Три девицы в столице. 3 история

– Нормально, – прошептала я. Во рту всё пересохло. – Что случилось?

– Девочка моя! – мать услышала наш разговор и с причитаниями бросилась к постели. – Как ты? Что-то болит? Как плечо? Дать тебе воды?

Я удивлённо взглянула на родительницу. С чего вдруг такая забота? Не дожидаясь моего ответа, она тут же налила воды в стакан и протянула мне.

– Нет, ничего не болит, – я приподнялась и села в постели, взяв стакан, отпила немного воды. – Так что произошло?

– Вам стало плохо из-за резкого созревания магической метки, – пояснил скрипучим голосом целитель. – Так бывает из-за сильного стресса.

– Что, простите… Метка? Какая ещё метка? – я уставилась на старика.

– Сейчас подобные метки встречаются все реже и реже, – пространно ответил он. – Ваши родные вам всё объяснят, а я пойду, у меня ещё один пациент.

Старик поклонился и заковылял к выходу. Когда он ушёл, я внимательно посмотрела на родителей, которые стояли у кровати и в волнении переглядывались между собой.

– Папа, я жду объяснений, – я решила начать с отца. С матерью не было никакого желания разговаривать.

– Белинда, расскажи сама то, что ты мне сейчас поведала, – привычно снял с себя ответственность родитель.

– Хорошо, милый, – мама присела на край постели. Откуда такие нежности? – Риса, доченька, вы с папой искали сегодня сведения об Ордене блодеров в родословной ди Сонг. Но искали не там. Моя бабушка Сюзанна рассказывала легенду о том, что женщины нашего рода являются носителями магии блодеров, но не у каждой проявляется особая магическая метка. Мы просто носители магии, сами не обладаем ею. Зато та, у которой проявляется метка в виде месяца, сможет родить сына, могущественного мага, и ему будут подвластны все стихии. Таких девушек блодеры называли фиори, что значит истинная.

– Почему ты раньше не рассказывала об этом? – нахмурилась я, не веря ей.

– Потому что думала, это только легенда, не имеющая ничего общего с реальностью, – пожала она плечами. – Ни у кого из живших тогда родственниц я не видела метки. Я была совсем девчонкой и забыла об этой сказке.

– И почему вдруг вспомнила? – напряглась я, понимая причину внезапной перемены в её поведении.

– У тебя на плече появилась магическая метка в форме месяца, Клариса. Понимаешь? – воодушевлённо произнесла мать. – Бабушка не врала. Ты фиори, наследница крови блодеров, и можешь родить сына, могущественного мага. Любой высокородный лорд захочет взять тебя в жёны и без приданого. Вот он, твой шанс на счастливое будущее – метка Ордена блодеров.

Сердце ухнуло вниз, и я закрыла лицо руками. Какая радость – я, оказывается, особенная дочь, которую можно выгодно пристроить и без приданого!

– Редко кто может похвастаться таким даром, – продолжала мать, напирая на меня. – Ты представляешь, сколько богатых и благородных мужчин захотят посвататься к тебе, узнав о твоей метке?

– Представляю, – вздохнула я, опустив руки.

– Ты можешь выбрать самого достойного, того, кто будет тебе люб. Разве не об этом ты мечтала?

– Нет, мама! Не об этом! – не выдержала я. – Быть племенной кобылицей, которая рожает могущественных наследников – это не то, о чём я мечтала.

– Фи, Клариса, ну и сравнения у тебя, – сморщила нос родительница.

– А если я не рожу сына? Вдруг у меня будут одни дочери, как у прабабушки? – меня уже было не остановить. – Что тогда? Меня вернут обратно, как бракованный товар? Или запрут в родовом имении воспитывать следующих племенных кобылиц? Вдруг внуки одарённые родятся? И тогда они точно будут могущественными магами!

– Клариса, не передёргивай! – мать повысила голос. – Что тебе ещё нужно? Любовь?! Начиталась глупых книжек, теперь мечтаешь о романтической сказке? Так вот, милая моя, спустись на землю. В жизни сказок не бывает. Мужчины спят с любовницами, а женятся на выгодных невестах.

– Мама, прекрати мерить жизнь по себе, – я подскочила с кровати. – Если ваш с отцом брак не назовёшь счастливым, то это не моя вина.

– Белинда, оставь девочку в покое, – сурово проговорил отец, решив-таки вмешаться. – Она уже взрослая и вправе сама решать, как ей жить. Почему она должна отдуваться за наши грехи?

– Это ты виноват, Джонатан, что у нас выросла такая непутёвая дочь! Ты слишком баловал её, потакал любой прихоти, – завела мать привычную шарманку, выдавливая из себя слёзы. Сейчас она расплачется, и отец сдаст свои позиции, как всегда. Смотреть на это представление не было никакого желания.

– Белинда, прекрати, – папа приобнял её за плечи, – выпей воды.

– Как ты можешь быть таким спокойным? Вот если бы Роберт был жив, он бы не позволил себе так разговаривать с нами, – разрыдалась мать на плече отца.

Всё шло по накатанному сценарию. Я тихо выскользнула из спальни – ноги моей здесь точно больше не будет.

Не спеша я шла по тротуару, вдыхая холодный воздух полной грудью. Уже смеркалось, тёмное небо нависало мрачной безысходностью, но фонари жёлтым светом прогоняли надвигающуюся мглу с улиц столицы. Ходьба и мерное дыхание меня успокоили, мысли перестали хаотично биться в голове.

До дворца было ещё далеко, а ноги уже ныли от ходьбы. Пришлось остановить проезжающий мимо пустой экипаж. Такси в городе – дорогое удовольствие, поэтому можно ещё встретить на улицах кэбы на конной тяге, поездка на которых была намного дешевле.

Экипаж остановился возле дворцовых ворот. Я спешно вышла, направляясь к сторожевой будке. Показала охранникам браслет, который мне подарил император, и меня тут же пропустили.

Петляя по дворцовому лабиринту, я поняла, что заблудилась. Встречающиеся слуги и охранники объясняли, как пройти в южное крыло, и я снова петляла по коридорам и залам, не понимая, правильно ли иду. Наконец-то я заметила знакомый интерьер; где-то поблизости должны быть мои апартаменты.

– Риса! – окликнул меня знакомый взволнованный голос. – Где ты была?

– О, Солли, хорошо, что я встретила тебя, – улыбнулась я подруге, которая меня догнала.

– Срочно уходи, не надо было тебе возвращаться! – затараторила она. – Тебя ищут! У императора пропал перстень, тот самый, с рубином. Охрана обыскала сначала комнаты прислуги, потом вдруг кто-то вспомнил, как среагировал на тебя артефакт. Вызвали полицию, они перевернули твои покои и нашли перстень прямо под периной. Тебя хотят арестовать! Уходи срочно из дворца, пока его не накрыли защитным пологом.

– Что ты такое говоришь?! – ахнула я, не понимая ничего. – Арестовать меня? За что? Я не крала этот перстень. Как он мог оказаться в моей спальне?

– Уверена, артефакт подбросили. Но пока будет идти следствие, тебя посадят под арест, – Соллейн схватила меня за руку. – Хочешь посидеть в сырой тюрьме? Знаешь, мне в Редвилле хватило пары дней, до конца жизни помнить буду.

И тут до меня дошло, что перстень мне подбросили не просто так. Император! Как он мог? Решил отомстить и посадить меня в тюрьму за то, что я отказалась быть его любовницей?! Как он жалок! Или хочет таким образом добиться желаемого?

Вдруг в конце коридора появились люди в форме полиции. Соллейн толкнула меня в смежный коридор.

– Беги, я задержу их! – и она зашагала прочь.

Бежать! Куда? Я судорожно оглядывалась. Выход был только один – в конце коридора. Я рванула туда и оказалась на лестничной площадке. Кажется, это служебный вход. Только я хотела спуститься, как услышала топот сапог. Глянула вниз и увидела мельтешащие стальные шлемы и штыки. Охрана поднималась по лестнице. Не по мою ли душу? Я отпрянула назад и, стараясь не стучать каблуками, побежала наверх. Мой побег закончился у закрытой двери. Проход на этаж был заперт. Пришлось снова спуститься на этаж ниже, туда, откуда я пришла, а топот сапог всё приближался. И я юркнула за дверь в коридор.

Я попала в ловушку. С одной стороны полиция, с другой – охрана. Я металась по коридору, пытаясь открыть двери, что стройным рядом шли вдоль стены. Наверняка это чьи-то покои. Если я вдруг кого-то потревожу, надеюсь, мне помогут; а если никого не будет внутри, просто спрячусь, пока не уйдут полиция и охрана. Но, как назло, двери не поддавались и не хотели впускать меня.

В панике я схватилась за очередную ручку, уже не надеясь на то, что она сдвинется с места. Вдруг она опустилась, и дверь поехала внутрь, впуская меня. Обрадовавшись, я тут же юркнула в комнату и осторожно закрыла за собой дверь.

Тяжело дыша, я прислонилась спиной к стене, прислушиваясь и оглядываясь по сторонам. Из коридора послышались голоса. Кажется, я вовремя нашла убежище.

В комнате горела только одна настольная лампа, освещая небольшой клочок пространства вокруг. Больше похоже на рабочий кабинет, чем на гостиную. Внутри никого не оказалось, и я облегчённо выдохнула.

Голоса за дверью усилились. Паника с новой силой овладела мной, я бросилась к первому попавшемуся окну и спряталась за длинную портьеру. Бархатная ткань скрыла меня до самых пят. Я стояла и слушала биение своего сердца, стараясь успокоить дыхание. Секунды казались вечностью. Я прислушалась, есть ли шум в коридоре – вроде стихло всё, но выходить ещё рано, чуть-чуть постою и пойду. Пусть охрана с полицией подальше уйдут.

Что же мне теперь делать? Бежать? Куда? Без вещей и денег? Надо найти подруг, они точно помогут. Не знаю, как они, а я больше не намерена тут оставаться. Сразу уеду во Фрозенберг, как только выберусь отсюда.

Пора покинуть своё убежище. Только я хотела шагнуть из-за шторки, как в комнате раздалась птичья трель. Что это? Откуда здесь птицы? Ничего не понимая, я снова притаилась за портьерой. Кто-то ругаясь, ворвался в помещение из спальни. Мамочки! А жилец-то оказывается дома, просто был в другой комнате. Трель птиц оборвалась так же внезапно.

– Да, Майкл, что у тебя? – раздался знакомый голос, и я обомлела.

– Ваша Милость, мы выяснили имя последней жертвы. Вы просили вызвать по зеркалу, как только узнаем…

– Не тяни, Майкл, кто это? – оборвал его герцог.

– Это дочка баронета Лондорского, Селина ди Далар, – отчеканил подчинённый Лорда-канцлера. – Она пропала три недели назад, когда приехала в столицу навестить тётушку.

– Понятно, – вздохнул мужчина. – Сообщили родственникам?

– Да, Жорж поехал к ним полчаса назад. Наверное, сообщил уже, – устало ответил помощник. – Он сразу опросит их.

– Завтра утром чтобы протокол был у меня на столе, – сурово проговорил начальник Императорской Скамьи. – До завтра.

Раздался щелчок, и разговор прервался. Я так и не поняла, что это было, но очень похоже на разговор по магическому зеркалу.

– Вот же бездна! – рявкнул мужчина. Потом вдруг стало тихо, но ди Бофорт точно никуда не ушёл. Я не слышала его шагов. Что же делать?

Тихонько я выглянула из-за шторки одним глазом, чтобы проверить, тут ли герцог. И забыла, как дышать.

Мужчина стоял спиной ко мне около письменного стола в одном полотенце, которое окутывало его бёдра. Он что-то писал, чуть наклонившись вперёд. Капли воды стекали с тёмных волос по бронзовой спине, повторяя рельеф выпирающих мускулов. Кажется, птичья трель магического зеркала вызвала его прямо из ванны.

Герцог выпрямился, закончив писать. Вот ещё одна серебряная капелька ринулась вниз по позвоночнику и достигла белого полотенца. Мой взгляд скользнул ниже, замечая, что ткань тихо падает к ногам мужчины, и я зажмурилась, когда мелькнули упругие ягодицы. Мамочки! Стыд-то какой! Я дёрнулась назад, и вдруг в носу нестерпимо защекотало.

– Апчхи! – я звонко чихнула, не удержавшись.

Глава 19. П