Демон моих снов

Девушка хотела выдать очередную колкость, но слова просто не шли. Он смотрел на неё так, словно она была единственным человеком в этом грёбаном мире. Или единственным существом. Она сама не понимала кто она.

Она почувствовала, как внутри неё всё сжимается. И не могла понять — от страха или от того, чему она ещё не дала названия.

— Подойди сюда, — тихо произнёс Вэнсент.

Она подошла. Он протянул руку к клумбе и аккуратно срезал одну эустому — белую, почти сияющую в лунном свете.

— Возьми. Она не завянет. Особый сорт.

Девушка взяла цветок.

— Спасибо.

— Рад, что тебе нравится.

Он, не спрашивая разрешения, взял её за руку и переплёл пальцы. Она думала, что его руки будут холодными, как у покойника. Но они оказались удивительно тёплыми. Настолько, что ей не захотелось его отпускать.

Они шагали по оранжерее между рядами цветов. Молчали. Но тишина не была неловкой или напряжённой — она была правильной. Возможно, единственно правильной за всё время.

— Ты заяц, — сказал он вдруг.

Она подняла на него глаза.

— Что?

— Ну, ты дрожишь. Уши покраснели. Как заяц.

Стэйси фыркнула.

— Мог бы назвать меня «зайкой» или «зайчонком». Это было бы куда милее.

— Ох, прости, я видимо слишком отстал от современной романтики, — усмехнулся он, притянул её к себе и легонько коснулся губами её макушки.

Она хотела возмутиться, но вместо этого улыбнулась, а по телу пробежал приятный холодок. От него это не ускользнуло.

— Пора, — сказал он. — Увидимся завтра.

— Откуда ты вообще знаешь, что мы завтра увидимся?

— Я просто слишком самоуверенный, — усмехнулся он и щёлкнул пальцами.

Стэйси проснулась. Пульс был быстрее обычного. В руках — ничего, эустома исчезла, но запах все ещё чувствовался.

Она улыбнулась в темноте комнаты. Глупо. По-детски. Но, кажется, он ей нравился. И это пугало её ещё больше, чем весь этот дурацкий замок.

Глава 5. Сосед напротив

Будильник заорал ровно в восемь утра.

Стэйси с огромным усилием разлепила глаза и первым делом проверила руки. Цветка не было. Но запах эустом всё ещё стоял в комнате — напоминание о том, что события сна были слишком реальными. Слишком естественными.

— Чёрт, — прошептала она. — Ненавижу этот будильник.

Девушка скатилась с кровати и отправилась в душ. Обжигающий душ помог ей прийти в себя, но мысли то и дело возвращались к Вэнсенту. К его голосу. К тому, как он смотрел на неё в оранжерее.

— Стэйси, возьми себя в руки, это просто игра воображения, не более, — сказала она себе. — Просто игра воображения.

Но если это так, то почему её сердце билось быстрее лишь от одной мысли о нём?

Она натянула чёрную толстовку с принтом китов и чёрные джинсы, спустилась на кухню и застыла на пороге. Отец уже сидел за столом — на нём была его любимая рубашка в клетку и неизменная газета в руках. Увидев дочь, он улыбнулся.

— Доброе утро, малыш.

— Доброе-доброе.

Стэйси быстро справилась с завтраком, но вкуса еды она не почувствовала. Мысли шальными конями скакали где-то далеко.

— Ты какая-то загадочная, — заметил отец.

— Всё отлично. Просто я выспалась, кажется.

Она не могла сказать отцу. Не могла рассказать, что ей снится демон, уже которую ночь, который назвал её «сосудом». Не могла признаться, что её подруга предала её. Не могла или не хотела.

Выйдя из дома, она направилась в университет. У входа её ждала Линдси Палмер. Как всегда — идеальная до скрежета зубов, накрашенная, в платье, которое стоило, как крыло от боинга.

— Ого, — Линдси окинула её оценивающим взглядом, приложила руку к груди, изображая восторг. — Какая интересная побрякушка! Это что, амулет от зла?

Стэйси почувствовала жар ожерелья, когда Линдси упомянула слово «зло». Кожу покалывало. Она заставила себя выдавить улыбку и пройти мимо. Не сегодня. Не сейчас. Она не даст какой-то чирлидирше испортить себе день.

Но Линдси не отставала.

— Слышала о твоих ночных похождениях по замку с демоном. Весь универ об этом трещит. Может тебе к психиатру сходить? Это не нормальные сны.

Стэйси резко остановилась. Внутри заклокотал гнев. Она развернулась и посмотрела Линдси прямо в глаза.

— Какая тебе к чёрту разница, Палмер? Мы никогда не общались. Будь добра, свали в туман и оставь меня в покое.

В здание она шла с гордо поднятой головой, не удостоив Линдси взглядом, но она чувствовала, как свита Линдси сверлит взглядом её спину. Шёпот. Смешки. Она не обращала внимания. Закрылась.

Девушка поднялась на второй этаж и уже собралась зайти в аудиторию, когда из динамиков раздался тяжёлый голос ректора:

— Маккупер, срочно зайдите ко мне в кабинет.

Она выдохнула сквозь зубы. Кровь закипела в жилах — ярость набирала обороты. Все вокруг смотрели только на неё. Она лениво шла по коридору, словно ничего не происходило, под прицелом десятков взглядов, каждый шаг отдавался набатом в висках.

Девушка распахнула дверь, что та чуть не врезалась ручкой в стену и… застыла. В гостевой кресле, напротив ректора сидел Вэнсент. Она моргнула.

Он улыбнулся ей. Так же, как во сне. И от этой улыбки у неё перехватило дыхание.

— А, Стэйси, — ректор поднял голову. — Проходите. Этот молодой человек утверждает мне, что вы знакомы.

Она уставилась на Вэнсента и не могла сказать ни слова. Он действительно был здесь. Живой. В реальности. Она уловила его запах — сандал и мята. Видела, как он сидит на стуле, чуть откинувшись на спинку, скрестив руки, с лёгкой усмешкой на губах.

— Да, — сказала она наконец. — Мы знакомы с этим молодым человеком.

— Вот и чудненько, — ректор кивнул. — Тогда вы свободны. Оба. Пары на сегодня отменяются.

Стэйси пулей вылетела из кабинета и только тогда позволила себе выдохнуть. Она резко повернулась к Вэнсенту, который вышел следом.

— Что ты здесь делаешь?

— Я учусь в параллельном потоке. И живу напротив тебя, — пожал он плечами. — В квартире 124. У тебя 122.

Девушка моргнула. Она хотела спросить, почему он не появился раньше, но поняла — это не так уж и важно. Он был здесь. И это было главным.

— Повтори.

— Удивилась? — он усмехнулся. — Я же говорил — я всегда рядом.

— Ты этого не говорил! Ты просто говорил, что всегда всё знаешь. Это другое.

Она смотрела на него внимательно. Он стоял перед ней. Настоящий. Живой. Дышит. Она могла коснуться его. Могла спросить — и получить ответ.

— С ума сойти… Ты реален, — сказала она тихо.

— А ты думала, что я просто твой дурацкий сон?

Стэйси молчала. Потому что она и в самом деле так думала. А теперь… а теперь кажется всё изменилось. Только не понятно в какую сторону.

Глава 6. Глясе на безлактозном

Они вышли из университета под прицельным вниманием студентов. Стэйси чувствовала, как её спину сверлят любопытные взгляды, но ей было плевать. Рядом с Вэнсентом она чувствовала себя… иначе. Она была в безопасности.

— Ты не реальный, — сказала она, когда они отошли достаточно далеко. — Ты просто парень из моего сна. Ты как обычно сейчас щёлкнешь пальцами, и я проснусь.

— Не щёлкну. Если ты думаешь, что это сон, почему ты не просыпаешься? — он остановился и посмотрел на неё. — Если ты по-прежнему считаешь меня просто сном, то ущипни себя. Я подожду.

Но делать она этого не стала. Потому что знала — он действительно настоящий.

Вэнсент оценил её жест и улыбнулся.

— Я соскучился, — сказал он. — Раз уж с пар я тебя всё равно забрал… Приглашаю тебя в кафе.

Она хотела возразить. Сказать, что у неё много дел, что она не хочет. Но тело было быстрее разума, и она кивнула.

Они вошли в кофейню недалеко от университета. Она оказалась маленькой и уютной — столики на четверых, приглушённый свет, запах кофе и различных сиропов. Стэйси села у окна, и дождь тут же начал барабанить по стеклу, размывая очертания того, что было снаружи.

— Надеюсь, ты не исчезнешь, если я оставлю тебя на несколько минут, — сказал Вэнсент. — Я возьму нам кофе.

Она ждала. Смотрела в окно, на дождь. Уголки губ приподнимались в улыбке, и она сама не понимала почему. Или отказывалась признавать очевидное.

Через несколько минут он вернулся с двумя чашками. Поставил перед ней ту, что была с молоком и шариком ванильного мороженного.

— Глясе на безлактозном, — сказал он. — Твой любимый.

Она улыбнулась, взяла чашку и почувствовала тепло.

— Откуда у тебя такая уверенность, что я люблю именно его?

— Я уже говорил, что я просто слишком самоуверенный, — он сел напротив неё. — А если серьёзно, то я многое о тебе знаю. Ты ненавидишь остывший кофе. Ты пауков боишься больше, чем летучих мышей. Что ты дочитала книгу, а потом написала рецензию в свой телеграм-канал.

— Ты это уже говорил и слушать в реальности, это жутковато, знаешь ли.

— Я просто хочу, чтобы ты знала — я не враг тебе.

Стэйси посмотрела на него оценивающим взглядом. Он был красив. Опасен. И почему-то она верила ему.

— Ты мой личный демон? Как ангел-хранитель типа? — спросила она, вопросительно выгнув бровь.

Он улыбнулся уголком губ.

— Что-то вроде того. И да, я здесь, чтобы защищать тебя.

Слова не нашлись. Она сделала глоток. Кофе был идеальной температуры, такой, какой она любила.

— Итак, я живу в твоём доме, — сказал он. — В 124 квартире. И учусь на параллельном потоке. И, судя по всему, ты никогда меня не замечала.

Девушка почувствовала, как её щёки залились румянцем.

— Я… я правда не замечала… Прости.

— Я знаю, — он усмехнулся. — Обидно вообще-то. Но я тебя не виню. Ты всё время уделяешь на учёбу, кажется, в последнее время на улицу выходишь редко.

Она улыбнулась, и внутри неё разрушилась небольшая стена, которую она выстраивала все эти годы после первых отношений. Появлялось что-то новое. Тёплое. Страшное. Настоящее.

Ливень за окном разыгрался. Вэнсент посмотрел на улицу, поморщился.

— Я провожу тебя, не хочу, чтобы ты промокла и потом простыла.

Они вышли из кофейни, когда дождь начал чуть утихать. Двигались прогулочным шагом по мокрой улице. Вэнсент держал зонт над ней, и она чувствовала себя… защищённой.

У двери квартиры он остановился.

— Спасибо, — прошептала она.

— За что?

— За кофе. За то, что не дал мне сойти с ума окончательно.

Он улыбнулся и поцеловал её в щёку. Легко. Едва касаясь.

— До завтра, Стэйси.

Она зашла в квартиру. Её сердце билось так, будто она только что пробежала два марафона подряд. А потом на пороге появилась собака. Маленькая, белая, пушистая, она вертела хвостом и смотрела на неё так, будто ждала всю жизнь.

— Папа?! — крикнула Стэйси.

Отец вышел из гостиной, улыбаясь.

— Ты же всегда мечтала о собаке, малыш. Это мальтипу. Мы с мамой решили назвать ее Клеопатра. Теперь она твоя.

Стэйси опустилась на колени, не скрывая слёз счастья, и Клеопатра тут же лизнула её в нос. Она засмеялась. Впервые за последнюю неделю — по-настоящему.

Глава 7. Король Ада

Вечер наступил незаметно. Отец ушёл на работу, а потом позвонил и сказал, что останется на ночное дежурство. Когда только он успел уйти? Мама тоже была на работе. Стэйси осталась одна, если не считать сопящую Клеопатру и тяжёлого осадка, который всё ещё сохранялся после ситуации с Вэнди.

Она лежала на кровати, смотрела в потолок и не могла уснуть. Она взяла телефон, нашла Вэнсента среди подписчиков в своём телеграм-канале и начала с ним чат.

— Вэнсент, — писала она. — Ты спишь?

— Нет. Что-то случилось?

— Родители на работе. Я одна, если не считать Клеопатру, которая сопит, как трактор. И… мне не по себе что-то.

— Буду через пять минут.

Диалог закончился. Она открыла шкаф и смотрела на свои вещи. Кремовое платье висело на плечиках уже полгода — она купила его на распродаже, но ни разу не надела. Не было повода. Сейчас она смотрела на него и думала: «Сейчас или никогда». Она надела платье и покрутилась у зеркала. Сидит неплохо. Даже лучше, чем просто неплохо. А пульс частил, словно взмах крыльев колибри.

Звонок в дверь разорвал тишину квартиры. Она открыла. Вэнсент стоял на пороге, и его взгляд скользнул по ней, задерживаясь на секунду дольше, чем требовали приличия.

— Вау, — сказал он. — Ты… выглядишь сногсшибательно.

— Спасибо, — её щёки зардели.

Парень шагнул ближе, одна ладонь опустилась на талию, другая на затылок и прижал её к себе, вдыхая аромат её волос. Пихта и мята. Она почувствовала его запах. Сандал и мята. Он легонько приподнял её подбородок, не разрывая зрительного контакта, наклонился чуть ближе, давая ей возможность отстраниться, но она не отстранилась. Тогда он преодолел последние миллиметры и поцеловал её. Мир перестал существовать. Не осталось ничего, кроме их губ в этом танце. Это был её первый настоящий поцелуй. И он был идеальным.

— Пойдём прогуляемся? — спросил он, отстранившись, дыхание было сбито.

— А Клеопатра?

— Пусть спит. Квартиру охраняет. Мы ненадолго.

Стэйси посмотрела на Клеопатру. Улыбнулась. Они вышли на улицу. Ночной Бладлэнд был другим. Тихим, и редкие фонари освещали мокрый асфальт. Стэйси чувствовала себя счастливой. Почти.

— Стэйс, — сказал Вэнсент. — Ты мне нравишься. Не как просто знакомая. Как женщина. Я хочу быть с тобой.

Она хотела ответить, но камень на груди вспыхнул жаром. Она схватилась за него и зашипела от боли.

— Что такое? — Вэнсент в мгновение напрягся, взгляд стал цепким, всматривался в темноту.

— Не знаю… Камень… он просто… — она не договорила.

Потому что из тени вышел мужчина. В чёрном костюме, стаканом виски и ленивой, почти дружелюбной улыбкой. Но глаза у него были холодные — как у змеи перед нападением.

— Добрый вечер, — сказал он. Его голос звучал мягко, почти обволакивающе, но в нём чувствовалась сталь. — Не помешал?

Вэнсент шагнул вперёд, заслоняя Стэйси своим плечом.

— Кроули.

— Узнал всё-таки, — мужчина улыбнулся. — Молодец. А ты, дорогуша, выглядишь… впечатляюще. Не каждый день встречается демон в таком красивом платьице.

Тело Стэйси налилось свинцом. Руки похолодели, дыхание перехватило. Она смотрела на Кроули и не могла сопоставить факт того, что перед ними сейчас стоит Король Ада.

— Что тебе нужно? — спросил Вэнсент.

— Расслабься, Вэнсент. Просто поговорить, — Кроули перевёл взгляд на Стэйси. — Мы с тобой одной крови, дорогуша. В тебе течёт кровь демонов. И ты — ценный экземпляр. Очень ценный.

— Что? — выдавила она.

— Твой амулет, — Кроули указал рукой с бокалом на ожерелье. — Его подарил тебе отец. Но он принадлежал Дину Винчестеру. Он защищает тебя. Пока он на тебе — тебя сложно найти. Но если потеряешь…

Снова Винчестеры. Они что действительно существуют? Это просто чёртов сериал.

— Что будет, если потеряю?

— Тебя найдут все. Охотники. Демоны. Небесные войска, они же пернатые ангелы. И ещё куча сверхъестественной чухни. И ты перестанешь быть ценной.

Кроули улыбнулся, и от этой улыбки по спине Стэйси пробежал холод.

— Береги себя, девочка. Ты нам ещё пригодишься.

Он растворился в воздухе так же внезапно, как и появился.

Стэйси стояла и дрожала. Вэнсент обнял её, прижал к себе.

— Тише, моя хорошая, всё хорошо, — прошептал он. — Я здесь. Я рядом. Я держу тебя.

Они вернулись домой. Стэйси не помнила дороги, её ещё немного потряхивало, она скользнула в ванную, переоделась в пижаму, легла в кровать. Вэнсент обнял её.

— Спи. Я не оставлю тебя, — сказал он. — Чтобы ни произошло.

Она закрыла глаза. Тепло его рук и ровное дыхание успокоило её окончательно. Но где-то глубоко внутри все ещё пульсировала тревога. Кроули, демоны, Винчестеры — она боялась подумать о том, что ждёт её завтра.

Но сейчас, в этот момент, она позволила себе отпустить контроль и просто быть.

Глава 8. Винчестеры

Стоило Стэйси открыть глаза, и она поняла — это не её комната.

Вместо привычного потолка — тёмные каменные своды, видимо подвал. Вместо одеяла — грубые пластиковые стяжки, которые впивались в запястья. Она попыталась освободиться — стяжки врезались в кожу глубже.

— Проснулась, — раздался голос.

Перед ней стояли двое. Один — с длинными волосами, высокий, смотрел на неё с лёгкой жалостью. Второй — ниже, широкоплечий, смотрел так, словно она была не человеком, а его личной проблемой.

— У кого контракт моего брата? — спросил длинноволосый.

— Я понятия не имею, о чём вы говорите, — выдавила Стэйси. — Немедленно отпустите меня.

— Ага, как же, — второй усмехнулся. — Сладенькая, либо ты сейчас же говоришь, где мой чёртов контракт, либо мы будет решать вопросик по-другому.

Стэйси стиснула зубы, чтобы не закричать во все горло. Стяжки натирали кожу, она чувствовала, как по её рукам стекает кровь на пол подвала.

— Дин, — сказал длинноволосый. — Может, не надо? Может, она действительно ничего не знает?

— Отойди, Сэмми, — Дин оттолкнул брата.

Дин? Сэм? Она знала только двух людей с этими именами. Охотников. Винчестеров. Но ведь они сериальная выдумка? Или нет? Она уже ничему не удивится.

Стэйси прикрыла глаза, чтобы подготовиться к худшему исходу. А потом услышала знакомый голос.

— Отойдите от неё.

Она медленно открыла глаза. Вэнсент стоял в дверном проёме подвала, свет приглушённо падал на него, охватывая спокойный, но опасный силуэт.

— Дин, остановись, — сказал он. — Она ничего не знает. Она моя девушка.

— Вэнсент, — Дин не двинулся с места. — Ты уверен в ней?

— На все сто, Дин.

Дин смотрел на Стэйси. Долго. Пристально. Его взгляд не отпускал её ни на секунду, а потом перевёл взгляд на её ожерелье.

— Откуда у тебя это?

— Отец подарил, — сказала она.

Дин задумался, потом повернулся к Сэму и кивнул.

— Отпусти её, Сэмми.

Сэм срезал стяжки ножом, и Стэйси почувствовала, как кровь приливает к онемевшим рукам. Она растёрла запястья.

— Спасибо, — прошептала она.

Дин улыбнулся — странно, почти дружелюбно. Почти.

— А ты смелая, девчонка.

Она хотела ответить, но ожерелье снова обдало её грудь жаром. Сильнее, чем когда-либо.

— Что-то происходит, — сказал Вэнсент. — Люцифер идёт.

— Твою мать… Сэмми, я не позволю ему использовать тебя в качестве вместилища, — Дин схватил Сэма за руку. — Уходим. Сейчас же.

Они исчезли так же внезапно, как сама Стэйси появилась в этом подвале. А потом тихой, уверенной поступью, в подвал вошёл он.

Люцифер. Высокий, в чёрном костюме, с лёгкой, почти скучающей улыбкой.

— Ты избранная, — сказал он, глядя в глаза Стэйси. — Я знаю, кто ты.

Она ничего не ответила. Только смотрела на него и ощущала, как страх скручивает желудок в тугом, болезненном спазме.

— Запомни моё лицо, — улыбнулся Люцифер. — Мы с тобой ещё обязательно встретимся. Когда ты будешь готова.

Он щёлкнул пальцами, и мир пошёл рябью.

Стэйси очнулась с криком. Она села на кровати, тяжело дыша. Простыни были мокрыми от пота, сердце колотилось где-то в горле. Комната была пуста, она поняла, что Вэнсент ушёл спустя некоторое время после того, как она уснула. Никаких каменных сводов. Никаких стяжек. Никаких следов крови на запястьях, но боль всё ещё пульсировала в суставах, она инстинктивно растёрла запястья.

Только в комнате стоял запах серы. Запах присутствия. Она не понимала, почему он всё ещё приходит к ней во сне, если они могут видеться в реальности. Но спрашивать не собиралась — боялась, что останется одна со своими кошмарами.

Стэйси быстро достала свой телефон, открыла контакты и нажала на номер Вэнсента. Гудок, второй. Соединение.

— Приди, — сказала она, когда он ответил. — Пожалуйста. Мне до чёртиков страшно.

Он пришёл к ней спустя минуту, она не поняла, как он попал в квартиру, видимо, он её не закрывал, когда уходил. Значит, уходил он ненадолго.

— Тихо, моя хорошая, — прошептал он, поцеловав в макушку. — Я здесь. Я держу тебя.

— Я видела их, — сказала она. — Винчестеров. Я видела их во сне. И Люцифера. Он сказал то же самое, что и ты, что я избранная.

— Не волнуйся, — он взял её лицо в руки, поцеловал в лоб. — Мы справимся. Я не дам тебя в обиду.

Ей хотелось верить ему. Действительно хотелось.

Но где-то глубоко внутри она понимала — это начало чего-то большего.