Малолетка*. Судьба под вопросом

Михаил Бородкин

Малолетка*. Судьба под вопросом

Глава 1

Ноябрьский снег крупными хлопьями падал на бетонный пол дворика для прогулок. Железные решетки закрепленные сверху вместо крыши поверх каменной коробки не могли остановить настойчивое устремление снега засыпать весь двор - природа противостояла человеку. Ветер помогал белому пуху проникать в самые недоступные места прогулочной камеры. Лучи солнца не в силах были облегчить движение, а высокому, худому мужчине приходилось раз за разом утаптывать тропинку вдоль стен. Вова знал, что в апреле солнце отыграется и возьмет свое и тогда снегу придется ретироваться: превратиться в черную грязную кашу - которая потом растает и от нее не останется ничего кроме грязных потеков на бетонном полу. Так же как и прошлогодний снег - растает и его новый срок, и пять лет оставят в памяти грязные потеки, но это будет потом как и апрельское солнце.

Внешний вид мужчины напоминал больше преуспевающего коммерсанта и никак не вязался с образом преступника который получил новый срок - уже четвертый. Рецидивист Арбузов был одет в черную кожаную куртку именуемую в народе “Парка”, модный спортивный костюм фирмы “Адидас”, под мастеркой* (куртка от спортивного костюма) согревал тело теплый вязаный свитер. На ногах - зимние кроссовки. На голове гордо восседала - кепка “хулиганка”.

Арбуз продолжал ходить взад-вперед вдоль стены, вдыхая свежий ноябрьский воздух. Каждый вдох доставляет ему удовольствие. Пальцы левой руки арестанта были все в наколках: карточные масти, перстни - среди которых выделялся “перстак пацана” особенно дорог был Владимиру, как напоминания о трех годах проведенных в колонии для несовершеннолетних, где его не смогли сломать не менты не актив*(зэки которые сотрудничают с администрацией). Пальцы правой руки тоже были в партаках: на трех пальцах было наколото по букве и вместе они образовывали слово СЭР - СВОБОДА ЭТО РАЙ.

Белый цвет лица говорил о том что человеку не хватает солнечного света, да и откуда ему взяться в ИВС*(Изолятор Временного Содержания) один час на прогулке не восполнит витамин Д, да и не так то и много солнечных дней на острове. Хитрый и пронзающий взгляд дополняли - вставные золотые зубы - так называемые “Воровские ворота”. Арбуз с удовольствием затягивался сигаретой “Парламент”. 3акашлив Вова остановился, сново затянулся и зделав еще несколько шагов опять с удовольствием впустил в организм мягкий дым сигареты.

Владимир в ожидании посмотрел на закрытую металлическую дверь и подняв голову к небу обратился сквозь решетку над головой к дубаку:

- Долго еще ждать? Уже полчаса как круги нарезаю.(нервно сплюнув). Вы как деньги брать, так аж под хвост дать готовы, а когда уже получили свое, так качели устраивайте.

- Арбуз, да хорош ты нагнетать, ты же знаешь, сегодня начальник смены - Самохвалов, а он всегда режимничает, в правильного офицера играет - дубак посмотрел на часы и устало вздохнул.

Арбуз недовольно и с презрением сново обратился к конвоиру: - - Слышь, Петрович, если бы мы с тобой были в лагере и ты так меня динамил, я бы тебе такого гуся подвел, что ты до конца срока в шнырях* у меня бегал. Владимир раздраженно сплюнул и снова закурил.

По темному узкому коридору в сопровождении надзирателя Преснецова провалившись в собственные мысли шел молодой парень семнадцати лет. Дмитрий одетый в черные джинсы, мастерку “КапаСпорт”, на ногах новые зимние дутыши (теплые зимние ботинки “Аляска”), на голове “гондонка”(спортивная вязаная шапка) поверх нараспашку одета коричневая дубленка. Хитро улыбаясь в предвкушении встречи молодой арестант был погружен в свои мысли. Ему предстоит увидеться на гулочке (прогулка на закрытом дворе) с близким по воле. Они не виделись восемь месяцев. Арбуза посадили в феврале, а уже вступил в свои права ноябрь. Дмитрий провалился в воспоминания:

“Первое знакомство с Арбузом состоялось года два назад, Вова тогда освободился со строго режима и вся блатная молодежь города стягивалась в летнее кафе “Наливайка” где расположился Арбуз отмечая свое освобождение. Дмитрий помнил этот день как вчера, даже мысленно мог воспроизвести все разговоры которые были в тот теплый сентябрьский вечер. Говорили тогда больше о жизни на зоне, общаковских проблемах и как дела на воле, чем дышит молодежь в городе. Арбуз тогда произвел приятное впечатление: молодой всего 23 года, а уже в авторитете - на зоне жил в семейке с положенцем(ставленник воров в законе), как говорится хавал с ним с одной шленки. Все пальцы Арбуза были в синих перстнях, что придавало статусности, а золотые фиксы были пиком блатной моды уходящего двадцатого века. Вова производил впечатление, что за ним будущее и в скором времени он будет смотрящим за молодежью. Было ощущение, что грядут большие перемены и перемены не заставили себя долго ждать…”

Громкий голос надзирателя выдернул Дмитрия из воспоминаний и погрузили в суровую действительность

- Я как посмотрю ты из молодых, да ранних. Если сам Арбуз тебя на гулочку дернул. - сказал с уважением Преснецов. - Или денег ему должен?

- А тебе какая разница, кто кому должен? Твое дело маленькое - открывай робот* (дверь камеры) и веди подсчет, чтобы все арестанты на месте были. - огрызнулся Дмитрий

Сердце стучало как на забеге при сдаче спортивных нормативов. Подойдя к железной двери Дмитрий остановился. Надзиратель достав длинный универсальный ключ и начал открывать Робот*(дверь камеры) Дмитрий продолжал улыбаться в ожидании встречи.

Закуривая новую сигарету Арбуз услышал шевеление возле гулочного дворика. Он отчетливо понимал что сейчас ключ совершит несколько оборотов и дверь откроется, поэтому решил не терять время и подойти ближе. В этот момент дверь открылась и навстречу шагнул улыбающийся Дмитрий. Арбуз с теплотой посмотрел на друга и протянул руку.

- Салам Вова. Ты че то исхудал, братуха. Дмитрий пожал руку и парни обнялись.

- Здоровы были! Как тут не исхудаешь? Мусора через болт всё здоровье высосали. Смеясь обнял Дмитрия. Вова протянул пачку сигарет. Парни закурили.

- Че, Митя? Это тебе не круги в ДК на дискотеке наворачивать и лохов щемить. На сколько заехал? - Арбуз один из не многих кто называл Дмитрия Митей.

- Треха.- Уныло вздохнул Дмитрий. Год на малолетке и два на взросляке. Родаки суетнулись, так бы лет пять было, у меня ведь условный в мае был - два с половиной дали. А через месяц меня мусора прямо в форточке берут, на хате комерса Гриши Шевелева. Арбуз улыбнулся, смачно затянулся сигаретой и хитро посмотрел на друга.

- Три года это на одной ноге отстоять. Партаки*(наколки) обновить, зубы подшаманить, да книжек почитать. Ты мне лучше расскажи, за что вас с Зеленым сломали?

Дмитрий посмотрел на друга затянулся сигаретой, тяжело вздохнул. Было видно, что этот вопрос не доставляет удовольствие Дмитрию, но отвечать нужно. Затянувшись еще раз, со злостью и обидой резко выпалил

- Вова, а че там рассказывать, пизданули нас как гадов*(люди которые против воровских законов) по беспределу за то, что на сходки не ходили. Весной мусора нас всех крепить начали, в ментовку постоянно на допросы таскали. Родаки на кипише, из дома не выпускают. - Дмитрий закурил новую сигарету, сплюнув на снег продолжил:

- Мы же с Зеленым вдвоем приехали к Мазаю, говорим: “Серега, так и так, мусора крепят, мы пока на сходки ходить не будем.” Он говорит: “Хорошо, решайте свои проблемы, только не теряйтесь и вкурсе пацанов держите. Как только у вас там все раскачается тогда и придете на сходку.” А тут две недели проходит, нас Дукат встречает и сразу не разговаривая люлей выписывает. Зеленому нос сломал, мне всю морду разукрасил.

Слушая внимательно рассказ Дмитрия Вова видил в глазах друга недоумение и непонимание. Мимика и жесты говорили об одном - так не должно быть - это не по понятиям…

- В общем такие дела, братуха. И прикинь, ногами бил. Как так? За нами нет ни гадских, ни блядских поступков.

Ситуацию разрядил дубак*(надзиратель) который прохаживался по специальному настилу над гулочными двориками кутаясь в длинный тулуп, наблюдая за соблюдением порядка в прогулочных камерах. Владимир стряхнул с плеча осыпавшийся снег от передвижений надзирателя и продолжил со знанием дела:

- Я тебе так скажу: а кто он такой, чтобы с вас спрашивать? Только на сходке с вас спросить могли и то за дело, тем более Мазая вы курсанули, что пока на сходки ходить не будете. Но ты же понимаешь, что его зарядили вас сломать. Я вам, еще как освободился два года назад - говорил, какая в городе блат политика.

- Да я понимаю, но факт того, что нас не по понятиям Дукат уронил. А с него же никто за это с него не получил.

- А кто с него получать будет, те кто его зарядили? - Арбуз засмеялся. Поправив кепку и прикурив новую сигарету, с интересом, но со стальными нотками в голосе спросил:

- Говорят, ты отошел от братвы?

Дмитрий смотря с вызовом в глаза Арбузу жестко ответил:

- Нет, с чего ты решил?! На сходку я не приходил и не говорил братве, что отхожу. Никто от меня не слышал, что я принял решение больше не жить бродяжной* жизнью.

Арбуз смотрел с удивлением на собеседника, по глазам было видно, что он сопоставляет информацию из разных источников.

- Так мне Броня отписал маляву, что Метис на сходку приехал и сказал, что Дима больше не с нами. К нему претензий нет, пусть живет своей жизнью. Дмитрий прищурив глаз, улыбаясь уголками губ и выпустив несколько колец табачного дыма, продолжил с иронией в голосе:

- Арбуз, ты же знаешь, что у меня батя по молодости с Метисом кентовался. Когда тот в розыске за убийство был, он же у бати на хате скрывался. Меня когда въебали, отец вечером с работы приходит, меня увидел и пошел к Метису. Там они перетерли и батя, когда вернулся, говорит: “Все, на сходки можешь не ходить. Сдавай экзамены и поступай в институт.” Арбуз засмеялся. Золотые фиксы блеснули на солнце. Достав термос, кружку и бутарнув чифир протянул Дмитрию.

- Давай чифирнем, студент. Ха-ха-ха. Сдал экзамены? Тюрьма теперь твои университеты (поморщился от крепкого чифира). В общем ты хочешь сказать, что от братвы не отходил, а это батина инициатива?

Дмитрий продолжил:

- Вова, я никому из людей не говорил, что отхожу. То, что батя с Метисом там порешали вдвоем - это их заморочки. А если бы они решили, что мне на мента надо идти учится? Все бы на сходке гривами закивали? Потому что так Метис сказал, - Дмитрий хитро улыбнулся и зятянулся сигоретным дымом. Арбуз внимательно изучал своего собеседника, ухмылка не сходила с его губ. Сделав два глотка чифира и протянув кружку, с гордостью за Дмитрия продолжил диалог:

- Я смотрю два года рядом со мной не прошли напрасно. Ты, Митя, уже не наивный шпанюк*(молодой парень стремящийся жить по воровским понятиям) , который только подтянулся к братве. Голова стала кумекать, людей использовать вслепую начинаешь в своих целях. Но разговор сейчас не об этом, тебя впереди малолетка ждет.

Дмитрий раскрыв пакет который принес с собой и доставая из него несколько шоколадных конфет, одну протянув Арбузу, сказал с заботой:

- Братан, держи конфетку, к чифирку. Тут мне сегодня передача залетела, бабуля вареников с капустой сделала, родители всяких балабасов передали. Собрал тебе Вова, домашнего покушаешь, а то ты вчера с тюрьмы этапом пришел, отвык походу от вольных пирожков. Дмитрий протянул пакет Арбузу.

- От души, родной, за подгон. Приду в хату - кишкану по взрослому.

Дмитрий сделав два глотка чифира, протягивая кружку другу, продолжил разговор с умным видом:

- Братуха, ты не забывай, что кишкомания - первый признак пидорасии.

Арбуз смачно зарядил подзатыльник Дмитрию. Смеясь и отпив крепкий чай из кружки сказал с сарказмом:

- Я смотрю наблатыкался. На ИВС и Централе вы все блатные, а как в лагерь выходите, повязки козлячие надеваете и честь мусорам отдаете.

- Сделав умное лицо и прищурив глаз внимательно оценивая реакцию Дмитрия - затянулся сигаретой.

- Вова, ты знаешь мои принципы. Мы два года вместе двигались, как ты освободился, пока тебя не закрыли заново. - голос дрогнул, нервно теребя коробок спичек в руке Дмитрий продолжил:

- Но скажу тебе честно - малолетка пугает. Через неделю на этап, аж мандраж пробирает, как подумаю о зоне - паника начинается.

- Кто пройдет достойно малолетку - тому никакой режим не страшен. На малолетке всем заправляют опера. Все блатные - это актив. Рассадник блядей и гадов. Испытание тебе придется, братуха, пройти серьезное.

Сделав два глотка чифира и откусив конфету Арбуз закурил сигарету. Поправив кепку набок и встав с корточек, начал медленно вразвалочку ходить по гулочному дворику, Дмитрий присоединился к Владимиру.

- Арбуз, а ты сколько на малолетке отсидел?

- 3,2 года, по концу срока освободился. И до этого на караедке*(спецшкола возраст от 11-14 лет) еще 2 года. Че, рассказать как выжить на малолетке и остаться порядочным арестантом?

Дмитрий прикурил сигарету, в его движениях проскальзывал страх, простой обыватель вряд ли бы увидел перемену в действиях и мимики собеседника, но только не бывалый арестант коем являлся Арбуз. Вова не заканчивал психологических институтов и не прослушивал лекции о невербальном общении, но как заправский психолог считывал мельчайшие изменения в разговоре и действиях собеседника.

- Вова, конечно рассказывай, не тяни. Кто осведомлен - тот вооружен. Так вроде говорят?

Арбуз продолжил с поучительной интонацией, как профессор читающий лекции молодым студентам первокурсникам:

- Говорят - в Москве кур доят. Запомни, чтобы подняться на взросляк с малолетки порядочным арестантом, ни при каких условиях не вступай в актив и не живи с активистами в семейке. Не работай в столовой и периметре, не води хороводы с операми. Сиди по тихой пацаном и главное не теряй своего пацанского достоинства. Эту часть жизни нужно просто переждать.

Дмитрий остановился и на несколько шагов отстал от Арбуза, удивленно смотря в спину другу. Крикнул удаляющемуся силуэту:

- И все? Больше ничего не надо делать?

- А ты думаешь этого мало? Девяносто процентов молодых арестантов не в состоянии пройти достойно этот путь, знаешь за три года на малолетке сколько правильных пацанов сломали, а кто то сам скозлился и замарался. Скоро все сам поймешь, а потом, при встрече расскажешь, легко было или нет.

Дмитрий передвигаясь короткими шагами по свежевыпавшему снегу мечтательно поглядывал на небо сквозь решетку. Молодого парня держало в подвешенном состоянии еще две ситуации которые могли бы осложнить его жизнь в местах не столь отдаленных. Встреча с близким давала возможность получить советы и быть готовым к тому, что когда начнут задавать вопросы, Дмитрий сможет пояснить за свои действия и поступки, а лучшего советчика чем Арбуз не найти, его тюремный опыт и продуманность позволяла Вове выплывать из разных щепетильных ситуаций.

- А как с моим вопросом быть? Что я не с братвой. Я хочу раскачать эту тему. Ты же знаешь - я живу людским.

Арбуз посмотрел в глаза другу и с полной уверенностью и авторитетом в голосе ответил:

- Поднимешься на взросляк с малолетки там все и раскачаем. Ты не забывай, что твой близкий - Вова Арбуз. Пройди достойно малолетку, а твою тему я раскачаю и никто слова не скажет.

Дмитрий почувствовав поддержку в словах друга решился все таки обсудить еще один из самых насущных вопросов, ведь от этого зависела его судьба

- Вова, братуха, ты же помнишь мой конфликт с Самцом? До меня дошли слухи, что он бухая с Костей Крапивой и с Женькой Мезенцевым говорил, что не простит мне, то что из за меня его оттолкнули от братвы. Это же я тогда поднял вопрос на сходке, что в его раскладе по их деляне, что то не вяжется и якобы как утверждал Самец, что это Аркаша всех сдал. Но я тогда сопоставил все факты пообщался с Аркашей и понял схему которую замутили опера. Они грамотно дернули первого Самца на допрос, колонули его и получив расклад по квартирной краже уже начали предъявлять подельникам Самца. Аркаша то ступил, услышав весь расклад и фамилии подельников от оперов и уже после этого написал чистуху, типо зачем крепится - менты и так все уже знают. А опера вывернули так , что его Аркашу приняли первого, а Самца привезли потом после того как Аркаша дал весь расклад - да еще и Самца на 10 суток закрыли в ИВС. А там дело техники - Самец вышел и попер на Аркашу, типо Аркаша сдал и все такое.

Дмитрий закурил сигарету и с раздражением продолжил:

- А когда я ему предъявлять факты стал он на сходке поплыл, начал путаться, пацаны подхватили и начали качать и как итог - Самец сознался, что он всех сдал и подписал бумагу о сотрудничестве с операми.

- А че ты эту дичь вспомнил? Кто он такой, что о нем вообще тереть? - Арбуз с удивлением смотрел на Диму

- Братуха, да дело не в том кто он такой, а дело в том, где он сейчас и кем он сидит. Вот эти два вопроса меня и напрягают.

Арбуз начал заводится, Дмитрий помнил когда его друг нервно начинал крутить четки между пальцев и сплевывать через плечо, это говорило лишь об одном - Вова сейчас кипешнет, поэтому самым верным решением было рассказать все Арбузу и не затягивать разговор паузами:

- Короче, как я знаю, да и все пацаны в курсе, Самец сидит на малолетке, но не это главное - он в активе. А зная его интригантскую натуру и как показывала практика - с операми дружить это у него получается на пять с плюсом.

- Да, дела…, тут ситуация непростая. Скажу сразу, Самец будет тебя жестко прессовать и по большому счету ты ему не сможешь в противовес противопоставить ничего. Как вариант, поднять вопрос, что он работал по воле с операми, но это еще и доказать надо, с воли тебя братва не поддержит - типо ты ведь отошел. А значит тебе надо с ним договариваться или раскручиваться на новый срок и пока следствие, суд год и пролетит. Ну отсидишь лет на пять больше - Арбуз засмеялся заливистым смехом, прикуривая новую сигарету.

- Я понял. Буду думать насчет Самца, а жить на зоне постараюсь как ты сказал. Походу мусора засуетились, сейчас нас по хатам раскидают.

Тут Арбуз неожиданно продолжил разговор - Дмитрий не понял к чему это было сказано, но отнесся к словам со всей серьезностью:

- Один старый авторитетный сиделец мне как то сказал: “Используй в своих интересах тех над кем издеваются и унижают, если этим сидельцам поможешь хотя бы добрым словом, они за тебя здоровье или жизнь отдадут. Никогда не издевайся и не унижай тех кто не может ответить за себя, особенно из-за своей масти (обиженные, ссученные, нечисть). Да они ниже нас, они нам не ровня и не будут такими как мы, они просто хотят к себе человеческого отношения. Относись к ним как к людям и тебе воздастся”.- Арбуз подмигнул глазом и добавил, - Думай Митя, думай…

- Я услышал тебя Вова, как знать, может и пригодится и мне совет старого арестанта.

- Он всем пригодится, если понять его глубину. А еще братан, у меня тебе подгон. Держи, это книга Хаггарда - “Дочь Монтесумы”, она поможет тебе не потерять надежду

Дмитрий с сожалением смотрел на Арбуза. В глазах Дмитрия была грусть расставания перемешанная с благодарностью и чем то неизвестным. Такое чувство испытывают люди которые никогда больше не увидятся. Жизнь разведет этих молодых парней по разные стороны человеческого бытия, одному выпадет шанс изменить свою судьбу, а другой будет нести свой крест гордо и не прогибаясь перед невзгодами и жизненными катаклизмами. Но все это будет потом, пройдут года, каждый с теплом будет вспоминать о ноябрьском морозном дне уходящего тысячелетия .

Дмитрий протянул руку Владимиру:

- От души, родной за все! Рад был повидаться и благодарю за наставления.

Парни обнялись. Каждый думал о своем. Железная дверь зарычала и издала скрежет открыв свою пасть. Конвоир прокричал громко, но с уважение:

- Арбузов на выход. Селиверстов, а ты жди минут через пять приду за тобой. Если не забуду. Ха-ха-ха

Глава 2

В прокуренном кабинете за столом заваленным папками с личными делами осужденных восседал тучный мужчина. Коротко стриженный с постоянно бегающими черными глазами, рыжими бровями и такого же цвета усиками он напоминал - халдея в НЭПмонском ресторане “Астория” двадцатых годов, складывалось впечатление, что сейчас кто то крикнет “уважаемый, водочки нам” - и Алексашка сорвется с подносом к ожидающим водки и закуски артельщикам из сибири, которые уже несколько суток пропивают вырученные деньги за продажу золота. Но Алексашка в миру Александр Владимирович Дроздов, он же Птица как называли его осужденные и коллеги - никогда не был халдеем, он был приказчиком, а если быть точнее распорядителем человеческих судеб. Оперуполномоченный Воспитательной Колонии для несовершеннолетних был человеком коварным, хитрым и изворотливым. Его страстью было - интриганство. Он испытывал наслаждения вовлекая в свои оперативные комбинации молодых воспитанников колонии, а затем ломал им судьбы, если агент переставал быть ему интересен или не приносил полезную информацию.

Пепельница на столе напоминала дикобраза - количества воткнутых в нее окурков и устремление фильтров вверх создавало полукруг и визуально напоминала - африканского зверя, но зверь в кабинете был - человек, а не произвольное творение его рук… Рядом с пепельницей небрежно валялись две смятые пустые пачки сигарет “Бонд Стрит”, в кружке остывший кофе отражал свет приглушенной настольной лампы. Дизайнерский стиль оформления стен говорил сам за себя: рядом с портретом Ельцина две грамоты за профессиональные заслуги и гордость Дроздова плакат в деревянной рамке голливудского актера Жана Клода Ван Дамма. В полумраке кабинета, напротив Дроздова на старом и потертом кожаном диване вальяжно расположился осужденный, в руках зека дымилась сигарета “Парламент”. Лицо собеседника скрывал полумрак кабинета. В воздухе наэлектризованном интригами и человеческими пороками принималось судьбоносное решение которое затронет не только несовершеннолетних зеков, но и весь административный состав колонии.

- Интересную схему ты предлагаешь. Я полностью с тобой согласен, такого еще в колониях для несовершеннолетних не делали. В нашей точно, да что там говорить - по всей России такого не было.

Опер потер уставшие глаза и отпив остывший кофе закурил новую сигарету. Пронзительно посмотрев на собеседника продолжил:

- Давай еще раз поподробнее. Проговори всю схему, а потом тебя в отряд отведут. А то вопросы у Бобра к тебе могут возникнуть.

- Я предлагаю перекрасить зону. Сейчас всем рулит актив. Активистов боятся, все построено на страхе.

Собеседник дроздова с удовольствием затянулся сигаретой, и небрежно стряхнул пепел на пол кабинета и продолжил:

- Активистов ненавидят, презирают и на контакт не идут. Чтобы расположить к себе основную массу - нужно наладить черный ход. Чтобы эти бандерлоги схавали и думали, что все движения идут от братвы. Заодно и заменим блаткомитет, сейчас половина блатных - это ставленники Олеси.

Дроздов нервно теребил шариковую ручку. Посмотрев на портрет Ельцина, как будто ожидая одобрения глубоко затянулся сигаретой и с уважением поинтересовался у собеседника:

- Реформу значит задумал. Продолжай, продолжай…

- Сечас самое подходящие время, в марте следующего года освобождается Бобер. Почти все его близкие переезжают в первый отряд и ждут УДО. Первым делом на освободившиеся должности мы ставим своих. У меня и кандидатуры есть. - собеседник опера Птицы заливисто засмеялся.

- Я смотрю ты и кадровую политику уже продумал. Стратег, твою мать, кандидатуры у него есть… А как ты ставленников Бобра убирать будешь? Там еще этот Олеся гребанный, своих двигает. Бобер - это его выкормыш.

Собеседник Дроздова задумавшись на доли секунды с интересом спросил

- А я че то не пойму, Олеся же воспет простой, как он Бобра смог на председателя зоны продвинуть?

Птица вскочил из-за стола и нервно заходил по кабинету

- Простой, да не простой. Он то ли в конторе работал, то ли в МИДе - не известно. Эта сучара столько мне комбинаций загубил. Еще Лизку - дочку свою, в школу устроил.

Услышав имя дочери воспитателя Олеси - собеседника Дроздова передернуло словно он получил электрический разряд. Опер подметил этот мимолетный всплеск чувств который вырвался наружу, он также обратил внимание, что лицо молодого зека покрылось легким румянцем, но сделал вид, что ничего не заметил и продолжил:

- Вопрос возникает - “Зачем?” Школу контролировать хочет? Вопрос - “Нахуя?” Семейный подряд, блять…

Нервно сплюнув на пол опер Дроздов продолжал измерять длину кабинета шагами. Резко остановившись и глубоко затянувшись сигаретой раздраженно продолжил: