему яйца! Он больше ничего не сможет!

Угроза звучала вполне правдоподобно.

Я не сдержала улыбку. Мне сразу полегчало от присутствия подруги. Как же хорошо, что она пришла!

Постояв в обнимку на пороге, мы в итоге вошли в квартиру. Я забрала верхние вещи Аннеты и повесила их в гардероб в прихожей.

– Почему не позвала меня сразу? – спросила она в сердцах.

– Я была никакая. Просто хотела побыть одна, – ответила честно.

Она фыркнула:

– Повариться в собственном соку ты ещё успеешь. Не пытайся строить из себя сильную!

– Не пытаюсь, но совсем расклеиться тоже не могу.

– Можешь! Для этого я и тут!

Это так мило с её стороны. Столько тепла и заботы!

Я благодарно улыбнулась:

– Спасибо, но нюни распускать всё равно не буду. Где дети? – попыталась я сменить тему.

– Тебе не о моих детях сейчас нужно переживать, а о себе. Они у моих родителей. Поэтому я останусь с тобой столько, сколько нужно.

– Удочеришь меня? – хохотнула я.

– Слишком проблемная дочка, – поддела меня Аннета. – Рассказывай, что произошло у Гроссмайера!

– Это Натан попросил? – с подозрением уточнила я. Наверняка именно он уведомил Аннету о том, что случилось, и просил проведать.

– Нет. Он сказал, что ты не хочешь его помощи, но она тебе нужна.

– Натан преувеличивает. Всё не так уж плохо.

Аннета оглядела меня с прищуром.

– Ну-ну. Ты в зеркало смотрела? Ладно, – сдалась она в итоге. – Пошли на кухню. Там поговорим.

Я села на стул. Аннета самостоятельно достала нам чашки из шкафа и заварила чай. Когда принесла всё на стол, пришло время откровений. Даже если бы я хотела, то не смогла бы описать все подробности того, что делал со мной Лоурен. Но я постаралась донести до неё свои чувства.

В конце Аннета протяжно простонала:

– Боже… Лоурен на тебе помешался! Нет, и раньше было понятно, что у него от ревности срывает предохранители, но такое… Заставить тебя заниматься с ним сексом, чтобы ты не смогла его забыть и не ушла к другому? Он совсем шизик!

– Он обычный тиран. Утверждает, что любит, но разве это любовь?

Аннета сделала глоток чая, потом посмотрела на меня с жалостью.

– Ты постоянно тыкала меня, что я читаю много романов. Но только в романах мужчины жертвуют всем ради героини, даже готовы отдать её другому, лишь бы она была счастлива. Для меня любовь выглядит именно так. Давай мыслить трезво: это не про Лоурена. Я не буду говорить, что ты поступила глупо, поехав к нему домой. Ты сама это знаешь. Тем не менее, он не имел права принуждать тебя силой к интиму. Но Лоурен явно тебе небезразличен. И, если честно, я в шоке от вас обоих.

Нельзя винить Аннету в том, что она так думает.

– Как можно испытывать к человеку какие-то чувства после такого? – скривилась я.

На секунду Аннета посмотрела в сторону, чтобы собраться с мыслями, и потом сказала не колеблясь:

– Только твоё сердце знает ответ. Ваши отношения – это что-то за пределами понимания обычных людей. Почему бы тебе на время не уехать и не освежить голову?

– Я уже думала об этом. Нет, бежать бесполезно. И что я скажу сестре? Ей скоро рожать!

– Про Натана она тоже не знает?

Я не стала отвечать. Ответ и так очевиден.

Аннета схватилась за голову.

– Лина, не к добру все эти недомолвки и секреты! Помнишь, чем закончилась твоя скрытность шесть лет назад? А про появление Лоурена она вообще в курсе?

Я покраснела до ушей и покосилась на подругу исподлобья.

– Нет, – робко пробормотала я.