Чувство аномального

Благодарю за рассказ, Елизавета. Но я — это я, и с драконами меня ничего не роднит.

Искра, ещё раз удостоверившись, что с драконихой всё хорошо, обрадовалась — телепортироваться куда проще, когда Алексей в объятиях Морфея. Попрощавшись, огненная фея взяла за руку спящего командира, и через несколько секунд они уже были в его квартире. Впереди был целый выходной, если верить устройству, которое каждое утро нагло выдёргивало их из сна.

Искра бережно укрыла Алексея и пошла делать бутерброды. Есть хотелось ужасно. Девушка была готова умять большую упаковку мидий с морской капустой… Стоп. Мидии с морской капустой — набор, говорящий о значительной кровопотере и зашкаливающем уровне адреналина и кортизола. Искра выучила эти симптомы ещё с тех пор, как… Провал. С каких пор? Она тряхнула головой, отгоняя мысли.

Искра давно съела свои бутерброды с курицей и сыром, запила крепким кофе и уселась на диван, взяв с полки книгу по психодиагностике. Снова накрыло флешбеком — будто она уже читала её. Или нет? Неважно. Пока её мужчина спал, надо было занять себя.

Книга, конечно, увлекательна, но не настолько, чтобы читать её целый день. «Уже три часа дня, сколько можно спать?!» — с раздражением подумала Искра и, отложив в сторону захватывающий сюжет о психических расстройствах, улеглась в постель к Алексею. Тот медленно открыл глаза и улыбнулся, глядя на неё, и сонно потянулся.

— Просыпайся, сонное царство. «Доброе утро, последний герой, доброе утро тебе и таким, как ты» — как пел Цой.

Девушка умудрилась и спеть, и сказать.

— Кхм… Так нравятся его песни?

— Ну, предпочитаю «Король и Шут», но и Цоя знать надо…

Алексей нежно притянул её к себе, взяв за талию, и одним движением оказался сверху:

— «Король и Шут» — это прекрасно…

Мужчина ощутил под собой биение её сердца и приподнялся на руках, давая Искре дышать.

— Благодарю… — сдавленно произнесла пламенная фея.

Командир весил примерно вдвое больше неё. Конечно, было тяжеловато выдерживать на груди около сотни килограммов.

Алексей не был полным — при росте 187 см вес в 100 кг был нормой. Как по мне — можно и добавить…, Впрочем, какое моё дело? Верно, моё дело — вести записи. Надеюсь, это лирическое отступление не отвлекло вас.

Искра, услышав, что «Король и Шут» — это прекрасно, оживилась, в глазах заблестели знакомые огоньки.

— Какая песня у них тебе нравится?

Командир задумался:

— Э-э… Я мало их знаю. Из того, что слушал на повторе — «Проклятый старый дом».

Искра фыркнула:

— Пара песен, значит…

Девушка испарилась из-под него и материализовалась на диване:

— Я знаю и люблю все их песни. Некоторые песни Андрея Князева тоже нравятся… Те, в которых слышен тот самый «Король и Шут».

Она мечтательно разглядывала стеллаж, затем покосилась на колонку и приказала включить «Проклятый старый дом». Алексей молча с лёгкой улыбкой наблюдал за ней. И тут она начала подпевать. Командир, не обладая слухом и не умея петь, понял, что перед ним — огненный ангел. Искра пела тихо, но слушать её хотелось. Она попадала в ноты и даже в тональность Горшенева. Алексей наслаждался её пением, её фигурой, её видом.

Когда мини-концерт завершился, командир принялся аплодировать. Искра, как настоящая артистка, поклонилась, приложив руку к груди.

Об особой любви нашей пламенной красавицы к «Королю и Шуту» можно написать отдельную книгу. Но, увы, мне не хватает слов.

Искра всей душой любила их творчество. Она обращала внимание на тексты, на смысл, ей важна была история. Ну и, конечно, вокал, музыка, харизма. А уж когда она впервые увидела незабвенного Мишу Горшенева на сцене — всё, тушите свет. Это был выстрел в упор. Но чокнутой фанаткой она не стала: плакатов не собирала, у входов не дежурила. Ей достаточно было музыки. Да, Искра могла слушать их песни неделями, а потом ещё месяц — для закрепления. И ей не надоедало. И, знаете, что? Я полностью это понимаю. 0% осуждения, 300% поддержки.

Алексей продолжал зачарованно смотреть на неё. Затем встал и крепко обнял, шепча на ухо:

— Красивая, нежная, лёгкая, с крыльями, и поёшь, как птица… Может, ты мой ангел-хранитель?

Искра нежно улыбнулась:

— Не знаю, сапфир моей души… На одной из планет, где я была, у каждого жителя есть Защитник. Он даётся с рождения и хранит от разочарований и неурядиц.

Алексей хмыкнул:

— Что за планета счастья? Но я бы не хотел туда. Наверное, скучно. Моя жизнь скучна без риска.

— Но защита тебе нужна, ведь так? Хотя… Погибнуть в славном бою во имя высшей ценности — звучит неплохо.

Алексей усмехнулся и поцеловал её в лоб:

— Погибать я не хочу. Разве что за тебя, милая Искра.

Искра рассмеялась:

— Это из разряда «Кто утонет — в море купаться больше не будет». Если ты погибнешь, мы больше не увидимся. Не шути так. За меня надо жить, а не умирать.

Она посмотрела ему в глаза. В них танцевали отблески ламп и огоньки азарта. Ему иногда и вправду нужно было рисковать — но не более чем для щекотания нервов. Искра улыбнулась уголками губ и отправила его есть. Сложно было сказать, к какому приёму пищи это отнести: не завтрак, для ужина рано. Пусть будет запоздалый обед.

Закончив, Алексей начал натягивать рубашку и джинсы, явно собираясь куда-то. Искра и ухом не повела. Обернувшись чёрной кошкой с оранжевыми глазами, она сказала ему, уже стоявшему в дверях с ключами:

— Я не люблю вино. Люблю пиво. Пшеничное, нефильтрованное. Пол-литра не бери — я так мало не пью.

Алексей задержался:

— А… сколько нужно?

— Смотря чего ты хочешь. Если болтать всю ночь — литр-полтора. Если чтобы я уснула крепко — полтора-два. Ой, и возьми мидий, в масле или рассоле. Пожалуйста.

Мужчина послушно кивнул и вышел.

Когда он вернулся с пакетом, где угадывались бутылки, Искра снова сменила облик. Вместо пижамы на ней было красное платье с аккуратным декольте, выгодно подчёркивавшим небольшую грудь. Подол спускался до колен, открывая стройные голени. Тонкая талия была выделена изящным поясом. Волосы, чуть закрывавшие шею, были уложены просто, но в сочетании с чертами лица создавали образ Клеопатры. Алексей чуть не выронил пакет.

— Ого…

Сердце командира горячо ударило, разливая жар по телу. Ладони вспотели, грудь нагрелась. Он смотрел на девушку, будто видел саму Клеопатру. Он не мог вымолвить и слова. Искра, искоса взглянув на него, улыбнулась таинственной улыбкой и подошла забрать пакет, почти не касаясь его. Молодой человек кое-как разулся и пошёл в душ. На всякий случай. Да и ему нужно было побыть наедине с мыслями.

«Боже, что же она делает? Со мной такого ещё не было… Даже… тогда… Прости, Аня, я поступил мерзко… Да, необычно — жених, убегающий из ЗАГСа… Но иначе мне, не встретилась бы Искра…» — мысли роились в голове, замирая в струях прохладной воды. Алексея накрыло волной липкого замешательства от этого воспоминания. Расскажу, пока он сам не сделал этого.

Несколько лет назад, когда Алексей был простым сотрудником, он влюбился в симпатичную медсестру Анну. Она всегда уделяла ему особое внимание: перевязки нежнее, системы ставила так, что он почти не замечал. Алексей пригласил её в кафе, потом домой, в кино… Через пару месяцев, после жаркой ночи, он решил узаконить отношения. Подготовился, оплатил ресторан, купил дорогое кольцо, приготовил речь… Идеальный момент. Но когда он встал на одно колено и произнёс: «Анна, прошу быть моей женой», — в мозгах щёлкнул тумблер. Пелена спала. Перед ним была не милая девушка, а хищница, готовая сожрать его сердце. Он испугался. Но не отступил, думал — пройдёт. Не прошло. Стало страшно и противно. Улыбка Анны стала зловещей. Перед свадьбой выяснилось, что она всё сделала назло подруге, которая даже не явилась на торжество. Может, сбежав из ЗАГСа в день своей же свадьбы, Алексей и разбил ей сердце. Неведомо.

Что устроила брошенка — об этом говорили в новостях. Не будем вдаваться. Факт: Алексей покинул собственную свадьбу до торжества. В Фонде он взял две недели отпуска. Что делал? В основном пил. С давним товарищем Русланом. Не то чтобы душа рвалась — он испытывал облегчение. Но осадок остался. Анна звонила, приходила — ноль реакции. На работе они поговорили наедине. Безусловно, она была удручена и оскорблена. Алексей виноватым себя не чувствовал. Его будто отпустило. Через месяц Анна ушла из Фонда и больше не напоминала о себе.

Алексей вышел из душа, обмотавшись полотенцем. Протерев зеркало, он посмотрел на отражение и увидел того, кого почти не узнал. Да, это был он, почти не изменившийся внешне. Но этот человек был моложе на десять лет. А взгляд… Взгляд мальчишки. Новобранца. Юноши с растрёпанными волосами, блеском в глазах и румянцем на щеках.

Насмотревшись, он вышел в гостиную. Искра уже приготовила всё для вечера: посуда, еда, напитки и две маленькие искры, парившие над столом, создавая танец трепещущего света. Командир был шокирован. Он сам так делал, ухаживая за девушками. Но для него — никогда. Искра не требовала ничего. Лишь простые просьбы. Алексей сам горел желанием отдать ей всё — с душой, сердцем и остальными органами.

Искра сидела на диване спиной к нему, свесив крылья за спинку. Выглядело это эпично и мило. Как в песне: «Ангел играл нам джаз с рассвета и до рассвета». Комната как раз была наполнена джазом.

Она жестом пригласила его за стол, но он направился к шкафу — хотелось соответствовать моменту и своей ненаглядной. Искра в два шага оказалась рядом и мягко, но настойчиво потянула его к дивану. Алексей открыл рот, но она приложила палец к его губам. Он услышал её голос в голове:

Свет моего сердца, тебе на сегодня хватит и полотенца… Давай просто расслабимся, поболтаем и отдохнём душой.

Алексей не смог устоять. Они сели за стол и молча, глядя друг на друга, налили напитки.

Пиво среди всей этой красоты выглядело немного неуместно. Не по канону… Хотя что в этой истории по канону? Ладно, уговорили. Любовь, которой все возрасты и существа покорны.

Герои ужинали молча. Но тишина не была напряжённой — в воздухе витало волшебство. Свет искр, её фигура, полупрозрачная ткань платья, огоньки над столом — всё создавало неповторимый момент. Такой, который и вы вспомните. Да, те моменты, когда вы по-настоящему счастливы и вам двоим больше ничего не нужно…

Между Раем и Адом

Искра нарушила молчание первой:

— Как писал классик: «Что ты тих, как день ненастный?»

Алексей вздохнул и ответил:

— Со мной такое впервые… Обычно такие посиделки устраивал я, но для меня ещё никто ничего подобного не делал.

— О, свет святого Регула, и стоит ли переживать из-за такого пустяка, Лёш?

Алексей вскинул бровь, хитро прищурился:

— Как ты меня сейчас назвала, моя милая Искра?

Искра смущённо опустила глаза:

— Я использовала сокращённый вариант твоего имени… Прости, не хотела обидеть…

Алексей улыбнулся:

— Да бог с тобой, какие обиды! Наоборот, это было мило и по-домашнему. Я рад, поверь.

Искра засияла чуть ярче. И дальше они говорили обо всём на свете: о книгах, фильмах, друзьях и недоброжелателях, делясь историями из своих жизней; говорили и о том, кем были раньше, пока не встретились…

Чуть позже, пару часов спустя, они плавно перебрались на кровать. Чувствовался аромат предвкушения. Искра уже ждала — внизу живота начинало тянуть, тело требовало закономерного продолжения. Алексей тоже был на нужном уровне расслабленности.

Он приблизился, и их губы соприкоснулись в поцелуе — робком вначале, затем со нарастающей страстью. Искра чувствовала горячие волны, разливавшиеся по телу от его прикосновений. Алексей покрывал поцелуями сначала её лицо, затем медленно спустился к шее. Каждое прикосновение губ оставляло на коже лёгкий влажный след; её дыхание стало таким глубоким, что каждый выдох звучал как тихий стон.

Мужчина приблизился к ключицам, покрывая их влажными, горячими поцелуями. Девушка обхватила его голову руками, пытаясь вернуть к своему лицу, но в этот момент Алексей ловко расстегнул замок на спине и скинул с её плеч бретели платья. Ткань соскользнула с лёгким шелестом и была отброшена в угол.

Алексей спустился к её обнажённой груди, его поцелуи стали настойчивее. Он дразнил языком соски, слегка покусывая их, чувствуя, как они твердеют. Девушка выгнулась дугой, стараясь стать ближе, и обхватила его бёдра ногами.

Алексей наслаждался её ароматом, её телом. Его сердце колотилось сильно, но ритмично, задавая темп движениям. Искру прошиб пот, дрожь возбуждения стала постоянной; она с головой погрузилась в этот миг, в их близость, в запах мужчины, откликаясь на каждое прикосновение всем существом.

Его руки спустились ниже, нащупав желанное место — горячее, пульсирующее, влажное. Алексей на секунду оторвался от её груди, чтобы сбросить полотенце, но Искра опередила его, дёрнув ткань рывком.

В её глазах горел огонь, зрачки расширились, дыхание слегка обжигало, дразня Алексея всё сильнее. Она водила руками по его спине, слегка выпустив «когти» — на коже оставались красные полосы.

Он не стал медлить и вошёл в неё резко, с нажимом. От толчка её грудь дёрнулась, а сама она тихо вскрикнула, сильнее прижимая его к себе. Алексей начал двигаться медленно, постепенно наращивая темп, улавливая каждый её стон. Он почувствовал, как она ритмично сжимается вокруг него.

Алексея захлестнула волна уже не просто страсти, а животного желания, и он ускорился. Девушка была полностью подвластна его движениям, так соблазнительно и красиво двигалась сама, что финал приближался стремительно. Поймав её в свои сильные руки, он прошептал, сходя с ума от попыток сдержаться:

— Я… скоро…

Искра, встретив его бёдрами, притянула его к себе, и через пару движений уже оказалась сверху, не сбавляя темпа. Она увидела, как он запрокидывает голову, обхватывает её бёдра руками и управляет ритмом. Девушка больше не могла сдерживаться, и они оба приблизились к кульминации. Мужчина издал тихий хриплый стон, а Искра вспыхнула ярким светом, на мгновение озарив комнату, как вспышка.