Сквозь года

Спустя полчаса Камила стояла в опустевшей мастерской. Держа в руках рюкзак и телефон, она чувствовала, как ноги наливаются свинцом. И хотя понимала, что рано или поздно ей пришлось бы попрощаться с этим местом, это знание не облегчало тяжесть, поселившуюся в груди.

Камила открыла дверь и в последний раз окинула взглядом помещение. Грузовик с ее вещами исчез из вида, а Оливер, прислонившись к черному внедорожнику, терпеливо ждал, отдав ей все свое время.

Он наблюдал, как Камила прощается с подругой, передает ей ключи и после, медленно, словно через силу, направляется к нему.

– Почему ты помогаешь мне? – спросила она, остановившись рядом. Без обвинений, без страха, а из чистого, неудержимого любопытства.

Оливер ответил не сразу, он внимательно изучал ее лицо – бледное, с темными кругами под глазами и с той же упрямой складкой у губ. Конечно, она никогда не смирится с ситуацией просто так. Она выглядела измученной, но готовой в любую секунду продолжить бой.

– Потому что в этот раз я могу, – коротко ответил Оливер. В этот раз он не повторит прошлых ошибок. Он сделает все, чтобы вновь увидеть тот самый живой блеск и непоколебимую уверенность в глазах, в которые когда-то влюбился без памяти.

Глава 24

Камила молчала, глядя в окно. Она с интересом наблюдала, как стремительно менялся пейзаж: высокие здания мелькали, заполняя весь обзор. Она испытывала странное ощущение – все казалось чужим, даже любимый торговый квартал на центральной улице, где она бывала почти каждый день. Толпа, словно морская волна, затопила пешеходный переход, перед которым они остановились. Камила взглянула на сосредоточенное лицо Оливера и погрузилась в воспоминания.

Они уже были здесь когда-то, и тогда автомобильные пробки не вызывали такой неловкости. Беззаботно коротая время, их главной задачей было лишь вернуться домой к указанному часу – ведь рядом друг с другом они не были прикованы к циферблату. А сейчас…

Камила оглянулась на заднее сиденье, мечтая о той беспечности, которой так не хватало теперь. Лишь изредка, в поисках пристанища, это чувство возникало с первым бокалом вина и ускользало на следующее утро, словно дикий, неуловимый зверь.

Камила закрыла глаза. В голове крутились мысли – о родителях, о том, как она сбежала, как пыталась построить все самостоятельно. И о том, как теперь все рушилось. Но рядом был Оливер – тот, кого она бросила. И он был здесь, предлагая руку, которую она так не хотела принимать.

– Я съеду сразу, как найду новое жилье.

– Разумеется, – Оливер на секунду взглянул на нее, затем вернул глаза на дорогу.

– Месяц, может, меньше, – не зная зачем, уточнила Камила.

– Хорошо, – отозвался он, высматривая зеленый сигнал светофора.

Камила сверлила взглядом его профиль, подмечая напускное спокойствие.

– Так ты живешь один? – вопрос вырвался сам собой. Невозможно было забыть о существовании той миловидной брюнетки, которая буквально лезла изо всех щелей. А став амбассадором крупного автодилера, лицо Бетти украшало каждый билборд в городе. Они с Оливером – на пике своей популярности – казались идеальной парой.

– Да, – коротко ответил он, но волнение, как и прежде, выдавали играющие желваки на скулах.

– Я думала, вы встречаетесь, – Камила не осмелилась назвать давнюю соперницу по имени, словно сделав это, накликает беду. Оливер сразу понял, о ком речь.

– Этого хочет она и ее отец.

– А чего хочешь ты? – не спуская с него глаз, спросила Камила.

– Чтобы ты была в безопасности.

Вайт усмехнулась. Она и была в безопасности. До появления Оливера в ее новой жизни.

– Она все равно будет против. Я не хочу быть поводом для ваших ссор.

Блэк промолчал. У него не было времени думать о том, как отреагирует Бетти. Она уже не та школьная интриганка, которая сеяла хаос исподтишка. Она сильно изменилась с тех пор: отбросила осторожность и стала действовать в лоб, но самое главное – перестала переживать за последствия. Это пугало Оливера больше всего. Только дурак оставит без внимания вспыльчивый нрав и то, на что способна эта семейка.

***

– Коробки сложим в том углу, пока что, – Оливер указал на свободное пространство за кухонным островком. – Ты можешь занять любое место и делать все, что хочешь. Чувствуй себя как дома.

– Спасибо, – Камила прошла внутрь маленькими, неуверенными шажками.

Эта квартира однажды испугала ее, но теперь все ощущалось иначе. То ли дело в том, что она заранее знала, куда шла, то ли в присутствии Оливера. В любом случае, все выглядело обычным. За исключением ее картин на стенах. К этому она еще не скоро привыкнет. Как и к дизайну самой квартиры, стилизованному под лофт: стены из кирпича на деле были искусно выполненной имитацией, легко обманывающей глаз.

Разобравшись с умным дверным замком, он перестал быть пугающим. Но возникла другая проблема: какой вместительной ни казалась квартира, в ней всего одна спальня. Но что еще хуже – душевая, расположенная прямо за ней.

Избежать неловких ситуаций не получится.

И словно прочитав ее мысли, Оливер сказал:

– Кровать твоя, я буду спать на диване. В шкафу много свободного места.

Еще он указал на листок бумаги, закрепленный на стене возле входной двери.

– Это график уборки, повесил вчера, чтобы ты знала. У домработницы есть пароль.

– Я помню, – чтобы лучше видеть его лицо, она подошла к двери и облокотилась плечом. – У кого еще есть пароль?

Камила должна была спросить. Ей достаточно сюрпризов за последние дни. Оливер не хотел отвечать, но по его глазам все было понятно.

– А если она придет?

– Не придет, – резко сказал он и добавил чуть мягче: – Мы давно не живем вместе.

Вайт не знала, что ответить. Какое-то странное чувство разбушевалось внутри, заставляя сердце скакать галопом. В голосе Оливера не было ни капли сожаления. И Камила не станет отрицать – она почувствовала радость, услышав из первых уст, что у них не все так гладко в отношениях, как говорят в интернете.

Не выдержав зрительный контакт, Камила убежала в душ. Она уже забыла, каким пристальным может быть его взгляд, противостоять которому невозможно.

И как назло, дело было не только в его взглядах, которые он постоянно бросал на нее, но и в том, что он ходил в душ точно по расписанию – с первыми сумерками, когда Камила еще бодрствовала. Оливер оказался стабильнее роста экономики: никогда не задерживался на работе, всегда приносил ужин из проверенных ресторанов, а после шел в душ, чтобы потом маячить перед глазами с мокрой шевелюрой и обнаженным торсом.

Как-то раз он поймал ее взгляд.

– Если я тебя смущаю, я могу…

– Не смущаешь, – быстро проговорила она и, будто ничего не произошло, переключилась на макароны с сыром.

Камила заняла свободное пространство в гостиной возле окна и сделала его своим рабочим местом – самое подходящее во всей квартире. Она разместила мольберт и поставила рядом лампу с нейтральным светом, а для мелких принадлежностей Оливер добродушно отдал в пользование журнальный столик.

Как выяснилось, жить с ним было довольно комфортно. В квартире царила спокойная атмосфера, он ценил свое и ее личное пространство и ничего не требовал взамен. По вечерам он уходил в работу: усаживался на диван либо за кухонную стойку, открывал ноутбук и пропадал на несколько часов.

Камила всем сердцем ненавидела это время. Она не могла сосредоточиться на холсте, постоянно отвлекаясь на непрошеные мысли о мужчине, который во второй раз перевернул ее жизнь.

Они говорили о работе, о бытовых вопросах и о чем-то неважном, когда ее распирало от интереса узнать, что происходит у них с Бетти. Оливер будто специально обходил стороной некоторые темы, но продолжал задерживать взгляд и красоваться кубиками пресса.

Еще в школе она представляла, как изменится Оливер, если продолжит заниматься спортом и следить за собой. Но результат, который она теперь видела ежедневно, превзошел все ее ожидания.

– Над чем работаешь? – поинтересовался он после своих регулярных водных процедур. Его тело прикрывало лишь полотенце, обернутое на талии.

Камила всеми силами старалась не показывать волнения, но Оливер подошел настолько близко, что его полуголое тело заняло почти все пространство перед ней. Он явно провоцировал ее. Вопрос – на что?

Камила сделала глубокий вдох и отвернулась.

– Степной орел, – произнесла она, разглядывая собственное произведение. – Заказчик помешан на хищных птицах, это уже третья картина.

Камила нахмурилась, сопротивляться желанию становилось все сложнее. Она сама виновата, что позволила ему ходить в таком виде.

– У тебя нет никаких встреч? – спросила она, подняв голову и устремив взгляд на его лицо. Оливер удивился вопросу.

– Я бы сообщил тебе заранее.

– Может быть, какие-то личные дела есть?

– Нет, – ответил он, улыбаясь.

Камила сдалась, Оливер внезапно перестал понимать намеки. Он стоял неподвижно, будто чего-то ждал. И она, точно по волшебству, опустила взгляд ниже его губ. Проклиная себя, ей хотелось провалиться сквозь землю. И в том, как он взял ее свободную руку и положил себе на торс, было что-то дразнящее. Он водил ее ладонь по рельефу мышц и, скользнув ниже пупка, остановился.

– Это благодаря тебе, – прошептал Оливер. Он заметил, что почти не держит ее руку, а затем и вовсе отпустил.

Камила застыла как камень, словно взглянув на Медузу Горгону. Ощущения, оставшиеся на ее ладони, пленили все ее мысли.

– Что? – проглотив тугой ком, переспросила она.

– Только из-за тебя я никогда не сдавался, – пояснил Оливер.

– Что ты имеешь в виду? – сдавленным голосом спросила Камила. Она посмотрела в его карие глаза, продолжая чувствовать, как напрягается каждая мышца под ее ладонью. Она не понимала, за что он благодарен ей, но отчаянно мечтала спуститься ниже и потянуть за край полотенца.

– Будь то спорт, учеба или что-то еще. Ты всегда вдохновляла меня. И сейчас вдохновляешь. Все, чего я добился, только из желания стать лучше. Стать достойным тебя…

– Хватит, – почти взмолилась Камила. Она отдернула руку, как от огня, и, вскочив со стула, отстранилась.

– Согласен, сейчас не самый подходящий момент для разговоров. – Оливер усмехнулся, уловив ее волнение. – Ты не можешь сосредоточиться.