Третий элемент. Аз Фита Ижица. Часть III: Остров бродячих собак. Книга 8

Там царила полная идиллия.

Блэйз примостился на полу вместе с Зивом и Лоренцем, которые читали ему таблицу Оксаны. Для Иры их урчание с мурлыканьем звучали по-русски, но она знала, что всё то же самое Блэйз слышит на своём родном английском.

Оксана и Александр сгрудились вокруг Михи и его ноутбука, оживлённо обсуждая Михины достижения.

Все были так погружены в свою деятельность, что никто не заметил Ириного присутствия. Ира же, немного послушав обсуждение, пришла к выводу, что ещё максимум неделя, и настанет время приводить её графическую концепцию в рабочее состояние, а потому:

«Похоже, пора забирать у Максима Яну и Рому, хотя…».

Она не додумала мысль и спустилась в гостиную, по дороге набирая телефон Максима.

– Да, Ира, – отозвался он в явном напряжении.

– Максим, тебе сильно нужны Яна и Рома?

Услышав, почто его побеспокоили, Максим расслабился.

– Забрать хочешь?

– Если ты усиленно измышляешь, чем бы их занять, то да. Но если действительно нужны, то…

– Вообще-то, нужны, но, если что-то серьёзное, могу обойтись и без них. А что?

– У нас работа над игрой уверенно приближается к графической стадии, но у меня есть дерзкая уверенность, что я сама справлюсь. А потому, если Яна и Рома у тебя напрочь при деле, то пусть там и остаются.

– Спасибо, сестрёнка. Очень при деле. Ну а если твоя самоуверенность окажется необоснованной, обещаю, что все подключимся. То есть, не только Яна с Ромой, но и я с Иханом.

– Каким образом, если, как я понимаю, вы там все загружены под завязку?

– Да, загружены под завязку, но ведь отдыхать-то тоже нужно. А смена занятий, как известно, и есть отдых.

– Надо бы как-то к вам на экскурсию сходить, а то я понятия не имею, чем вы там занимаетесь.

– Милости просим, сестрёнка! Когда снизойдёшь к нам грешным?

– Точно не сегодня, но, думаю, в ближайшие дни. Не переживай, я сообщу предварительно, братец.

– Замечательно!

Едва Ира отключила телефон, он тут же завибрировал, извещая, что звонит Стас. Ира сбросила звонок и направилась к двери прохода.

Покинув домик с дыркой, они договорились, что он сообщит ей таким образом, как только у него появится либо Женечка, либо Лу и Гена – в общем, кто первый успеет – дабы продолжать изображать для Женечки и Лу, что они друг с другом связаны лишь «Стиль-Кодом».

Первым успел Женечка, но Гена и Лу появились буквально вслед за Ирой.

Лу шипела и фыркала на Гену, выясняя, когда же он, в конце концов, соизволит взять у Оксаны обещанные ею уроки по хождению через проходы без ви́дения щелей.

– Ты чего так разошлась? – спросил Женечка, посмеиваясь.

– Я разошлась?! Он первым переоделся, потому что Я ему всю его одежду достала, а потом мне все нервы истрепал, что Я, видите ли, долго собираюсь!

– Всего один раз сказал «сколько можно копаться», притом очень нежно, – констатировал факт Гена.

– Если, по-твоему, это нежно, то уж простите, господин садист, но я – не мазохистка!

– Лу, но ты реально долго копаешься, – с наслаждением вновь вклинился в их прения Женечка. – Как ты заметила, я здесь оказался раньше вас, при этом, успев приготовить всё, что нам понадобится для пикника. – Женечка кивнул на четыре больших пузатых целлофановых пакета, стоящих в углу. – И, смею тебя заверить, собирался я довольно размеренно.

Женечка, Лу и Гена продолжали препираться на пустом месте, а Ира любовалась серебристо-изумрудными сверкающими нитями, плясавшими между Геной и Лу под звучание чего-то напоминающего тарантеллу.

Поскольку препирания грозили вечностью, Стас несколько изменил их русло, поставив на повестку дня вопрос о двух такси, которые надо бы уже вызвать.

Женечка внёс рацпредложение:

– Стас, если тебя посадить вперёд, то мы вчетвером поместимся на заднем сидении.

Предложение было здравым, но тоже подверглось дискуссии, которую прервала Ира:

– Скажите мне, пожалуйста, а зачем, вообще, такси? Ведь…

– Ирчик, – перебил её Гена, – конечно, раз уж здесь нынче только свои, можно обойтись и без такси. Мало того, отдохнуть не в пасмурном и прохладном дне зимнего Сочи, но…

Ирчик, это ведь особый кайф отбросить свои запредельные способности и возможности и почувствовать себя самым обычным человеком, для которого столько всего невозможного.

– Ты-то что отбрасывать собрался? – фыркнула на него Лу.

– Не спорю, мне отбрасывать нечего. Я о тебе забочусь, ведьма моя.

Набирая номер, Стас вышел на лестничную площадку, потому что в гостиной продолжался галдёж препираний на пустом месте, только теперь немного на другом.

Глядя на продолжающую препираться троицу, Ира вдруг поняла, что они делают:

С помощью обычной семейной склоки пытаются отбросить свои запредельные способности и возможности. И Гене очень даже есть что отбрасывать, хотя его запредельные способности и возможности искусно замаскированы под обычные человеческие.

«Особый кайф в ощущении себя обычным человеком? То есть…».

Сквозь сознание пронеслось высказывание Эйнштейна, вольно процитированное Оксаной, а следом за ним закипели собственные мысли.

«То есть, закрыться от реальности своего внутреннего мира, реальностью внешнего. Ведь человек с тонкими душевными струнами пытается закрыться, в то время как человек со струнами потолще в самом принципе закрыт.

Как правило, у обычного человека реальность внутреннего мира заявляет о себе во весь голос лишь в моменты сильных страданий, когда ничто из мира внешнего неспособно прекратить душевные муки.

Может быть поэтому в человеке есть потребность заставлять страдать себе подобного? То есть, для того чтобы помочь ему ощутить, что внутренний мир гораздо реальнее внешнего.

Жуткая, ужасающая помощь, но, как ни крути, она достигает цели. Ненадолго, правда, потому что человек мгновенно старается снова спрятаться от своего внутреннего мира в реальности внешнего.

Самое ценное, что в данном случае обнаружил Эйнштейн, это то, что обычный человек умеет констатировать реальность своего внутреннего мира только через страдания, а потому и бежит от собственного внутреннего мира, вопя: "Чур меня чур, померещилось!".

Однако, вовсе не этим сейчас занимаются Лу, Гена и Женя. А чем?».

Вопрос пока остался без ответа, потому что подъехало такси. И не просто такси, а такси с начинкой из таксиста, который без сомнений был многократным чемпионом в соревнованиях по нудности.

Подъехав, он уже недовольно гундел по поводу неидеального состояния дороги, ведущей к дому Стаса. А как только понял, что к нему на заднее сидение садятся четыре взрослых человека, вместо положенных трёх, принялся бубнить по этому поводу, но… тронулся сразу же, как только все уселись.

– Не переживайте, уважаемый, если что, штраф за наш счёт, – не выдержав, заверил его Гена.

Вообще-то, Гена заверил бы его в этом сразу же, но таксист явно разговаривал не со своими пассажирами, а сам с собой, а влезать в чужой диалог – это вежливо.

Как только вопрос с потенциально грозящим штрафом был решён, таксист принялся ворчать, что на самом деле, всё дело в том, что машина рассчитана на определённую грузоподъёмность, равную строго определённому количеству человеческих тел в её чреве, и превышение сих параметров чревато преждевременными поломками.

На этот раз не выдержал Стас:

– Прошу прощенья, ничего, что я вот здесь сижу?

– Это нормально. Это всё по правилам. Машина рассчитана на перевозку одного пассажира на месте рядом с водителем.

– То есть, у Вас нет никаких претензий к тому, что я занимаю это место?

– Нет, к Вам у меня претензий нет, потому что тут всё по правилам.

– Точно нет?

– Точно нет.

– Я это к тому, что вешу я больше, чем все они вместе взятые.

Ира, Лу, Женечка и Гена сдавленно хихикали, а таксист на какое-то время завис. Но, как оказалось, он не пытался осмыслить информацию, полученную от Стаса, а искал новую тему для недовольства взамен так внезапно исчерпанной.

На счастье, фура, которую они как раз догнали, ехала слишком медленно, и таксист принялся бубнить по поводу фур. Однако столь удачный повод для поддержания монотонного брюзжания ехал не в Солох-Аул, куда направлялись они, и как только пришлось свернуть с федеральной трассы, оставив там спасительную фуру, таксиста снова выбило из колеи.

Но, похоже, он по жизни был на редкость везучим человеком, поскольку буквально на выезде из Дагомыса им попалась лежащая посреди дороги корова. И дальше на пути лежащие и стоящие посреди дороги коровы уверенно превосходили своим количеством численность дорожных знаков.

У Иры вообще закралось подозрение, что сегодня у коров какой-то особый день, хотя она не была уверена, что в прошлые поездки в Солох-Аул их встречалось меньше. Просто в этот раз, каждая представительница крупного рогатого скота одаривалась длинной нудной тирадой, которая плавно переходила в следующую длинную нудную тираду на следующей корове.

Остановившись в месте назначения, таксист на полуслове оборвал «дифирамбы» в честь последней коровы и спросил:

– За вами во сколько заехать? Или позвоните? Я номер телефона своего вам дам.

– Большое спасибо, но мы с ночёвкой, – поспешил Гена снять вопрос с повестки дня.

– Я и завтра за вами заехать могу.

– Нет-нет, спасибо, мы здесь на неделю.

– Так я и через неделю подъехать могу, вы только скажите, когда именно.

– Давайте лучше Ваш номер телефона, а то мы сами пока ещё не определились, когда будем уезжать, – сдался Гена, здраво рассудив, что доведение их срока пребывания здесь до нескольких лет ничего не изменит.

Таксист принялся карябать номер своего телефона огрызком карандаша на мятом куске обёртки от сникерса, ворча по поводу неорганизованности людей, неспособных определиться, когда уезжать.

Пока он писал и ворчал, до него дошло, что такая неорганизованность распространяется на всё, а потому он потребовал дать ему чью-нибудь визитку, на случай если они вдруг потеряют его телефон.

– К сожалению, визиток с собой нет, так что запишите телефон.

Ира не сомневалась, что Гена сейчас назовёт ему случайный набор цифр, но к её удивлению, Гена продиктовал свой настоящий номер.

– Во вторник на следующей неделе позвоните часиков в одиннадцать утра.

– Это какое у нас число будет? – спросил таксист.

– Шестое февраля.

Таксист старательно накарябал всю информацию на другом огрызке обертки от сникерса, с особой аккуратностью поместил его во внутренний карман куртки и, наконец-то, избавил от своего присутствия.

Как только это случилось, Ира открыла рот, но не для того чтобы поинтересоваться мотивами необъяснимого поступка Гены, а потому что тот заносил номер телефона с обёртки от сникерса в «Контакты» своего мобильника.

– Гена, ты чего? – с трудом выйдя из ступора, спросила она.

– А что? Весьма занятный экземпляр.

– В таком случае, чего ж ты ему визитку свою не дал? – съязвила Ира.

– В визитке слишком много лишней для него информации.

– И что ты собираешься делать с этим занятным экземпляром? – полюбопытствовала Лу.

– Пока понятия не имею, но, полагаю, до следующего вторника придумаю ему применение. В любом случае, в таксистах он долго не продержится.

Пока Ира и Лу вели допрос Гены, Женечка и Стас занялись подготовкой места дислокация под плодотворное использование.

Удовлетворив любопытство дам, Гена присоединился к их деятельности, а Ира и Лу отправились искупаться в реке, под пламенную обличительную речь Гены на тему:

Лу ему бессовестно врала всю жизнь, что она родом из Венесуэлы, в то время как на самом деле, она, без сомнений, уроженка Аляски.

– Лу, скажи честно, – начала Ира, как только они покинули зону повышенной слышимости Гениной обличительной речи, – если бы тебя поставили перед выбором между архитектурой и графикой для игр, что бы ты предпочла?

Лу тяжело вздохнула и усмехнулась:

– Я чувствую себя предательницей, но вынуждена признать, что однозначно бы предпочла графику для игр. Однако, боюсь, это неосуществимо. Я – единственный архитектор в «Стиль-Коде», а архитектурное направление заявлено в деятельности настолько уверенно, что вряд ли получится от него отказаться без значительных потерь.

Ты же знаешь, что целый ряд предприятий ребят связан со строительством – от самого строительства до стройматериалов и техники. Безусловно, все они работают не только на внутренний оборот, но… Ещё задолго до «Стиль-Кода» Гена создавал эту сеть предприятий ради меня.

– Если не ошибаюсь, Гена как-то сам предложил тебе всерьёз заняться графикой для игр, – напомнила Ира.

– Но не бросая архитектуру, – уточнила Лу. – Это невозможно, потому что строительное направление предприятий Гены, Жени и Стаса действительно завязано на мне.

– Подожди! Эти многоэтажки, которые они строят сейчас в Сочи…

– Это – мои работы. Я давно сделала несколько проектов под типовое строительство. Но время идёт, и их приходится модернизировать. Кроме того, сама отлично знаешь количество заказов на проекты индивидуальные.

– Лу, я тоже не считаю, что тебе следует покончить с архитектурой раз и навсегда. И тем более не считаю, что это направление нужно исключить из деятельности «Стиль-Кода». Думаю, нелишним будет в рамках семинара, запланированного на апрель, набрать группу архитекторов.

Лу моментально оживилась и с горящими глазами потребовала:

– Ты у них проведёшь «дизайн интерьера» и «ландшафтный дизайн».

– Обязательно проведу, коли ты так хочешь. – Ира рассмеялась. – Знаешь, к чему я завела этот разговор?

Я тут подслушала кусочек дискуссии Миши, Саши и Оксаны. Это, конечно, здорово, что мы поехали с ребятами, но…

Надо бы нам с тобой форсировать завершение текущей архитектурной работы, потому что тотальный аврал, покинувший сегодня третий этаж, буквально через несколько дней грянет с той же силой у нас на четвёртом, и у меня нет желания привлекать к участию в нём Яну и Рому. Они так и не стали своими для меня, а для тебя своими стали лишь на время. Я права?

– Скорее всего, да, – задумчиво проговорила Лу. – Как только появился Максим… Даже несмотря на его откровенно жёсткое обращение с ними… Словом, по-настоящему свои они для Максима.

– И я о том же. Так что, пусть с ним и остаются. Лу, «Стиль-Код» развивается не так, как планировалось, но мне нравится то, как он развивается.

Ты не представляешь, как я благодарна Саше за его организацию работы базовой группы дизайнеров и дизайнеров в филиалах. Я как-то пыталась с ним спорить, но он прав. Пусть всеми проектами от визитки до фирменного стиля занимаются эти две группы.

А наша группа – то есть, костяк…

По сути, даже костяк у нас разделился на две группы: нашу и Максима. На днях я собираюсь вникнуть в то, чем занимается Максим, а мы – то есть, я, ты, Миша, Саша, Оксана, Зив, Лоренц и ещё кое-кто – я тебя познакомлю при случае…

Короче, мы займёмся компьютерными играми. У меня куча идей по этому поводу. Так, давай-ка возвращаться, а то нет ни малейшего желания вещать всё это дважды.

За время отсутствия Иры и Лу место пикниковой дислокации претерпело значительные изменения.

Костёр пылал. Стас и Гена жарили над ним баклажаны и болгарский перец, передавая готовые Женечке, который их чистил, предварительно искупав в холодной подсоленной воде, а затем шинковал. Они втроём мирно беседовали, перемежая тихое журчание речи усмешками.

И вдруг, как раз когда Ира и Лу вошли в зону слышимости негромких голосов, Гена аж взвился, победоносно воскликнув:

– Я знаю, что я сделаю с нашим сегодняшним извозчиком! Этот занятный экземпляр способен значительно облегчить жизнь всей нашей конторе.

– Он?! Облегчить жизнь?! – возопила Ира, содрогнувшись от воспоминания монотонно зудящего брюзжания.

– Именно! Вы просто от этого избавлены, а мы нет. А весь наш второй этаж так вообще постоянно находится под атакой ненужных звонков от всевозможных менеджеров непонятного маркетинга и рекламных агентов разнообразных специализированных изданий, специализирующихся на том, чтобы их никто нигде никогда в глаза не видел.

Так вот, я собираюсь посадить нашего сегодняшнего извозчика на телефон.

То есть, как только кому-либо звонит менеджер или агент из вышеупомянутого списка, ему вежливо отвечают: «Одну секундочку, сейчас я вас соединю с нашим сотрудником, который непосредственно занимается этими вопросами», – и соединяют с нашим новым работником.

Не уверен, что менеджеры и агенты из вышеупомянутого списка будут счастливы от общения с ним, но все остальные, включая его самого, более чем!

Компания потонула в смехе, при этом признавая, что идея Гены из разряда гениальных.

– Короче, не буду я ждать вторника следующей недели, а позвоню-ка я ему во вторник, который будет завтра, – заключил Гена, передавая в ведение Женечки очередной пропечённый баклажан.

Ира и Лу присоединились к Женечке, который милостиво доверил им чистить овощи, не преминув пройтись по тому, почему он не доверяет им резку, припомнив бутерброды, которые они изготовили в тот день, когда шла реконцепция электропроводки в домике с дыркой.

– Понимаю, ты не хочешь омрачать кривыми дольками болгарского перца текущую реконцепцию, – с томной ехидностью парировала Ира.

– Вы о чём, госпожа Палладина? – ей в тон потребовал уточнить Женечка.

– О реконцепции структуры деятельности «Стиль-Кода», которая, можно сказать, уже сама собой прошла, однако нуждается в выходе на легальное положение, то есть, в официальном признании.

Женечкин взгляд сделал модуляцию в сторону серьёзности, а кроме того, на Ире остановились взгляды Стаса и Гены.

– Ирчик, мы что-то пропустили? – спросил Гена.

– Не думаю. Всего лишь не удостоили должным вниманием.

Ира пересказала им то, что уже сообщила Лу по поводу структуры, созданной Александром, и раздвоения костяка, но теперь в деталях, обозначив, чем будет заниматься её часть костяка, и сообщив, что в ближайшее время собирается выяснить сие по поводу части Максима.

Особо остановилась она на идее набрать для следующего семинара группу архитекторов, дабы создать возможность максимально освободить Лу.

– Что же касается семинаров… Гена, мы уже обсуждали с тобой этот вопрос. Я по поводу тренингов для специалистов базовой группы и специалистов на местах.

То есть, ту работу, ради которой и создавался «Стиль-Код» нужно вести не с клиентами, а со специалистами обеих групп, дабы они вели эту работу с клиентами посредством своего творчества.

Гена, я не раз рисовала в своём воображении эти тренинги.

Сомневаюсь, что мы это потянем, параллельно с тем, чем мы будем заниматься. Однако всё дело в том, ЧЕМ мы будем заниматься.

В общем, у меня есть идея создать эти самые тренинги в виде компьютерных игр.

Сомневаюсь, что эти игры получатся настолько узкоспециализированными, что их можно будет использовать только в сфере дизайна. К тому же, с профессиональными качествами дизайнеров, которые у нас работают на сегодняшний день, всё в полном порядке.

То есть, можно, конечно, поработать над созданием игр обучающих дизайну и оттачивающих мастерство, но первостепенная задача не в этом.

Я имею в виду, что задуманные мною тренинги в виде компьютерных игр вряд ли станут продуктом, применимым только в «Стиль-Коде».

Что это за игры будут в конечном итоге, я сейчас даже отдалённо не представляю и, если честно, не пытаюсь представлять. Сейчас наша первостепенная задача – выпустить игру, к созданию которой мы все уже приложили руку.

Гена, Тамара как-то говорила, что у неё были идеи относительно компьютерных игр. Пожалуйста, выясни, что это за идеи, и направь их в нужное русло. Я, правда, понятия не имею, как лучше сие осуществить…

– Я имею, Ирчик. Я уже думал об этом. В общем, отдам-ка я Лидию Гавриловну Владу, потому что его постоянно нужно держать в тонусе, а лучше, чем у неё, это ни у кого не получится, а Тамару заберу себе.

– Геночка, это – более чем гениальное решение! Спасибо тебе! – Ира аж расцвела и продолжила. – Вторая первостепенная задача – подготовить апрельский семинар. Естественно, главное – это набрать хорошую группу архитекторов, но не только.

Наша базовая группа пока что представлена, по большей части, российскими дизайнерами. А мне бы хотелось видеть в ней представителей других государств. В смысле, других культур.

Понимаю, ребром встаёт вопрос языкового барьера, но…

Женя, думаю, с твоей помощью я смогу подготовить свои материалы на английском, а Лу без всякой помощи проведёт курс на испанском. А этими двумя языками владеют не только их носители.

Скорее всего, Яне, Роме, Ихану и Мише понадобится переводчик, но испанский здесь также может взять на себя Лу, а английский, в данном случае, придётся отдать Алле.

– Ира, думаю, можно добавить ещё и немецкий, – предложил Женечка. – Тамара справится. Кроме всего прочего, это ей самой будет интересно и небесполезно.

К тому же, если ты так уверена, что собственные лекции сможешь прочесть на английском… Короче, давай как-нибудь выберем время, и я гляну, что у тебя с английским.

То есть, если ты сможешь переводить занятия Яны, Ромы, Ихана и Миши, на Аллу можно повесить французский. Я же со спокойной совестью могу отдать свой курс Александру и взять на себя ещё какой-нибудь язык.

– А вам не кажется, что в таком случае стоит провести семинар только для творческого блока? – подал голос Стас.

– Было бы неплохо, – согласился Женечка. – Если так, то в качестве переводчика можно было бы задействовать ещё и Александра.

– А в качестве преподавателей, – продолжил Стас, – добавить Максима и Наталью. Максим очень высокого мнения о ней. За счёт этого мы расширим список направлений.

– Неплохая идея, – сказал Гена, – но у нас уже внушительный список заявок от представителей коммерческо-производственного блока.

– Это – не проблема, – ответил Стас. – Для коммерческо-производственного блока можно провести семинар на неделю раньше, то есть, в последнюю неделю марта. И, кстати, его тоже можно сделать международным, используя в качестве переводчиков всё тех же Александра, Тамару и Аллу.

– Стас, ты представляешь, что это такое две недели семинара подряд? – возмущённо спросил его Гена.

– Понятно нелегко! – вместо Стаса ответил Женечка. – Но именно две недели целиком коснуться только меня, Саши, Тамары и Аллы. Я не возражаю, а для Саши, Тамары и Аллы это очень полезно.

– Тамара точно будет в диком восторге, – усмехнувшись, заметил Стас.

– Да и Алла жаловаться не станет, – заверил Женечка тоже с усмешкой. – Точнее, перестанет. Не скажу, что она меня достала насмерть, но весьма активно сожалела, что не принимала участие в проведении прошлых семинаров.

– Так, друзья мои, подождите, – вступила в дискуссию Ира. – Не забывайте, именно в это время должна родить Алина, а на неё ложатся заботы о Яне и Мишиной бабушке, когда Алла и Миша оказываются одновременно занятыми, и произойдёт это как раз таки в первую неделю апреля.

– Да, кстати, – спохватился Стас. – Знаете что – и это надо сделать в любом случае – надо освободить от семинара Влада. К тому же, сдаётся мне, что если в этот раз семинар у нас пройдёт по обсуждаемой схеме, общеобразовательные занятия лучше упразднить, а значит, Влад не понадобится.

– А я бы не стала упразднять, а вместо Влада предложила бы Оксане прочитать его лекции, – высказала своё мнение Ира.

Женечка и Гена посмотрели на Иру в замешательстве.

– У Оксаны без малого оконченное высшее физико-математическое образование, – пояснила Ира.

– А почему я не в курсе? – спросил Гена. – Она в личном деле указала лишь номер аттестата о полном среднем образовании.

– Она бросила институт перед самой защитой диплома.

– Прям как ты, Ирчик! – Гена усмехнулся.

– Да, кстати.