Путешествие мечты, или по реке Бердь

И вот однажды Серёга принёс в школу короткие такие лыжи, а по сути детские лыжи «Снежок». По конструктиву они правда сказать совсем не детские: с широкими носами, толстые и прочные. Серёга поставил на них крепления под ботинки от обычных беговых лыж и гонял лыжным коньковым шагом, почти как на коньках.

После этого я тоже побежал в ЦУМ, в отдел спорттоваров, купил там такие же лыжи и крепления для ботинок. Стоило всё очень недорого, прямо копейки. А потом дома мы с Серёгой устанавливали крепления и гоняли потом всю зиму на этих лыжах по накатанным склонам оврагов, типа слалом. А иногда их же приносили и на физкультуру, ведь тащить их намного проще: компактные и удобные. И это всё было очень здорово. Да и сейчас тоже катаемся, но редко, в основном в училище на физкультуре. Серёга всегда бегал очень хорошо, мне сложно бывало за ним держаться, точнее, я отставал, но было за кем тянуться.

В квартире у Серёги всегда образцовый порядок и какой-то особый стиль: не вычурный и не дешёвый. Вроде всё просто, но в то же время классно. Хотя квартира по планировке в точности такая же, как у моей семьи, но по содержанию – совершенно другой мир. Мне очень нравится бывать в гостях у Серёги. В комнате у него стоит проигрыватель виниловых пластинок «Арктур-003» и большие акустические колонки по углам комнаты, а ещё и стереонаушники. В нише оборудована фотолаборатория, где мы с Серёгой бывало печатали фотографии. Да и вообще, мой друг Серёга – надёжный и очень сильный человек, самостоятельный, уравновешенный, да и просто хороший друг.

Ну а сейчас мы все учимся в одной группе в нашем училище: и Серёга Антошин, и Костя, и Серёга Портнягин. Скажу больше: именно мой друг Серёга Антошин меня туда перетащил, за что ему огромное спасибо, ведь тут я встретил своих лучших друзей – Костю и Серёгу Портнягина! Училище наше создано при нашем же заводе для подготовки будущих специалистов, оно только в этом году открылось, и мы будем самым первым выпуском. Мастера производственного обучения все после институтов, молодые, красивые, хорошо одетые, увлечены своей работой. Ну и мы, ученики, тоже в основном все в хороших костюмах, в рубашках. Приятно посмотреть вокруг, когда утром, перед занятиями, всё училище – а это и группа сварщиков, и группа поваров, швей, ну и мы, КИПиА, – собираемся все вместе в фойе на утреннюю линейку. Первый курс мы учились прямо при заводе, в здании заводоуправления Новосибирского электродного завода, а со второго курса переехали в новенькое, только что отстроенное здание училища. А это новенькие аудитории с новой мебелью, мастерские с оборудованием, спортзал со всяким инвентарём, стадион с трибуной и стрельбищем в подвале под трибуной, просторный актовый зал, где у нас не только проходят мероприятия, но и дискотеки. Лично для меня атмосфера в училище самая прекрасная, какую можно представить: много красивых девушек, много друзей, все дороги открыты перед нами, всё будущее – наше. Но мы живём не только будущим, мы живём прямо здесь и сейчас, живём насыщенно и весело. Мир мне представляется огромным и светлым, в котором возможно всё. И может, мы и не самые лучшие и мотивированные в мире ученики, нам всего-то по пятнадцать лет, но мы стараемся.

Позднее, в 1985 году, Костя познакомил нас с Сашкой Пчельниковым. И вот теперь мы все вместе, дружной компанией, уже второй год строим для себя спортзал в подвале общаги-малосемейки. Причём всё это официально, на основании того, что мы – военно-патриотический клуб, организатор которого – секретарь нашего комитета комсомола и наш друг Кузнецов Витя. А кроме того, мы с друзьями в свободное время занимаемся тем, что вместе гоняем на мотоциклах, ремонтируем мотоциклы, ходим в походы – в общем, находятся общие интересы. Ну и общение, конечно, с друзьями и девчонками – это важно. Вечерком, если скучно, можно пойти по улицам посёлка, поискать компанию, или просто присесть на лавочку в определённых местах, покурить, подождать, может, ещё кто-то подтянется, компания соберётся, поболтать, пообщаться.

Глава 1

Сегодня мы встречаемся с друзьями у Костяна дома, чтобы спланировать наш поход. Мы хотим выйти в путь прямо в мае, не дожидаясь лета. У нас как раз есть свободное время, а в лесу сейчас нет комаров, да и клещей ещё не должно быть. Главное – обсудить детали: в каком направлении мы выдвигаемся, у кого какое снаряжение есть для похода и прочее.

Хотя ровно год назад мы уже ходили в мае в поход, и получилось довольно плохо, вот сейчас нас это нисколько не останавливает. Весна в этом году началась значительно раньше, чем в прошлом: давно установилась тёплая погода и сошёл снег. В прошлом же году, наоборот, весна была аномально поздняя. В лесу было столько снега, что без снегоступов никуда не пройти. Да и со снегоступами не стоило бы рисковать, потому что снег быстро таял, проваливался, а под метровым слоем снега текли настоящие реки, и это было очень опасно.

Так как праздник трудящихся в этом году выпадает на воскресенье, то в понедельник, второго мая, будет дополнительный выходной. Таким образом, если мы выдвигаемся в поход в субботу утром, получится поход на три дня с двумя ночёвками.

Но главное, нам нужно решить вопрос с демонстрацией первого мая, ведь мы обязаны на ней присутствовать. Чтобы нас в училище освободили от её посещения, нам нужна помощь нашего секретаря комитета комсомола. Мы решили попросить его написать официальное письмо на имя директора нашего училища. В письме будет указано, что вместо демонстрации мы, в честь первого мая, проведём марш-бросок в составе военно-патриотического клуба. По сути, это так и есть: больше марш-бросок, чем поход, ведь какой-то исследовательской цели он не несёт. Это просто выход на природу, чтобы пройти в достаточно бодром темпе большое расстояние со снаряжением в компании лучших друзей, проверить себя и получить новые впечатления.

Документ:

Теперь нам бы как-то определить маршрут похода, ну хотя бы примерно наметить путь.

– Вон там, на горизонте, – указывает Костя направление из окна своей комнаты, – виден густой лес, сплошная чёрная стена. Мы с Сашкой давно хотели туда отправиться, посмотреть, что там вообще находится.

– Я за! – поддерживаю я. – Мне тоже интересно.

– Пойдёмте лучше на Бердь, – предлагает Сашка Пчельников, – это по крайней мере понятное направление. А то придём мы в лес, а вдруг там ничего нет? Просто лес и всё. Потом спросят, куда мы ходили, а нам и ответить-то нечего будет.

Костя задумался и крепко затянулся папиросой.

– Да, пожалуй, что на Бердь будет интересно! Есть только риск, что не дойдём, как Сашка Носков с Серёгой и Женькой: в прошлом году не смогли дойти до Берди из-за снега и паводка. (Более подробно об этом в рассказе: «Путешествие мечты – на плоту по реке Бердь. Сплав поколений.».)

– Да-да, точно, в это же время ходили и не смогли пройти, – подтвердил я. – Но в прошлом году весна была необычно поздняя, а теперь-то уже снег сошёл давным-давно.

– Ну тогда пробуем на Бердь! – подвёл итог Костя.

На этом все и согласились.

А в назначенный день, рано утром, я взвалил на спину рюкзак, сказал домашним: «Пока!» – и вышел из дома. По пути я зашёл за моим другом Серёгой Портнягиным, и мы с ним, пройдя вдоль дома, на перекрёстке встретили Сашку Пчельникова, и уже втроём пошли к нашему другу Косте. Туда же подтянулся с огромным рюкзаком Серёга Антошин. Подождали Костю у подъезда его дома, потом сделали коллективное фото, и наше путешествие началось.

Глава 2

Вышли из посёлка, как обычно, по дороге в сторону Листвянки, потом свернули в луга, но не напрямую на Ургун, а немножко забрали вправо, ближе к реке Шипуниха.

И вот, на краю луга, мы увидели искусственный водоём вытянутой формы, размером, наверное, с два футбольных поля или чуть больше. Присели перекурить у воды. Очевидно, что водоём этот имеет искусственное происхождение, потому что по кругу выложен плотно подогнанными бетонными плитами, уходящими прямо в воду, и похож больше на водоотстойник, чем на озеро, хотя и зарос весь кустарником и камышом. Но вот только в отстойник должно что-то сливаться, а тут вообще ничего не сливается, а вода чистая, прозрачная. Сейчас-то весной тут только остатки сухого камыша, но зато уже прилетели утки и плавают в воде, держась подальше от нас. Может, они тут на отдых остановились во время перелёта, а может, и всё лето тут живут.

– А кто знает, что это за водоём тут вообще такой странный? – спросил Саня.

– Я не знаю, но странный, – согласился Костя, – а главное, вокруг совсем ничего нет. Кто его тут построил, когда и зачем?

– И откуда в нём вода берётся? – поддержал разговор Серёга.

– Я только знаю, что на той стороне водоёма крутой склон, а внизу река Шипуниха течёт, – поделился я тем, что знал. – Так вот, там сделан слив в реку из этого водоёма, типа шахты бетонной, а внутри вода льётся вниз, прямо как водопад, всё лето. Мы там когда-то бывали, несколько лет назад, с пацанами со двора, и даже внутрь заплывали – вода как вода, чистая.

А Серёга Антошин авторитетно отрезал:

– Кто-то же это делал, значит, зачем-то он нужен, просто мы не знаем.

Да, и в самом деле, никто из нас не знает, что это за сооружение и зачем, но очевидно, оно работает и выполняет какие-то функции. Загадка, впрочем. Может, что-то тут хотели строить, но не построили. А может, какой резервуар для охлаждения, но опять же, для охлаждения чего? На самом деле, вокруг завода нашего таких несколько. Вот, например, те, что около трассы Барнаульской, по ту сторону завода, они понятны для чего: в те отстойники при помощи потока воды удаляется шлак из котельной, а отстоявшаяся вода в Койниху сливается. Но есть ещё несколько штук по другую сторону завода, на внешний вид они давно заброшены и превратились в заросшие камышом, водорослями и плотной стеной тальника озёра. Мы там с отцом на уток охотились, когда я ещё в классе третьем учился. Так вот, они, похоже, не функционируют давным-давно, хотя кто знает. Ну, а вот этот совсем странный какой-то.

Отдохнув, мы двинулись дальше в путь, вниз по течению реки Шипуниха к мосту около деревни Ургун. В этот раз мы не будем пытаться проехать автостопом, ведь нас слишком много, поэтому перешли реку по мосту и двинули по дороге вдоль деревни Ургун, а через примерно полчаса, за деревней, свернули с дороги и сразу устроили небольшой перекур. Снега в этом году в лесу уже нет, наверняка в этот раз мы без труда сможем дойти до Берди. А идти ещё примерно километров пятнадцать.

Немножко отойдя от дороги, мы увидели прошлогодний стог соломы, в тени которого даже ещё лежит снег. Кто-то из нас предложил попить чаю и перекусить, а ведь и действительно пора бы уже вбросить топливо в топку. Сбрасываем рюкзаки около стога. Серёга Антошин достаёт из рюкзака примус, разводит огонь, а Серёга Портнягин раскапывает снег и из серединки зачерпывает в котелок чистого белоснежного снега – это будет чай. Примус обставляем вокруг рюкзаками и загораживаем брезентовым полотном, чтобы тепло от огня в стороны не уходило, а поднималось вверх к котелку. Температура горения бензина почти в полтора раза выше, чем у газа, поэтому приготовление происходит быстро, и это в походе очень хорошо. Как только вода закипела, сразу снимаем котелок, а примус отключаем. Я кидаю в котелок горсточку чёрного ароматного чая, а Серёга добавляет ещё маленькую горсточку душицы для аромата и вкуса. Душица у него заранее собранная, с прошлого года, её ещё иногда называют в народе душмянкой или ладанкой. Мы частенько делаем из неё чай, когда бываем в лесу в июле и в августе, во время цветения душицы. У Серёги Антошина с собой копчёная колбаса, вот ведь Серёгины родители позаботились о нас. Отрезаем каждому по паре пластиков колбасы, режем понемножку хлеба и сыра, а когда чай заварился, разливаем его по кружкам и пьём, пока горяченький.

Отдохнув, взяли направление в сторону реки Бердь и углубились в лес.

Глава 3

Лично я с детства люблю бывать в лесу. Особенно красивым мне кажется лес по осени, но и сейчас тоже очень классно. Идём с друзьями по мягкому лесному покрытию. На каждый шаг земля под ногой приятно амортизирует, смягчая шаги. Погода ни жаркая, ни холодная, а самая подходящая для похода: тихая и безветренная. У нас есть заданная точка пути, но сам путь мы выбираем уже прямо в процессе. Да и зачем в лесу ходить тропами? Тут ведь не горы, нет необходимости идти друг за другом след в след. А просто идём вперёд всей компанией, делаем фото наиболее понравившихся нам моментов.

Читал когда-то книгу одного опытного туриста. Так вот, всю книгу я, конечно, не помню, но один момент хорошо запомнился – фрагмент о том, что в походе, в группе, считалось, будто впереди колонны, на тропе, нужно ставить самого слабого, и тогда вроде как всем комфортно будет. Но вот он пишет из своей практики, что как-то в походе, в горах, поставили вперёд маленькую сухонькую девочку с лёгоньким рюкзачком, и она, стараясь доказать всем, что не будет для всей группы слабым звеном, старалась идти изо всех сил быстро, топала и топала без остановки, да так, что, как автор пишет, просто взбесила его такая ситуация, потому что у него был огромный, тяжёлый рюкзак, и идти в быстром темпе крайне тяжело. А ещё и кто-то из шедших впереди неосторожно отпустил ветку, и ему больно по глазам хлестнула. После этого я сделал вывод, что первым нужно ставить не слабых, а опытных людей, которые могут идти не быстро, а размеренно, с одной скоростью и вовремя делать привалы для отдыха.

Теперь немножко о снаряжении, которое мы на этот раз несём на себе. Вообще-то со снаряжением у нас не очень хорошо, потому что специального просто нету, а купить что-то приличное дорого стоит. Но тем не менее, каждый как может, старается что-то сделать для общего выживания. Итак, Серёга Портнягин достал где-то КАМАЗовский тент, точнее, не целый тент, а его часть, который будет служить нам всем палаткой и защитой от осадков. Сейчас тент у него в виде скатки поверх рюкзака закреплён. Серёга Антошин несёт с собой бензиновый примус и запас бензина, тоже очень хорошо, потому что, во-первых, можно где-то и воду для чая быстро вскипятить в условиях дождя, когда сухих веток не найти, и еду при случае приготовить, а во-вторых, и это главное, ночью палатку согревать, ведь по такой погоде без печки в палатке будет сильно холодно. Рюкзаки с этим снаряжением, конечно, очень тяжёлые, но оба Серёги – супертяжеловесы, впрочем, как и Костян. У меня, кроме одеяла, в рюкзаке топор и большой кусок толстого войлока, который будем использовать вместо матраса. Размером он, наверное, два на два метра, на троих хватит. Саня взял, кроме обычного одеяла, ещё и ватное одеяло, тоже пойдёт на дно палатки постелить, и огромный фонарик. Костя тащит провизию. Кроме того, у нас с собой есть полиэтилен, ну и, как обычно: пара котелков, а также запасы консервов, хлеба и суповых пакетов, канистра с питьевой водой на пять литров, и всякого по мелочи.

У меня ещё в одном из внешних, быстродоступных карманов рюкзака лежит складной ножик, купленный в хозяйственном магазине, в том самом магазине, который расположен в подвальчике Треста НЭС, а ещё небольшой фонарик на плоской батарейке 4,5 вольта. В другом кармане рюкзака тонкая верёвка, небольшие плоскогубцы на всякий случай и коробок спичек, плотно завёрнутый в полиэтилен и замотанный изолентой. Ещё в одном кармане лежит бинокль, а точнее, монокуляр МП2 7х50 ЗОМЗ Машприборинторг: увеличение 7 крат, диаметр объектива 50 мм, коэффициент усиления света 51, сумерки (фактор) 18.7, а это хороший показатель для наблюдения в сумерках.

Глава 4

Пока шли по лесу, насобирали немножко сухих берёзовых веточек и хвороста для розжига костра. Там-то на месте с дровами не очень хорошо: берег в основном чистый и открытый, а сухие веточки пригодятся. Их я закрепил прямо сверху на рюкзак, под клапан, чтобы не свалились. А когда повстречалась поваленная берёза, в которую, скорее всего, когда-то ударила молния, остановились, чтобы собрать с неё берёзовой коры. Тоже пригодится для разведения костра. Я достал складной нож и, сделав надрез на коре, содрал несколько толстых полосок бересты. Берёзе она уже всё равно не нужна. Береста пошла в свободный задний кармашек рюкзака, а мы все присели на берёзку, перекурили и двинулись дальше.

И вот часа в четыре мы благополучно добрались до реки Бердь. Реку сейчас не узнать! Там, где летом был обрыв метра два с половиной, сейчас всё залито водой. Вода так высоко, что даже не видно, где край обрыва начинается, а уж в низинах реки уровень воды сейчас несколько метров. Зато летом на таких заливных лугах будет много всяких трав.

Остановились мы на сухом островке у самой реки. На реке сейчас кое-где ещё стоит лёд, в основном вдоль берегов, а по самой реке плывут отдельные льдины, вода очень высокая. Сейчас для нас главное, чтобы уровень воды в реке за ночь не поднялся ещё выше, а то уплывём вместе с рюкзаками и палаткой.

Ну а сейчас мы развели бурную деятельность: кто-то за дровами, кто-то готовит ночлег, мастерит что-то типа палатки на ночь из Серёгиного тента.

Серёга Антошин сложил костёр, чиркнул спичкой и поднёс её к костру. Береста принялась разгораться, а по округе потянуло дымком и таким тонким ароматом от разгорающихся берёзовых веточек и бересты.

– У меня есть с собой окорочка свежие, – достаёт Серёга Антошин пакет из рюкзака, – нужно их сегодня же приготовить и употребить в пищу.

– Классно! – воскликнул Саня Пчельников. – Конечно, употребим!

– Это точно, – соглашается Костя, – а где добыл?

– Мама с собой паёк выдала. На всех!

– Вот спасибо маме твоей! Позаботилась о нас!

На костёр сразу поставили котелок с водой из реки. Хоть вода и мутновата, но прокипятим, и нормально. Котелок используем большой, в который окорочка как раз войти должны. Когда окорочка сварились, располагаемся вокруг костра, нарезаем хлеб, а Серёга достаёт из рюкзака луковицу, чистит и тоже нарезает на всех.

И вот тут хочу заметить одно своё наблюдение. Если человека на самом деле не манит на природу, с кострами и ночёвками (я сейчас не говорю о шашлыках с алкоголем, это совсем другое), а по-настоящему в лес, то, оказавшись в дремучем лесу или на берегу дикой реки, когда вечереет и холодает, а вокруг суровый пейзаж, он может спросить: «Товарищи, а где же романтика? Что-то мне не комфортно тут совсем!» А романтики там и нет вовсе и никогда не было, романтика – она в тебе.

Или вот более подходящий пример. Ну, например, опытный человек захотел пойти на природу, в поход, но одному скучно, и взял с собой людей, никакого отношения к туризму не имеющих, особенно если они ещё и детей взяли, и сам их заверил, что им понравится. И вот в походе оказывается, ему уже совершенно не до романтики. Он так сильно тревожится за тех, кого взял с собой, постоянно следит за безопасностью: не выйдет ли медведь, не далеко ли зашли в воду. А ночью не раз проснётся, выйдет из палатки, чтобы осмотреться и подбросить дров в костёр. В результате так устанет, что сам уже не очень рад. Нет, ну, тем, кого он взял с собой, им действительно может показаться в походе здорово, но сами они, может, и не понимают, что это всё благодаря организатору.

И вот только тогда, когда ты в кругу единомышленников и лучших друзей, как мы сегодня, то по-настоящему отдыхаешь и кайфуешь на природе.

Остаток дня прошёл в делах по оборудованию нашей стоянки, приготовлении ужина и чая. А потом все забрались в палатку: тут теплее, можно отдыхать уже. Серёга Антошин раскочегарил примус, чтобы нагреть её перед сном. Угореть от открытого огня нам не грозит, потому как тент далеко не новый и в нём полно естественных отверстий для вентиляции. Погода, хотя и пасмурная, но ветра нет, тишина вокруг, костёрчик ещё потрескивает. Мы какое-то время пообщались, обсудили поход и легли спать.

Но вот только все замолчали, как вдруг… Смеркалось. А в тишине мы все отчётливо услышали снаружи у палатки шаги. Вот кто-то подходит к нашей палатке, звякнул котелок, стоявший на земле у костра, который этот кто-то зацепил невзначай ногой, наверное. Шаги прошли прямо у стенки палатки и стихли.

Глава 5

Стало не по себе, ведь тут вокруг в это время никого не может быть, а кроме того, кто и зачем так близко подошёл к нашей стоянке?

– Надо проверить, кто это там снаружи! – быстро выскакивает из палатки Саня Пчельников.

Я натягиваю сапоги, тоже собираясь выйти, а остальные ещё лежат, так закутались на ночь, что быстро не выбраться.

– Хах, ребята! – говорит нам Саня. – А тут никого нет.

– Да точно! Никого, – подтверждаю я, выбравшись из палатки.

И ведь снаружи ещё не то чтобы совсем темно. Да, уже сумерки, конечно, но видно далеко, да и куда тут спрятаться? Кругом ровный луг и вода. Но ведь вот прямо тут должен кто-то быть, но никого нет?

– Как нет?! – удивляется Костя, тоже выбираясь из палатки.

Мы все выбрались из палатки, чтобы осмотреть местность вокруг. Ни бугорка, ни ямки нету, спрятаться некуда совершенно. Блин, мистика какая-то! Вот как тут теперь спать, когда такое происходит, выходящее за рамки привычного физического мира? Вот же, вроде кто-то должен быть прямо тут, но совершенно никого нету.

Спать расхотелось. Снова развели костёр посильнее. Долго ещё сидели у костра. Наверное, каждый бывалый, опытный охотник или таёжник может сказать: «Лично мне в тайге всё знакомо и понятно, каждый звук и шорох я знаю, но всё же был один случай…».

Но делать нечего, всё равно отдохнуть нужно. Снова забираемся в палатку. Ночью было очень холодно, хорошо, что Серёга Антошин время от времени разжигал примус и согревал палатку.

Весь следующий день провели на реке. Разведали местность, обследовали, а ещё строили небольшой плот из захваченной с собой камеры от ГАЗ-53 и какого-то надувного круга, чтобы пара человек могли переправиться на другой берег и обследовать там местность. Вроде как преодоление водных препятствий. Погода неплохая, ветерок только подул с утра. На переправу выбрали самых отчаянных – Костю и Саню Пчельникова.

Как потом рассказал Саня: «Там, на той стороне, настоящая тайга! Лес тёмный и почти непроходимый. Чем дальше углубляешься, тем больше хочется пойти обратно. Дремучий, тёмный лес, кажется, вот-вот какой дикий зверь выйдет, хотя следов не видно, но на лесной подстилке их вообще можно не заметить».

Так прошёл день, потом снова ночь, и снова только собрались спать, как опять шаги у нашей палатки, точно так же, как предыдущей ночью. «Что, опять?! – говорит Саня, быстро выскакивая из палатки. – Блин! Ребята, а тут снова никого».

Что это такое было или кто, так и останется для нас загадкой навсегда. Каких только версий не выдвигали: и что это рысь, и лось, и медведь, но это ничего не объясняет – шаги-то были явно человека. Только забегая на пару лет вперёд, расскажу похожий случай. Мы тогда втроём, на мотоцикле, остановились на берегу Берди на ночёвку. Летом вода уже спала, и появился высокий обрывистый берег. Поставили палатку, повечеряли у костра. И вот только забрались в палатку спать, как снова те же шаги у палатки и опять котелок. Да что ж такое-то! И снова вокруг совершенно никого. Тогда мы решили завести мотоцикл и проехать вдоль реки, может, всё же догоним этого ниндзя-разведчика, если он существует. Но мотоцикл никак не хотел заводиться. По очереди пинаем кик-стартер, но мотор даже не схватывает.

– Блин, Саня, – засмеялся Саня Пчельников, – ты же колпачки на свечах местами перекинул, чтобы невзначай не угнал кто ночью.

– Тьфу, блин, точно!

Перекинули колпачки высоковольтных проводов, завели мотоцикл и помчались вдоль реки. Проехали, наверное, с пару километров, потом в другую сторону, и там никого. А вот покатались по ночной дороге очень классно. Да и вообще, мы любим погонять на мотоцикле ночью по полевым и лесным дорогам, специально иногда ездим, останавливаемся перекурить и едем дальше в ночь, по лабиринтам дорог.

Струи всех дорог переплетаются в кнут На перекрестке, оставляя петлю.Сколько не плутай один, без поводыря Коэффициент движения равен нулю.Время тормозит горячих сытым углом, Перетекая незаметно в прикол. Но, у поводыря всегда светились глаза, Когда я пел ему вот этот Рок-н-Ролл. Там, где быль и там, где небыль,Растворит, тоску печаль… (Константин Кинчев )

На этом с мистикой и загадками всё. Надо только заметить, что, хотя случай этот действительно загадочный, ничего плохого с нами ни разу не случилось, а скорее даже наоборот. Поэтому опасность не в мистике, а в людях, необдуманных поступках. Ну и о безопасности места ночёвки не нужно забывать, потому что вот так же приехали однажды на мотоцикле на берег, а вечером уже забрались в палатку спать. Как вдруг слышим снаружи рёв, да такой, что земля дрожит, и яркий свет снаружи палатки. Ну, думаем, теперь это точно инопланетяне на космическом корабле посадку тут совершают, ну а иначе, что это ещё может быть? Выскакиваем в ужасе из палатки и видим: на нас движется практически двухэтажный дом, светящий мощными огнями. А когда присмотрелись, стало понятно, что это карьерный самосвал БелАЗ. Ну вот откуда в таком месте БелАЗ? Это же совершенно невозможно! Здесь ведь не дорога какая, а вдоль реки типа тропы только, да и то еле заметная. И ладно бы, если это ЗИЛ-157 ехал или Урал, но нет, самый настоящий БелАЗ. А колёса такого размера, что нашу палатку вместе с мотоциклом даже не почувствует, если переедет. Это же настоящий фильм ужасов! А объяснилось всё просто: как оказалось, ребята где-то на карьере, что ли, видимо, выпивали, и водка закончилась. Ну, решили сгонять за добавкой куда-нибудь, посадили трезвого водителя за руль, и вот прут напрямую, выехали к реке и едут вдоль берега, а на таких колёсах это вообще не проблема. И ведь забрались как-то в одноместную кабину втроём: ну, водитель и ещё двое. Хорошо, что наш костёр ещё горел, и они огонь заметили, остановились спросить, далеко ли до Старого Искитима. Но вернёмся к нашему походу.