Судьба трех мужчин и одного дьявола

Дьявол вместе с Галатовым плавно опустился на крышу четырехэтажного дома. Во мгновение ока он принял человеческий облик и вновь стал Аполлоном.

– Зачем мы здесь? – спросил Григорий, недоуменно оглядываясь.

– Осторожнее, вы можете оступиться и тогда смерть неминуема… Понимаю, вы скучаете по своей супруге и дочери. Чувствуете себя опустошенным, брошенным, никому не нужным. Ведь вы были хорошим семьянином, я знаю это.

– К чему все эти разговоры?

– Я люблю помогать своим и наблюдать за происходящим. Чего, по-вашему, люди жаждали больше всего во все времена?

– Бессмертия?

– Хлеба и зрелищ! Так вот, я хочу увидеть финал той драмы, которая напрямую касается вас, а началась она давным-давно.

– Я ожидал помощи, а вместо этого слушаю пустую болтовню! – с вызовом произнес Григорий.

– Я всегда презирал и ненавидел вашего Бога, – продолжал сатана, игнорируя реплику Галатова. – От него нет никакого толку. Разве Всевышний способен вытаскивать грешников из геенны огненной? Ну, конечно, нет. А может ли Он дать новую жизнь давно ушедшим в мир иной? Я вас умоляю… Разве Господь в силах вызвать апокалипсис? Разве Он имеет власть над всем живущими? Очевидно, что нет! Ну да ладно, вижу, что вам наскучили мои рассуждения, поэтому перейдем к делу… Посмотрите вниз и скажите, что вы видите?

– Людей, идущих в разных направлениях.

– И только?

– По перекрестку пробежал черный кот.

– Еще.

– Не знаю, что еще сказать!

– Разве вы не видите своего знакомого? Присмотритесь.

– Действительно, это же Олег Талибасов!

– Как вы думаете, куда он направляется?

– Представить себе не могу.

– А если я скажу, что это он является ключом к разгадке вашей трагедии?

– Что это значит?

– Как думаете, куда он держит путь?

– Он остановился.

– Продолжайте следить за каждым его шагом.

– Он зашел в одно из зданий.

Аполлон, он же дьявол, снова схватил Григория за руку и влетел в одно из открытых окон противоположного здания. Оказавшись внутри огромной квартиры, первое, на что обратил внимание Галатов – это страшная запущенность жилья: обшарпанные стены, треснутый потолок, старый грязный паркет, в некоторых частях которого зияли дыры.

– Сейчас в эту комнату войдет Олег. Он будет не один.

– Он же нас увидит!

– Нет, мы будем невидимы для них до тех пор, пока вы не заговорите. Поэтому, что бы вы сейчас ни увидели, что бы ни услышали – держите язык за зубами.

– Олег, какого черта ты заявился?! – послышался грубый мужской голос из глубины квартиры.

– Может, для начала разрешишь мне войти?!

Через несколько секунд в комнате, где находились Григорий с дьяволом, появились Олег Талибасов и мужчина, при виде которого сердце Галатова забилось гораздо быстрее.

– Узнаете этого мужчину? Если да, кивните головой, – прошептал Аполлон.

Григорий Павлович несколько раз кивнул.

– Что же ты наделал! – говорил Талибасов. – От тебя и твоего напарника нужно было всего-то ограбить дом. Взять все самое ценное и уйти, не привлекая к себе внимания. А что в итоге…

– Мы убили всю семью – и точка!

– Ошибаешься, Григорий выжил. И теперь он намерен разыскать вас и отомстить.

– Пусть попробует.

– Да что с тобой? Ты вообще понимаешь, что натворил?! Ты убил женщину и восьмилетнюю девочку! Я же просил только ограбить по-тихому!

– Я оказал тебе услугу. Ты получил, что хотел. Чего тебе беспокоиться?

– Послушай, мне нужно, чтобы ты и твой напарник устранили Григория. Он помнит ваши лица. Он описал вашу внешность. И если он вас где-нибудь увидит и узнает…

Галатов, не совладав с эмоциями, хотел было наброситься на злодеев, но Аполлон не позволил ему. Он схватив Григория за плечи, рывок – и вот они уже переместились на крышу дома.

– Зачем вы помешали мне?! – задыхаясь от бешенства, вскричал Галатов. – Вы помогли мне отыскать виновных… Спасибо! Но почему вы не дали мне отомстить?!

– Еще не время.

Опустошенный Григорий Павлович закрыл лицо руками. Казалось, силы оставили его.

– Не могу поверить! Олег, Олег… каков подлец! За что? За что он так со мной? Он был моим другом… У меня была прекрасная беззаботная жизнь, а он взял – и отнял ее, оставил меня ни с чем. Да еще имел наглость прийти ко мне после совершенного им же преступления!

– Надеюсь, вы усвоили урок? Никому нельзя доверять в этой жизни.

– Верните меня обратно! Я готов задушить их!

– Спокойно. Вам предоставится такая возможность, но не сегодня. Не сейчас!

Дьявол хлопнул в ладоши, и Григорий потерял сознание, погрузившись в темноту и мрак.

Глава III

На следующий день, ближе к обеденному времени, Галатов проснулся у себя дома. На миг ему показалось, что все, что с ним случилось, было страшным сном – что его жена и дочь живы и сейчас войдут пожелать ему доброго утра, что он не встречался с Аполлоном Даргинским, который оказался дьяволом, что никакой сделки он не заключал, а Олег Талибасов – по-прежнему его друг. Неизвестно, сколько пребывал бы он в сладостном состоянии самообмана, если бы не заметил письмо, лежащее на столе. Вскрыв его, мужчина стал читать. Это письмо было написано служителем преисподней. В нем указывались место и время, где будет находиться один из убийц. А еще на столе лежала склянка с ядом. Итак, один из тех, кто изменил жизнь Галатова на «до» и «после», понесет суровое наказание. Уже завтра Григорий совершит акт правосудия и покарает одного из трех преступников.

Но перед тем, как стать орудием правосудия, Григорий Павлович решил сходить в близлежащий храм. Ему захотелось задать пару вопросов священнику.

Ростов-на-Дону в 40-х годах XIX столетия насчитывал уже четырнадцать улиц, шесть – продольных и восемь поперечных. Мелких же переулков, пересекавших улицы во всех направлениях, было множество. Продольные улицы тянулись параллельно берегу Дона и располагались одна выше другой.

Самой оживленной была Почтовая, именовавшаяся так потому, что на пересечении ее и нынешнего Среднего проспекта находилась почтовая станция, где постоянно толпился народ. Второе место по оживленности занимала Московская улица, ставшая впоследствии главной улицей города.

Садовая улица, по бокам которой лепились разделяемые громадными пустырями маленькие деревянные и отчасти каменные домики, существовала и в то время, но относилась к разряду второстепенных улиц. С севера Садовой улицы, параллельно ей, тянулась так называемая Генеральная Балка, имевшая вид огромного оврага с многочисленными отростками-разветвлениями, зачатками новых оврагов. За Генеральною Балкою находились незначительные постройки, первые признаки впоследствии Кузнецкой улицы, а далее простиралась необозримая гладь степей.

Поперечные улицы, пересекая продольные, упирались одним концом в берег Дона, другим выходили в степь. Из этих поперечных улиц особенно замечательна всегда оживленная, особенно на берегу реки Дон, Таганрогская, продолжением которой являлась «столбовая дорога» в Таганрог. На Таганрогской улице был деревянный мост, переброшенный через Генеральную Балку.

Центр города занимала Базарная площадь, а близ нее находились ряды деревянных и каменных лавок и двухэтажный кирпичный Городской дом, в котором располагались Дума и городской магистрат. Площадь эту оживлял шумный говор торгового люда. По оживлению ее превосходила только Ростовская пристань, занятая складами товаров, магазинами и конторами.

В 1822 году на Никольской улице был построен небольшой пятиглавый храм, освященный во имя Святого Николая Чудотворца. Его старостой некоторое время являлся ростовский купец Иван Федорович Нефедов (Михайлов), который жертвовал на его благоустройство немалые средства. Именно в этот храм пришел Галатов, чтобы спросить священника – что станется с человеком, если он заключил сделку с дьяволом? И простит ли его Бог, ведь сделка заключена с благой целью – покарать убийцу?

– Сын мой, – ответил священник, выслушав прихожанина, – в Евангелии есть строки об искушении Господа нашего Иисуса Христа. Когда Господь постился в пустыне, к Нему явился дьявол и начал Его искушать. Дьявол обещал все царства мира за то, чтобы Господь поклонился ему. Господь отверг это искушение… Нам пристало поступать также. Воистину, за то, что человек служит дьяволу, ему может быть дана на время какая-то власть. Но… Если душа предана дьяволу, человека уже ничего не может радовать в жизни. Он может обладать всеми царствами мира, деньгами и несметными богатствами, но радости в его жизни не будет. А будет лишь печаль и уныние… Потому что, если душа находится во власти дьявола, то места для радости там уже нет. И об этом тоже говорится в Евангелии. Даже если все царства мира приобретете, какой выкуп дадите за душу свою? То есть как вы душу свою спасете? Каким образом? Поэтому не ищите власти, не ищите мирских удовольствий, не ищите денег. Ищите спасения. В этом состоит счастье, в этом – радость. А жить по воле дьявола – это всегда боль, страдания, разочарование и пустота.

– А как же убийцы, воры, преступники? Как с ними поступить? Неужели закрыть глаза на их злодеяния?

– Люди любят судить. Но есть на небе Высший суд – Божий суд. Там-то и будет решаться судьба наших душ за совершенные поступки на земле. Что касается сделки с дьяволом… я считаю, что пойти на такое может только падший духом человек, который тем самым предает Бога, который создал его, любил на протяжении всей его жизни, оказывал помощь, помогал в трудный час. Это равносильно тому, что предать родителей. В общем, я не понимаю, что должно произойти, чтобы человек добровольно отдал дьяволу свою душу, ведь душа – частичка Бога.

– Отчаяние, уныние, тоска, печаль…

– Это не оправдание. Человек находится в таком состоянии под воздействием дьявола.

– А возможно ли расторгнуть договор с дьяволом?

– В этом мире все возможно!

– И что нужно делать?

– Молиться, молиться и еще раз молиться. Просить у Бога прощение, силы и терпение. Вся наша жизнь полна искушений, взлетов, падений. Каждый наш выбор влияет на дальнейшее развитие событий. Только от нас зависит, где мы окажемся на том свете: на небесах или в аду.

– Простит ли Господь, если отправить на тот свет убийцу, забравшего жизни невинных людей?

– Нельзя это делать.

– Но почему?

– Не ты давал жизнь, не тебе ее забирать. Никто не в праве совершать то, что под силу только Всевышнему.

– А если у человека было все – заботливая жена, любимая дочь, достаток… а потом, в какой-то момент все это исчезло?

– Мы – временные гости в этом мире. Бог нас посылает сюда, чтобы мы прошли испытания. У одних они легкие, у других – сложные. Каждому дается по мере сил. Вся наша жизнь полна испытаний. И наше спасение зависит от того, какие мы будем принимать решения. Все, что ни делается – все к лучшему!

– Как же убийство жены и дочери может улучшить мою жизнь?!

– Господи, так это вы потеряли дочь и супругу?

Григорий промолчал.

– Сын мой, надеюсь, что вопрос о сделке с дьяволом был задан из любопытства?

– Если бы…

– Вы что, общались с дьяволом?!

– Волею судьбы…

– И… как он выглядел?

– Не знаю, как он описан в ваших Священных Писаниях, но изначально он предстал передо мной в виде мужчины. А потом… показал свой истинный облик.

– Спаси и сохрани! – священник перекрестил себя, а после и Григория. – Что же он от вас хотел?

– Помочь в трудный час за небольшую плату.

– И какова плата?

– Думаю, вы сами знаете ответ.

– И вы согласились?

– Я оставлю этот вопрос без ответа. На все интересующие меня вопросы я получил от вас ответ. И это – самое главное.

– Постойте, не уходите. Каждый человек может совершить ошибку. Но также абсолютно каждый имеет второй шанс на новую жизнь. Каждый может исправить ошибку и вернуться на истинный путь… к Богу.

– Что вы хотите сказать?

– Что все могут рассчитывать на прощение Создателя.

– И что вы мне предлагаете сделать?

– Вот, возьмите.

Священник протянул пузырек с водой.

– Что это?

– Ваше спасение. Как только вы увидите дьявола в человеческом обличии, достаньте пробку и плесните на него.

– И что будет?

– Увидите. Это не простая вода. Над ней прочитаны очень сильные молитвы. Они помогут вам избавиться от злых сил и, возможно, вернуться к Богу.

– Благодарю.

Покинув церковь Святого Николая, Галатов больше всего желал одного – дождаться завтрашнего дня, чтобы расправиться с одним из убийц.

В письме Аполлон Даргинский написал следующее: один из преступников будет находиться в питейном заведении на пересечении Казанского переулка и Кузнецкой улицы. Григорий Павлович, дождавшись вечера, отправился по указанному адресу, прихватив с собой склянку с ядом.

Питейное заведение располагалось в небольшом здании. Это был один из первых кабаков, появившихся в городе. Люди приходили сюда по разным причинам: одни хотели напиться до беспамятства, чтобы забыть о своих мирских проблемах, другие желали отдохнуть в шумной компании, третьи рассчитывали обзавестись здесь новыми знакомствами, которые, в большинстве своем, ни к чему хорошему не приводили. Войдя, Григорий осмотрелся, надеясь увидеть убийцу. Вдруг он услышал, как один из посетителей в нетрезвом состоянии громко рассказывает анекдот:

– Значится, дело было вот как… Подвыпивший человек, сидящий у стойки в кабаке, громко говорит половому: «Налей мне, и налей всем. Когда я пью, то пьют все! Такой уж я человек».

– Ну, а дальше что? – спросил один из слушателей.

– Довольные посетители выпивают за его здоровье, а он не унимается: «Половой, ну-ка налей мне еще, и налей всем! Если я пью, то пьют все. Такой уж я человек».

Повисла небольшая пауза. Рассказчик, будто специально, сохранял интригу.

– Все выпивают снова, благодарят щедрого посетителя. А он встает, кладет деньги на стойку и объявляет: «Когда я плачу, платят все! Такой уж я человек».

Собутыльники рассмеялись. Григорий взглянул в их сторону. Он увидел в дальнем углу за столиком трех мужчин. Один из них был точь-в-точь похож на одного из убийц: широкоплечий, со шрамом на правой щеке под глазом. Как теперь действовать – вдовец не знал. Паника охватила его. А вдруг у него ничего не выйдет? Что, если он упустит свой шанс?

– Закажи что-нибудь. Подсыпь яд, а после попроси, чтобы кто-нибудь отнес напиток негодяю. Стоит ему сделать пару глотков – и он уже не жилец.

– Кто это сказал?

Григорий посмотрел по сторонам, но рядом никого не увидел. В заведении мужчины разного возраста сидели или стояли, громко смеялись и пили, разговаривая о своем.

– Неужели это голос в моей голове?!

Галатову стало не по себе. Но, как бы там ни было, он пошел и сделал так, как подсказал ему голос. Заказав кружку пива, Григорий незаметно достал склянку и высыпал туда яд. Половина пути пройдена. Отступать нельзя. Теперь нужно отнести напиток убийце, но кого об этом попросить? В этот момент мимо Григория Павловича проходил молодой человек лет двадцати пяти. Галатов резко схватил его за правое плечо:

– Постой-ка. Хочешь заработать?

– Еще бы. Что нужно делать?

– Видишь, вон там за столом сидят трое мужчин?

– Да.

– У одного из них шрам на лице.

– Вижу.

– Принеси ему пиво и скажи, что это за счет старого друга.

– И только? А если он откажется принять?

– Скажи, что скоро я к нему подойду.

– Хорошо.

– Справишься?

– Конечно!

– Вот, держи. Надеюсь, ты меня не подведешь.

Григорий вложил в руку молодого незнакомца три рубля, после чего сел за свободный столик и стал наблюдать за происходящим. Молодой человек подошел к указанному столу, держа в одной руке кружку.

– Чего тебе? – грубо спросил тот, которому предназначался «сюрприз».

– Это вам, – молодой человек поставив кружку на стол.

– Это шутка?

– Нет.

– С чего такая щедрость?

– За счет старого друга. Быть может, вы его забыли, но он просил сделать вам приятное в знак давней дружбы.

Мужчина с неприятным лицом осмотрелся в надежде увидеть этого «старого друга».

– И где же он?

– Просил передать, что скоро он к вам подойдет.

– Буду ждать.

Молодой человек тотчас удалился.

«Лицо со шрамом» – именно так называли его друзья и знакомые. Не сказать, что он обижался, но и гордости от этого прозвища не испытывал. Собутыльники поговорили еще пару минут, затем ударились кружками и выпили их залпом до последней капли.

– Хорошее пиво, ничего не скажешь!

Не сдержавшись, Григорий встал из-за стола и направился в сторону своего врага.

– Что вам нужно? – спросил один из компании.

– Оставьте меня с ним наедине! – повелительно произнес Галатов, указывая на убийцу.

– Прокофий, ты его знаешь?

– Сделайте, как он сказал. Живо!

Мужчины нехотя покинули стол.

– Узнаешь меня? – спросил Галатов.

– Нет. Но твое лицо кажется знакомым.

– До какой же степени нужно напиться, чтобы все забыть?!

– Да говори уже, что хотел.

– Ладно, я напомню. Неделю назад ты и твой сообщник ворвались в мой дом… Перерезали моей жене горло… убили ни в чем неповинную восьмилетнюю девочку… А меня связали и избили до полусмерти… Вы ограбили мой дом, оставили меня ни с чем…

– Ты выжил, но как…

– Значит, узнал.

– Как ты меня нашел?! Кто меня сдал?!

– Это уже неважно. Прошлое не изменить, но твоя жизнь закончится здесь и сейчас. Ты больше никому не сможешь навредить.

– Это мы еще посмотрим… – воскликнул мужчина, вставая, но через пару секунд, схватившись руками за живот, резко согнулся.

– Что такое, плохо стало? – с издевкой спросил Григорий.

Изо рта Прокофия пошла белая пена. Он застонал, а когда хотел что-то сказать, изо рта хлынула кровь.

– Спасите… – только и успел пробормотать умирающий.

Шум и веселье в кабаке резко прекратились. Все внимание посетителей было обращено на Прокофия.

– Чего уставились, сделайте что-нибудь! – крикнул Григорий.

Но никто не знал, что делать в подобной ситуации. Несколько посетителей, подбежав к несчастному, пытались ему как-то помочь. Началась суматоха, многими овладела паника. Галатов, воспользовавшись ситуацией, незаметно покинул питейное заведение. Злобная ухмылка застыла на его лице. Итак, один убийца наказан, осталось отомстить двоим. И тогда душа Григория Павловича сможет обрести покой.

Глава IV

Неподалеку от собора Рождества Пресвятой Богородицы, а именно с задней его части, три десятилетия назад, еще при первой планировке города, расположилась Воронцовская улица. (Пройдет столетие, и в 1930 году улица будет переименована в честь русского революционера Николая Эрнестовича Баумана, погибшего в 1905 году, в память 25-летия его смерти). Ограниченная с востока Большой Столыпинской улицей (позже будет переименована в Ворошиловский проспект), а с запада – Таганрогским (позже станет Буденовским) проспектом, она была одной из самых коротких улиц города.

Здесь, в одном из жилых зданий, проживала обедневшая семья – Арина Вальдемаровна Хасанова вместе со своими дочерями – Надеждой и Анастасией. Они жили далеко не в лучших условиях, не могли позволить себе даже самое необходимое. Причиной бедности стала смерть главы семьи Михаила Мартемьяновича Хасанова. Арина Вальдемаровна была деспотом и тираном еще до того, как на свет появились ее дочери. Она всегда была с ними строга и материнской любви почти никогда не проявляла.

Надежда, старший ребенок, родилась в 1818 году. Ей исполнилось двадцать два года. Ее младшая сестра Анастасия появилась на свет двумя годами позже. Между девочками с самого детства происходили непрерывные конфликты, зачастую вызванные тем, что Арина Вальдемаровна больше любила Настеньку.

Как-то раз, сидя с сестрой в комнате, Надя воскликнула:

– Вряд ли найдется еще какой-нибудь город, в котором было бы столько падших и преждевременно погибающих детей, как у нас в Ростове! Я уже не говорю о тех малолетних оборвышах, которые почти на каждом перекрестке останавливают прохожих, назойливо выпрашивая у них милостыню. Их каждый из нас видит ежедневно. Это – дети так называемых «переселенцев», которые промышляют тем, что разъезжают по городам и, выдавая себя за крестьян неурожайных губерний, выпрашивают деньги то на проезд, то на еду, но на самом деле они – обычные тунеядцы, среди которых можно встретить «крестьян», никогда не живших в деревне…

– И что с того? Тебе не все равно?

– Есть в нашем городе еще другие дети, такие же обездоленные и еще более несчастные, чем дети-нищие. Я говорю о «детях трущоб». Эти маленькие «халамидники» – базарные жулики, с малых лет воспитываются в грязных вертепах, а по временам и в тюрьме, а по достижении более зрелого возраста превращаются уже в самых отчаянных воров и грабителей и впоследствии становятся не просто тунеядцами, а людьми куда более опасными.

– Забудь о них – и все. Меньше знаешь – крепче спишь.

– А знаешь, как дети попадают в трущобы?

– Попробуй удивить, – с сарказмом произнесла Анастасия.

– Кто хорошо знает Ростов, тому известно, как много среди низших классов мужчин и женщин, живущих под одной крышей и при этом не венчанных перед Богом. Я слышала… и думаю, что это – правда… слышала, что Ростов отличается своей развращенностью. Из сотни портных, сапожников, приказчиков, слесарей, фабричных чуть ли не половина имеют, кроме жен, еще и любовниц. То же самое можно сказать о модистках, белошвейках, папиросницах, горничных, кухарках и прочих женщинах, живущих собственным трудом. Не знают меры сластолюбия и «восточные человеки», которых так много в Ростове. Они считают почти геройством всеми правдами и неправдами обольстить бедную труженицу, обещая ей, конечно, золотые горы. А теперь сама подумай, куда попадают эти «плоды любви несчастной»?

– Почему тебя так сильно волнует жизнь чужих людей? Они тебе не приходятся родственниками. Ты с ними никак не связана. Вы друг другу ничего не должны. Так к чему все эти рассуждения?

– Ты не понимаешь, сестра. Все мы являемся потомками Адама и Евы. Мы между собой взаимосвязаны одним большим генеалогическим древом.

– Да кого это сейчас волнует?! Каждому в наше время нужно только две вещи – получить по максимуму удовольствий от человека противоположного пола и как можно больше поиметь материальных благ, при этом не особо напрягаясь.

– Возможно, ты права. К сожалению, я более чем уверена, что пройдет сто, двести, триста лет – и ничего не поменяется. С каждым новым поколением люди будут становится только хуже. Наступит день, когда человечество опустится ниже животных. Хотя принято считать, что мы, люди – высшая ступень развития живых организмов на Земле, генетически связанная с другими формами жизни, но выделившаяся из них благодаря способности производить орудия труда, обладать членораздельной речью и, самое главное, сознанием… а также творческой активностью и нравственным самосознанием. Однако ни о какой нравственности не может идти речи вовсе. Да и что взять с бедняков? А их – большинство. Только единицы живут хорошо, ни в чем не нуждаясь. В основном это члены семьи монарха, их приближенные, графы, князья… остальные влачат свое жалкое существование и прозябают в нищете… как мы.

– Выйди замуж по расчету и все твои проблемы решатся сами собой.

– Я так не могу. Все-таки я верю в возвышенные чувства. И хотелось бы, чтобы они были взаимными.

– Ну, удачи… – вновь с сарказмом и насмешкой проговорила сестра Нади.

– Тебе смешно, да. А ты… чего ты хочешь от этой жизни?

– Как можно быстрее уехать отсюда и забыть эту жизнь, как страшный сон.

– Правду люди говорят – не бывало счастья на Руси.

– Ты что там, свечку держала? Откуда тебе знать, что было у наших бабушек и дедушек?

– Ну, как же… принято считать, что люди женились тогда раз и на всю жизнь, а развод был практически неосуществимым делом. Пусть нет счастья в браке, пусть муж бьет жену, не может выполнять своих супружеских обязанностей, содержать семью или страдать психическими или даже венерическими заболеваниями – это не причина для развода. Даже императоры с трудом добивались развода или же просто высылали жен своих в монастыри. Женщины же поступали еще круче, взять хотя бы Екатерину II Великую, которая избавилась от мужа, устроив переворот. Поэтому, прежде чем идти под венец, нужно было сто раз подумать. Но и думать часто не разрешали: кого назначат родители в женихи или невесты, так тому и быть.

– Видимо, тебя ждет такая же незавидная участь.

– Как это понимать?

– Ты прекрасно услышала и поняла, что я имею в виду.

– Зачем ты так со мной?

– А ты еще спрашиваешь… Наша мама всегда любила меня больше, и ты это знаешь. Я больше похожу на нее характером. У нас с ней одинаковые взгляды на одни и те же вещи, в отличие от тебя. Ты же больше взяла в характере и привычках от отца.