Все мы немного Ким Рина

— Я тебя понял. Ты решил забрать её себе. Бесспорно, прекрасный выбор. На мордашку мила и фигура неплохая, — парень прошёлся по девушке взглядом, оценивающе, снизу вверх и обратно. — Но видишь ли в чём загвоздка: сегодня она моя.

— Нет, Усон, ты меня совсем не понял. Отпусти её по-хорошему, или нашим «дружеским» отношениям конец. А ты прекрасно знаешь, чем тебе это грозит.

Слова Пак Юнсона вывели парня из себя. Он с гневом ударил кулаком в стену, прорычав от злости, но ему ничего не оставалось, как согласиться на условие. Ведь общение с Пак Юнсоном имело ряд преимуществ, позволявших устраивать подобного рода дискотеки. Усон оттолкнул девушку в сторону и направился вверх по лестнице в крайне испорченном настроении.

— Как тебя зовут? — Пак Юнсон подошёл к спасённой девушке и с участием взглянул ей в глаза.

— Карина.

— Ты ещё и иностранка. Как тебя угораздило сюда попасть? Разве родители тебе не объясняли, с кем можно общаться, а с кем — не стоит? — Юнсон жестом указал на выход из клуба, и они направились к выходу.

Когда они вышли из клуба, парень уточнил, голодна ли девушка, на что она утвердительно ответила. Было решено сходить в приличное, слегка простое заведение перекусить, где Карина смогла бы всё подробно рассказать. По прибытии в кафе она отправила сообщение своей подруге, где её искать.

Простое, ничем не примечательное кафе: небольшие столики со стульями, пара горшков с цветами по углам, барная стойка и приятная музыка из стереосистемы. Юнсон и Карина присели за столик у стены и заказали две миски рамена.

— Тебе с самого начала рассказывать или можно в общих чертах? — девушка решила разбавить атмосферу легкой шутливостью. Когда она заметила, что на лице парня не дрогнул ни один мускул, она поняла, что время для шуток не настало.

— Чувствую себя как в том меме: «Как я докатился до жизни такой?».

Девушка начала свой рассказ с той самой сцены в аудитории. Тогда Юнсон безразлично кивнул, видимо, прекрасно зная характер и манеру общения своего приятеля. Затем плавно перешла к моменту, когда у неё бездумно родился план уговорить Усона работать сообща. Тогда собеседник отреагировал крайне предсказуемо: его глаза расширились, и он даже на время отвлёкся от еды. Напоследок ей оставалось рассказать про саму вечеринку, на которой всё произошло.

Рина и её спутница были готовы к назначенному времени идти на вечеринку.

— Я немного волнуюсь, — в который раз повторила Рина, поправляя своё платье.

— Я рядом, — поддержала её Сонми. — Что входило в уговор? Прийти и повеселиться. Так вот, мы с тобой придём, потанцуем, выпьем безалкогольный коктейль, улыбнёмся пару раз твоему Усону и свободны.

— Как ты думаешь, он может поменять условия уговора или уточнить его пункты?

— Ты только сейчас решила об этом задуматься? Когда мы стоим в очереди к клубу… Подруга, у тебя явные проблемы с головой.

— Ну не издевайся! Да, план полное… я это уже поняла и мне сказали об этом все, кому было не лень это сделать.

Из здания вышел парень, одетый по клубному: тёмные зауженные джинсы, с правого бедра весили цепи, сверху была асимметричная футболка с разноцветными стразами и множеством неоновых надписей, на руках поблескивали браслеты разной формы. Пряди тёмных волос прилипали к вспотевшему лбу. Парень оглядывался в поисках кого-то и, когда заметил Рину с её подругой, на его лице растянулась улыбка, и он тут же направился к ним.

— Зачем моей гостье стоять в очереди, — он вывел девушку из очереди и пригласил ко входу.

— Я пришла с подругой, — она быстрым движением схватила Сонми за руку и потянула за собой.

— Хорошо, чем больше людей, тем интересней.

Они зашли в клуб, где уже вовсю танцевали люди. Музыка била по ушам, светодиодные и лазерные прожектора заливали помещение яркими красками.

Усон повёл своих спутниц к столику, где сидели два парня и две девушки.

— Для начала выпьем! — жизнерадостно произнёс парень и жестом сообщил бармену принести напитки.

— Мы будем безалкогольные, — быстро произнесла Сонми, устремив свой взгляд на парня. — На трезвую голову мы лучше веселимся, — добавила девушка, когда заметила немного серьёзный взгляд Усона. Она смекнула, что шутки с ним плохи. Немного подумав, он ответил удовлетворительно.

Коктейли принесли быстро, как по спецзаказу. Парни, что сидели напротив, решили завести разговор, чтобы снять напряжение, которое повисло в радиусе их столика. Карине плохо получалось поддержать разговор, видимо, темы, на которые могли общаться парни, были далеки от мира, в котором жила девушка. Зато Сонми себя чувствовала как рыба в воде. Она быстро влилась в разговор и заинтересовала как парней, так и девушек, от чего Рина стала чувствовать себя ещё неуютнее.

— Что-то ты совсем не веселишься, — шепнул на ухо девушке Усон.

— Почему? Мне очень весело, — она попыталась натянуть улыбку, та получилась неестественной.

— Пусть они болтают. Пошли, — Усон встал и потянул Рину за руку в толпу танцующих людей.

Девушка хотела возразить, но слова застряли в горле — Усон уже вёл её сквозь толпу, и сопротивляться его силе казалось бессмысленным. В центре зала люди сливались в единый поток: кто‑то смеялся, кто‑то кричал что‑то друг другу прямо в ухо, а кто‑то просто отдавался ритму, закрыв глаза. Усон остановился и повернулся к Рине.

— Просто расслабься, — крикнул он, стараясь перекрыть музыку и медленно заводя ритм танца. — Не надо ничего играть. Если не хочется улыбаться — не улыбайся. Если хочется кричать — кричи. Тут все немного сумасшедшие, так что ты точно не будешь лишней.

Карина сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Она посмотрела через плечо туда, где остался столик: Сонми что‑то оживлённо рассказывала, а остальные слушали. На секунду девушке стало обидно, будто подруга забыла, что пришла сюда ради неё.

Усон подкрался к девушке сзади и с язвительной ухмылкой спросил: — Ты же не хочешь проиграть мне?

От неожиданности Карина дернулась и резко развернулась. В её голове появилась мысль, как мантра: «Ты здесь для того, чтобы проучить его!»

— Ладно, — девушка выдохнула, чуть приподняв подбородок. — Я попробую.

Она начал двигать медленно, сначала ее движения были неловкими, казалось ей это давалось с усилием, выглядело довольно нелепо, но постепенно её тело стало отзываться на ритм. Усон не надавливал на девушку, он просто двигался рядом, иногда кивая в такт, а иногда подбадривающе улыбаясь, слегка прищуривая глаза.

Когда сменилось пару треков Карина поймала себя на мысли, что ей даже нравится танцевать с Усоном. Ее волосы растрепались и прилипли ко лбу, а в груди появилось почти забытое чувство свободы. Казалось, что все её тревоги по поводу учёбы и сегодняшнего вечера, накопившиеся за несколько недель, сейчас просто смывались этим потоком музыки и движения.

Когда трек сменился на более медленный, Усон слегка отстранился.

— Ну как? Ещё не жалеешь, что пришла? — спросил он, вытирая тыльной стороной ладони капли пота со лба.

— Честно? Пока не жалею, — призналась она, и на этот раз улыбка вышла настоящей. — Ведь я приближаюсь к своей победе.

Усон рассмеялся — громко, искренне, и этот смех неожиданно совпал с ритмом новой песни.

— Я тебя услышал! Но мы только начали, — последняя его фраза прозвучала несколько угрожающе, но девушка не успела придать ей значения. — Пойдём, надо немного передохнуть и выпить чего‑нибудь.

Они вернулись к столику. Увидев Рину, Сонми подскочила и тихонько спросила: — Всё хорошо?

— Кажется, да. Нам…

— А вот и напитки! — Усон принёс несколько коктейлей, разговор за столиком продолжился. Карина стала чуть расслабленнее. Парни рассказывали какие-то нелепые истории, девушки перебивали их, добавляя свои версии.

После нескольких историй девушка предложила своей подруге отойти в уборную.

— Что-то случилось? — обеспокоено спросила Сонми, закрывая небольшую дверь уборной.

— Нам нужен план! — твёрдо высказалась Карина, разворачиваясь к подруге. — Усон не намерен отдавать победу, а просто танцевать всю ночь напролёт не прокатит.

— Ты это поняла, пока танцевала с ним?

— Да по нему и так видно.

Девушки переговаривались вполголоса, обсуждая, как бы одержать победу в этом непростом деле.

— Сложно одолеть своего врага в том, в чём он хорош, — констатировала Сонми.

— Глаза боятся, руки из жопы, но я не сдаюсь!

— Это в России так подбадривают?

— Почти, — девушка чуть хихикнула на подругу.

— Ладно, давай рассуждать, — Сонми прислонилась к стене и скрестила руки. — Он силён в развлечении, тут спорить бессмысленно. Значит, надо найти его слабое место, о котором он не подозревает.

Девушка на секунду задумалась над словами подруги, скрестив руки на груди, она насупилась, а между бровей появилась складка.

— Он любит быть в центре внимания, — тихо произнесла она. — Любит, когда все смотрят на него, когда он ведёт, когда он решает и когда он главный. А что, если… мы заставим его выйти из этой зоны?

— То есть заставим почувствовать себя на втором плане? — Сонми приподняла бровь. — Это звучит как явное самоубийство! Ты себе завещание хоть составила перед приходом сюда?

— Не составила, — с наигранной грустью ответила Рина. — Я же не собираюсь его унижать и тем более задевать его самолюбие. Просто… покажу, что он не пуп земли.

Сонми хмыкнула, а потом её лицо озарилось хитрой улыбкой, это означало что в ее голове родился план.

— А ведь это может сработать. Так, вопрос! — она подняла указательный палец вверх, призывая внимательно её слушать. — Ты ходила на вокал в детстве? Или, может, пела на школьных концертах?

— Ну, было дело, но сто лет назад, — смущённо отмахнулась девушка. — Да и пела я, мягко говоря, не блестяще.

— Да кому нужно «блестяще»? Всего лишь нужно смело и интересно! Вот представь: диджей ставит трек, все под него кричат и танцуют, а ты вдруг выходишь вперёд и начинаешь петь — громко, уверенно, будто ты рождена для этого зала. Нам будет весело, а Усона это поведет в шок и поражение. Я думаю, вот он наш ключ к победе.

Рина замерла, переваривая идею. У неё округлились глаза, а на лице читалось: «Ты, когда головой удариться успела?»

— Это безумие, — прошептала она. — Теперь твои слова звучат как явное самоубийство!

— Именно! Я про первые твои слова, — было видно, как у Сонми блестели глаза. Они не просто блестели — они горели, от чего становилось немного страшно. — Он же сам тебе сказал: «Тут все немного сумасшедшие».

— Ладно, — Рина глубоко вдохнула. — Если представится момент — я попробую. Но если я опозорюсь, ты обязана будешь сказать всем, что это был… перформанс! Своеобразно современное искусство!

— Договорились, — Сонми протянула руку, и Рина с улыбкой хлопнула по ней. — А теперь идём, а то заподозрят, что мы смылись.

Девушки вернулись к столику в тот момент, когда Усон наклонился к одному из парней и что-то быстро ему шептал. Время от времени он поглядывал в сторону Рины. В его взгляде читалось что-то вроде азартного вызова, перемешанного с лисьей хитростью.

— О, вернулись! — он выпрямился и широко улыбнулся. — Мы уже стали думать, что вы сбежали.

Рина внутренне сжалась, но тут же расправила плечи, мысленно убеждая себя в том, что всё нормально.

— Ничего подобного, — ответила девушка, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Верим! — Ухмыльнулся парень и, пододвинувшись, похлопал по дивану рукой, призывая Карину присесть рядом. Такое отношение ей не нравилось, было такое чувство, будто её принимают за зверушку, которая послушно выполняет все, что скажет хозяин. В этот момент Рина почувствовала неумолимое желание доказать, что с ней нельзя так обращаться. Она встала в расслабленную позу, перенеся тяжесть тела на одну ногу, и скрестила руки на груди.

— Хочу выпить! — посмотрела на Усона с высокомерием, сморщив нос, будто смотрела на что-то неприятное, развернулась на пятках и направилась к барной стойке.

В этот момент Сонми немного потерялась в ситуации. Она не понимала, что случилось с её подругой, и уже намеревалась пойти за ней, чтобы прояснить ситуацию. Но увидев, как Усон яростно смотрит девушке вслед, она поняла, что волноваться пока не за что, но проследить за ними двумя стоило.

Карина уверенной походкой шла к барной стойке, она чуть не кипела от обиды на парня, что так по-свински к ней относится.

— Чему ты удивляешься, Рина! — бормотала себе под нос девушка, напоминая, с кем имеет дело. Она подошла к барной стойке и подозвала бармена. — Мне… — её взгляд бегал по бутылкам и бокалам. Девушка не учла, что совершенно не разбирается в здешнем репертуаре напитков.

— Могу подсказать, — мило сказал бармен.

— Что вы можете дать девушке, которая собирается поучить заносчивого, самовлюблённого, властного, бесстыжего и…

— Я понял, — он поднял руку, показывая жестом, чтобы она остановилась, и немного посмеялся над ней. — Есть у меня подходящий напиток, — он налил девушке цветной коктейль в бокал и пододвинул к ней. — Он так сильно вас раздражает?

— Не представляете на сколько, — с небольшим отчаянием в словах произнесла Карина и, покрутив ножку бокала пальцами несколько секунд, выпила содержимое.

— Тогда зачем пришли с ним сюда?

— Чтобы поставить его на место, — девушка чувствовала, как коктейль обжигающе прошёл по горлу. Внутри разрасталось тепло, а в голову что-то стало пульсируя ударять. — Ух ты! Неплохой коктейль. Повторишь? — бармен повторил коктейль, но предостерёг, чтобы она не налегала.

— Рад, что вам понравилось. Удачи в достижении своей цели! — бармен помахал девушке, когда та уже удалялась от него.

Алкоголь помог «туалетному» плану выйти на новый этап. Девушка поднялась на сцену, где находился диджей, и что-то громко ему говорила на ухо.

— Что она делает? — недоумевающий Усон следил за Риной, совершенно не понимая, что творится у той в голове.

— Веселиться! — съязвила Сонми, которая догадывалась, что собирается делать её подруга. Её ответ не устроил Усона, и он злобно посмотрел на неё. «Ну давай, я же знаю, ты чувствуешь, что проигрываешь», — подумала Сонми, хитро улыбаясь парню.

Карина, о чём-то договорившись с диджеем, взяла в руки микрофон и вышла вперёд.

— Народ! Как-то тут у вас вяло! — громко проговорила девушка в микрофон, призывая толпу обратить на неё внимание. Она повернулась к парню за аппаратурой и махнула ему рукой. Диджей нажал на несколько кнопок, и из колонок зазвучал бит, хорошо подходящий под рэп-батл.

Толпа замерла, им помешали танцевать, когда кто-то просто взял микрофон и решил перетянуть на себя все внимание. Рина крепко сжала микрофон, чувствуя, как ее пальцы чуть дрожат, но не от страха, скорее от азарта, адреналина, который переполняет ее в этот момент. Она бросила быстрый взгляд в сторону: Усон застыл, будто его закатали в быстросохнущий цемент, его глаза стали широкими, словно он увидел что-то страшное и пугающее. Рядом с ним стояла Сонми, она расплылась в широкой улыбке, казалось, что она вот-вот лопнет от переполнявшего ее веселья. Ведь не ей сейчас приходилось позориться на сцене.

Диджей уловив настрой девушки, добавил к биту пару резких, звонких нот, чтобы ритм начал подталкивать Рину к действию. Прежде чем начать ей пришлось сделать глубокий вдох, на секунду закрыть глаза, чтобы успокоиться. И когда она открыла глаза, то посмотрела прямо на Усона, с уверенной победой во взгляде.

Диджей дал короткий отсчет, и на счет "три" началось. Это был не перформанс — это был дерзкий всплеск эмоций, которые наконец могли выйти наружу. Смесь слов, которые она давно хотела высказать. И, наконец, это был ритм, который словно жил внутри нее.

Усон заходит — зал затихает,Взгляд такой, будто мир его знает.Цепь на бедре, стразы горят,Все на него сегодня глядят.Он привык быть в центре внимания,Раздавать команды без ожидания.«Так надо, так круче, я лучше вас знаю», —Но сегодня с ним не просто, я заявлю.Он думал: «Я тут главный, я задаю тон»,Но Рина вышла на сцену — и сбит его трон.Не кулаками, не криком, одной лишь дерзостью,Показала, что быть яркой — это её стихия.Усон застыл, будто бит его оглушил,И впервые, кажется, мир не по его правилам жил.Не поражение, нет — скорее урок,Когда кто-то рядом зажигает свой собственный огонёк!

Она двигалась и читала рэп свободно, попадая в самое главное — в энергию зала. Люди вокруг начали хлопать в ритм, кто-то подхватил её движения, и через несколько секунд Рина уже не чувствовала себя одинокой. Да, она стоит на сцене совсем одна, но перед ней публика, которая не пытается ее прогнать и не глумиться над ней. Перед ней люди, которые поддерживают ее. Сейчас, здесь, они с ней.

Усон всё ещё стоял в ступоре, пытаясь понять, как ему поступить дальше. Он смотрел на девушку с микрофоном в руках и не узнавал её. Разве это та Рина, которая ещё полчаса назад стояла у входа в клуб и нервно поправляла платье? Нет, сейчас перед ним была другая девушка — смелая, громкая, она не боялась быть странной, смешной или нелепой. Такая перемена сбивала его с толку, но в то же время притягивала, как магнит.

Сонми тихонько толкнула парня в бок.

— Ну что, кажется, победитель очевиден? — прошептала она с хитрой улыбкой.

Он хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Он покачал головой, пытаясь стряхнуть с себя оцепенение.

— Она… Нееет, я не дам победить этой сумасшедшей, — наконец ответил Усон. В его голосе слышалась угроза, раздражение, но, возможно, что-то ещё… Восхищение? Или Сонми что-то показалось, и Усон не решался признаться в чём-то себе.

Когда Рина закончила читать свой рэп, зал взорвался аплодисментами и криками. Девушка стояла на сцене, слегка запыхавшись, она улыбалась так широко, что казалось, эта улыбка могла осветить весь клуб. Прожекторы были направлены на неё, слегка ослепляя, публика ликовала, а по телу текли адреналин, страх, эйфория вперемешку с алкоголем. Карина подняла руку, поблагодарив толпу, и только потом снова посмотрела на Усона. В её взгляде не было вызова, но было нескрываемое ликование над ним. Её взгляд говорил ему: «Ну что, теперь ты видишь, кто из нас умеет веселиться?»

Вернув диджею микрофон и поблагодарив за оказанное содействие, девушка стала спускаться со сцены. Ноги немного дрожали, но это была приятная усталость. Публика хлопала её по плечам, аплодировала, посвистывала и просто ликовала.

Рина вернулась к столику. Девушки поглядывали на неё с лёгкой неприязнью, а парни, наоборот, похвалили за такое выступление. Но Карину это совершенно не волновало. Ей важно было узнать, как на это отреагирует Усон. На его лице не было веселья, ведь про него на весь клуб зачитали рэп. Парень встал напротив, глядя ей прямо в глаза.

— Ладно, — произнёс он, чуть склонив голову набок, словно хищник, рассматривающий свою добычу. — Ты меня уделала.

Рина хотела сказать что-то язвительное, что-то вроде: «Что, думал, я тихая мышка?», но решила промолчать. Сейчас важно было правильно оценить сложившуюся ситуацию. То, как Усон реагировал на случившийся перформанс, быстро отрезвляло девушку.

Усон на секунду задумался, а потом улыбнулся с привычной самоуверенностью.

— Похоже, мне есть чему у тебя поучиться, — признался он.

Сонми, стоявшая рядом, тихонько хлопнула в ладоши, словно досмотрела финал любимого фильма.

— Я думаю, что нам нужно всем немного размяться. Может, потанцуем? Все вместе.

Усон, прищурив глаза, не отрывал от Рины взгляда. Медленно, почти шипя, как змея, он согласился, и они все вместе пошли на танцпол. Когда компания слилась с толпой народа, Рина, потеряв из виду свою подругу, почувствовала, как напряжение опять возвращается.

Парень подкрался сзади, приобнял девушку за талию и потянул глубже в поток людей.

— А ты у нас смелая, — танцуя подле Рины, Усон, прижавшись вплотную, шептал прямо в ухо. — Думаешь, сама умная?

— Что ты от меня хочешь? — с нескрываемым страхом произнесла Карина, пытаясь вырваться из рук Усона.

— Ты повеселилась, и, как я погляжу, вдоволь. Но весело должно быть нам двоим. Не находишь ли ты это логичным?

— Не меняй условия! — практически рыча, произнесла Рина.

— Я не меняю, просто уточняю некоторые моменты, чтобы до тебя дошло! — Усон схватил девушку за запястье и потянул за собой.

— Ну а дальше ты знаешь, — выдохнув, произнесла девушка, заканчивая свой почти фантастический рассказ.

— Ясно, — коротко ответил Юнсон. — Рискованно выводить из себя Усона. Это так, на будущее.

— Почему ты вмешался? — спросила Сонми, которая пришла вовремя.

— Жалко вас стало, — не скрывая своего безразличия, парень откинулся на спинку стула.

— Знаешь, после таких слов у меня к тебе доверия не больше, чем к Усону, — Сонми скрестила руки на груди и недобро посмотрела на Юнсона.

Глубоко вздохнув, как будто его вынуждали делать то, чего он не хотел.

— Вы не похожи на постоянных подружек Усона: одеты иначе, да и видно, что есть мозги в голове, хотя после вашего рассказа у меня возникли некоторые сомнения. Решил помочь, явно же не по своей воле вас тащили.

— Спасибо, — чуть тихо, почти как мышка, поблагодарила Рина своего «рыцаря».

— Пустяки. Машины у меня нет, но могу вызвать такси.

— Боюсь, это будет бесполезно. Комендантский час никто в общежитии не отменял. Нам лучше до утра туда не соваться. В идеале вернуться в обед, когда народу будет больше. Будет шанс, что нас не заметят, — Сонми посмотрела на подругу, ища поддержки в ее лице. Она ей была не нужна, но ей хотелось убедиться, что они мыслят похоже.

— Не стану предлагать ехать ко мне. Есть вариант — студия.

— Студия? — переспросила Рина.

— Я там работаю. Живу я в общежитии, поэтому, если даже я проскочу, вас не впустят. Да и соседи, как вы понимаете, у меня имеются. Вариант только — студия. Там есть комната отдыха.

— Студия звукозаписи? — поинтересовалась Сонми.

— Да.

— А приставать не будешь? — девушка решила чуть подтрунить над парнем.

— Сонми, он не ценитель такого юмора, — аккуратно, прикрывая рот ладонью, Рина сообщила подруге, надеясь, что Юнсон ее не услышит. Но слух у него был хороший, и когда слова девушки донеслись до него, уголки его губ чуть дернулись вверх. Парень решил сделать вид, что ничего не услышал.

— Если нет возражений, то пошли.

Глава 5

Ребята приехали в студию. Здание было высоким, с множеством окон, и казалось, доходило до облаков. Вход был один — центральный. На первом этаже находился холл с двумя лифтами и лестницей на случай, если лифты не работают. Юнсон провел девушек к лифту, и они поднялись на пятый этаж. Длинный коридор вел по всему этажу. Множество дверей с табличками на корейском вели в различные комнаты. Ребята пару раз повернули — сначала налево, а потом направо, — прежде чем добрались до нужной им комнаты.

— Нам сюда, — проговорил парень, открывая дверь и пропуская девушек вперед.

Помещение было небольшим: в центре лежал большой чёрный ковер, справа от входа стоял угловой кожаный диван серого цвета, а перед ним — маленький квадратный стеклянный журнальный столик. Большую часть пространства занимала звукозаписывающая аппаратура, перед которой стояло пара компьютерных кресел. За аппаратурой, за стеклянной перегородкой, был установлен микрофон. В этом небольшом помещении не горел свет. Комната, в которой находились ребята, была тускло освещена лампами, располагавшимися на стенах.

Юнсон закрыл за собой дверь, отодвинул столик и разложил диван, чтобы на нём могли расположиться двое.

— Из удобств могу предложить подушки от дивана и плед.

— Где ты расположишься?

— На этом стуле, — парень указал на один из стульев, стоявших рядом с аппаратурой. — Они раскладываются так, что на них можно лежать.

Девушки расположились на диване, а Юнсон, подняв рычаг, фиксирующий положение спинки, разложил стул. После насыщенной ночи Рина, уткнувшись носом в спинку дивана, быстро уснула. Сонми ещё немного ворочалась, но тоже, повернувшись на бок, вскоре задремала.

Юнсон, как мог, поудобнее устроился в кресле. Сон всё не шёл, и парень в темноте, когда глаза немного привыкли, смотрел на девушку, которая смогла удивить не только смелостью, но и творческим подходом. Из головы парня не выходило её прежнее выступление. Юнсон давно занимался музыкой и сам писал не только музыку, но и тексты. Он сразу заметил в девушке потенциал, а харизма, проявившаяся на сцене, надолго зацепила парня.

Тяжело вздыхая, Юнсон прикрыл глаза. «Сна сегодня снова не будет», — пронеслось у него в голове.

Сквозь легкий сон, который к утру еле смог окутать Юнсона, он услышал звук открывающейся двери. Нехотя парень поднялся, поправил спинку стула и, сквозь слипшиеся веки, посмотрел на двух вошедших парней.