Предводительница орков

– Не знаю, какую шваль ты тут ищешь, но я готов предложить тебе взамен намного больше. Как зовут твоего мерзавца?

– Джим.

– Что?! Этот урод? Он не говорил, что у него такая жена!

Руки стража крепко взяли её за талию.

– Ох горяча! Как теперь мне стоять на службе? Ну хоть маленький поцелуй, Маргарита?

Увидев, что Рудольф дрожит от нетерпения и потерял голову, она сказала:

– Я хочу посмотреть на орка.

Он бесцеремонно начал целовать её шею, теряя рассудок:

– Он наверно сдох… Там тебе нечего делать…

Он дрожал всё сильнее.

– Ох, я так кончу прямо в доспехи…ты чертовски хороша…

Она грубо оттолкнула его:

– Ты дашь мне туда пройти?

– А что я получу взамен? – его руки снова бесцеремонно легли на её тело и опустились к заду.

– Деньги!

– Неет, милая, не деньги мне от тебя нужны! И пока я не успокоюсь, ты никуда не пойдёшь!

Тогда Фаэрайя уверенно протянула руку в его штаны и схватила его стоявший член довольно хорошего размера.

– Прямо здесь, милая? – он задыхался от возбуждения, но больше ничего не успел сказать, потому что несколькими уверенными движениями она довела его до оргазма.

– Ох чёрт! Какие сильные пальцы! – он согнулся от судорог и некоторое время стоял в такой позе, тяжело дыша и держась за стену.

Она смотрела на это холодным взглядом:

– Ну, теперь веди.

Он отдышался и наконец посмотрел на неё подозрительно.

– Ты меня удивляешь. Джим, говоришь? И орка посмотреть? Ну, идём.

* * *

Они шли по вонючим тёмным каменным коридорам. Из камер тянулись руки и раздавались свисты.

Особо навязчивым Рудольф, не останавливаясь, привычно бил мечом по решётке.

В дальнем конце была особо прочная железная дверь с решетчатым окошком и полная темнота за ней.

– Он там. – кивнул Рудольф.

– Я ничего не вижу, – Фаэрайя взалась за решётку руками.

Вдруг раздался рёв орка и несколько слов на орочьем, которые поняла только Фаэрайя: "Я здесь, я вижу тебя".

– Ну вот видишь, он собирается тебя сожрать, – сказал Рудольф, всматриваясь в лицо Фаэрайи.

– Открой, – сказала она.

– Ты сошла с ума?

"Пить", – прорычал Тарак на орочьем.

– Мне нужно ведро воды, – сказала Фаэрайя.

– Здесь не трактир, пташка, – жёстко ответил Рудольф.

– Ведро воды и мы с тобой продолжим развлекаться, – заявила Фаэрайя.

– Что за дьявол? – пробормотал Рудольф и пошёл за водой.

Фаэрайя не видела Тарака, но чувствовала по его голосу, что он едва живой.

– Я люблю тебя, малыш. Не делай глупостей, – сказал он из темноты.

Фаэрайя молчала.

– Живи дальше, но уже без меня. Мои дни сочтены, – добавил он.

– Нет, я вытащу тебя, – прошептала она.

Гремя доспехами, Рудольф принёс ведро воды и поставил перед камерой, с интересом наблюдая за Фаэрайей.

– Зачем нужна вода?

– Плесну на пол, чтоб не вляпаться в дерьмо.

– Ты понимаешь, что он тебя убьёт? – переспросил страж, и медленно открыл дверь, – Не подходи близко. На нём крепкие цепи и он почти не двигается, но он всё равно опасен. Возьми факел!

Но Фаэрайя взяла только ведро и молча шагнула в темноту.

Под её ногами был скользкий грязный каменный пол с гнилой соломой.

Свет факела Рудольфа не доставал до орка, но на ощупь она подошла и тут же огромные руки в звенящих кандалах и цепях обняли её, а губы припали к её голове.

– Эй, ты там цела? – испуганно крикнул Рудольф.

– Да, всё хорошо, – ответила она и её губы впились в Тарака, вселив в него искру жизни.

Он жадно выпил воду, а потом Фаэрайя дала ему флакон с настоем, придающим силы и снимающим боль.

Всё это время она молчала.

Руки Тарака мягко подтолкнули её к выходу, потому что Рудольф обнажил меч.

– Эй, Маргарита?

Фаэрайя вынырнула из темноты как ни в чём не бывало и улыбнулась ему, сдерживая слёзы.

Он быстро закрыл камеру.

– Мне показалось, он что-то говорил. Они ведь умеют говорить? – спросил охранник.

– Откуда мне знать, – ответила она.

– А теперь идём к твоему Джиму?

– Меня тошнит от вони, мне надо срочно на воздух.

Рудольф напрягся:

– Нет, крошка, ты так просто не упорхнёшь. Ты дождёшься меня в одной из комнат.

Крепко взяв её за руку, он повёл её в помещения наверху и закрыл на ключ.

– Подожди здесь вечера, детка. У меня служба.

В комнате хорошо было слышно, как разговаривали неподалёку охранники.

Они где-то сидели за столом, ели и громко обсуждали свои дела.

– Ты видел, Рудольф притащил какую-то шлюху?

– Я ему напомню, что надо делиться с друзьями.

– Он ничего не сказал нам, что за чёрт.

Слышалось чавканье и звон кружек.

– Тот орк слишком буйный. В нём словно дьявол, всё рвался назад.

– Ну мы же научили его послушанию.

– На каменоломнях нехватка питания для этих тварей. Дохнут с голода. Руфус сильно экономит.

– Зато он не экономит на шлюхах.

И стражники громко заржали, очевидно вспомнив старую смешную историю.

– Эххх да, только он забыл, что шлюхи общие!

– Ахаха, и Эвелина всем растрезвонила, что у него крошечный член!

Гогот сотряс стены тюрьмы.

Вдруг голос одного охранника стал тише:

– А потом кто-то Эвелину убил, мда…

Его напарник вздохнул:

– Эхх, да, девка красивая была…

Продолжалось чавканье.

– Как думаешь, этот орк сдохнет по дороге или в первый день на рудниках?

– Думаю, по дороге. Зато не надо будет кормить эту тварь.

– Марус в прошлый раз отвёз совсем мало зерна.

– Ну пусть твари жрут друг друга…

И снова раздался гогот.

– Опять надо везти на рудники шлюх. В прошлый раз везли пятерых.

Ох и задали они жару в дороге! Мы чуть не перевернули телегу!

– Дааа, дела… мне пора на обход…

– Ну, давай.

* * *

В комнате Фаэрайи была еда: хлеб, вода, вино, персики.

К вечеру вернулся Рудольф, дрожа от нетерпения, и сразу набросился на неё, бесцеремонно задирая подол:

– Больше никаких детских игр, детка!

Он перевернул её к себе спиной, и, не снимая доспехи, вошёл в неё.

Она стиснула зубы.

Он двигался грубо и быстро.

– Чего молчишь, сучка? Ни одна женщина не молчала подо мной!

Он схватил её за волосы и повернул к себе её прекрасное лицо.

– Терпишь? Не больно? Ты я гляжу хорошо кем-то подготовлена и не такая уж невинная пташка! А ведь твой Джим сидит давно!

Боишься, муженёк услышит твои стоны?

Сладкая волна нахлынула на Фаэрайю.

Не издав звука, она упала на кровать, корчась от оргазма и вцепившись зубами в подушку.

Рудольф победоносно смотрел на неё, улыбаясь.

– Ну вот, я же говорил!

Наконец он расслабился и начал снимать доспехи.

– Детка, ещё ничего не закончилось. Впереди у нас вся ночь. Раздевайся!

Фаэрайя смущённо стала снимать одежду.

Рудольф увидел кулон с топазом и с недоверием взял его в ладонь.

– Откуда это у жены забулдыги Джима? Сколько кружек дрянного пойла ему пришлось сэкономить, чтоб подарить такое украшение! Ты мне где-то врёшь, детка. Но оставим всё на потом. Сейчас мы будем развлекаться! Я влюбился, малышка… Не знаю, кем тебе приходится этот Джим, но оставайся со мной навсегда… Роди мне детей…

У меня есть хороший дом, ты будешь ждать меня…

Он жадно выпил почти всю бутыль вина и уснул без сил.

Фаэрайя пыталась найти ключ от камеры, но ничего не было. В коридоре слышались голоса нескольких охранников.

* * *

Утром Рудольф разбудил её навязчивым приставанием.

Она не знала, сколько это будет продолжаться. А Тарак в это время сидел без воды.

* * *

На третий день, когда вернулся Рудольф, она бросилась ему в ноги:

– Отведи меня туда ещё раз.

Рудольф нахмурился.

Она гордо подняла голову.

– Ты не можешь держать меня здесь вечно. И я не стану твоей женой.

Он со злостью схватил её за плечи:

– Что во мне не так? Разве я плохо трахал тебя? У меня есть деньги, мне отлично платят! Кстати, твой Джим нечаянно умер прошлой ночью! Подскользнулся внезапно и напоролся на что-то острое.

Она ахнула:

– Как?

Он вкрадчиво посмотрел ей в самую душу:

– А где твои слёзы, вдова?

Его пальцы нервно трогали её щёки и спускались к груди.

– Тебе больше нравится глазеть на диковинных зверюшек?

Ну идём.

– Мне нужна вода, – сказала она тихо.

– Помыть орка? – издевательски спросил он и зачерпнул ведром воду из бочки в коридоре.

– Я дала тебе то, что ты просил. Так дай мне то, что прошу я.

Снова они спустились в подвал. Рудольф без вопросов открыл камеру и презрительно смотрел, как Фаэрайя подняла ведро воды.

Она прошла в темноту, но в камере никого не было!

Рудольф засмеялся.

– Его увезли вчера! Он почти не двигался. Скорее всего, он уже сдох где-то в дороге. Но скоро привезут новую зверушку, и ты можешь глазеть сколько хочешь! Всё как мы договаривались! Я держу слово!

Страх беспомощности сковал её. Рудольф следил за каждым её движением.

Теперь она была его пленницей и ей нельзя было уйти.

Через несколько дней он напился и забыл запереть на ночь дверь в комнату. Трепеща от чувства свободы, она наконец выбралась наружу.

Охранники преградили ей путь:

– Эй, шлюшка, ты куда собралась? Рудольф не говорил, что тебе можно уйти. А как же мы?

Она отступила назад, но наткнулась спиной на железный доспех одного из стражей.

Их было пятеро.

Крепкие руки схватили её со всех сторон.

– Оставайся, тебе понравится!

Громовой голос раздался за из спинами:

– Вы опять таскаете сюда шлюх, собаки!

Мгновенно руки отпустили Фаэрайю и стражи расступились, а к ним подошёл сам начальник тюрьмы.

– Что происходит? Что тут делаешь, девка?

– Я пришла навестить мужа!

– Хорошо, навестила? Проваливай!

Он вьехал кулаком в лицо одного из стражей:

– Работать! Где твоё место?

Другие мгновенно стали расходиться.

– По местам, лодыри! – продолжал орать начальник. – А ты, красавица, отправляйся домой!

Фаэрайя наконец вырвалась на свободу и вдохнула свежий воздух улицы. Больше ей нельзя было оставаться в трактире. Она вернулась туда, собрала вещи и дождалась, когда утром Дэвид принесёт молоко.

Мальчик улыбнулся ей, как старой знакомой.

– Как вы сходили к знакомому, Маргарита?

– Всё хорошо, мой маленький друг. Ты очень помог мне! Но мне ещё нужна твоя помощь!

– Конечно, Маргарита!

Она вложила в его ладошку монету.

– Где мне найти Маруса, который возит зерно на рудники?

Мальчик бодро ответил:

– Я знаю! Я отведу!

Укутавшись плащом, Фаэрайя последовала за Давидом по пыльным переулкам города.

Они пришли к складу зерна.

– Вот он! – указал Давид на пожилого краснолицего толстячка.

Фаэрайя крепко пожала его руку.

– Спасибо! Обещай мне, что никому не расскажешь, что я о чём-то просила тебя!

– Обещаю, Маргарита! – улыбнулся Давид.

– Ступай…

Он помахал ей на прощание и убежал.

Она уверенно подошла к Марусу и надменно спросила:

– Эй, толстяк, мне велели, чтоб я с тобой ехала к Руфусу.

У Маруса округлились глаза.

– Кто?

– Не задавай глупых вопросов! Ты прекрасно знаешь.

– Ты жрица любви?

– Разве не видно? – Фаэрайя распахнула плащ, показав откровенное платье.

Марус покрылся испариной, засуетился, глаза его забегали:

– Я не знаю, мадам, я никогда не возил женщин, это делает стража…Моя телега грязная, а в пути всякое может быть по дороге…

– Когда ты едешь?

– Завтра.

Остаток дня и ночь Фаэрайя провела на складе. Когда Марус был готов, Фаэрайя ловко запрыгнула на телегу с мешками и спряталась как можно более незаметно.

Глава 7. Рудник

Они отправились с Марусом в путь и вдруг вдалеке она увидела, как по улицам шныряет стража во главе с Рудольфом, бесцеремонно заглядывая девушкам в лицо, если те были скрыты капюшоном.

Она проехала с Марусом к ним почти вплотную. К счастью, Марус не понял, что они ищут и они свободно выехали из города в поля. Фаэрайя долго спала и когда очнулась, они были где-то в далёкой глуши.

Её терзало волнение, что Рудольф может вытрясти информацию из Давида.

* * *

Вскоре показалась башня со входом в каменный рудник. Безжизненное пространство было вокруг – только песок и горы.

Марусу беспрепятственно открыли ворота и он привычно проехал внутрь.

Увидев Фаэрайю, стража удивилась:

– Ты теперь и девок возишь?

– Вы уж сами разберитесь с ней, – отмахнулся Марус.

Фаэрайю отвели в верхнее помещение башни, где в большой комнате сидел начальник рудника. Это был низкий, полноватый человек с мелкими неприятными чертами лица.

– Оставляйте девку и все вооон! – закричал он страже, а сам подошёл и резко сорвал с неё накидку.

– Почему пришла без остальных? – противным голосом спросил Руфус.

– Мне приказали, я пришла.

Он толкнул её на кровать и бесцеремонно спустил штаны.

– Ну, делай то, для чего пришла.

Она даже не чувствовала, он внутри её или нет.

– О, такого мужчину я ещё не встречала, – томно произнесла она, когда он закончил.

– Ты говоришь правду? – он недоверчиво прищурился.

– О да, господин…

– Тогда останься ещё. Я щедро заплачу.

– Я готова подчиняться каждому твоему приказу, – склонила она покорно голову.

Он засиял от гордости и сально раглядывал её.

– Ты невероятно хороша! Мне ещё не присылали таких красавиц! Мне надо разобраться с этим Марусом, погоди немного, мы продолжим, мой персик.

– Руфус, мой господин, позволь мне заказать вина, чтоб он привёз в следующий раз.

– Конечно, персик! Пара бутылок не помешает!

Фаэрайя подождала, пока Руфус говорил с Марусом и нарочно нежно обняла Руфуса, приказав Марусу:

– Нам нужно вино!

Марус покорно склонился:

– Как скажите.

– Да да, привези! – сказал Руфус и отвлёкся на приказы страже.

Фаэрайя сунула в руки Маруса горсть монет:

– Руфус велел привезти телегу вина.

Марус оторопел:

– Как так?!

– Этого никто не должен знать. Ты же понимаешь, охране нельзя вино… Привези под мешками с зерном. Страже не говори, это личный приказ Руфуса.

– Так вот на что он откладывал деньги… Его орки дохнут, как мухи, а новых достать сложно!

Марус покорно взял деньги и уехал.

* * *

Такую картину увидела Фаэрайя, вернувшись в башню: Руфус взял за грудки охранника и доказывал ему:

– Ты слышал? Слышал, она орала?

– Да, начальник.

– А та сука, что наврала про мой размер, просто пивная бочка!

– Да, начальник!

– Вот именно.

Увидев Фаэрайю, он расплылся в мерзкой улыбке:

– Проходи, мой персик! Всё для тебя!

* * *

Утром он отправился на обход рудника и она пошла с ним. Рудник был огромен.

В огромных лабиринтах карьеров орки, закованные в цепи, разбивали каменные скалы.

Увидеть Тарака было почти невозможно: все орки выглядели одинаково.

– Я держу их голодными! – похвалился Руфус. Эти твари обладают такой силой, что справиться с ними невозможно.

Даже уставшие и некормленые они сильнее самого сильного воина.

– А если они захотят убежать?

Руфус мерзко улыбнулся:

– Маленькая хитрость: дротики с ядом, от которого они на несколько часов впадают в отключку. Эти твари знают и слушаются. Да и убежать из карьера – та ещё задача, мой персик! Выход охраняется очень хорошо!

А на ночь мы их сгоняем в старые шахты и запираем.

И он, чтоб видели стражники, крепко сжал её ягодицы.

– Какой персик! Не дождусь ночи, когда мы снова предадимся безумию!

Фаэрайя увидела ироничную ухмылку стражника, который сразу же взял себя в руки и сделался серьёзным.

Фаэрайю же тошнило при мысли о следующей ночи с этим уродцем, но она сладко улыбнулась в ответ.

* * *

Через четыре дня Марус привёз вино. Сверху лежали мешки с зерном и на первый взгляд в повозке было, как обычно, зерно.

Но убрав пару мешков, стража заметила вино.

– Откуда столько вина?

– Я не знаю! Приказ! – задрожал Марус.

Глаза стражи жадно заблестели.

– Вынимай скорее! – крикнул один другому и они стали таскать ящики в казармы.

В этот день Рудольф допрашивал Давида и мальчик признался, что Маргарита искала Маруса.

* * *

К вечеру вся казарма в стельку была пьяна. А Фаэрайя, как могла, спаивала Руфуса. Впрочем, это было несложно. Сменять вечерний караул было некому. Смеркалось, а стражи на постах напрасно ждали отдыха.

Орков загнали в шахты и заперли. Фаэрайе до этого всё же удалось выяснить, что нового орка отправили в самую дальнюю шахту.

Взяв повозку и положив пару ящиков вина, она рванула туда.