Полная версия
Она с детства мечтала о любви, мечтала стать особенной для кого-то, единственной, заполнить пустоту в душе. Без страховки упала в отношения с Роем и купалась в дерьме, принимая его за английские розы. Убеждала себя в великих чувствах, без которых невозможно дышать.
Чушь.
Все это чушь. Там была не жизнь – существование.
Получится, у неё получится выбраться. Здесь. Сейчас. Рука об руку с сестрой.
– Я переехала сюда не для того, чтобы в очередной раз становиться твоей подстилкой среднего рода.
– Брось, радость моя, – Рой разжал ладонь, скользнув пальцами на шею Джейн, пытаясь выдавить из себя нежность. – Мы идеальны. Мы едины. Я же чувствую, как тебя до сих пор трясёт подо мной.
Джейн вырвалась, распахнула дверь, прикрывая глаза от дневного солнца, и бросилась в переулок, сворачивая на главную улицу.
Она бежала сквозь толпу, дальше и дальше от пропасти, что раззявила пасть и ждала её просчёта. Внутри шла борьба. Собранное мужество разбивалось. Осознание, что можно справиться и без этой изматывающей близости, сталкивалось с жалобным скулежом одинокой дрожащей сущности. Страшила неизвестность, до подрагивающих коленок, но Джейн упорно продолжала бежать дальше.
Кто-то схватил её за воротник, с силой дёргая на себя, и швырнул в узкий тупик между двумя магазинами.
Перекошенное лицо Роя мелькнуло перед Джейн, и в солнечное сплетение прилетел кулак, сгибая пополам.
– Куда собралась, радость моя?
Джейн упала на асфальт, судорожно втягивая воздух. Её вздёрнули вверх, как куклу, и грубо поцеловали, прокусывая губу до крови.
– Ты моя, детка. Пока я этого хочу. Беги, не беги – исход один. Вот только предупреждаю: в следующий раз я посажу тебя на цепь, как собаку, и даже на улицу без поводка выпускать не буду.
– Я не вещь! – Джейн вырвалась из захвата, захлебываясь слезами. – Я приехала сюда с сестрой, тут и останусь. Хватит с меня твоей типа любви, больной ублюдок! Подойдёшь ко мне ещё раз – напишу заявление в полицию.
– Правда? О-о-о, у моей сучки прорезались клыки, – ухмыльнулся Рой. – Вот только ты уверена, что хочешь меня разозлить? С сестричкой приехала, да? Родственные узы и всё такое. Надо же. А может, мне стоит кое-что рассказать сладкой младшей сестренке о тебе? Хочешь, я расскажу, что ты творила в Бостоне, пока все думали, что ты учишься? А может, ты хочешь, чтобы она узнала о последнем звонке отчима? Тот, который ты пропустила, пока скакала на мне и требовала отодрать жёстче?
Джейн зарычала и бросилась на Роя, пытаясь ударить его, но тот перехватил руку, прижимая к груди и продолжая выгрызать нутро злыми словами.
– Кто знает, возможно, если бы ты тогда ответила, отчим остался жив. Что скажет твоя милая сестра, если узнает, что ты повинна в смерти её дорогого папочки? Ты думала об этом? Думала? Конечно, думала. Я так и вижу, как тебя корёжит на постели. Как ты воешь, осознавая, что могла помочь, но настолько увязла в желании быть хоть кем-то любимой, что променяла это на жизнь старика. Хотя он тебя не любил никогда, так может, и к лучшему? Я единственный, кому ты нужна. Даже сестра плюёт на тебя в погоне за славой. Провернём дельце и уедем отсюда вдвоём, и вновь всё будет как раньше. Ты, я, наш дружочек кальян и постель.
– Я начала новую жизнь, без тебя. Мы с Кэли… Она не плюёт на меня! – прошипела Джейн, пытаясь выбраться, но внутри сердце болело и сжималось от нехорошего предчувствия.
– Правда? – ухмыльнулся Рой и сунул под нос телефон. – А это у нас тогда что?
Сайт «Архео-гоу».
Профайлы участников.
Профайл Кэли – первое место в рейтинге.
«Джейн, да забудь ты про свою Англию, давай поедем сюда, – уговаривала сестра, – смотри, какой красивый городок. Ну давай!». «Конечно, Джейни, я завязала. После смерти папы ты – единственный важный человек в моей жизни».
Она цеплялась за эти слова. Всё это время именно в них черпала мужество и силы.
Как же так?!
– Спорю, она наплела тебе, что бросила. Выбрала лучшее место для переезда, а сама рвалась сюда из-за шоу. Ну как же, девственный городишко с кучей достопримечательностей. Идеально для победы!
Джейн смотрела в телефон и не верила. Сестра врала, хотя обещала больше не ввязываться в эти сомнительные игры. Обещала завязать, пойти учиться на археолога. Курьером подрабатывать начала…
Рой оказался прав.
Её просто использовали, как всегда. Отчим, Кэли – оба уверяли, что ценят, но на самом деле всегда оставляли за бортом своей жизни.
– Что здесь происходит?
Голос Этана прозвучал резко, и Джейн очнулась. Вскинула голову, мутным взглядом посмотрела на гарду и улыбнулась.
Красивый, пугающе сильный не только внешне, но и внутренне. Они и правда так похожи с Роем. Но различались кое в чём важном. Этан – жёсткий. А Рой – жестокий.
И другого она не заслуживала.
– Ничего, гарда Бёрг. Сбрасываем напряжение с моим парнем. Боимся, что до дома не дотерпим. – Джейн несла чушь и бред.
Плевать.
Она бежала от терпкого запаха кальяна, той полутёмной комнаты и скрипучей кровати. От рук Роя, что любовь заменяли болью. А теперь осознание тщетности собственных усилий с размаху ударило в лицо. Вера в слова сестры показалась такой смешной.
– Джейн, – она вздрогнула, не ожидав услышать в голосе офицера столько заботы, тревоги и теплоты, – ты в порядке? Ты не вышла на работу. Рори…
Пальцы Роя с силой впились в кожу, безмолвно приказывая отшить гарду.
– В полном, – перебила Джейн. – Если вы не против, мы пойдём. Скажите Рори, что я заболела, ха-ха, и вообще увольняюсь.
– Джейн…
– Всё в порядке, гарда, отвали от нас и иди дальше, – прошипел Рой, и Этан медленно отступил.
Джейн даже на секунду не позволила себе задуматься, как же ей хотелось, чтобы гарда остановил их. Встряхнул за плечи, прорычал в лицо, что все её страхи, мысли, всё, что она думала о себе – неправда.
Уходили степенно, кивнув на прощание хмурому Этану. Последние шаги до поворота казались вечностью. Или же она скрывалась за ним? Окружение изменилось, стало ярче, чётче, болезненнее. Смутный человеческий силуэт на другой стороне улицы вдруг рванул к Джейн, но тут же развеялся проезжавшей мимо машиной.
Сумасшествие постепенно подкрадывалось к ней, мерзко похихикивая.
Её место рядом с Роем.
И пусть что-то внутри рвалось обратно, за угол, где остался стоять гарда, Джейн приняла решение.
Глава 5. День третий
Анээм
Стояла оглушающая тишина.
Словно вокруг все вымерло, и осталась лишь бесконечная пустота.
Кэли кожей чувствовала тепло, сквозь веки пробивался странный яркий свет. Он мигал, как лампочки на рождественской гирлянде, потом замирал на пару секунд, после вновь распадаясь на отдельные огонёчки.
Ледяная земля медленно поднималась и опускалась – огромное, дышащее, живое существо.
Кэли осторожно поднялась на ноги, кряхтя от боли во всем правом боку, и огляделась.
Вокруг возвышался сплошной лес. Ни мотоцикла. Ни особняка. Окружающая действительность выглядела странной, мозаичной. Кэли подумала, что у неё на глаза надеты очки с многогранными стёклами, но пальцы ничего не нащупали. Она смотрела на эту сюрреалистичную картину и не знала, что делать.
Почва под ногами колыхалась, деревья изгибали ветви в диком танце. Это казалось бредом, но она дышала, чувствовала боль и улавливала незнакомые запахи.
Жизнь после смерти? Медикаментозная кома?
Кэли застонала, опускаясь на колени, но её уши не уловили ни единого звука. Она заорала со всей силы, на какую была способна. Безмолвье вокруг душило. Не слышно даже биения сердца. Кэли хваталась за куртку, пытаясь прийти в себя. Куда она попала, что происходит?
Где она?
Холод медальона обжёг кожу, приводя в чувство, возвращая мозги на место. Она погладила прохладную поверхность жадеита и встала. Сон, бред или загробная жизнь – стоя на месте она ничего не узнает. Следовало идти вперёд… где бы это «вперёд» ни было.
Кэли пошла, радуясь, что кости не сломаны, ориентируясь по положению солнца и постепенно приноравливаться к «дышащей» земле. Она осматривалась, нервничала, пытаясь понять, враждебен ли этот мир. Не с первого раза уговорила себя дотронуться до коры дерева и листвы. Но на деле они оказались гладкими, привычными. И пахли именно так, как помнилось. Только глаза видели совершенно другое.
Двигаться в полнейшей тишине было дико. Это давило, нервировало. Кэли сама не поняла, когда начала оглядываться назад, ускоряя шаг, насколько позволяло измотанное тело.
Деревья не двигались. Тени не смещались. Но что-то неведомое гнало Кэли дальше. Она спотыкалась, шипя от боли, цеплялась руками за низко свисающие ветви.
Лес то расширялся, позволяя видеть далеко вперёд, то рос настолько густо, что приходилось перелезать через поваленные деревья и протискиваться между стволами.
Кора и листья скреблись о куртку, царапали щёки и лоб. И когда в очередной раз деревья стали редкими, Кэли без сил упала на ближайший пень, вытягивая ноги и пытаясь расслабиться.
Хотелось пить и есть, но по пути не встретилось ручья или ягодных кустов, хотя запахи вокруг витали умопомрачительные.
Кэли вдыхала сладковато-терпкий аромат и вспоминала пироги Джейн, которые сестра обычно готовила на праздники или в попытке улучшить плохое настроение.
О доме думать хотелось в последнюю очередь, но окружающее безмолвие возрождало в голове страшные и болезненные воспоминания.
Больница. Отец, опутанный проводами от капельниц. Восковое лицо Джейн и её мёртвые глаза, когда им сообщили о смерти папы. Затворничество сестры и просьба уехать из Бостона.
Первая встречей с Этаном и Николасом. Странные ощущения после общения с этими парнями. Волнение, когда они случайно сталкивались у отца в кабинете…
Смерть Сары. Холод и тишина в доме.
Следовало подумать о себе, о месте, куда она попала, но мысли роились, создавая внутри хаос из боли и скорби. Кэли застонала, хватаясь за волосы, оттягивая их, пытаясь уменьшить давление. Казалось, что там, под черепом, копошатся сотни насекомых, бегая маленькими волосатыми лапками по возбуждённому мозгу, раня, сводя с ума. Приятный цветочно-ягодный аромат перебил терпкий, чуть сладковатый запах гниющей листвы, мокрой, расползающейся под пальцами.
Кэли замерла.
Запах стал ощутимее.
Как никогда захотелось услышать хоть что-то. Хотя бы собственное дыхание.
Она повернулась и от души заорала.
Перед ней висело огромное плоское лицо, на котором, как при быстрой перемотке, сменялись разные выражения: злость, радость, отвращение, ужас. Рот существа растянулся в стороны, превращаясь в тонкие извивающиеся руки, внутри которых клацали сотни острых, смертоносных зубов. Глаза вывалились из орбит, повиснув на тоненьких ниточках.
Кэли не стала дожидаться окончания трансформации. Она молниеносно развернулась, стискивая зубы от боли, и сорвалась с места, молясь, чтобы тело выдержало и на пути не попались скрытые листвой ямы.
Существо последовало за ней. И невозможность слышать это, отследить его приближение вселяла животный ужас.
Ветви хлестали по лицу, глаза слезились, застилая обзор. Она быстро поняла, что обоняние заменит слух: когда чудовище отставало, запах гнили еле ощущался, и напротив – когда тварь догоняла, смрад становился непереносимым.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
1 – Прототипом Киллмари стал реальный город в Ирландии – Килларни. Название улиц и некоторых исторических мест взяты без изменений. Люди и события, описанные в истории – полностью выдуманные. Любое совпадение имен и событий с реальными являются случайностью.
2
Дюйм – английская мера длины, равная 2,54 см.
3
Ярд – английская мера длины, равная 91, 44 см.
4
Замок Калех – такого замка в Ирландии не существует. Легенда о Калех была видоизменена в соответствии с сюжетом.
5
Гарда – национальная полицейская служба и служба безопасности Республики Ирландия. И обращение к служителю правопорядка. Обычные гарда не носят оружие.
6
Оливер Кромвель – военный, политик, особую известность приобрел во времена воин трех королевств
