Журнал «Парус» №94, 2025 г

3 ноября 10:00

Господи, какое странное шевеление в груди, что так резко ерзает, пытается сломать рёбра и сдавить горло? Как тяжело дышать.. Я слышу быстрые шаги своего дыхание, оно бежит, ускоряется и ускоряется, стремясь только вперёд. Так глухо ставя ногу на землю, создаёт грузный БАХ.

– Господи, помоги же хоть ты… Я ..я потеряла что-то… такое важное и незаметное… Оно просто ушло, а я только сейчас почувствовала ценность.

– …

– Что?

– Нет, это всё мнимо. За этим стоит бесконтрольность. Какое страшное явление: убеждаю себя в главенстве над всем, а потом вмиг – проясняющийся взгляд и передо мной уже штык, проткнувший меня насквозь.

Реальность становится ощутима, всё ускоряется и напоминает руки пьяницы на грани отключения.

3 нояьря 11:01

Конечно, меня беспокоит такая потеря, но сейчас другое владеет мной. Первобытно, жутко страшно. Кажется, я сейчас умру, но что за мысль? Откуда она взялась так неожиданно? Я просто умираю от какого-то безмолвия. Прямо сейчас. Как нелепо… Умереть от тишины. Вот глупость. Утерянному безразлично моё самочувствие, а я от его отсутствия готова лечь в могилу.

3 ноября 20:20

Мда, отвратное происшествие, зато какое оглавление рассказа вышло бы. Смерть за день до рождения. Какая метафора! Ох, а если парцелляции сюда добавить: «Смерть. За день до рождения»? Воодушевляюще. К слову, я жива. Как удивительно всё же существование человека. Хотя нет, лучше сказать слова. Сначала ведь было слово. Человек – явление последующее. Всё в нашем мире мотивируется словом. Смерть в том числе, но самое страшное – слово «тишины», оно может всё: побудить на действо, заставить замереть, убедить в том, что умираешь, даже свести с ума – лишить разума, того единственного, что контролируется человеком. Как страшна эта сила… Но как завораживающа. Отчего человеку нужен человек? Для слова. Слово умещает в себе столько, оно завернуло в шуршащего себя горсть едкого и манящего табака, который каждый раскуривает. Возжелание же дыма приводит к боли, к потушенному о запястье окурку, часто своей же рукой …

20 ноября

Творец —как чуткая мембрана, он чувствует всё и всех

Калус И.В.

– Здравствуй, Пустота…

Мы сели рядом. Я достала две кружечки и налила кофе. В этот раз он вышел кислее обычного.

– Как ты?

– Ты меня не пугаешь, это так странно.

– Ты боялась меня?

– Да. Кофе с лимоном? Весьма необычно, но тебе подходит.

– Сказала та, кто пьёт американо с апельсином.

– Да, мы похожи. Но зачем ты хочешь убить меня?

– Хм, нет. Я хочу, чтоб ты жила. Но… По-другому. Тебя волнует совсем не то. Хватит рассточительствовать чувствами окружающих. Совсем не эгологично.

– Наверное, ты права. Я перестала чувствовать себя, переживая об окружающих. Надо помогать се..се..сееб..

20 января

Я нахожусь в больнице. Как оказалось, всё это время. Одна из побочек лечения —затуманенная реальность. Всё произошло в тот дождливый день. После разорвавшей публикации стихов меня забрали сюда. Я прочла первую рецензию и сорвалась. Это был негативный отзыв, разрушивший стену рационализма и открывший самоумертвление. Дневник – фиксация прошлого и настоящего. Реальности и чего-то между…, между нами, с ней. Пустота живёт в углу палаты, но теперь мы иногда болтаем. Это весело, ведь мне легче. Люблю её. И жизнь.

3 февраля

И буквы люблю. На бумаге помятой. Такие ароматно-едкие. Ведь так чернила и пахнут?

31 мая

Много писем и стихов смогли написаться. Воздух появился в комнате. И представьте, не пропадал спустя время. Собрался по частицам портер. Портер писателя.

Как же?

Я стала дружить со своей реальностью, изгнала из неё грызущего критика. Сырость разума сразу вспорхнула и рассыпалась в пепел. Боль осталась в разорванных листах. В сотнях экземплярах, валяющихся на полу мастерской. Часть души, разума и меня разорвалась в дороге, но была вшита в сердце, в каждый сосуд собственноручно красивой аккуратной строчкой. Так появились «Я», «Другой» и осязаемость.

Здравствуй, искусство!

Анна БОГУШЕВА. «И»

(миниэссе)

«И» – рядом, она близко. Кажется, сливается в одну мелодию. Резкость не идёт ей, она носит плавные элегантные платья и прикрывает наготу мягкой шалью. Тихая и гармоничная. Она пародирует медитацию, но стремится к ней. К близости с душой, но не с телом. Буддистка, одним словом.

Анна БОГУШЕВА. Две зарисовки

(эссе)

Зарисовка – это…

Закрылось что-то прошлое и открыло новое. Перевернулся лист – и начертало горизонт. Точка. Точка. тточка. Силуэт. Линия. Слово. Гротескность пути и вспышкой ЗА РИ СОВ Ка. Падаю в ноги к раздетому сознанию – и сюжет готов. Импрессионисты захватили Парижский зал.

Зарисовка по детали «Красный цвет в образах»

Пятна создают рисунок. Тени, блики, рефлексы – объем. А картину… Пташка вспорхнула и отправила меня в обитель блаженных. Я так долго смотрела на неё. Перо, взмывшее куда-то к солнцу, лапка, обтачивающая дерево – основу мироздания и клюв, разгоняющий сознание, бессознание – мысль, чёркающую лист. Так и написался день. Одним полётом и вздохом. Сегодня – красный стал всем. Пятна управляли мной. Тёплыми чувствами рисовался интерьер, острыми вспышками – моменты. Но мотив закольцевал вдохновение – красные штаны, рубашка и свитер. Мы объединились в общество живых поэтов, сами того не зная. Несли читателям Слово, как огонь древним людям или айпад мальчику из 5 «Б». Круговоротное мышление: от пятна – к автору, от автора – к книге, от книги – к читателю, от читателя – к пятну. Так мы и назывались – «ПААККЧЧП». Литературные любята, блуждающие в сумрачном лесу. Наши собрания проходят тайно (для нас) по вторникам. На них соприкасаются Музы (они говорят на разных языках), но легко и метафорично. Там обсуждают «Историю русской литературы ХIХ века» и «Мастерство», но (с пониманием вечного и сакрального). Так она пишет.

София АБРАМОВА. Я в очереди

(дневниковые записи)

#1

Можно ли позволить самоутвердиться за свой счет человеку? Если с тебя не особо убудет, почему бы и нет? или же точно убывает, даже если незаметно? А может, излишнее самолюбие не позволяет нам дать такую возможность. Или это самолюбие, наоборот, стоит именно выращивать в таких ситуациях? А можно ли самим самоутверждаться за счет других? Хотя, это разве не то, что мы делаем раз за разом? Выигрыш в любом деле позволяет нам считать, что мы продвинулись вперед. Не всё ли есть соревнование? Притом нет цели обязательно выиграть. Если ты решаешь слушать, быть пассивной стороной – ты проигрываешь. Но тут нет какого-либо отрицательного значения. Я выбираю быть слабее сейчас, чтобы потом вырасти. Но ведь даже в таком случае мы самоутверждаемся за счет оппонента.

Возвращаюсь к своей записи через долгое время. Нахожусь в приподнятом настроении от того, что услышала подтверждение своей мысли от глубоко уважаемого мною человека: «Назови хоть один пример, исходя из базовых законов физики и термодинамики, которые кодируют всю биологию и всю социологию, как могут взаимодействовать два любых человека, притом, чтобы один другим не пользовался, или не пытался пользоваться, просто у него не получилось. Вот что бывает, когда человек не знает базы, когда человека учила тетя в школе, когда он дебил. Когда потребительство маркировано как абсолютное, безальтернативное, негативное и хищническое поведение. У него потребительство = хищничество, паразитическое поведение. Ему невдомек, что бывает взаимно-потребительское отношение: я кормлю Машу – Маша кормит меня. Я плачу блогеру две тысячи в месяц за подписку – он взамен дает мне свои умные мысли. Вот к чему приводит слабая вычислительная способность мозга».

#2

Радость узнавания

#3

Ответ на вопрос уже есть. Он верный, тут незачем сомневаться. Зачем я ищу другой? Здесь тоже все просто: хочется найти комфортный. А, как известно, кто ищет, тот обрящет. Для чего мы советуемся? Ведь внутри уже все готово, и ты пытаешься ощутить эту эфемерную субстанцию. Как? Естественно, найдя ей одобрение у других людей. Все кристально ясно – для чего рассуждать? Но вот главный вопрос: в мире, где продвижение собственной мысли вне зависимости от чужого мнения занимает передовую линию, стоит ли этим апеллировать? Или же это панцирь из оправданий для успокоения собственной совести? Ситуативно или же константно?

#4

Играю в углу снова;

Стою, ковыряю обои.

Когда накосячу по новой,

Уже не сдамся без боя:

Я спрячу под свитер куклу.

Стою и опять играю.

Хоть вы и поставили в угол —

И его себе сделаю раем!

Захочу помечтать о доме:

Какой у меня он будет…

В мечтательной сладкой истоме

Мое сознание шутит.

Во-первых, он должен быть круглый.

Я думаю, тут все ясно:

Между ровными стенами угол —

А это, конечно, опасно.

Не к лицу моему джентльмену

Играть на обоях в гонки.

Ребенок, смотрящий в стену,

Солидарен к тому ребенку.

Когда уже выпустят… Ладно.

Да, у меня будет мальчик!

Я наказана – это досадно,

И стало немного прохладно —

Сейчас бы катать мячик.

А каким будет мой мужчина?

А звезды мелькают вдыхАя?

Дедуля сказал – если мина —

Стоишь, ногИ не сгибая.

И чем я сейчас отличаюсь?

Вокруг слышны взрывы, крики…

Что ты стоишь, пригибаясь?

41-й развеялся в миге —

Застыла, к полу склоняясь.

Они думают – я устала,

Пора бы меня выпускать

На тот угол роптать я не стала —

Я там научилась мечтать…

#5

Как повысить свой интеллект:

Шаг первый: всегда отвечать себе на поставленный вопрос. Если в течении дня, что-то вызвало недоумение, непонимание, интерес – записываешь в дневник, а вечером обязательно находишь ответ. Какой бы сложный не был вопрос. Через людей, через всевозможные источники утоляешь свой интерес.

Шаг второй: в своей голове или письменно объясняешь понятое так, чтобы понял трехлетний. Ты должен настолько подробно разложить, настолько сделать встроенную систему понимания того, что только что изучил, чтобы даун мог тебя понять. Чтобы внутри ты почувствовал: всё сейчас разбито по полочкам. не останавливайся в этом объяснении, пока противоречий не останется, и ты не будешь видеть конечный результат.

#6

Он спустил отяжелевшие ноги с кровати, вслед поехала простынь, наполовину оказавшись на полу. Мелкое покалывание в глазах, из висков кто-то вытягивает тонкие нити, что сопровождается сквозной головной болью. Встал. Каждая клетка мгновенно наполнилась тяжелым веществом, сила притяжения вжала его в пол. Но лежать было еще мучительней.

– После вчерашнего я еще легко спрыгнул.

– Как хорошо, посмотри только на свое состояние!

Кто сейчас ему ответил? Он здесь один, и это голос в его голове, но почему-то он рвется стать чем-то отдельным, выйти из-под контроля разума. Расчесаться? Глупо. Зачем – я один, и состояние прически сейчас меня меньше всего волнует.

Он не пошел в душ, как было заведено с того дня, когда он почувствовал эффективность контраста холодного потока снаружи, разгоняющего горячую кровь внутри – залог бодрости если не на весь день, то хотя бы на первую его половину. Рука не потянулась к душистым специям, вместо этого вскрыв холодную банку энергетика, так же изменив своему обычаю варить пряный кофе, предварительно перемолов в кофемолке обжаренные зерна. Дневной план, обозначающий последовательность дел, чем значительно облегчал задачу действовать оперативно так же не был составлен. Последнему было свое оправдание – сегодня он решил быть несчастным. Будут пустые взгляды в потолок, ничем не подкрепленная апатия, желание побыть одному. Все это делало его лицо натужно лиричным, достойным жалеющих взглядов в его сторону. О чем он думал? О том, конечно, как одинок в этом мире, полном пустых и неинтересных людей. Скользя костлявым пальцем по экрану наткнулся на интересный интерьер прихожей. «Так… нннуу…. …, если бы не мешали обои». Тут он осекся, отогнав от себя приближающееся воодушевление. Не время. Сейчас он лучше подумает, как много у него причин не улыбаться людям – он роза среди навоза. На груди завибрировало.

– привет)

– здорОво

– как ты?

– пока не могу сказать ничего нового

после паузы добавил:

– ты…

– ездила на конюшню сегодня?

– ммм…

– встретимся вечером, или ты еще не готов?

– не думаю, что это хорошая идея

– как скажешь. Если что – я рядом. Ты же помнишь это?

– умвумв.

Классно, наверное, чем-то увлекаться. Мне тоже предлагала.

ему захотелось её увидеть. Он забыл, по какой именно причине не может этого сделать. Забыл, что ограничивает его открыть рояль и поиграть. Тело воспользовалось пятиминутной передышкой – пальцы уже ритмично стучали по белым прямоугольникам. «А что, если не умирать», – проскользнула вдруг фраза из когда-то прочитанной им толстой книги. Гордость не давала нашему герою возможности разрешить себе это. Поэтому он встал, быстро подошел к окну, чтобы задернуть слепящее его солнце. Теплые лучи упали на руку. Красиво и… и тепло. Что, если не умирать? …персонажу с мешком на голове не дали выбора – несправедливо. Но я то – он импульсивно дотронулся до волос, словно проверяя. Сравнение с бедолагой выдало его в этом коротком механическом движении

Расчесать.

Надо расчесать…

#6

Источники вдохновения

Это, конечно же, люди. От них получаешь ту энергию, которая и называется вдохновением. В то же время если ты не только принимаешь, но и отдаешь, так как готов поделиться ею с человеком – тоже находишься в невероятно прекрасном состоянии (конечно же, не берется во внимание неприятное воздействие или же случаи, когда эту энергию забирают насильно, опустошая тебя).

То, как падает свет. До недавнего времени не придавала значения тому, что верчу лампу по пять раз, закрываю её тряпками разного цвета, регулирую шторы. Моё состояние напрямую от этого зависит.

Запах. Чаще всего хвоя, можжевельник, лаванда. Если свечи – манго, лепестки цветов. Чай – мята, роза, ромашка, яблоко.

Тепло, которое сочетается со свежим воздухом. Приятные шерстяные носки сверху тонких, пледик, в который можно обернуться, гирлянда. Уют тоже сюда.

Звуки. Иногда это приятная мне музыка, пение в несколько голосов, а иногда – звук на одной частоте – спасение от навязчивых мыслей в голове.

Мысли о будущем. О том, что я делаю его своими руками, и от меня многое зависит.

Женская энергия. Иногда чувствуешь некое наполнение от себя самой. Пока не поняла с каким знаком это идет. С точки зрения православия – тщеславие, излишнее внимание на себя. С моей – это отличная практика, фокус на себя, правильный уход за каждой частью своего тела, желание спросить у себя: «почему ты тревожишься? Чего ты хочешь именно сейчас?». Это помогло во многом прийти мне в состояние покоя.

Желание впечатлять, соответствовать. Я очень хорошо знаю, что значит быть невероятно классным человеком, просто потому что у меня такой наставник с юного возраста. Я знаю, какую ценность она представляет в моих глазах. Хочу значить для людей что-то подобное.

Жизнь людей, сделавших многое для своего счастья

Быть частью чего-то большего. Не микроточка в масштабах вселенной, а молекула единого механизма, из которых он состоит, и, естественно, – зависит. Воины всегда относятся к числу миродержцев, так почему бы не быть воином в каждой ситуации, каждый день делать для мира что-то.

#7

Пространство, в котором я живу

Всё очень смешанно: или это неприятно, сыро, громко, галдяще, бесцельно, или же тихо, тепло, уютно, вкусно, безопасно. И в первом и во втором случаях речь – не об обстановке вокруг. Речь о том, что в моей голове. Может быть невероятно красивая обстановка, но тяжело внутри, отчего все станет для меня неприятным, тревожным. И свет будет не тот, и звук противен, и положение. А можно быть голодным, вокруг бардак – но ты счастлив. Опять же, не аксиома моего существования. Часто гармония снаружи помогает достичь того же и внутри, но здесь не про это. Когда мне хорошо – не хватает времени в сутках – все кажется маленьким по сравнению со мной. И —наоборот. Но всё же, это вечная борьба с собой, огромное количество вопросов в минуту, желание всё решить, разложить проблему на атомы, не оставить ничего просто так.

Моя акватория

Сергей ФИЛИППОВ. Моя акватория

***

По песочку, по суглинку,

По невспаханной стерне

Всю российскую глубинку

Обойти не вышло мне.

Из метро турнут по пьяни?

На башку упал кирпич?

Ты не просто россиянин,

А к тому ж ещё – москвич.

По родным сужу и близким,

По друзьям своим сужу.

И, как все они, пропиской

Я московской дорожу.

Сколько б нас ни поносили,

Ни кляла бы нас молва,

Что Москва – не вся Россия,

А Россия – не Москва.

Ни ругали бы столицу,

И во сне и наяву

Снова будут все стремиться

В ту же самую Москву.

Под окном гудит компрессор.

Всю неделю гарь и смог.

И одни сплошные стрессы,

Только выйдешь за порог.

Развернулась ипотека.

Всюду башни до небес

Прорастают. Стройка века,

Каждый знает, ныне здесь.

И хоть строят бестолково,

Но реальность такова:

Химки, Троицк, Одинцово —

Это всё теперь Москва.

По песочку, по суглинку,

По невспаханной стерне

Всю российскую глубинку

Не пройти, как видно, мне.

Поминутно чертыхаясь,

С вечной болью в голове,

Между плиток спотыкаясь,

«Я шагаю по Москве».

***

Кому смешно, кому и не до смеха.

Да он, наверняка, и сам не рад,

Что так случилось. В пешехода въехал

На узенькой дорожке самокат.

Недоглядел? Со скоростью не сладил?

Пусть город и единая семья,

Пока не существует строгих правил

На этот счёт, им только Бог судья.

Но как бы ни была его подмога

Нам всем важна, хотим мы, не хотим,

Приходится, надеясь и на Бога,

Хоть в чём-то разбираться и самим.

В одних восторг и каждодневный повод

Для радости, в других животный страх

И отторженье вызывает город,

Растущий, словно тесто на дрожжах.

И всем апологетам урбанизма,

Исправно получающим доход,

Плевать, к каким в итоге катаклизмам

Всё это в одночасье приведёт.

Прообраз рая в красочном буклете.

Построил дом, продал и был таков.

В конце концов не им же быть в ответе

За ужас техногенных катастроф.

Жизнь состоит из множества процессов.

Есть общество, внутри него есть власть.

Несовместимость личных интересов

Всего лишь неотъемлемая часть.

И остаётся выяснить, ребята,

Кто именно сегодня: пешеход

Мешает продвиженью самокатов

По городу, иль всё наоборот?

И в духе всех последних инноваций,

Признав несостоятельность трудов

Недавних предков в них обосноваться,

Бежать из современных городов.

***

Всё по тысячу раз перестроено.

Ни кола, ни двора за душой.

Не осталось, увы, малой родины,

Ну, а значит, не будет большой.

Бесполезно на что-то уж ратовать,

Раз хозяин давно не в чести.

Набегут господа-арендаторы,

После них, хоть трава не расти.

Заметёт все тропинки порошею,

Только память который уж год

Из далёкой и всеми заброшенной

Малой родины весточку шлёт.

Софья АБРАМОВА. Желанное пространство

(эссе)

#1

Ты напротив меня, сидишь, представляя северных людей, слушая книгу про Харальда и Вещего. Я сижу на сундуке, примерно таком, который показан в мультике «Аленький цветочек». Он застелен тканым лоскутным ковриком приятных пастельных тонов. На остальной его части вывалена куча стриженной лаванды. Слушая, я связываю её в маленькие пучки бечёвкой. Позже свяжу из них гирлянду и повешу рядом с печкой, чтобы они могли высохнуть. Юбка спускается по ногам приятной тканью к полу. Но сейчас она вся в мусоре от тонких стеблей, фиолетовых комочков и бечёвки. Лавандовый запах переплетен с ароматом нарезанного можжевельника, на подоконнике разложен сушиться чабрец. Вы с нами в этой комнате, с утра ничего не ели. Мы спустимся, я попрошу нарезать хлеб, который испекла вчера ночью, пока мы смотрели фильм. Пока же разложу белый творожный сыр такой консистенции, который возможно нарезать на глиняную тарелку. На другую её сторону нарежу помидор, огурец, посыплю прованскими травами. Посередине – много базилика. Вы пожарите яйца. Есть творог с ягодами. Пока готовим, втроём перекидываемся шутками, выносим всё в сад, на стол, рядом с соснами. Начнётся ливень, мы с вами ложимся в кровать, трещит огонь в печке, включаем гирлянды, долго-долго разговариваем, дождь не останавливается всю ночь. Решаем что-то посмотреть, (время – почти утро), пока один из нас не уснёт под убаюкивающее действие фильма. Из открытого окна – свежий приятный воздух, деревянные стены освещены первыми лучами. Сегодня спокойно мне, спокойно вам – утром можно сходить в лес. Мы вдвоём. Не важно кто вы: подруга, друг, сестра, любимый мужчина. Главное то, что сознанию приятно находиться здесь. Куда делся третий персонаж, именуемый «ты» в начале, спросите вы? Это тоже была я, наблюдающая за мной, другой, со стороны – спокойной, наполненной, счастливой.

#2

Закройте глаза, представьте комнату, залитую желтым светом от ламп. Не очень много людей, человек 10. Все они ходят по дому, помогая накрывать на стол – ставят разложенную зелень, раскладывая куски оленины на поднос. Все они сегодня были в лесу, собирали чернику. Позже купались в озере, и если читатель знает ощущение, когда после долгого плавания голова тяжелеет, тело просит расслабления во сне и уюте, то пусть он перенесёт его на наших персонажей. Они сели – едят. По одному выходят в сад, кто-то взял свою тарелку туда. В костре потрескивает розжиг, иногда стреляя искрами. По деревьям желтые гирлянды – тепло и уютно. Мужчины как всегда делятся интересными историями, то пугая, то веселя детей. Тут не только семья – тут малая община, разбавленная близкими друзьями взрослых и детей. Маленькие души подростков ликуют от возможности поздно лечь спать, слушать невероятные рассказы старших, а после включаться в пение матерей. Женщины освободились от объятий, чтобы петь свободно. У каждого в руках длинная палка, конец которой можно поджечь, потом снова потушить.