Душа королевы. Книга 1.

Данияр Ахметов

Душа королевы. Книга 1.

От автора

Посвящается Маме.

Приветствую, дорогие читатели!

Перед вами — суровый мир Средневековья, сотканный из интриг, искренней любви, яростных сражений и опасных приключений.

Приятного чтения!

Все персонажи и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми или событиями случайны.

Пролог

С палубы медленно отплывающей каравеллы свергнутая королева Изабелла сквозь слезы взирает на песчаный берег родного края.

По мере удаления от него в ее памяти ярче других оживает тот день, когда ей, желавшей лишь любить и быть любимой, пришлось взять власть в свои руки и первой из женщин взойти на престол некогда сильнейшей в мире державы — Сельтарии.

Она сделала этот выбор по двум важным причинам: во-первых, чтобы не дать угаснуть древнейшему роду благородного государя, удостоившего ее чести стать супругой своего единственного сына; во-вторых, чтобы оставить дочери если не сильное, то хотя бы жизнеспособное королевство.

И теперь те же причины не позволили ей сдаться и побудили отправиться с горсткой верных гвардейцев в дальние страны, где она соберет армию, с которой вернется и отвоюет у предателей то, что по праву принадлежит ее роду.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава первая

Элтаринн — столица и последний оплот королевства Сельтария. Город, раскинувшийся у подножья гор, окружен каменной стеной. В его дальнем конце, почти вплотную примыкая к склонам возвышается замок, на террасе которого король Роберт погружен в глубокие размышления.

«Природа прекрасна, — думал он, глядя на спокойную реку, мерно шумящий водопад и залитые лучами заходящего солнца травянистые луга. — Свежий вечерний воздух, прохлада, исходящая от воды, и аромат трав очень успокаивают. Жаль, что мы замечаем ее умиротворение лишь тогда, когда наши души устают от суеты и погони за ветром».

Тяжело вздохнув, он взял со стола бокал с вином.

«Очевидно, в начале этой погони наши чувства притупляются, и мы перестаем замечать окружающее нас счастье, которое заключено в каждом дуновении ветра, в тепле родного очага и в голосах близких нам людей, — заключил он, отпив пару глотков. — Однако нам всегда чего-то не хватает, и мы никак не можем обрести гармонию со своей душой».

Легкий скрип двери прервал его размышления:

— Ваше величество, прибыл советник Артур.

Роберт обернулся.

«Маловероятно, что в сердце Изабеллы пробудилось давно уснувшее чувство милосердия, — подумал он, — но тогда для чего она его вызвала?»

Ожидавший стражник обеспокоенно спросил:

— Вы в порядке?

— Да, — ответил Роберт, вскинув голову, — зови.

Когда страж удалился, на террасу ступил голубоглазый блондин в изящно сшитом праздничном кафтане.

— Государь, — произнес он, склонив голову в поклоне.

— С возвращением, мой друг, — расплываясь в улыбке, сказал Роберт и, подойдя к нему, крепко обнял. — Рад видеть тебя в добром здравии.

— Я тоже рад вновь лицезреть тебя и к тому же вернуться сюда.

— Гляжу, ссылка пошла тебе на пользу, — засмеялся Роберт, указывая на его округлившийся живот.

— Вижу, ты тоже зазря времени не терял, — парировал Артур, кивая на кучу валявшихся в углу кувшинов, — и выпил весь запас вина.

— Не будем об этом, — отмахнулся Роберт. — Лучше расскажи, зачем Изабелла пригласила тебя в столицу?

— Это сделала не она, а Жозефина, — ответил Артур и, заметив удивленное лицо короля продолжил: — Я тоже удивился, когда утром от нее прискакал гонец, через которого она сообщила о предстоящем сегодня вечером королевском бале и попросила меня быть на нем.

— Интересно, с какой целью?

— Возможно, хочет, чтобы я повеселился вместе со всеми.

— И ты этому рад?

— Конечно, а что в этом такого?

С террасы, опоясывающей главную башню замка, открывался панорамный вид. Попросив Артура следовать за ним, Роберт направился с южной на северную сторону. Остановившись у выступа, он указал на многочисленные огни, горевшие чуть выше городских стен.

— Там военный лагерь, где пять тысяч солдат готовятся к завтрашнему сражению, — тихо произнес король. — Сидя у костров, они начищают доспехи, точат мечи, беседуют о прошлом и пишут, возможно, свои последние письма. А здесь, — теперь он опустил взгляд на темные улицы города, — жители молятся за них Господу.

Договорив, он перевел на Артура печальный взгляд:

— И в это время она устраивает бал, а ты готов разделить с ней веселье. С другой стороны, вы имеете на это полное право, потому как лишь на мне лежит вина за нынешнее положение королевства.

— Вообще-то, в последний год правила — начал было Артур.

— Нет, — прервал его Роберт. — Это я допустил, что на ее плечи легло столь тяжкое бремя. Ведь, будучи наследником, я не принимал участия в делах королевства, а наслаждался всеми доступными благами.

— Всем известно, каким образом она прибрала власть к своим рукам и для чего назначила на важные посты своих фаворитов. Поверь, будь сейчас иные обстоятельства, она с радостью заменила бы ими лояльных тебе канцлера и военного министра. Так что ты несправедлив к себе, пытаясь обелить эту хитрую простолюдинку.

При этих словах Роберт ринулся вперед и схватил Артура за горло.

— Не смей так говорить о ней! — прорычал он ему в лицо.

Прошло полминуты, прежде чем хватка ослабла и Артур рухнул на пол, едва дыша.

— Прости, не знаю, что на меня нашло, — прошептал Роберт, опускаясь рядом.

Восстановив дыхание, Артур поднялся и направился к выступу:

— Не извиняйся, ведь это не задело меня, а наоборот открыло что внутри тебя идет борьба между любовью и ненавистью.

— Ты прав, но что прикажешь делать? Я словно в замкнутом кругу, из которого нет выхода. Она моя первая любовь и подарила мне прекрасную дочь. Но вместе с тем меня выводит из себя ее ослепление властью. Она не понимает, что в такое тяжелое время смена опытных государственных мужей на глупых любимчиков вредит королевству.

— В таком случае так продолжаться не может, и тебе нужно решить, что сейчас для тебя важнее: чувства или королевство.

— Есть ли смысл? Я ведь уже сдался и изменить ничего нельзя.

— Всегда можно все изменить, и правители не сдаются без боя.

Роберт встал рядом с Артуром и, взглянув в его глаза, спросил:

— Думаешь, я смогу?

— Если будешь помнить о Софии, — тихо ответил тот.

Задумавшись, Роберт зашагал по террасе, но через некоторое время остановился, поднял голову и произнес:

— Тогда я готов бороться.

— Вот это другое дело! — воскликнул Артур. — С чего начнем?

— С того, что ты приведешь канцлера и военного министра.

Спустя время перед ним стояли седой канцлер в длинном камзоле из темно-бордового бархата, с узорами в виде гербов и военный министр преклонных лет, чье лицо хранило следы множества походов. На его опустившихся плечах лежал темный плащ, обвешанный медальонами.

— Приветствую вас, славные мужи. Вы долгие годы служили моему отцу и сейчас остались верны его сыну. Благодарю!

Они склонили головы в поклоне.

— Я позвал вас кое-что обсудить, — продолжил он. — Канцлер, сегодня на утреннем совете Изабелла поступила глупо, отвергнув ваш план предстоящего сражения. Однако я не позволю ей, поступив так, подарить город врагу. Учитывая ваш опыт, я его одобряю, но перед этим хочу уточнить. Вы уверены в его успехе?

— Да, мой король, — ответил канцлер.

— Тогда вместе с Артуром подготовьте приказ.

Когда они отошли, Роберт обратился к военному министру:

— Дорогой Жюль, как вам известно, я не могу покидать замок и посему прошу вас без лишнего внимания доставить его к Эммануэлю.

— С радостью, ваше величество.

Когда они, взяв приказ, покинули террасу, Роберт сказал Артуру:

— Здесь стало прохладно, идем внутрь.

***

Покои королевы — это ее маленький мир, полный роскоши и уюта. Прямо перед входом потрескивает камин. Отблески огня, сплетая причудливые узоры, отбрасывают их на шелковые золотисто-желтые портьеры. Некоторые из развешанных по стенам свеч в позолоченных канделябрах притушены, чтобы их свет, сливаясь с сиянием пламени, не рассеивал полумрак.

Воздух наполнен ароматами воска и нежного жасминового масла. Резная мебель из темного дуба — туалетный столик, кресло, стол и кровать с балдахином — располагается на расстеленном по всему полу бежевом ковре из овечьей шерсти.

Изабелла сидела перед зеркалом, любуясь алмазным ожерельем, а камеристки уже заканчивали ее парадный туалет, когда в покои вихрем влетела Жозефина.

— Стряслось что-то ужасное? — не оборачиваясь, спросила Изабелла и подала знак камеристкам продолжать свою работу.

— Нет, госпожа, — сделав реверанс, ответила Жозефина — простите. Просто я спешила сказать вам одну важную вещь.

Изабелла с удивлением посмотрела на ее отражение в зеркале:

— Говори.

Опустив голову, Жозефина судорожно искала способ смягчить свою дерзость. Ведь она пригласила на бал, Артура, которого не так давно изгнала Изабелла. Не найдя нужны слов, решила сказать прямо:

— Ваше величество, я пригласила на бал Артура, и он уже здесь.

— Мне это известно — как и то, что он тебе нравиться.

Жозефина вскинула голову и, запинаясь, спросила:

— Но откуда?!... Я ведь никому об этом не говорила.

— Из твоего бормотания во время лихорадки.

Лицо Жозефины залило краской смущения:

— Вы позволите ему остаться?

Королева нежно улыбнулась и ответила:

— Конечно. Ты ведь знаешь, как я радуюсь твоему счастью.

Радостно вскрикнув, Жозефина бросилась ее обнимать.

— Сгинь, — отстраняясь, процедила Изабелла. — Ты испортишь мне парадный туалет.

Смеясь, Жозефина отошла и пригрозила кулаком, шипевшим на нее камеристкам:

— Госпожа, — вновь обратилась она к королеве, — значит ли это, что я могу высказать еще одно просьбу которая сделает меня более счастливой?

— Ну раз так, то говори, — улыбнулась Изабелла.

— Ваше величество, позвольте мне, пригласить на бал Роберта.

При этих словах Изабелла резко переменилась в лице, а ее взгляд стал ледяным. Вскочив она откинула накидку оберегавшую вечернее платье и обернулась к Жульен:

— Скажи, я предупреждала тебя не произносить это имя?

— Да, госпожа, — опустив взгляд ответила та. — Просто я подумала, сегодня бал. Все будут веселиться, а он там один. Мне стало его жаль, и я решила, что вам

— Нет, — грубым тоном прерывала ее Изабелла. — Нисколько.

— Но почему? Неужели ваше сердце очерствело, а разум стер все прекрасное, что вас связывало? Нет, я в это не верю и взываю к вашей памяти, дабы она напомнила вам как сильно вы друг друга любили.

Рассматривая Жозефину, говорившую с таким пылом, Изабелла отметила что за несколько лет проведенных у престола ее голубые, всегда веселые глаза потускнели. На овальном лице выступили скулы. В уголках глаз появились морщинки, а длинные темно-каштановые волосы «гордость» подруги начали седеть. И еще то, как сильно она исхудала.

— Простите его ради меня, — прошептала Жозефина.

Изабелла подошла и крепко ее обняла. Она вспомнила день, когда попросила у старого короля разрешения взять Жозефину с собой во дворец. Но он воспротивился, объяснив это тем, что не может назначить фрейлиной особу не из знатной семьи и к тому же неспособной обучить будущую королеву придворному этикету. Он и так ставит себя под удар знати тем, что берет ее простолюдинку себе в невестки.

И вот когда они, рыдая, готовились расстаться, к королю подошел Роберт. После короткого разговора с отцом он обернулся и сказал, что Жозефина будет прислужницей на его кухне. Но по приезду во дворец, несмотря на все протесты отца и знатных особ, он назначил ее фрейлиной своей будущей супруги. И теперь, безмерно благодарная, она при любой возможности защищала его.

— Это было бы возможно, — начала Изабелла, — если бы пять месяцев назад он не попытался отнять у меня трон.

— Но ведь не отнял, — парировала Жозефина, — и я уверена, что именно из любви к вам, он в последний момент увел армию от стен дворца.

Главная камеристка надела на голову Изабеллы корону:

— И повел ее в бессмысленное сражение где и погубил.

— Но в масштабной войне та армия, все равно ничего не решала.

Рассматривая себе в зеркале Изабелла громко засмеялась:

— Ты смыслишь в стратегии также мало, как и он. Вообще-то, после этого поражения, император захватил все наши северные города и сейчас именно оттуда, подступает к столице.

— Уверена он хотел, как лучше. Умоляю, будьте к нему снисходительны.

Изабелла обернулась и, взглянув на нее, ехидно улыбнулась:

— Оказывается, в стремлении защитить его ты готова закрыть глаза на многое.

В этот момент двери покоев распахнулись. Вбежавший страж что-то зашептал на ухо Изабеллы.

— Этот глупец до сих пор не понял, что в замке даже у стен есть уши, — после его ухода произнесла она и повернувшись к темному углу, кого-то позвала. У Жозефины перехватило дыхание, когда оттуда вышел человек, облаченный во все черное. Но больше всего ее ошеломило его умение оставаться невидимым. Ведь за время своего пребывания здесь она ни разу не заметила и даже не ощутила его присутствия.

Выслушав королеву, он спешно удалился. Жозефина хотела спросить кто это такой, но Изабелла жестом указала следовать за ней.

Спустившись этажом ниже, они вошли в зал приемов. Изабелла сразу же направилась к трону в его дальнем конце, а Жозефина не желая ступать в темноте осталась у входа.

Пока слуги зажигали факелы Изабелла, что-то диктовала писарю.

— Что мы здесь делаем? — спросила у нее Жозефина.

— Ждем, — эхом разнесся ответ королевы.

Спустя пару минут в зал вошли человек в черном и военный министр. Первый занял место у трона, второй перед ним.

— Ваше величество, вы желали меня видеть? — спросил Жюль.

— Ознакомьтесь с новым приказом и доставьте его Эммануэлю.

Писарь подошел и вручил ему указ.

— Но ведь это безумие, — дочитав, вскрикнул военный министр.

— Почему? — ехидно улыбаясь спросила Изабелла.

— Потому что утром на совете, было принято решение укреплять лагерь. Исполняя его, воины весь день работали и сейчас измотаны.

— Благодарю, но меня не интересует ваше мнение. Ступайте.

— Слушаюсь, — произнес Жюль и откланявшись удалился.

Человек в черном, вопросительно просмотрел на Изабеллу.

— Это часть моего плана, — ответила она. — Теперь у генерала будет три приказа мой, совета и короля. Его выбор покажет кому он служит и определит его ближайшее будущее. На этом все, нас уже ждут.

Поравнявшись с Жозефиной, королева остановилась и взглянула на нее, а спустя несколько секунд обернулась к воину у трона:

— Пригласите на бал короля Роберта.

Следуя по коридору, Изабелла, услышала, как шагавшая позади Жозефина что-то радостно напевает, и подумала: «Оказывается, ради ее счастья я готова переступить даже через собственную гордость».

***

Дверь распахнулась и в покои влетел командир гвардий Ричард.

— Мы не смогли его остановить — оправдывались стражники.

Ричард оскалился.

— Кажется это твое приглашение — шепнул Артур Роберту.

— Королева приказывает тебе явиться на бал — прогремел командир и растолкав стражу вышел.

— Вот такими людьми она наполнила королевский двор. Посему если завтра Эммануэль выиграет сражение, то первым делом мы ее сместим, а подобных ему прогоним.

— И что дальше? — спросил Артур.

— Канцлер останется на своем посту. Жюль будет назначен главным советником, а Эммануэль займет его место.

— Ладно — сказал Артур — я утомился, лучше пойдем на бал, выпьем вина и потанцуем с прекрасными дамами сего королевства.

— Хорошо идем.

Минуя множество комнат и поворотов, они направлялись к главной лестнице. Все время пути Артур смотрел на идущего впереди друга и размышлял о том сколько добрых поступков тот совершил для Изабеллы.

Будучи принцем благородной крови, он со смирением принял решение отца женить его на простолюдинке. Затем, с первого дня ее пребывания во дворце выполнял любые прихоти будущей супруги. А спустя месяц после их венчания вызвал гнев знатных особ, запретив им под страхом смерти говорить о ее происхождении. Он одаривал ее самым лучшим из того что привозили во дворец и невзирая на насмешки двора вечерами воспевал под окном серенады.

Учитывая это Артур пытался понять, почему Изабелла так сильно переменилась по отношению к Роберту. «Навряд ли она забыла обо всем этом, а значит помимо полученной ею власти есть и другая причина. Возможно, Роберт о чем-то умолчал — подумал он и решил обязательно все узнать — только бы великий генерал выиграл завтрашнее сражение».

Спустившись на нижний этаж, они прошли по длинному коридору и остановились перед дверями тронного зала. Роберт сделал глубокий вдох и как многие, надеясь на лучшее готовился к худшему.

Глава вторая

— Ваше высочество просыпайтесь.

— Уже?

— Через час начнется королевский бал. Пока гости прибывают матушка приказала вас подготовить.

Принцесса София открыла сонные глаза. Старшая няня помогла подняться. Золотистые локоны рассыпались по плечам. Сидя на краю постели она ждала пока две молодые служанки поднесут кувшин с теплой водой и пустой таз. Умывшись переместилась в кресло у зеркала.

По приказу все той же старшей няни в комнату вошло еще несколько служанок. Одна, стала расчесывать ее длинные волосы гребнями из слоновой кости. Вторая, наносить на ее щечки румяна. Две другие, подносили платья и туфли. Когда она отвергла всевозможные варианты стоявшая посреди покоев няня спросила:

— Вы не желаете идти?

— Нет.

— Почему?

— Каждый день с раннего утра, меня обучают грамоте, чтению, танцам, фехтованию, вышиванию, а вечером, когда хочу отдохнуть ведут в тронный зал. Где вместе с мамой слушаю государственные дела.

— Будущей королеве необходимо этому учится.

— Но я не хочу.

— Тогда чего же вы хотите?

— Для начала выспаться, а затем провести время с отцом.

Няня понимающее улыбнулась. Она и сама мечтала о том, чтобы весь день пролежать в постели и восполнить недостаток сна.

— Там вы сможете увидеться с ним.

Принцесса грустным голосом произнесла:

— Всего на пару часов, после чего королева снова его запрет.

Тогда няня, хорошо знавшая ее, решила привести последний довод, который должен был подействовать.

— На бал, не много с опозданием прибудет генерал Эммануэль — солгала она.

София, также хорошо знавшая няню, по ее интонации поняла, что это ложь. Однако сделала вид будто, поверила.

— А почему опоздает?

— Из-за важных дел в военном лагере — быстро придумала та.

В уме принцессы для которой грязь полей и жизнь в вольном просторе были ближе чем дворцовая чистота и роскошь родился план.

— Тогда я иду — сказала она — но прежде, дайте мне четверть часа, чтобы отдохнуть, а затем возвращайтесь и будем собираться.

Когда все покинули комнату она подошла к окну и тихо позвала. В открывшемся соседнем окне появился седоволосый старик. Оглядевшись по сторонам, он с улыбкой произнес:

— Ваше высочество, снова хотите сбежать?

София, утвердительно кивнула.

— Понятно. Какова причина?

— Королевский бал.

— Понятно. Значит не хотите идти. И куда на этот раз?

Принцесса указала на огни военного лагеря.

— Что-то новое — весело произнес он.

— Хочу повидать дядю Эммануэля.

Старик вылез и стал осторожно ступать вдоль широкого выступа. Добравшись до окна Софии, взял ее на руки и вернулся назад. Достав с полки длинный канат, обмотал им кирпичную кладь камина, а на другом его конце закрепил сплетенную из прутьев корзину.

Расхаживающий на нижнем ярусе стражник испуганно вздрогнул, когда повернувшись, увидел перед собой лицо и маленький кулак принцессы. После того как корзина проскользнула вниз он подошел к выступу и взглянул наверх. Там он увидел старика, который держа канат улыбнулся ему так, как это делают шуты строя гримасы. Отступив назад страж несколько секунд размышлял, а затем ухватив канат стал придерживать его чтобы он не раскачивался.

Достигнув земли, София вышла из корзины, подняла голову, помахала им рукой, и радостная побежала вдоль стены к вратам замка. Однако добежав до них сильно расстроилась. Обычно в это время открытые сейчас они были наглухо заперты и к тому же возле них дежурило много стражников. Вначале она подумала, что это няня, прознав о ее плане приказала их запереть. Но увидев подъезжающие кареты поняла, это связано с прибытием гостей на королевский бал. Теперь ей оставался лишь один привычный шаг, и она его сделала.

В центре просторной комнаты стоял длинный квадратный стол. За которым играя в «камушки» сидели стражники. Увлеченные ею, они не заметили, как в дверях появилась София. И лишь после того как она произнесла несколько приветственных слов вскочили и склонили головы в поклоне. Сидевший ранее во главе стола командир уступил ей свое место. Когда она расположилась, стражи поставили перед ней кружку с водой, миску с жаренными на костре куриными ножками и зажгли еще пару свечей.

Пока принцесса, отложив сторону в свою маленькую корону с аппетитом ела скромный ужин к ней обратился все тот же командир:

— Ваше высочество, вы снова сбежали?

Она ответила кивком головы.

— Если королева Изабелла узнает

— В прошлые разы узнала? — спросила она.

— Нет.

— Значит и сейчас не узнает, если только стражники не доложат.

— А в прошлые разы доложили? — спросил он.

София, улыбнулась.

— И куда вы на этот раз?

— К дяде Эммануэлю.

Услышав это имя, стоявшие у стола стражники вытянулись, а командир приказал немедленно готовить лошадей.

Войдя в покои и не найдя там принцессы молодые служанки завизжали. Но вошедшая вслед за ними старшая няня приказала им успокоиться и закрыть дверь.

Подойдя к открытому окну, она громко позвала:

— Стефан.

Как и за пол часа до этого он выглянул из своего окна.

— Вы снова помогли принцессе сбежать?

Стефан, улыбнулся и пожал плечами.

— Будь моя воля, я повела бы вас к королеве — сказала она.

— А будь моя воля, я взял бы вас в жены.

Служанки за ее спиной захихикали.

— Думаете я глупа, чтобы выходить за простого садовника — не оскорбившись, а в шутливой манере ответила она — вы наивны если полагаете, что я соглашусь прислуживать старику.

Девушки смущенно опустили глаза.

— И куда же она помчалась?

Он указал пальцем в сторону огней военного лагеря.

— Значит поехала к своему дяде.

Одна из девушек спросила:

— Что мы скажем королеве?

— Как и в прошлый раз, заболела — ответила она — думаю в свете бала королева не придаст этому значения. А принцессе будет полезна эта поездка. У нее и так тяжелая жизнь. Изабелла не дарит ей ласки, а с отцом она проводит мало времени. Хорошо, что с дядей может поговорить по душам.

Повернув голову, старшая няня увидела, как от городских ворот быстро отделялись огни — это стража с факелами в руках сопровождала Софию в военный лагерь.

***

Мастерский владея стальным мечом, генерал с легкостью отбивал выпады солдат, вооруженных копьями и булавами. При каждом взмахе меча вздымалась его мощная грудь, каштановые волосы развевались на ветру, а светлое лицо расплывалось в улыбке. Все движения были изящными и выверенными.

Но каким бы великолепным не было мастерство, усталость всегда одерживает над ним верх. Замешкавшись на долю секунды, он пропустил хлесткий удар булавой в плечо. Побросав оружие, воины бросились к нему и стали спешно снимать с него пластинчатые доспехи.

В тот же момент к ним подбежала группа офицеров. Из их круга вперед выдвинулся кривоноги седой воин.

— Я пошлю за лекарем — сказал он.

— Погоди Симон — ответил генерал — сначала глянем на тяжесть раны, а потом пригласишь если будет нужно.

Когда доспехи и поддоспешник были сняты все радостно вздохнули. В месте их пробития кровоточила лишь небольшая царапина.

— Кто из вас его ранил? — закричал Симон на воинов виновато опустивших головы — и, кто разрешил вам сражаться с ним?

— Оставь их, это я приказал — сказал Эммануэль и взял из его рук сухой лоскут, чтобы обтереть им лицо.

Согласно своду правил, воины подлежали самому суровому наказанию и Симон приверженец строгой дисциплины и его исполнения был расстроен услышанным. Все что ему оставалось, это приказать им возвращаться к своим обязанностям.

— Погоди ты — произнес генерал — капитана мечников ко мне.