Дитя стихий

Поэтому глядя в водянистые глаза привратника, который с презрением принимал прошение из рук Маргарет, я позволила себе сорваться. Я могла сдержаться, но не стала. Нагнувшись в окно к мужчине, я схватила его за шкирку и подтянула к себе. Он не ожидал подобного, поэтому заголосил и попытался дотянуться до чего-то, видимо для вызова подмоги. Но я уже наклонилась к его лицу и угрожающе произнесла.

– Я очень советую тебе поторопиться с прошением. И передать, что пришла та, за кем два года назад отправился Дион Коловертен и погиб. И да, я тут и жива. А если в течении суток никто не появится, я вернусь. И тогда я покажу тебе кто я, и поверь, ты вряд ли переживешь эту встречу невредимым, – и я откинула назад дрожащего от страха привратника. А после просто развернулась и направилась прочь.

Некоторое время мы шли в молчание. Я старалась успокоиться. Буду надеяться, что у этого болвана хватит ума передать мои слова как можно скорее, ведь я не собиралась нарушать данное обещание. Бэйлон бросал на меня тревожные и в тоже время заинтересованные взгляды. Я понимала, что теперь он гадает кем я могу быть, но сомневалась, что сможет преуспеть в этом.

– Зря ты так сделала, – не выдержала Маргарет спустя какое-то время.

– Плевать.

– Теперь он из принципа будет делать все еще медленнее, – журила меня девушка.

– Сомневаюсь, – усмехнулся Бэйлон. – Он там со страха чуть не помер.

– Это было показное, – уверенно отмахнулась Маргарет. – Скорее от неожиданности. Я сомневаюсь, что привратником посадили бы такого остолопа.

– Поверь, стены защищает магия, а точно не он, – усмехнулся Бэй.

Я была с ним согласна. Этот мужик был лишь посыльный с мнимой властью перед горожанами и обычной челядью вроде нас. Сомневаюсь, что он был действительно охраной от серьезной угрозы.

Вечером к нам пришли гости. Вэй пошла открывать, когда мы сидели в гостиной. Но оттуда мы услышали ее удивленный возглас, а вскоре к нам в комнату зашел он. Это был высокий широкоплечий мужчина с собранными в хвост черными волосами. Глаза были такими черными, что казались затянуты мраком, а белки глаз резко контрастировали с этой чернотой, что было довольно жутко. Сильные руки с проступившими венами, узкие бедра. Фигурой он походил на вышибалу, что очень контрастировало с его аристократическим лицом. Да и манера держаться выдавала происхождение с головой. Я запаниковала, ведь прошлая встреча с лордами была для меня мучительна. Но и я больше не та слабая девушка.

– Добрый вечер, – мужчина не спускал с меня пристального взгляда. – Наконец-то мы встретились Хоуп. У тебя был очень долгий путь.

– Кто вы? – кажется я начинала догадываться, что передо мной был не обычный аристократ.

– Я Глава Урайя, Либерти Ториан. Но ведь ты и сама это поняла.

Он прав, я стала догадываться. Дион описывал мне Главу, и он выглядел примерно так, как я себе представляла. Мужчина повел носом и осмотрелся.

– Слишком много магии. Ты умудрилась окружить себя двумя одаренными или же они сами неосознанно притянулись к тебе. Это не удивительно.

– Вы сказали два? – не поверила я.

– Именно, – и он взглянул на ошеломленного Бэйлона.

– Вы позволите присесть? – вежливо уточнил гость у хозяйки.

– Конечно. Может быть чаю?

– Спасибо, но не стоит беспокойства. – Глава уверенно сел на кресло также глядя на меня. – А теперь, я бы хотел знать все. Особенно, что случилось с Дионом.

Я глубоко вздохнула и попыталась собрать все мысли воедино. Я понимала, что мне придется рассказать об этом, но очень не хотелось поднимать вновь эти воспоминания. Но Дион заслуживает того, чтобы в замке знали правду.

– Он пришел первый после того как появилась метка. Прошло кажется две недели или три, я уже плохо помню. Дион рассказал мне о замке и открывающихся возможностях. О том, что теперь я удостоена важной чести и веры в силу. Конечно, я была согласна. Ведь иначе меня ждало…, – меня передернуло. – Вы понимаете. Я знала, что долго скрываться не удастся, хоть и не приложу ума, как все вообще узнали о появлении метки.

– Об этом скажу тебе я, – спокойно поведал Глава Ториан. – Когда появляется новая стихийная одаренная ее имя возникает в книге Времен – в таинственном талмуде, что храниться в Урайе. Мы узнали первыми. Но в Урайе все равно есть уши. Нам оставалось лишь спешить.

Я увидела шокированное лицо Бэйлона. Он смотрел на меня новым взглядом. Словно до сих пор не верил в происходящее.

– Книга Времен? – переспросила я.

– Да, – мягко ответил Глава. – Но о ней мы поговорим в другой раз.

Я кивнула.

– Дион надеялся, что у нас будет больше времени до того, как нас найдут, но ошибся. И с этого все и началось. Мы старались двигаться быстро, но незаметно. Дион пытался обучить меня по дороге обычным боевым навыкам или хотя бы выносливости… С одной стороны, нас проследовала нечисть, а с другой – лорды, – последнее слово я процедила зло. Кулаки сжались, как и челюсти. Мне понадобилось время, чтобы взять себя в руки. – Это продолжалось долго, мы около месяца пытались добраться до Урайя, постоянно прячась и пытаясь сбросить хвост. В итоге, мы оказались на границе клана восточных дриад. И Дион, – мой голос предательски сорвался. – Он верил, что какое-то ваше предложение, что было у него с собой, позволит пройти. Но он ошибся. Эти суки, они убили его, даже не дав нормально договорить. Они уже сговорились с лордами.

Я старалась не дать эмоциям вырваться. Мне до сих пор было больно. Дион стал мне другом, настоящим. И его смерть – это то, что стало для меня самым большим кошмаром. Все преследовавшие нас твари и даже сами дриады не напугали меня так сильно как его смерть. И я считала себя виноватой, ведь он вел меня. Даже спустя два года я не смогла простить себе этого. И каждый раз, вспоминая друга, чувствовала ту же боль.

– Его родители почувствуют хоть какой-то покой, когда узнают об этом, – отозвался Глава Ториан. Его лицо застыло в маске, но я была уверена, будто чувствовала, что мужчине тяжело. Он давно понял, что ученика уже нет в живых, но слышать это не было легко.

– А после, они отдали меня лордам. Трем лордам. И мы перенеслись в их дом. А там…

Я на мгновение замолчала. Говорить не хотелось, но от меня ждали продолжение. Маргарет смотрела на меня с сочувствием, Бэйлон – с поддержкой. А воспоминания кружились в голове словно снежный вихрь.