Эльфийский сонет, или Безухая. Книга 1

— Непристойное? Лорд Алдарион — один из самых лучших студентов в университете, образец поведения и прилежания, — продолжал возмущаться Кемендил.

— Теперь я имею примерное представление, как он этого добился. Наверное, самых выдающихся свершений он достиг именно у светлоэльфийских преподавателей, — усмехаясь ответила девушка.

Светлый смерил её пренебрежительным взглядом, сделав вид, что не понял намёка.

— В любом случае вы не имели права поднимать руку на студента, — не унимался длинноухий защитник.

— Видит бог, я не притронулась к нему и пальцем. Чтобы я подняла на кого-то руку, это надо ещё заслужить, — спокойно говорила Вероника таким тоном, как будто высокородная особа пока даже не удостоилась того, чтобы об него вытерли ноги, и Моргус, в отличие от остроухого, об этом догадался.

Алдарион недовольно фыркнул и вышел из кабинета директора, видимо, рассчитывая на другой исход разговора. Эльфийский преподаватель вышел за ним. Моргус с тяжелым вздохом посмотрел на Веронику.

— Госпожа Максимова, не могли бы вы сдерживать свои порывы. Вы первый день на работе, и такое… Этот инцидент может грозить нам большими проблемами с представителями светлого королевства, — говорил Моргус.

— Ну, скажете, молодая, неопытная. По незнанию и т. д. Вам ведь не в первый раз выкручиваться. Судя по тому, что вы до сих пор у руля, получается, это у вас отменно, — сказала Вероника.

— Это рассчитывать как комплимент? — поинтересовался дворф, внимательно глядя на девушку.

— Непременно, — подтвердила она.

— Прошу вас, это всего лишь дети. Они не всегда ведут себя разумно, — мягко уговаривал Моргус.

— Да и у некоторых это вошло в привычку, — сказала Ника с легким укором, ибо считала данное попустительство виной Моргуса.

— Проявите терпение. Дайте им к вам привыкнуть. Всё наладится, вот увидите. Всё образуется, — пытался успокоить её Моргус, понимая, в каком непростом положении он сейчас находится.

— Надеюсь на это, — произнесла Вероника и покинула кабинет директора.

Уроки уже шли, и Вероника, посмотрев на часы, поняла, что вводную часть придется сильно сократить.

— Прошу прощения за задержку, — извинилась она, войдя в свой класс.

Студенты были заняты своими делами, но с её появлением прервали свои занятия. Вдруг со второго ряда, с дальней парты она увидела поднятую руку. Девушка вопросительно посмотрела на эльтана с ярко-оранжевыми длинными волосами.

— Лоарн Клистерт, — представился студент. — А у вас парень есть?

— Это знание никак не повлияет на оценку по моему предмету, — прекратила полемику на эту тему Максимова.

— Итак, что бы вы предприняли, если бы хотели убедить другого в своей правоте либо переманить на свою сторону? — задала вопрос Вероника.

Студенты задумчиво молчали.

— В этом отношении некоторых методов стоит избегать, — дополнила девушка.

— Задарить дарами, — ответил Селериан Армантас, вспомнив, как это принято делать в светлоэльфийском королевстве.

— Это будет выглядеть как подкуп. Лучше этого избежать, — сказала Вероника.

— А если это будет недорогой и небольшой подарок, — тихо ответила сидящая сзади парней светлая эльфийка. Блондинка с зелёными глазами. Вероника прошлась по ряду, остановившись рядом с ней.

— Продолжайте, развивайте свою мысль, — сказала Максимова.

Эльфийка взглянула на неё и зарделась, растерявшись.

— Чтобы одержать победу, надо изучить противника, — отозвалась с другого ряда девушка-дроу, сидящая за первой партой, представившаяся как Луана Аркенвиил.

— Очень хорошо. И как же это сделать? — уцепилась за это Максимова.

— Выпытать, — не задумываясь, ответила дроу.

— Идиотка! Кто же после этого с тобой сотрудничать будет? — произнёс сидящий за Селерианом Гаэллар Микаэллин.

— Сам идиот. Вы в тактике совершенно ничего не смыслите. Поэтому и вечно проигрываете. Лучше идите свои цветочки нюхайте да мерзкие стишки клепайте, — огрызнулся тёмный.

Аудитория заполнилась возмущённым шумом перепалки между двумя враждующими лагерями. Принимали в ней участие, как и ожидалось, тёмные и светлые эльфы. Остальные предпочитали просто наблюдать за процессом.

— Господа, я попросила бы соблюдать тишину, если это нетрудно, — решила Вероника прекратить полемику, повысив голос.

Солтран не сводил с неё глаз весь урок. Весть о том, что она прилюдно унизила Алдариона, разлетелась со скоростью лесного пожара. Кто-то был от этого в восторге, а кто-то возмущён, но обе стороны однозначно были под впечатлением.

«Почему она ведёт себя не так, как остальные безухие», — думал он, наблюдая, как она уверенно держалась.

Даже если взгляд её серых глаз задерживался на знакомом её тёмном эльфе, она ничем не выделяла его. Он относился к этому спокойно, поскольку в мире дроу всегда первый шаг за женщиной. Но отчего-то он хотел, чтобы она его сделала. Девушка была чем-то необычным, нестандартным, выделяющимся из общей массы.

Во время обеденного перерыва человеческая часть педагогического коллектива отправилась в небольшое кафе в студгородке.

— Разве в универе нет столовой? — удивилась Вероника.

— Есть, только мы там не обедаем, — ответила Сара.

— И отчего-то я не удивляюсь. Не хотят портить себе аппетит нашим присутствием, — догадалась Вероника.

— Верно. Но здесь мы можем заказать все, что угодно, за счет заведения. Это в качестве материальной компенсации за моральный ущерб от Моргуса, — сказал Генрих.

— Надо обязательно отметить первый рабочий день Ники. Тем более что он оказался довольно плодотворным, — произнес, усмехаясь, Марк Францевич.

— Всё оказалось сложнее, чем я думала, — призналась Вероника.

— Так и должно быть, — согласился Генрих.

Зал кафе был отделан резным деревом. Мебель была из того же материала. Выглядело всё довольно уютно. Они расселись за столиком. К ним подошла официантка, лунная эльфийка. Сделали заказ. Во время трапезы не разговаривали. Однако Вероника заметила, как после их ухода из кафе та же официантка открыла настежь окна зала. Девушка ничего не сказала, но неприятный осадок в душе остался.

«Как будто бомжей с помойки пускают. Может быть, и столы хлорируют», — негодующе подумала она.

В конце рабочего дня она и не думала, что может настолько устать. Даже отказалась от ужина. Приняла душ и уснула, как только её голова коснулась подушки, с ужасом подумав о следующем рабочем дне.

Глава 8

На следующий день Вероника явилась в свой кабинет задолго до первого урока. Села за стол, включила ноутбук. В той злосчастной папке было несколько папок с досье на аристократов в каждой группе. Девушка нашла группу Марка Францевича. Среди подопечных математика оказалось два высших аристократа, и оба светлые эльфы: Селериан Армантас и Гаэллар Микаэллин. Из низшей аристократии были эльтан Киан Миктейн, где-то на уровне земного барона, и тёмная Луана Аркенвиил, будучи магом дома, по иерархии стояла чуть ниже жриц храма Ллос, дочерей матроны. Её знакомый дроу оказался обычным воином седьмого дома того же города с труднопроизносимым названием Зрессвелдрин. Остальные были простыми смертными. Имена были более-менее простыми, и девушка надеялась их всё-таки запомнить, ибо математик просил присмотреться к его ученикам, хотя Максимова не собиралась заводить себе здесь любимчиков, твердо решив, что будет относиться ко всем одинаково.

Скопировав в поисковик браузера фамилию Армантас, чтобы получить более полную информацию, она обнаружила, что семья Селериана, которому было сейчас сто семьдесят пять лет, весьма известна и не только тем, что является приближенной к пресветлому престолу, но и некоторыми событиями, связанными с этой семьёй. Эваэль Армантас, отец Селериана, являлся хранителем эльфийских врат. Отвечать за безопасность императорских дворцов — дело нелегкое и очень ответственное. Это означало, что император всецело доверял Армантасу. Но из-за событий, которые произошли десятилетия назад, тот вдруг впал в немилость у владыки. Его чуть не лишили всех привилегий и титула. Но в конце концов ограничились только отстранением от занимаемой должности. Теперь хранителем врат назначен племянник пресветлого, отец Алдариона, Даэвин Ланварин. О том, что же произошло, источники умалчивают. Видимо, на распространение этой информации наложен строгий запрет.

Семья Гаэллара Микаэллина, который был ненамного старше своего собрата всего на каких-то жалких три года, ничем особым не отличалась, кроме того, что два старших брата Гаэллара — видные политические деятели светлого государства. Сам же студент обладает неплохим магическим даром водной стихии.

Аннариэль Тауремар. Та самая зеленоглазая светловолосая блондинка, которая была самой младшей из светлых. Ей сто шестьдесят пять лет, являлась отпрыском из богатой, но не родовитой семьи. Обладала слабым даром исцеления.

Орк по имени Дюрро Оркнак был младшим сыном владельца автомастерской в Ласшиле и жил в городе. Ему сто сорок восемь лет. Насколько она могла судить, орки Истры — это высокие парни, более двух метров роста, две косые сажени в плечах, обладающие внушительными мускулами и иногда тяжёлой поступью. В лицах было что-то звериное и угрожающее. Резкие черты лица, нос с широкими ноздрями, по-военному короткая стрижка, иногда с длинной челкой, которая несколько смягчала их образ. И никакой зелёной кожи, звероподобного лица и клыков наружу, как было принято их представлять на Земле во всякого рода фэнтези. Однако по сравнению с остальными Дюрро был более низкого роста, очень мускулистый, короткие волосы с красным оттенком, карие глаза. Его вполне можно было принять за земного атлетически сложенного парня с мужественной щетиной на лице. По её наблюдению, Оркнак стесняется своей мелковатости, и это ожидаемо служило поводом для насмешек со стороны его сородичей.

Дворф по имени Дондар Бранмар был средним сыном ювелира в Подгорном царстве, и было ему всего-то сто двадцать лет, что по меркам его государства считалось старшим подростком. Низкорослый, как и все дворфы, шатен с по-детски большими серо-голубыми глазами. Он был слишком молод для студента, и в его фигуре был только намек на присущую дворфам коренастость. Хотя парень носил мешковатые костюмы заметно большего размера. Видимо, для того, чтобы придать своей фигуре внушительность. Но вот признаки пробивающейся густой бороды уже были. Странно было видеть подростка со щетиной на лице, как у взрослого мужчины. Несмотря на это дворфы рано ими обзаводились. Но с появлением человека на этой планете мода на бороды, заплетённые в косы, стала потихоньку пропадать.

«Надо же, у Марка в классе гений», — подумала она, вглядываясь в юношеское лицо дворфа.

Родители Лоарна Клистерта, того самого не в меру любопытного эльтана с морковно-рыжими длинными волосами и янтарными глазами, занимались коммерцией здесь, в Ласшиле. Как и ожидалось, это был игорный бизнес. Ему сто тридцать восемь лет, и он был довольно сильным для своего возраста огненным магом.

Отец Аэри Столас, эльтанки с фиолетовыми волосами, в возрасте ста тридцати пяти лет входил в совет директоров довольно крупной фирмы по производству продуктов питания в Кохатене, столице государства. Красавица, к её печали, не имела магических способностей.

Дондар Бранмар

Единственный аристократ среди эльтан — Киан Миктейн. Парень с короткими розовыми волосами в возрасте ста сорока трёх лет был самым старшим из эльтан. У него оказались серьезные способности к магии крови, считавшиеся одной из редчайших в его народе. Да и, пожалуй, на всей Истре.

Досье парочки дроу, оказавшиеся из одного подземного города, тоже весьма впечатляло. Луана Аркенвиил была на четыре года старше светлой эльфийки и принадлежала пятому дому Аркенвиил. Маг тьмы со средними силами. Солтран Мит'тар в возрасте ста семидесяти шести лет был воином седьмого дома Мит'тар.

«Видимо, учиться здесь — удовольствие не из дешёвых», — сделала заключение Максимова.

Ей как-то стало не по себе от своих неполных двадцати двух лет.

«Я по их меркам, выходит, ещё ребёнок», — подумала Вероника, опасаясь, что из-за этого студенты не станут воспринимать её всерьёз.

Посмотрев на часы, Максимова решила, что пора идти в класс. Выйдя за дверь и закрыв её на ключ, она чуть не столкнулась с Кемендилом. Эльф был разодет в классический костюм молочного цвета и изумрудную рубашку.

Он смерил девушку холодным взглядом и произнес.

— Что ж, госпожа Максимова, на первый раз мы решили закрыть глаза на ваше варварское поведение. В конце концов, что можно ожидать от безухой с дикой планеты, где, видимо, понятия не имеют, перед кем и когда надо открывать рот, а когда стоит помалкивать. Но учтите, императорская семья не станет закрывать глаза на ваши бесчинства, если они будут продолжаться в отношении кунду Алариона.

Вероника первые несколько секунд не знала даже, что ответить. Так витиевато её ещё никто не оскорблял, и она заметно растерялась. Потом всё-таки собралась с мыслями.

— Лорд Кемендур, — начала она, едва вспомнив имя светлого.

— Кемендил, — поправил эльф.

Весь его вид просто кричал: «Это ничтожество даже имя не способно запомнить».

— Ну да. А неуд по моему предмету будет считаться за те самые бесчинства, о которых вы говорили? — поинтересовалась Вероника.

— Вы хоть понимаете, о чём вы говорите? Как в вашу пустую голову могли прийти подобные вздорные мысли? Это просто недопустимо! — возмущался эльф.

«По ходу, один любимчик у меня всё-таки будет в этом универе», — решила Вероника, выбрав в качестве жертвы Алдариона.

Вдруг она услышала тихий смех позади светлого. У стены, скрестив руки на мощной груди, в темной водолазке и светлом джемпере, черных джинсах, стоял высокий, атлетически сложенный молодой мужчина. В его тёмно-серых глазах, наблюдающих за их диалогом, мелькали насмешливые искры. Девушка чуть не решила, что перед ней человек, из-за довольно мягких черт лица и слегка заострённого носа, если бы не кирпично-красный цвет коротких волос, с длинной зачесанной назад чёлкой, что выдавало его принадлежность к орочьей расе.

— Сбавь обороты, Кемендил, не стоит так наседать на девушку. Ничего с твоим драгоценным Алдарионом не случилось. Я спрашивал у его одногруппников. Все как один говорят, что он сам упал со стула. Ну, кроме Артамира. Он, как всегда, промолчал, но мы оба знаем почему, — сказал он, подойдя к эльфу, похлопав его по плечу так, что бедолагу качнуло пару раз вперед.

— Убери руки, Варгжан! — угрожающе произнёс Кемендил.

Нагтар Варгжан

— Ну-ну, полегче, — ответил орк, поднимая ладони, сделав жест капитуляции.

— Простите моё невежество, я не был на педсовете и не был вам представлен. Я Нагтар Варгжан, преподаватель физкультуры, — представился орк.

— Очень приятно. Вероника Максимова, — представилась девушка.

— С вашим уровнем интеллекта только палками и махать, — язвительно отозвался эльф.

— Я с удовольствием смахнусь с тобой, если ты не сдрейфишь. Знаешь, что будет с проигравшим? — подмигнул ему Нагтар.

Карие глаза эльфа гневно вспыхнули, но щеки отчего-то запылали.

— Ты не достоин такой чести, — сказал он, гордо вскинув голову, и удалился с чувством собственного достоинства.

Вероника проводила его недоуменным взглядом.

— Иногда эльфы бывают такими нервозными, — сказал ему вслед Нагтар.

— Я заметила, — подтвердила девушка.

— А вы оказались не робкого десятка. Посадить в лужу эльфийского принца на глазах у всей группы, — сказал он, озорно поглядывая на девушку.

— Честно говоря, я и не знала, что он имеет какое-то отношение к правящей династии светлых эльфов. Его манера держаться говорила об обратном, — отчего-то оправдывалась Вероника.

Он обезоруживающе улыбнулся ей.

— Да, так иногда бывает с этими заносчивыми остроухими. Слушайте, заходите как-нибудь на мой урок. Я думаю, это будет для вас интересно, — вдруг предложил орк.

— Если будет свободное время, обязательно, — пообещала Максимова.

— До встречи, — улыбнулся Варгжан и пошел прочь, демонстрируя пружинистую поступь, широкую спину, упругие ягодицы, обтянутые плотной тканью джинсов.

«Да такими темпами мне начнут нравиться мальчики постарше», — вздохнула Вероника и направилась к лифту, невольно сравнивая Нагтара с Ксандром, находя первого более открытым и жизнерадостным, чем полуэльфа.

Несмотря на задержку, на урок она пришла вовремя. Три урока длились невообразимо медленно. Она и не догадывалась, что повторять одно и то же по нескольку раз так утомительно. После обеда решила немного развеяться и пройтись по парку. В беседках уже кучковались отдыхающие студенты. Девушка зашла вглубь парка. Там оказался небольшой водоём с красивыми водяными цветами, похожими на земные лотосы и мелкие маки. На берегу стояли скамейки и сооружение, напоминающее мангал. В нём были сложены дрова.

«Место для костра», — догадалась девушка.

На скамейках сидели преимущественно светлые эльфы и говорили на своём языке. Вероника прошла дальше, не услышав неслышную поступь за спиной.

— Леди Вероника, — услышала она тихий голос и невольно вздрогнула, обернулась.

Перед ней стоял Солтран и белозубо улыбался.

— Я начинаю привыкать к твоему присутствию, — усмехнулся Максимова.

— Просто увидел, как вы гуляете, и подумал, что неплохо бы вместе вернуться в класс. У нас следующим уроком ваш предмет, — сказал он, смущенно отводя взгляд.

— Ах, вот оно что. Хорошо, идём, — сказала девушка и пошла рядом с дроу. Ей все больше казалось, что Марк опять просил его присмотреть за ней, и он просто искал предлог оказаться рядом.

— В ходе предыдущего занятия мы обсуждали смысл термина «дипломатия». В более широком смысле под этим понятием подразумеваются переговоры и связанные с ними процедуры. Также оно используется для обозначения зарубежных представительств, входящих в структуру Министерства иностранных дел. Кроме того, «дипломатия» может означать особую способность людей успешно вести международные переговоры, проявляя находчивость и изобретательность. Однако в негативном контексте это слово может ассоциироваться с обманом и коварством, — вела она урок.

— Это как раз в духе дроу. Они не могут вести себя по-другому. Только кретин станет доверять тёмному, — критично высказался Гаэллар.

— На себя посмотри, лесная фея. Вы тоже хороши. Всюду кичитесь своим благородством, но спину вам показывать я бы не советовал. Если не хочешь носить в ней эльфийский клинок, — агрессивно ответил Солтран.

— Вашими ночными набегами на наши поселения до сих пор детей пугают. Особенно во время праздников, когда все вокруг веселятся. Вы оставляете после себя только трупы. Не щадите ни женщин, ни детей, — напомнил Селериан.

— Каждый мальчик — это будущий воин. Каждая женщина или девочка — это будущая мать воина, — аргументировал Солтран, убеждая в логичности действий представителей своего народа.

— Вы дважды вытесняли нас с поверхности и, хотите сказать, действовали путем переговоров? Нет. Вы шли убивать. Ничего не напоминает? — начинала злиться Луана.

«Нет, так дело не пойдёт», — подумала Вероника, наблюдая за разгорающимся пожаром противостояния.

— Я попрошу всех успокоиться! — повысив голос, произнесла она.

— Может быть, объясните, с чего началась эта вражда? — поинтересовалась Вероника.

— С того, что светлые — алчные и самолюбивые твари! — вспылила Луана.

— Закрой свой поганый рот, тёмная! О вашей лживости и изворотливости ходят легенды, — в том же тоне ответил Селериан.

— Лорд Армантас, леди Аркенвиил, попрошу сдерживать свои порывы, — произнесла Максимова, шагая между рядами во избежание магических атак, направленных на враждующие стороны, и надеялась, что артефакт и на этот раз сработает.

— Но именно вы виноваты. Ваш предок. Хоть раз признайте это, — поддержал тёмных Дондар.

— Не лезь не в своё дело, коротышка, — осек его Гаэллар.

— Так, тишина в классе! — сказала Вероника, дабы пресечь дебаты.

— Аннариэль, может быть, ты расскажешь об этом, а то мальчики у нас слишком эмоциональные, — сказала Максимова, обращаясь к эльфийке. Та встала.

— Легенда гласит, что прародители трёх эльфийских народов были родными братьями. Младший брат любил путешествовать, собирать разные истории и песни, красивые вещи. Больше всего он любил играть на флейте при полной луне, думая, что она его услышит. Средний был искусным воином и мечтал овладеть любым видом оружия и приемам рукопашного боя. Старший был искусным магом. Они жили в мире и согласии. Когда младший брат возвращался с очередного путешествия, то они собирались у костра лунной ночью и слушали его рассказы. Но шло время. Маг становился всё сильнее. И вот, достигнув невероятных высот в светлой магии, он решил начать изучать чёрную магию, чтобы знать, на что она способна, и смочь защитить от неё тех, кого он любил. Однако он не знал, что чёрная магия поражает душу. И вскоре он захотел быть самым могущественным колдуном на свете. Но только один вид магии ему не давался — это магия преображения. Прочитав сотни гримуаров, решил испытать свои силы на практике и наложил заклятие на своих младших братьев, когда они спали. Он захотел превратить младшего в ночного мотылька, а среднего — в летучую мышь. Но заклинание не сработало. Младший брат обзавелся всего лишь крыльями мотылька, а кожа среднего почернела, глаза покраснели и стали болеть от дневного света. Увидев, что с ним сотворил старший брат, снедаемый ненавистью, он попытался убить его. А младший сбежал в горы, боясь своих братьев и своего вида. Там он взмолился Богине луны, моля избавить его от заклятья. Взамен он будет служить ей вечно. Богиня услышала его и вернула ему прежний облик, напитав его кожу лунным светом, чтобы он не забыл о своём обете, поэтому их кожа отливает голубоватым лунным цветом. Он остался жить высоко в горах. Старший брат поклялся не использовать больше черную магию и жил, замаливая свои грехи, передавая этот опыт своим детям. Средний же ушел под землю, так как свет причинял боль его глазам, не в силах больше выносить дневного света. Так образовались три народа, — рассказывала светлая эльфийка.

— Значит, весь сыр-бор из-за этой сказки, — удивилась Вероника, не допуская, что это может быть хоть в какой-то степени правдой.

— Это история нашего народа, — оскорбился Селериан.

«Да уж, тут ни психолог, ни дипломат не поможет. Тут нужен эксперт-переговорщик9», — подумала Максимова.

Когда зазвенел спасительный звонок, у неё заиграла мелодия рингтона. Звонил Ксандр.

— Да, — ответила девушка.

— Добрый день. Вы сегодня после работы не заняты? — спросил он, как ей показалось, встревоженным голосом.

— Нет, на сегодня планов никаких, — ответила Вероника.

— Тогда встретимся сегодня после окончания вашего рабочего дня. Есть разговор, и постарайтесь до того времени не покидать территорию ЛУМИТЭ, — сказал он, и в его голосе слышались напряженные повелительные нотки.

— Хорошо, но вы же не знаете, сколько у меня уроков, — ответила девушка, не понимая причину его беспокойства.

— Я узнаю, — сказал он и повесил трубку.

После занятий, как и было обговорено, она направилась к главным воротам. Около пропускного пункта стоял Ксандр, одетый в тёмно-серый пиджак и серые джинсы, и о чем-то разговаривал с Тургоном, начальником охраны. Девушка миновала ворота и неожиданно угодила в крепкие объятья блондина.

— Как я рад, что с вами всё в порядке, — улыбнулся он. Вероника ошарашенно смотрела в его серо-зелёные глаза, считая, что они не достаточно близки, чтобы обниматься.

Он отвёл её в сторону, чтобы не мешать студентам покидать территорию университета, и подальше от посторонних ушей.

— Вы ввязались в опасную игру, Вероника, — тихо сказал он, приобняв её за талию, привлекая к себе.