История Лэйлы, или Как безопасно изучать ведьмологию

– А чего ты так удивляешься? Ну да, я. Твоя бабушка когда-то писала книги.

– Но почему я ничего о них не знала? Их можно найти в библиотеке? – с любопытством расспрашивала её Лэйла.

– Меня так и не напечатали. – с грустью ответила Дженн.

– Но почему? – не успокаивалась внучка.

– Потому что им не нужна была правда. У нас был закон, которого издательства придерживались. То, что я написала, противоречило устоявшимся знаниям о ведьмах. Никто не хотел меня слушать. Все считали, что я сошла с ума и пытаюсь подружиться с тëмными силами. И чтобы меня не отправили в тюрьму и потом не казнили, я отказалась от их публикации.

– Но как? Ты даже нарисовала настоящие платья ведьм того времени, они были такие красивые, воздушные, облегающие, манящие... Почему нам сказали, что ведьмы — это чудовищные существа, которые творили зло и всякие ужасы, переходящие все границы? – с интересом расспрашивала её Лэйла.

– Мы абсолютно разные. Запомни — ни одна ведьма не похожа на другую. Какая-то ведьма творит хаос, другая пытается этот хаос остановить. Но её уже никто не слушает. Её считают такой же опасной, как и ту другую. Об этом я и хотела написать. А кто о нашем мире напишет, лучше нас? Учëные? Филологи? Или эти новые антропологи? Они все пишут узко, особо не вдаваясь в подробности. У нас же есть возможность широко раскрыть нашу тему, написать её в нужных красках, чтобы человек имел о нас правильное представление! Ведь кто, если не мы может описать его так, какой он был и есть на самом деле? Люди о нас ничего толком не знают, доверяют первому услышанному источнику, а говорит ли он правду — никто не задумывается. И никто об этом уже не узнает.

– Но ба!

– Нет, мой зайчик. Не играй с огнëм. Он и так слишком много бед причинил невинным людям. Дай отдохнуть от него. – Дженн ушла в свою комнату, держась за сердце.

Когда Лэйла осталась на кухне одна, она вдруг услышала на чердаке какой-то шум. Девочка зашла в комнату к бабушке, думая, что она наверху, но Дженн крепко спала в своей постели. Тогда Лэйла решительно поднялась на чердак и включила там свет. Девочка шла на звук и увидела своего чëрного паучка Бусика, который в конце комнаты приоткрытыл шкаф с бабушкиными платьями. Лэйла взяла Бусика на руки, погладила его брюшко и положила на стол. Потом она открыла шкаф пошире и достала оттуда бардовое платье с рюшками на рукавах у запястья. Примерив его, Лэйла заметила, что оно ей было в самый раз, словно сшито по ней. Оно ей так понравилось, что девочка решила прямо в нём спуститься вниз, но на пути к выходу из комнаты столкнулась с бабушкой.

– Что, нравится? – спросила её довольная Дженн, у которой руки были скрещены на груди.

– Очень! – внучка зарделась в улыбке.

– Забирай! Оно твоё!

– Правда? Спасибо! – Лэйла кинулась обнимать свою бабушку. – Я его сшила специально в подарок на твой день рождения, но раз ты нашла его раньше — оно твоё!

Чуть позже, ближе к ночи, в комнате Лэйлы состоялся ещё один непростой разговор между ними.

– Бабуль, ты сказала, что ведьмы разные... Но тогда как понять, что перед тобой именно ведьма?

Дженн немного напряглась, но не смогла отказать внучке и ответила ей на вопрос:

– Ведьма всегда чувствует ведьму перед собой. Простым людям это не понять. Они возлагают слишком большие ожидания на ведьму. Если ты ведьма — значит ты умеешь всё по их мнению! И никого не волнует, что ты ничего этого не умеешь, и может быть у тебя другие способности. Например, не все умеют писать книги о нашем мире так ярко, как это делаем мы. Если ты когда-нибудь возьмëшь в руки книгу, связанную с магией, то знай, что её непременно написала ведьма, ну или человек с очень хорошим воображением! В любом случае, просто так некоторые сведения человек писать не станет, так как ему просто не откуда будет их брать!

– Значит, ведьм когда-нибудь начнут печатать? – удивилась Лэйла.

– Возможно. Но всё равно эту литературу нельзя будет воспринимать как руководство по магии. Ведьма не станет болтать налево-направо свои знания. Она их будет держать в секрете.

– Всё равно ничего не понятно. А что тогда её может выдать?

– Чтобы себя скомпрометировать, нужно вести себя в обществе как... Впрочем, веди себя как обычная девушка. Твоя энергия всё равно притянет нужное. От этого никуда не денешься. Ты сумеешь это понять. Другие будут не знать, что с этим делать, а ты сама найдëшь ответы. Доверяй своей интуиции, но не путай её со своими страхами или сомнениями. Теперь поняла меня? К тому же, не каждый человек будет любить возиться с Aphonopelma caniceps как с котëнком, что забежал в наши края от нерадивого путешественника. Он почему-то выбрал именно тебя!

– Он же такой милый! Как можно не любить такого Бусика? Правда он прелесть? – паук-птицеед лежал спокойно на руке своей хозяйки и перебирал своими пушистыми чëрными лапками.

– Да. Прелесть. – спокойно сказала бабушка. – А теперь всё, давай Бусика сюда, я положу его в террариум, и скорее засыпай! Спокойной ночи! – бабушка поцеловала её в лоб и убрала Бусика в его домик в террариуме.

Глава 3

Глава III.

В субботу солнечного 3 октября 1923 года у Лэйлы был день рождения. К сожалению, она его праздновала только в окружении бабушки и своего чëрного мохнатого Бусика. До дня рождения Лэйла впервые успела поругаться с Софией. А всё из-за того, что подружке не понравилось, как та стала выглядеть — у неё проявились округлые формы, из-за чего, по мнению Софии, платья на Лэйле стали выглядеть вызывающе и подружка на её фоне превратилась в серую мышку. У Лэйлы даже стали появляться поклонники, с которыми она была не прочь пококетничать. Но несмотря на это, близко к себе девочка никого не подпускала. Лэйла слышала от бабушки, что любовь не всегда приносит радость. Она могла и больно ранить. Поэтому внучка боялась в кого-то влюбляться и держалась на расстоянии от понравившегося ей мальчишки.

– Бабушка, значит моя мама тоже была ведьмой? – вдруг полюбопытствовала у неё Лэйла.

– Ну почему была? – в сердце Дженн что-то зажгло. – Ты мать-то не хорони так сразу! Может быть она ещё жива!

– С чего ты это взяла? Её уже нет целых 12 лет! Нет ни её самой, ни письма! – чуть не плакала девочка.

– Не выдумывай! Всё хорошо! Твоя мама жива, наверное...

– Наверное... Даже не приехала, чтобы поздравить меня с днём рождения! –Лэйла обиделась на свою маму и убежала к себе в комнату.

Дженн пошла вслед за ней.

– Ну чего ты расстроилась? – бабушка гладила её по плечу.

– Я с мамой поговорить хочу! Она мне должна рассказать о любви! Что это такое? Почему оно такое опасное, как ты говоришь? – Лэйла хныкала в подушку.

– Погоди... Ты влюбилась что ли? – спросила её Дженн.

– Не знаю! – закричала Лэйла. – Сердце горит, сильно стучит при одном взгляде на него! А заговорить с ним не решаюсь! Боюсь! А вдруг он мне сделает больно! – плакала от отчаяния внучка.

– Ох-ох-ох... Где же твоя мать Эриэл... Не переживай зайчик, всё наладится и ты всё поймëшь!

Немного успокоившись, Лэйла надела своё новое бардовое платье, а потом вспомнила, про любимое старенькое викторианское зелëное, и переоделась в него. И это платье на ней выглядело уже совсем иначе. Декольте стало более открытым под тяжестью ещё не до конца сформировавшейся груди, но Лэйла не заметила этого. Причесала свои чëрные локоны и пошла гулять на лесную опушку.