Лимес. Вторая Северная

– Она убежала за Робертом около получаса назад. Крис пытался связаться с ней, но она не отвечает, – отозвался мужчина и, запустив последний сгусток, окончательно ослабел, стекая вниз по стене. Он усмехнулся и схватил ее за запястье. – Не трать на меня силы.

– Не смей, – прервала его девочка. – Я нашла Элис. Мы заберем ее и вернемся за тобой.

Мужчина уже не слышал ее. Его глаза закрылись, и Ванда, обхватив Аида за плечи, отволокла его за выступ стены, надеясь на то, что Темные не найдут его, если решат подняться сюда, а после снова бросилась вниз по лестнице. Преодолев еще три этажа, она столкнулась с Крисом и Ренатом.

– Я нашла Элис, – едва дыша, заговорила Ванда и сжала руки Стивенсона. – Она в камере на предпоследнем этаже, пятая дверь от лестницы.

– Я не могу оставить вас здесь, – покачал головой Кристиан. – Вы не справитесь без меня.

– Это был единственный приказ Лисбет, и ты должен сделать это.

Парень сжал челюсти, закрыл глаза и кивнул. Бросив на прощание короткий взгляд, он побежал наверх.

– Крис, – крикнула ему вслед Ванда. – Аид остался наверху. Он без сознания.

Ответа не последовало, и она не знала, услышал ли ее парень. За поворотом раздались шаги, и Ванда схватила за руку Рената, невольно отступая назад, но, когда увидела фигуру брата, облегченно выдохнула.

– Где Мари? – спросила она, бросаясь на него с объятиями, попутно пытаясь оценить его состояние. Парень на удивление выглядел сносно и, кажется, не успел получить ни одной серьезной раны.

– Она побежала на улицу. Роберт и Лисбет тоже там, – ответил Феликс.

Ванда сорвалась с места раньше, чем успел договорить брат, и пустилась вниз по лестнице. Гадкое предчувствие чего-то ужасного и неизбежного подгоняло ее в спину, заставляя перепрыгивать через несколько ступенек. К ее искреннему удивлению, за то время, пока она, Ренат и Феликс мчались вниз, им не встретился ни один Темный. Выходит, Крис был прав, когда говорил о том, что в Черной Свече находится не так уж и много персонала.

Достигнув главного холла на первом этаже тюрьмы, девчонка мысленно отметила, что даже такие жестокие существа, как Темные, не были лишены чувства прекрасного. Здесь не было ни единого окна, как и во всем здании, но помещение все равно казалось огромным, резко контрастируя с вереницей узких коридоров, которые успели преодолеть путники. Лестница резко расширялась к низу, а ступени были наполированы настолько, что отражали блики тусклых настенных светильников. По бокам от лестницы возвышались четыре колонны, выполненные из черного камня, как сама Черная Свеча.

Преодолевая огромное пространство от последней ступеньки до двери, ведущей на улицу, Ванда поймала себя на том, что пытается разглядеть стыки между камнями, но их просто не было, словно эта жуткая тюрьма была монолитной фигурой, вырезанной ножом из старой черной горы.

Вместо ожидаемой лесной тишины, пространство внутреннего двора Черной Свечи встретило их оглушительным треском. Уцелевшие Темные гнали Лисбет и Мари к западной стене постройки. Замерев на какой-то миг, Ванда вгляделась в лицо предводителя и увидела, как та, измученная и дрожащая, отражает атаки.

Она впервые видела ее такой – готовой сдаться. Вебер уже не пыталась атаковать, лишь защищалась, отступая назад. Решив не тратить время, Ванда оттолкнулась от земли и за пару секунд преодолела пространство, разделявшее их. Кто-то из Темных заметил ее и запустил в сторону осмелевшей девчонки плотный шар, но тут же получил свой болид обратно.

Завидев подмогу, Вебер всей душой хотела порадоваться, но осознание того, что они проигрывают, оказалось сильнее, потому что она слышала, как меньше десяти минут назад Роберт вызвал подкрепление.

– Я нашла ее, – дрожащим и хриплым голосом сказала Ванда, оказываясь рядом с предводителем.

Женщина замерла с занесенной рукой и глянула на девчонку глазами, на дне которых Гросс увидела тусклый огонь надежды.

– Она жива? – спросила Вебер, и губы ее вдруг задрожали. По щекам Лисбет потекли слезы, которые вмиг превратились в мелкое крошево стекла.

Она давно забыла, каково это. Лисбет Вебер не позволяла себе плакать слишком долго, и, быть может, от этого ей казалось, что соленые дорожки воды безжалостно сдирают кожу на лице.

– Я не знаю, можно ли назвать это жизнью, – проглотив комок в горле, отозвалась Ванда, вспоминая то, что увидела, когда призрачным огоньком нырнула в тело Элис. – Я отправила к ней Криса. Он заберет Элис и Аида, чтобы вернуть в общину.

– Значит, нас осталось шестеро, – с горькой усмешкой прошептала Лисбет, облизывая пересохшие губы.

Ванда покрутила головой, пытаясь оценить масштаб катастрофы. Ей не была понятна причина отчаяния Лисбет, ведь на поле боя осталось всего пятеро Темных.

Как только девчонка вознамерилась подбодрить опустившую руки женщину, обратив внимание той на выигрышное положение их отряда, землю сотряс грохот. По темному полотну неба расползлось огромное кольцо портала, из которого хлынули Темные. Человек тридцать, не меньше.

Ванда в ужасе глянула на Лисбет, и та обреченно кивнула головой. Девчонка мгновенно оценила незавидное положение, в котором оказался их отряд, впрочем, как и все остальные. Она видела, как Феликс и Ренат почти синхронно оторвались от земли, на ходу набирая энергию в руки, и хотела было последовать за ними, но в последний момент обернулась. Предводитель, вопреки ожиданиям, не двинулась с места.

– Лети, – скомандовала Вебер. – На земле оставаться опасно.

От Ванды не укрылось, с какой настойчивостью говорила Лисбет. Всего секунда ушла на то, чтобы еще раз обвести взглядом фигуру старшей и вслушаться в ее голос, который сейчас хрипел, как старое, поломанное радио. Только сейчас Гросс заметила, в каком состоянии пребывала Лисбет, и дело было совсем не в подорванном моральном равновесии после неудачных поисков Элис.

Перехватив пытливый взгляд девчонки, Вебер опустила плечи и хрипло втянула воздух сквозь сжатые зубы. Скрывать очевидное не имело смысла, особенно учитывая дар, которым обладала Ванда.

– Ты можешь подняться в воздух? – спросила она, хотя ответ был очевиден.

– Нет, – ответила Лисбет и коснулась ладонью своей спины. Спустя миг глазам Ванды предстала окровавленная пятерня. – Роберт перебил мое депо. Улетай.

– Я тебя не оставлю. Поднимайся, – Ванда метнулась к ней и обхватила за плечи, попутно с этим выпуская приличный поток энергии, чтобы оторваться от земли.

– Я не могу. Не трать силы, – Лисбет сжала ее руки и заглянула в глаза. – Собери всех, кто остался. Бегите в лес, открывайте портал и уносите ноги. Я отвлеку их.

– Нет! Я же сказала, что не оставлю тебя! – сказав это, Ванда повернулась к предводителю спиной, заслоняя ее от летящей к ним толпы.

– Что ты делаешь? – всхлипывая, спросила Лисбет. – Гросс, это приказ!

– Что положено по уставу за невыполнение приказа предводителя?

– Что? – брови женщины взметнулись вверх.

– Какое наказание положено за неподчинение? – Ванда бросила на нее короткий взгляд через плечо.

– Патруль вне очереди.

– Только и всего? – нервно рассмеялась Ванда и сжала челюсти. – В таком случае, считай, что я уже там.

Возразить на это Лисбет не успела. Она видела, как Ванда, подняв руки вверх, набрала полные ладони энергии и растянула призрачную материю, превращая в щит. Череда цветных шаров, среди которых преимущественно попадались черные и красные, с оглушительным треском встретила преграду, рассыпаясь искрами.

Понимание того, что щит, созданный ею, долго не продержится, пришло быстро. Ванда закрыла глаза, мысленно проклиная всех Темных, существовавших на земле. Тонкие нити злости, вмиг наполнившие тело, сплелись в тугой столб энергии, который вырвался в окружающую среду.

На пустырь, в центре которого возвышалась Черная Свеча, обрушился поток пронизывающего ветра. Воздушная стихия взвыла зверем, заглушая вопли сражавшихся людей. По земле забарабанили крупные капли дождя, из-за которого мгновенно ухудшилась видимость.

– Мари! – закричала Ванда. – Поднимай мертвецов!

Отдав команду, она растянула щит, делая его больше. Мари не заставила себя упрашивать – мгновенно юркнула в укрытие и встала на колени.

Прислонив ладони к уже успевшей пропитаться дождевой водой земле, девушка ссутулилась, и ее глаза, живые, ярко-зеленые, подернулись черной дымкой, превращаясь в два бездонных колодца. Мари задрожала всем телом, словно пропуская сквозь себя разряды тока. Посиневшие губы раз за разом повторяли что-то, и этот свистящий шепот потонул среди какофонии остальных звуков.

Ветер усилился, дождевые капли превратились в хлопья снега, и откуда-то, из самых глубин земли, вырвался пронизывающий холод. Мари продолжала свой странный обряд, в ответ на который раздался стук. Казалось, что в этот самый момент поверхность земли превратилась в дверь, отделяющую одну сторону мира от другой. И в эту дверь кто-то настойчиво колотил, пытаясь вырваться на свободу.

Когда из-под земли вырвался первый мертвец, Ванда вскрикнула, потому что он возник прямо перед ней. Черные дыры вместо глаз смотрели в самую душу, и ей показалось, что он вот-вот нападет на нее, но этого не случилось. Фигура мужчины резко развернулась и бросилась в сторону Темных, а вслед за ним, неровным строем двинулись и остальные выпущенные из-под земли бойцы.

Мари продолжала сидеть на земле. Словно в трансе, она раскачивалась из стороны в сторону и размахивала руками. Девушка двигала пальцами, к которым, казалось, крепились незримые нити, с помощью которых она, подобно умелому кукловоду, управляла призрачной толпой, восставшей на защиту шести оставшихся Светлых бойцов.

Удерживая щит в руках, Ванда пыталась взглядом отыскать брата, но сквозь хлопья снега не могла различить ни единого силуэта. Она слышала, как вокруг нее носятся люди, как сталкиваются энергетические шары самых разных цветов, и видела вспышки света и яркие искры, с которыми те взрывались, встречая преграды.

Сзади раздался шум, и кто-то схватил ее за плечо. Гросс обернулась, от испуга рассеивая энергию, но тут же набрала ее заново, готовясь защищаться. Увидев перед собой лицо Захара, она шумно выдохнула, искренне радуясь тому, что не успела ударить его.

– Мы должны закончить то, что начали, – раздался голос парня в подсознании, и Ванда кивнула. – Иначе Мари долго не протянет.

– Вам лучше подняться на крышу, – прохрипела Лисбет, мгновенно догадавшись о предмете их диалога.

Женщина сидела на земле, привалившись спиной к стене, и отчаянно пыталась заставить свое тело начать восстановление, но рана, оставленная Робертом, оказалась слишком глубокой.

– Сверху вам будет лучше видно, где свои, а где чужие.

– Я не оставлю тебя здесь, – тут же возразила Ванда, попутно создавая щит.

Мертвецы справлялись со своим делом прекрасно, однако некоторые, особенно прыткие Темные, нет-нет, да и прорывались к ним.

– К тому же Мари нуждается в защите.

– Мари защитят ее потусторонние приятели, – с привычной иронией в голосе отозвалась предводитель. – А за меня не переживай. Может быть, меня не заметят, а если и заметят, то я с радостью продолжу нести свою службу в рядах армии Эстрид.

От ее слов у Ванды вытянулось лицо. Лисбет говорила о своей смерти с такой небрежностью, что Гросс ощутила стойкое желание вмазать ей по седой макушке, но сдержалась, понимая, что в таком состоянии предводитель едва ли переживет подобную атаку. В этот самый момент, сама, не понимая почему, Ванда вспомнила про кулон, висящий на ее шее. Недолго думая, она сняла его и протянула Лисбет.

– Здесь совсем немного, но на щит должно хватить, – торопливо заговорила она, наблюдая за тем, как Вебер разглядывает вещицу. – Мы запустим заклятье и сразу же вернемся вниз, – Гросс наклонилась и посмотрела в карие глаза женщины. – Ничего не потеряно, слышишь? Мы нашли Элис, и ты нужна ей. Нужна обеим своим сестрам. И мне нужна.

Не дожидаясь ответа, Ванда оторвалась от земли, не забыв потянуть за собой Захара, схватив парня за руку. Она уже не видела, каким взглядом на нее посмотрела Лисбет, и как та поднялась на ноги и, пошатываясь, двинулась к Мари.

Подъем на крышу не занял много времени, и, оказавшись там, Ванда глянула вниз. Лисбет оказалась права. Отсюда поле боя было видно, как на ладони. Девчонка уселась на самый край, бесстрашно свешивая ноги в пропасть. Уж лучше умереть, сорвавшись с такой высоты, чем от руки Темных, подумалось ей.

Ванда закрыла глаза, и весь мир погрузился во тьму, но чернота перед глазами тут же рассеялась, представая призрачным полотном, по которому метались десятки огней, таких же ярких, как и она сама. Всего-то и оставалось – отыскать души Светлых и отделить их от Темных, которые, занятые обороной собственной территории, едва ли заметили бы вмешательство в свое сознание.

Пока она проделывала это, переплетая нити чужих мыслительных каналов в тугую косу, в ее голове зазвучала мелодия. Протяжно завыла скрипка, а за ней зазвучал рояль, который подхватили флейты и арфы. Захар безошибочно уловил ее настрой, и музыка, казалось, звучащая в самом сердце девчонки, была тревожной и гнетущей. Ванда представляла, как кружит над полем битвы, выхватывая одну нить за другой, и когда в ее руках повисла тяжелая веревка, она смотала ее, закручивая в шар.

– Давай! – закричала она изо всех сил и толкнула мерцающую сферу из разноцветных нитей к Захару.

Шар завис между ними, прокрутился и, взлетев, обрушился на них двоих. Они провалились в омут, состоящий из шепота, и на несколько мгновений Захар стал таким же, как она – он услышал потоки чужих мыслей. Ощутив все это, он растерялся, но мгновенно пришел в себя и направил приятную мелодию, в которой остервенело выла скрипка, в сознание всех Темных сразу. Не давая им опомниться, парень усилил звуковую волну и обрушил на них ультразвук сокрушительной мощи.

Внизу раздались истошные вопли. Стоя на коленях на самом краю пропасти, они смотрели, как их враги, корчась от боли, метались по небу, падали вниз и прижимали ладони к ушам, не понимая, что от страшного звука нет спасения, потому что он звучал у них в головах.

Где-то неподалеку раздался смех, счастливый и безумный одновременно, который Ванда узнала бы из тысячи. Фигура брата пронеслась прямо перед ее лицом. Парень на полной скорости носился над пустырем, добивая Темных частыми и сильными энергетическими атаками.

– Вот тебе! – комментировал он свои действия. – Получи! Получи! – и снова зашелся безумным смехом, после чего устремился к земле.

Ванда и Захар спикировали вслед за Феликсом. Когда они все приземлились рядом с Лисбет, то увидели Мари, которая лежала на земле лицом вниз, совершенно недвижимая.

– Нужно сматываться, пока они не очнулись, – резюмировала Лисбет, глядя на десятки тел Темных, валяющихся вокруг.

Не успела она договорить, как портал в небе издал шипение, и вся конструкция Черной Свечи зашлась дрожью. Здание сотрясалось, словно от землетрясения, и вдруг оторвалось от твердой поверхности, на которой простояло почти два десятка лет. Раздался хлопок, и постройка исчезла, оставив лишь черное, не покрытое снегом пятно на земле. Следом за Свечой исчезли и все тела Темных.

– Что это было? – присвистнул Феликс. – Куда она делась?

– Он переместил ее, – почти шепотом отозвалась Лисбет и резко повернула голову в сторону портала.

Края призрачного обруча начали сужаться, и в самый последний момент оттуда вырвалась тень. Мужской силуэт неумолимо приближался к ним, и все они, не сговариваясь, рванули в сторону леса. Феликс подхватил Мари и первым скрылся среди деревьев. Лисбет бежала последней, молясь о том, чтобы силуэт, спешащий за ними, не принадлежал Великому Темному.

Оказавшись в спасительной чаще, женщина покрутила головой, намереваясь убедиться в том, что все члены ее отряда убрались подальше от злополучного пустыря. Оглянувшись, она громко чертыхнулась, увидев, что Ванда осталась стоять на месте.

– Гросс! – рявкнула предводитель, но было поздно.

Тень на всем ходу влетела в девчонку, и она, обхватив противника руками, повисла на нем. Два переплетенных человеческих силуэта взметнулись вверх, а после унеслись куда-то, теряясь среди вереницы деревьев на противоположном краю пустыря.

Глава 31

Еще никогда Джеймс Нильсон не посещал штаб так часто. Конечно, как и все остальные члены Второй Северной, он приходил на собрания по вечерам, но вот в аппаратную мужчина не был частым гостем. Изредка Лисбет звала его туда в те моменты, когда следила за туманной областью в поисках новичков для общины. Порой новые поселенцы получали поистине чудовищные травмы в последние секунды своей обычной жизни, и тогда наступало время Джеймса.

Врач нервно барабанил пальцами по столу, иногда выходил из помещения, чтобы отправиться в госпиталь, но ноги раз за разом упрямо возвращали его в аппаратную, где он часами созерцал ровную поверхность одного из экранов, через который обычно раскрывали портал. Порой он засматривался так сильно, что даже переставал моргать, и от этого ему казалось, что по темной глади начинает расходиться рябь.

Джеймс задремал. Уткнувшись лбом в стол, он успел увидеть тонкий обрывок сна, когда за его спиной раздалось шипение. Нильсон резко поднялся на ноги с самым решительным видом и чуть не столкнулся нос к носу с Крисом, который первым вывалился из омута перехода. Следом за ним портал выплюнул по очереди два тела.

– Нур! – после короткого замешательства рявкнул мужчина, поднося запястье ко рту. – Быстро в штаб!

Сонливость как рукой сняло, и, присев на корточки, врач принялся осматривать новоприбывших. Из всех троих в сознании пребывал лишь Крис. Убедившись в том, что его раны не представляют угрозы, Джеймс принялся за других. Проверив пульс у Аида, а после состояние его энергетического депо, Нильсон передал руководителя строительной бригады в руки жены, успевшей прибежать в аппаратную.

Глянув на еще одно тело, лежавшее безвольной куклой на дощатом полу, Джеймс ощутил, как все его внутренности сдавила волна холодного ужаса. Он с трудом узнал в пострадавшей Элис.

Потрепанная патрульная форма казалась на фоне истощенного тела огромным безобразным мешком. Расстегнув молнию на куртке, от которой почему-то была оторвана нашивка, его взору предстала безобразная картина. Когда-то молочно-белая кожа теперь была покрыта многочисленными шрамами и гематомами, а на некогда красивое лицо и вовсе было страшно смотреть. Впервые за долгие годы, проведённые в общине, Джеймсу было по-настоящему страшно вызывать проекцию чужого энергетического поля.

– Она жива? – спросил Крис, ненавязчиво напоминая о своем присутствии. Он опустился на колени рядом с врачом, наблюдая за тем, как тот проводит осмотр.

– Да, – помедлив пару секунд, коротко отозвался мужчина и взял сестру предводителя за руку.

Бросив взгляд на кисть, он поморщился, заметив, что на тонких длинных пальцах не хватает некоторых ногтей. Время убегало, и Джеймс понимал, что каждый миг может стать последним, но никак не мог справиться с собой.

– Я не уверен, что мне стоит вызывать проекцию, – наконец выдавил из себя Джеймс. – Она может не пережить даже такого незначительного вторжения.

– Едва ли ее поток сейчас найдет в себе силы на сопротивление. Я не врач, но даже я знаю, что при серьезных ранениях весь ресурс поля уходит на поддержание работы организма, – Кристиан решительно вскинул голову. – Ты должен попытаться.

Спорить не имело смысла. Крис был прав. Нильсон медленно опустил ладони на голову Элис и зажмурился. На всякий случай. В ответ на это раздался тихий треск, и на противоположной стене стала расползаться призрачная проекция. Обширный опыт позволил врачу сделать выводы меньше, чем за минуту. Он сдавленно и, несвойственно себе, грубо выругался.

– Они уничтожили депо почти всех ее органов, – сжимая кулаки, поведал Джеймс.

– Но она жива? – Крис обернулся, разглядывая изображение на стене. – Главное, что она жива. Мы найдем для нее донора или нескольких.

– Конечно, мы можем поступить подобным образом, – от привычной терпеливости Нильсона не осталось и следа. Он был зол как никогда, а еще близок к отчаянию, потому что впервые за всю свою врачебную практику не знал, что ему делать. – Только это ничего не даст, – он облизал губы и, дернув Криса за плечо, приблизился к его лицу. – Поток стал стабильным, – горько прошептал он. – Ты понимаешь? Белым и стабильным.

Нур тем временем, взвалив мужа на спину, покинула аппаратную, и теперь Кристиан и Джеймс остались наедине, глядя друг на друга.

– Где Лисбет? – спросил последний.

Вопли Лисбет не остались незамеченными, и Феликс, бежавший впереди, тут же замер на месте, судорожно оглядываясь по сторонам. Он увидел Рената, Захара и Лисбет. Он увидел всех. Всех, кроме своей сестры.

– Где она? – пытаясь отдышаться после кросса по пересеченной местности, спросил парень, глядя на предводителя.

Но та не ответила. Застыв неподвижным изваянием, она вглядывалась в темноту. Руки женщины мелко дрожали, и Феликс невольно перевел взгляд на разорванную ткань патрульной куртки на ее спине.

– Лисбет! – рявкнул он, делая шаг вперед.

Его тон, не предвещающий ничего хорошего, вырвал ее из оцепенения. Вебер зашарила по карманам и, отыскав горсть монеток-проводников, высыпала их в ладонь рядом стоявшему Ренату.

– Возвращайтесь в общину, – наконец сказала она, параллельно с этим очерчивая круг для будущего портала.

– Я пойду с тобой, – решительно начал Феликс и, недолго думая, повернулся вправо, вручив тело Мари Захару.

– Послушай меня, – Лисбет шагнула к нему и схватила его за руки. – Они переместили башню. Ты должен вернуться в общину и предупредить всех. Найди Криса и скажи ему об этом. Он знает, что делать, – зачастила она, сжимая холодные ладони парня в своих. – Если Темные переместили Свечу с помощью того самого заклятья, то она с минуты на минуту должна рухнуть на наше пограничное поле. Ты и Крис обязаны предотвратить это и подготовиться к обороне общины. Это мой последний приказ.

Сказав это, Вебер толкнула его в толщу портала, а следом за ним туда прыгнули Ренат и Захар. Запечатав переход, Лисбет несколько раз глубоко вздохнула, чувствуя, как на это болезненно отзывается рана на спине. Круто развернувшись, Вебер бросилась обратно на пустырь.

Преодолев пространство, которое всего пару минут назад занимала Черная Свеча, предводительница Второй Северной покрутила головой, силясь отыскать хоть кого-то. Из-за вереницы деревьев, тянувшейся вдоль западной стены исчезнувшей башни, доносились звуки боя. Нырнув в лес, Лисбет рухнула на землю, уходя от столкновения с несущимся на нее красным шаром. От неосторожного движения рана на спине отозвалась жгучей болью, и она сдавленно застонала, чувствуя, как все плывет перед глазами.

С трудом поднявшись на ноги, женщина глотнула еще одну порцию морозного воздуха и откинула голову назад. Над ней пронеслись две тени, в одной из которых Лисбет узнала Ванду. Вглядевшись во второй силуэт, она на миг растерялась. Темные брови резко взметнулись вверх.

Метрах в тридцати над землей завис никто иной как Назар. Вебер была готова увидеть кого угодно – Роберта или даже Великого Темного, но, различив в непроглядной тьме среди деревьев знакомую широкоплечую фигуру, она застыла, не веря своим глазам.

Впрочем, ее изумление быстро сменилось злостью. Конечно, Назар был лишь незначительной частицей в страшном механизме, с которым они боролись, но надрать ему зад за все то, что он сотворил, хотелось от этого не меньше. Кто бы мог подумать, что парень, на которого женщина возлагала такие надежды, окажется предателем до мозга костей, способным совершить такую низость.

Завидев, как Акулич набирает очередной энергетический сгусток, Лисбет сделала нечеловеческие усилия, чтобы оторваться от земли и взмыла вверх. Ее полет был далек от стабильного, поток иссякал на глазах, но она просто не могла сдаться. Не сейчас.

Несмотря на крайне паршивое состояние, Лисбет произвела своим появлением настоящий фурор, когда замерла в воздухе между Вандой и Назаром. Парень отшатнулся, но, быстро оценив внешний вид своего бывшего предводителя, занес руку, полную черного тумана, за что заслужил еще один удивленный взгляд от Вебер.

– Я смотрю, ты времени даром не терял, – протянула она и, склонив голову набок, занесла руку в ответ. – Неужели твое желание обладать самым сильным потоком было настолько велико?

– Великий Темный даровал мне то, чего не смогли бы дать мне вы, – отозвался он, перекатывая черную, клубящуюся субстанцию между пальцами.

– Правда? – Лисбет позволила себе улыбку, впрочем, взгляд выдавал ее настрой. – Я даже боюсь спросить, что он попросил взамен за оказание такой великой чести.

– Ничего, – процедил парень. – Он просто наградил меня за верную службу. Он дал мне то, чего я заслужил.