Путешествие мечты, или по реке Бердь

Мне стало неудобно перед его сыном, хотя я его и не знаю, но неудобно за то, что его со мной сравнивают. Я не считаю себя каким-то особенным, да и мой отец тоже вечно мной недоволен: всё я не то и не так делаю, и вообще он хотел другого сына, не такого, как я. А как по мне, так: вот есть человек, ну и радуйся, чего вам надо? Неужели я тоже таким когда-то стану? Бррррр.

– Ну, у каждого человека свои интересы, – постарался я смягчить ситуацию. – Не обязательно всем костры разводить.

– Наверное, да, – без особого энтузиазма согласился он.

– И уха-то совсем простая, – продолжаю я тему, – картошки порезал, рыбу почистил и соль. Ну ещё лавровый лист добавил. Ничего особенного.

– Всё равно, я бы тоже хотел так.

Тут как раз подошёл отец и дядя Миша. Они уже слышали последние слова и говорят ему:

– Так давай с нами, ухи? А?

– Нет, – ответил рыбак, – спасибо! Поеду домой. Какой я рыбак, рыбы наловить не могу.

И, наверное, он прав, что ему тут делать среди чужих людей. Нужно со своими искать общие интересы.

Ветер жизнь в природу вдохнул И во всё, что в природе есть, И во всё, что дано любить – А всего нам, увы, не счесть. Я ушёл, а ветер с ладьёй Продолжали спор вдалеке. Отражение облаков Растворилось в бурной реке. Только заросли тростника Разлились, как море, кругом, Я плыву на лодке, а она Малым кажется лепестком… (Константин Кинчев, группа АлисА – Лодка. Слова – китайский поэт Су Ши. Перевод И.С. Голубева (1975 год). ) Глава 4

Улучшив наш плот, мы отчалили и увидели: на берегу рыбачат двое – отец с сыном, а рядом у них лодка «Нырок-2». Переговорили с ними, пока проходили мимо, и ушли за поворотом реки.

Как хорошо просто лежать на плоту, а если стало жарко, прыгаем в воду. Вот так и идём: купаемся, ныряем под плотом и вообще отдыхаем по полной.

– А хорошо бы ещё костёрчик прямо на плоту, – начал мечтать я.

– Да, здорово, – согласился Серёга. – Можно чай кипятить прямо на ходу. Это было бы интересно.

– Ага, да и обед приготовить можно при случае, – продолжаю рассуждать я. – Дровами только запастись.

– Нужно тогда сделать специальную площадку из досок, а на них костровище из металла типа чаши.

– Да, а ещё можно глиной обмазать чашу, да потолще слой, чтобы плот не спалить.

– Согласен, а вечерком, вообще, было бы здорово, – произносит Серёга, откидываясь на рюкзак и глядя в небо. – От комаров и мошки костёрчик хорошо помогает, да и просто прикольно.

– Точно, а хорошо бы ещё палатку на плоту прямо поставить! – я тоже откинулся на рюкзак и стал смотреть в небо на облака.

Вот размечтались! Но в этот раз уже без костра, а на будущее обязательно подумаем, как это можно реализовать.

Через какое-то время, к нашему удивлению, нас догнали другие туристы-водники, вроде бы японцы. Не знаем, откуда они тут, но на русском говорят нормально. Может, семьи, может, просто коллеги, и работают тут в Сибири, а кто их знает. Идут немножко побыстрее нас, на вёслах, на трёх катамаранах-двойках: один впереди, и ещё два – с полкилометра сзади. Серёга всё подробно расспрашивает у них: откуда идут, как катамараны делали и пр. Выяснилось, что идут они уже пятый день от деревни Егорьевское, а начали сплав по реке Суенга, которая впадает в Бердь выше городка Маслянино. Катамараны вроде бы заказывали изготовить где-то, специально для сплава. На каждом катамаране привязаны специальные каски. Неужели там река настолько бурная?

– А как там вверху река, течение сильное? – спрашивает у них Серёга.

– Ууу… там вверху есть такое… На реке Суенга сильное течение, пороги, – отвечает один из японцев. – В одном месте по берегу катамараны переносили.

И тут у нас, а особенно у Серёги, появилась новая мечта: пройти когда-нибудь по реке Суенга.

Японцы предложили нам вместе встать лагерем на ночёвку, так как уже вечереет, но мы предпочитаем идти сами по себе и отказались, решив сегодня идти по реке до самой темноты, хотя, наверное, напрасно: большим коллективом на ночёвке надёжнее.

Через какое-то время прошли деревню по правому берегу. Вечереет, и уже темнеть начало, а тут впереди послышался сильный шум воды. Когда подошли ближе, увидели, что начинаются перекаты: волны стоят по полметра, целый каскад перекатов, течение быстрое, воздух наполнился брызгами и влагой. Помчались очень быстро и весело. Плот на каждой волне, громко хлопая баллонами о воду, несётся между островков, покрытых камышом, целых зарослей камыша. Потом ещё перекаты и снова. Прошли легко, может, где-то и цепляли за камни, но без остановок. Вот бы побольше таких мест! После перекатов на косе увидели полусдутую камеру от грузовика, а ещё чуть-чуть подальше – рыбака на правом берегу. Спросили у него, какая деревня будет следующая. Он ответил, что дальше неподалёку деревня Девкино, ну, а та, что мы прошли, – село Усть-Чём, а речка – Чём.

Уже совсем стемнело, давно пора место для ночёвки искать подходящее. Остановились почти сразу за деревней, но всё же и не слишком близко. Тут как раз хорошее место для ночёвки слева по течению попалось: высокий чистый берег, рядом овраг, лесочек и заросли кустарника, а так место открытое, и никаких дорог или троп нету, значит, никто тут не ходит.

Развели костёр, сразу поставили котелок с водой. Как вода закипела, закинули вариться пару суповых пакетов «суп мясной с овощами», чтобы горяченького похлебать перед сном после долгого дня. Поели и отдыхать, так как уже поздно совсем. Палатки у нас с собой нет, поэтому ночевать будем просто у костра под открытым небом. Перед тем как заснуть, мы ещё долго всматриваемся в бескрайнее звёздное небо. Говорим о Вселенной, о её размерах, насколько она бесконечно огромна и как вообще такое может быть. Потом постепенно засыпаем под запах луговых трав и негромкий шум реки, накрываясь одеялами с головой. Ночью всё же жутковато в лесу, но сегодня нас трое, горит костёр, а значит, всё хорошо.

Глава 5

Спалось под звёздным пологом хорошо и спокойно, но часам к шести утра погода переменилась: набежали тучи и стал накрапывать дождь, а это весьма неприятный момент. Что делать? Или шалаш какой строить от дождя, пережидать дождь, или дальше идти? Мы с Серёгой предлагаем идти дальше по реке. Нет смысла пытаться переждать, может, он надолго зарядил, всё равно промокнем. Поэтому, не дожидаясь начала ливня, быстро прячем одеяла и тёплые вещи в рюкзаки, чтобы сухими сохранить. Загружаемся на плот и, хотя ещё очень рано, отчаливаем и в путь. А вообще, под дождём даже интереснее и необычнее. В крайнем случае залезем в воду, и никакой дождь нам не страшен, но это шутка, конечно.

А дождь тем временем только усилился и превратился в настоящий тропический ливень: вода льётся с небес сплошным потоком. Да и не просто ливень, а с грозой. Кругом сверкают молнии, гром грохочет так, что даже жутко становится. Задумываешься, а насколько вообще безопасно находиться на воде в грозу. А если молния в плот ударит? Но деваться-то нам всё равно некуда, да и молния в деревья скорее будет бить, чем в плот на воде. В какой-то момент гром так сильно ударил прямо над нами, что показалось, будто даже плот просел в воду от ударной волны, а может, и не показалось. Вода в реке «кипит» от ливня и идёт пузырями, сильный запах дождя, грозы и леса. Промокли полностью, только рюкзаки накрыли куском полиэтилена, но дождь на удивление тёплый. Идём будто в тропиках, по тропической реке. М-да, нечасто в таких условиях оказываешься, вот они, приключения! А Серёга – мастер на всякие шутки, болтаем о разном, обсуждаем происходящее и природу вокруг. Уже хочется чего-нибудь перекусить, костёр в такую погоду не развести, настолько всё мокрое, поэтому и останавливаться не будем, перекусим прямо на плоту, без остановки. Достали из рюкзака консервы «Завтрак туриста», нарезали хлеба, так и едим прямо под дождём, только ложки по банке стучат. Хлеб сразу промок, в консервы быстро набирается дождевая вода, но мы не обращаем внимания на это, так есть охота. Я подумал, что неплохо бы какую-то брезентовую шляпу для такой погоды, чтоб по голове и лицу вода ручьями не текла. Конечно, шляпа тоже промокнет, но наверняка будет гораздо приятнее в дождь.

Впереди справа на горе показался скальный выход. Хотя по сути Салаирский кряж уже остался позади, но тут ещё есть холмы по правому берегу и встречаются скальные выходы. Скалы – это всегда интересно, есть в них что-то таинственное, ведь им несчитанное количество лет, чего они только не видели. Во-первых, могут быть какие-то наскальные рисунки или отпечатки древних растений, во-вторых, могут быть пещеры или гроты.

«На протяжении сотен миллионов лет, по крайней мере, 570 млн лет назад, Западная Сибирь, включая и всю территорию Новосибирской области, представляла собой дно древнего тёплого моря – Палеоазиатского океана. В течение многих миллионов лет море периодически то отступало, то снова наступало на территорию Западной Сибири и каждый раз оно оставляло толщи осадочных отложений, в которых навечно запечатлелись образы древних морских животных – окаменелости.» ( https://www.balatsky.ru/NSO/paleo.htm )

Отец зачем-то придумал название этому месту: «Дозорный камень». Типа, очень подходящее место для наблюдения за рекой, если, например, какой-то острог был тут когда-то построен. Что, конечно, вряд ли, но отец постоянно фантазирует. Вообще, он больше живёт в книгах о приключениях, чем в реальности.

Часа через два пути встретили ещё одну группу туристов-водников. По правому берегу стоит несколько палаток, тишина, слегка дымит костровище, один человек в дождевике только стоит на берегу. Поговорили с ним, узнали, на чём идут, откуда. Они сплавляются семьями на байдарках от городка Маслянино, но из-за непрекращающегося дождя пережидают на берегу, сидят в палатках, в карты играют. А нам уже всё равно, идём прямо под моросящим дождиком, и нормально.

Всё же к обеду дождь прекратился, и выглянуло солнце. Снова стало жарко, вот уж как в тропиках: дождь закончился, и жара сразу. Мы решили пока не делать остановку, идти дальше, да и одежда обсохнет на ветерке и солнце. Немножко не доходя деревни Девкино, в Бердь впадает родник. Вода для питья нам нужна, мы причалили, набрали чистой холодной воды в Серегину канистру, которая с нами была в прошлом походе на Бердь. Набрали воды, идём дальше.

Прошли деревню и очередные перекаты. Практически сразу за деревней русло реки расходится в разные стороны, скорее всего, образует большой остров. Остров – это же вообще здорово, тем более необитаемый, можно недолго побыть Робинзонами. Отец повёл плот направо, по наиболее широкому руслу, ну, а мы с Серёгой хотим пересечь остров пешком, пройти разведчиками, посмотреть, что тут интересного. Мы спрыгнули на берег и босиком пошли по левому берегу острова. Остров весь заросший довольно высоким кустарником, не продерёшься. Вот бы построить тут хижину в зарослях и пожить тут недельку, но и так очень здорово исследовать место, когда всё снаряжение и рюкзаки движутся на плоту по реке. Идти пришлось довольно приличное расстояние, километра два, пока, наконец, левая протока снова соединилась с правой. Хотели дать своё название острову, но что-то ничего не пришло подходящее на ум. Хотя, впрочем, наверняка остров, за плотной стеной кустарника, скрывает какую-нибудь тайну. Может быть, хижину, которую построили такие же, как мы, любители природы. Может, тут, кроме нас, кто-то захотел немножко пожить вдали от цивилизации. Значит, можно назвать его «Таинственный остров».

Глава 6

В этом путешествии я не только путешествую, но и постоянно исследую местность на предмет доисторических находок, потому что когда-то давно, лет в четыре-пять, отец впервые привёз нас с сестрой на дикий берег реки Бердь. С тех пор я полюбил эту реку, и до сих пор она у меня связана с чем-то тайным и загадочным. И неудивительно, ведь она течёт вдоль Салаирского кряжа, а главное, отец сказал тогда, что здесь давным-давно жили мамонты и туробизоны. Это произвело на меня ещё более сильное впечатление. О мамонтах я тогда уже знал из книг «Пещерный лев» и «Борьба за огонь». Вообще-то, слово «туробизоны» (не «турбо») он узнал из книги Юрия Третьякова, и больше такая формулировка нигде не встречается. Ну а с другой стороны, есть же овцебык и зубробизон, так почему бы не быть и туробизону?

И вот что по этому поводу говорят наши современники-палеонтологи: хотя бизоны в наше время живут только в Америке, в древности они действительно жили в Сибири. Более того, изначально бизоны – это южно-азиатская группа, потом сибирская и только позднее американская.

Ещё в эпоху позднего плейстоцена, от 125 до 12 тысяч лет назад, в нашем сибирском регионе было самое большое разнообразие крупных животных на планете. Это и бизон, и шерстистый носорог, пещерный лев, пещерный медведь, широколобый лось и много других видов, ну и мамонт, конечно.

Сегодня невозможно утверждать, когда именно исчезли мамонты в Сибири, так как, по некоторым оценкам, это произошло пятнадцать тысяч лет назад, а по другим – всего лишь четыре тысячи лет назад. Но в некоторых отчётах путешественников ещё в XVII-XVIII веках они встречали в Сибири, по пути в Китай, удивительных мохнатых животных и видели огромные следы от круглых лап.

И вот, мне очень хочется найти древние останки мамонта, но пока я ничего такого не обнаружил. Наиболее перспективным местом мне кажутся крутые обрывистые песчаные берега, которые река подмывает каждую весну. Оттуда может открыться то, что было скрыто веками, но и по каменистым берегам всё тщательно исследую.

«На всей территории Новосибирской области очень хорошо представлена мамонтовая фауна. В целом по Новосибирской области чаще всего встречаются кости первобытных бизонов и древних лошадей. Очевидно, что в ледниковом периоде просторы Южной Сибири населяли огромные стада этих копытных. На втором месте по встречаемости кости шерстистых носорогов, третье место уверенно держат мамонты. Если отпечатки морской фауны и древних растений можно найти только в правобережной части области, где на поверхность местами выходят палеозойские породы, то костные остатки мамонтовой фауны находят по всей территории области.» (https://www.balatsky.ru/NSO/paleo.htm)

Надо отметить, что мне всё же удалось найти зуб мамонта на одном из каменистых берегов Берди, но значительно позже, не в этот раз. Я думаю, что вероятнее всего этот зуб принесло на тот каменистый берег течением во время паводка, а это означает, что где-то, возможно до сих пор, есть и целый скелет мамонта.

Глава 7

Идём по реке до трёх часов дня, потом причалили к левому, высокому берегу на обед. Развели костёр, поставили котелок на огонь, заодно подсушили вещи, которые ещё не высохли. Серёга быстро начистил картошки, нарезал и закинул их в котелок, потом засыпали в котелок два пакета супа: «Звёздочки» с овощами и зеленью. Когда суп был готов, я погрузил котелок с супом в реку, чтобы охладился быстрее. Утонуть он не утонет, главное – воды не зачерпнуть. Пока я охлаждал суп, Серёга нарезал хлеб, лук и плавленый сыр. Потом мы разлили суп по чашкам и не спеша обедали, сидя на берегу и свесив ноги с обрыва. Чай кипятить не стали, и так жарко. После обеда сложили вещи на плот, а сами погрузились в реку и отчалили: плот впереди, а мы за ним.

Мы решили ещё улучшить настил плота и притормозили возле зарослей камыша, которых на реке огромное количество, чтобы нарвать побольше и настелить им плот ещё получше, да и будет удобнее.

Камыш мы почему-то называем тростником, хотя это неправильно. Тростник похож скорее на бамбук, а этот камыш круглый, он и есть самый настоящий камыш:

Камыш озёрный – многолетнее травянистое растение семейства осоковых, высотой до 150 см. Разрастается достаточно быстро, листья трубчатые, тёмно-зелёного цвета, круглые в диаметре, длинные. Растение имеет раскидистый вид. Растёт в зонах мелководья, болотистых местах. А тростник иногда путают с бамбуком, однако в ботаническом плане это совсем другое растение, являющееся вариацией ротанговой пальмы.

Пока рвали камыш, на нас ещё сильнее накинулась мошка и комары, особенно сильно покусали отца: он больше всех рвал и совсем не отмахивался. Хорошо, что у меня с собой был вьетнамский бальзам. Отец намазал им покусанные места и сказал, что я спас его от вымирания, типа как мамонта, что ли, ну или по крайней мере, как папонта.

И тут нас догнала лодка «Нырок-2». Отец с сыном, которых мы вчера видели, оказывается, не просто рыбачили, они тоже сплавляются по Берди до Искитима. Вот молодцы!

– Здравствуйте! – обратились они к нам. – Хорошо, что с вами всё в порядке, а мы уже запереживали!

– И вам здравствуйте! – ответили мы. – Рады вас снова видеть. А что переживали?

– А мы, когда утром сегодня прошли перекаты после Усть-Чёма, видим на берегу камеру от грузовика валяется и какие-то жерди. Уже подумали, что ваш плот разметало на части волнами, – то ли в шутку, то ли всерьёз сообщают они нам. – Уже думаем, сами-то хоть вы живы, а то в темноте вчера, если такое произошло, могли и не выбраться. Уже думали, сообщить кому-то надо.

– Ну да, точно, мы тоже видели, там камера на берегу валялась, – отвечаем им мы. – Ну, а вообще, нормально так промчались в том месте, нам понравилось.

– Да, река в том месте быстря, – подтвердили они. – А мы на Берди пару раз за лето рыбачим и сплавляемся, обычно с одной ночёвкой. А вообще, в Искитиме живём.

– Ну, а мы из Линёво, Электродный завод, может, слышали?

– А… С Электродного, да, знаем, конечно.

Потом ещё немножко пообщались с ними, и они скрылись впереди за поворотом реки. Ну а наш плот идёт дальше, вместе с течением, никуда не спеша, унося с собой нас троих путешественников.

Где-то должна появиться деревня Харино, но деревни пока нет видно. Мы с Серёгой пока болтали и фантазировали, спать захотелось: ночью поспали мало, с утра рано на ногах, потом под дождём, а сейчас разморило так, что в сон начало клонить. Я уснул, Серёга вроде тоже. А отец, пока мы спим, оказывается, решил написать дневник нашего путешествия, может, потом, когда-то, нам с Серёгой будет интересно почитать и вспомнить. Поэтому он достал специально захваченную с собой школьную тетрадку, авторучку и делает записи, пока мы дрыхнем.

Погода начала портиться: снова стали собираться тучи, сверкали молнии. Да что ж такое! Мы с Серёгой проснулись.

– Давайте шалаш какой-нибудь построим, прямо на плоту, тогда и под дождём идти сможем, – предложил тогда я.

– А что, мысль хорошая, давайте построим, – поддержал идею Серёга.

– Можно, в общем-то, попробовать, – согласился отец.

И мы приступили. Причалили к берегу, чтобы нарезать веток и травы. Строить будем сразу на плоту. Сначала срубили подходящие жерди и связали из них простенький каркас. По сути, это по две жерди домиком, а на них сверху – одну продольную, типа конька на крыше. Ну и ещё пару штук по бокам, и пару оттяжек, чтобы конструкция не сложилась. Получится двускатная хижина на плоту. Теперь накидаем сверху как можно больше веток и травы. И вот, через час работы шалаш готов. Наш плот стал выглядеть ещё более живописно, похож на зелёный плавучий остров. Как выяснилось, шалаш от дождя полностью не спасает, но всё же приятнее, чем под проливным дождём. Под ветки на крышу мы постелили кусок полиэтилена, но слишком маленький, поэтому по бокам шалаш протекает. Ну а без полиэтилена шалаш от дождя совсем не защитит.

А через какое-то время нас снова догнала группа японцев на катамаранах, от которых мы ушли в районе Усть-Чёма. Они-то там остановились, а мы ушли дальше.

Уже в сумерках показалась деревня Харино. Прошли деревню и сразу причаливаем к берегу на ночёвку. В этом месте правый берег высокий, обрывистый, хороший для ночёвки, но течение несёт нас, и нам никак не удаётся зацепиться. Но тут как раз по правому берегу есть мысок небольшой, с кустарником, и нам удаётся ухватиться за ветки тальника: сначала я, а потом и Серёга. Подтянули плот к берегу и крепко привязали к кустарнику, тут внизу его и оставим, лишь бы не оторвало и не утащило течением, а наверх его в этом месте никак не затащить: берег крутой и высокий.

Поднялись на берег. Место удобное для ночлега: открытая местность, окружённая кустарником, неподалёку лесок. Дрова найдём, только уже так темно, что искать их нужно с фонариком. Пошли за дровами сразу все втроём, нашли сухое поваленное дерево и потащили его к берегу. Развели костёр, поставили на огонь котелок. Занялись подготовкой ночлега. Спать будем опять под открытым небом. Я соорудил себе лежанку у костра: побольше травы нарвал, чтоб мягче спать, одно одеяло поверх травы, другим укрыться с головой – и можно спать. Конечно, трава быстро примнётся и будет жёстко, но лучше, чем просто на земле. Зато под открытым небом – это мне нравится, у костра особая атмосфера, в палатке такого не будет. Громко кузнечики стрекочут. Отец сказал, что есть примета: вот сейчас угли в костре быстро покрываются золой и тлеют тускло – значит, завтра будет хорошая погода. А вот если, например, угли костра ярко вспыхивают – тогда, вероятно всего, скоро начнётся гроза. Ну а если угли костра ярко тлеют – погода скоро ухудшится. Получается, нас ждёт хорошая погода, это хорошо. Ну не знаю, такую примету, чтобы понять правильно, нужно часто у костра ночевать.

Я потихоньку задремал, а ночью на землю тихо и незаметно пришёл очень густой туман, да такой густой, что всё отсырело чуть ли не как под дождём. Вместе с туманом пришёл холод и пробрал до дрожи. Надо бы костёр развести, но так не хочется подниматься. Хорошо, что Серёга о всех позаботился: поднялся, раздул костёр, накидал дров побольше. Костёр весело затрещал, стало теплее, и я снова заснул. Дрова сырые, щёлкают, летят искры. В итоге, как выяснилось утром, у меня прогорела в паре мест куртка, а у Серёги – одеяло. Но это, в общем-то, ожидаемо: если спишь у костра, нужно об этом помнить. Хорошо бы укрываться каким-то брезентом поверх одеяла, если под открытым небом у костра ночуешь, а желательно ещё и с влагоотталкивающей пропиткой.

А утро выдалось отличное: туман рассеялся, примета про погоду оказалась верной. Но всё равно, пока ещё прохладно, солнце только встаёт. Это где-то в городе, если утром из дома выйти, может казаться, что тепло, а на реке с утра прохладно, даже очень. Потихоньку начали двигаться, разминаться. Я подошёл к берегу реки, посмотреть на красоту и проверить плот. Плот за ночь никуда не делся, так и стоит на воде, крепко привязанный, на течении покачивается. Я вдохнул полной грудью, расставил руки, стараясь как бы обнять весь окружающий пейзаж: и реку, и небо. Красота! Чтобы быстрее адаптироваться к окружающей температуре, мы быстро раздеваемся и запрыгиваем в реку искупаться. Мы и на рыбалке так делали часто. Уххх, хорошо! Главное – за плот крепко держаться, течение сильное, может унести. Потом выходим, и уже вполне можно обходиться без курток.

За общением и разговорами развели костёр, сварили кашу на завтрак, разложили по тарелкам. Я сполоснул котелок и снова зачерпнул воды из Берди, поставил на костёр. Чай заваривать будем, возьмём его с собой на плот, и уже в пути будем пить чай с пряниками и конфетами.

Хижину на плоту решили не разбирать, хотя она и занимает большую часть плота. Но ведь с хижиной плот выглядит гораздо живописнее, да и просто жалко разбирать. Решено – оставляем. Может, наоборот, от солнца будем скрываться, когда в полдень начнётся пекло.

Глава 8

Часам к одиннадцати над лесом показался террикон Горловского разреза. Немножко техно-пейзажа для разнообразия. Река близ разреза очень сильно петляет, и получается так, что вот мы вроде уже прошли разрез, и он остался позади, но вот опять он впереди, возвышается над лесом, ну просто – фантастика. Снова проходим мимо и удаляемся, но вот он снова оказывается впереди, потом река поворачивает, и мы снова удаляемся.

Дошли наконец и до деревни Горлово. Собственно, самой деревни-то уже нет давно, но название осталось, а в этом месте ведутся разработки угля. Планировалось, что карьер пройдёт прямо по деревне, поэтому всю деревню выселили. Даже домов не осталось, а если походить по округе, то можно найти только ямы прямоугольной формы, заросшие травой, на местах, где когда-то дома были. Ну а сами дома то ли разобрали и перевезли, то ли на дрова пошли, а кто его знает.