Чудо для тёмного герцога

Он вышел, а я осталась гадать, что это сейчас было. Никак не похоже на поступок мужчины в двух шагах от свадьбы.

Глава 18

Мы болели уже неделю и изрядно замучились находиться в одной комнате. Я не привыкла так долго быть в доме. У нас в коттедже даже зимой мы долгое время находились на улице. Дела во дворе всегда находились.

Моя болезнь отступила первой, и я быстрее пошла на поправку. Бедная Оливия ещё кашляла и я поила её каждые два часа то грудным сбором из трав, то чаем с вареньем из малины, то отваром из веточек чёрной смородины и малины с добавлением мёда.

От безделья она начала хандрить, и я скрашивала болезнь Оливии чтением книг. Мы с ней обсуждали поступки героев, придумывали, как можно было поступить иначе и можно ли было вообще.

– Если во время болезни всегда так весело, то я не хочу поправляться, ― заявила Оливия.

Я рассмеялась от такой детской непосредственности.

– Когда доктор разрешит тебе вставать с постели и ты окончательно окрепнешь, будет ещё веселее, ― пообещала я. ― Мы начнём готовиться к Щедринам. Сделаем букеты и украсим наши комнаты.

Оливия захлопала в ладоши.

– Жаль, что мы так и не принесли остролист, омелу и хвойные ветки, ― расстроенно пожаловалась она.

Я покачала головой. Ох уж эти детки, не успела прийти в себя, как уже забыла своё триумфальное падение в озеро. Но я ещё долго буду помнить тот страх, который я испытала, когда увидела Оливию в воде.

– Надеюсь, ты не планируешь повторить свой подвиг? ― рассмеялась я, обняв её за плечи.

Оливия рассмеялась вместе со мной беспечным смехом, который бывает только в детстве.

Это происшествие и болезнь сроднили нас.

― Смотрю, что обе мои пациентки уже здоровы, ― раздался весёлый голос нашего доктора. Он приезжал к нам раз в три дня, чтобы проверить самочувствие и скорректировать лечение.

На этот раз доктор был один, а мы, увлечённые беседой, даже не заметили его появления. Герцог его не сопровождал. И по напряжению в его движениях я заподозрила, что доктор решил вернуться к нашему разговору. Он дождался благоприятного момента.

Он осмотрел Оливию и обрадовал её тем, что разрешил ей вставать.

– Меня больше волнует ваше состояние, ― обеспокоенно сказал доктор и, взяв меня под руку, отвёл в сторонку. ― Я провёл анализ крови и не нашёл ничего такого.

– Какого такого, доктор? ― сделала я вид, что не понимаю его. ― Что конкретно вы искали?

– Тёмное магическое воздействие, которое появилось недавно, ― раздосадованный доктор укоризненно посмотрел на меня, как будто это я виновата в его разочаровании. ― Такое ощущение, что чёрная магия абсолютно нормальна для вашего организма.

Что мне ответить доброму доктору? Рассказать правду?

Не хотелось бы давать ему в руки оружие против меня. И я лишь пожала плечами.

– Не знаю, почему так, ― отстранилась я от него, но сыграть удивление я не смогла. Я знала, что он обнаружит у меня магию, вот только не могла догадаться, какие выводы он сделает. ― У вас есть предположения?

Доктор пристально посмотрел на меня, словно решая, стоит ли мне говорить свои догадки.

– Я думаю, что вы родились уже с чёрной магией, ― недолго колебался он.

– И что это значит? ― спросила я не потому, что хотела знать ответ, а потому что он ждал от меня такого вопроса.

– Лишь то, что у вас способности к чёрной магии, ― ответил доктор.

– Какие глупости, доктор, ― попыталась улыбнуться я, но наткнулась на испытывающий взгляд.

– Получается, что вы специально оказались в замке герцога, ― изрядно довольный собой, высказал он безумную идею.

Он схватил меня за плечо и резко притянул к себе, сверля взглядом.

– Вы делаете такие выводы только на том, что на мне след чёрной магии, ― возмутилась я. ― Зачем мне проникать в замок герцога?

Хорошо ещё, что мы говорим вполголоса, и Оливия, и Дора не обращают на нас внимания.

– У вас может быть множество причин, но самая правдоподобная, что вы надеетесь попасть к нему в ученицы, ― доктор улыбался так, как будто сделал научное открытие.

Его пальцы сильнее сжимали руку, и я попыталась вырваться.

– А не правдоподобная, что вы хотите завладеть артефактами герцога, ― в его голосе было столько мёда, что зубы свело оскоминой. ― Или ещё что-нибудь раздобыть в замке.

Я не владею никакой магией, но слова доктора походили на бред. Надеюсь, что он сам это понимал.

– Ваши дурацкие предположения герцог не примет в расчёт. Глупо для того, чтобы что-то украсть, устраиваться на работу. И дара у меня никакого нет, ― принялась я его убеждать.

Если он поделится своими догадками с герцогом, то мне, возможно, придётся покинуть замок.

Герцог Вельгурский настолько непредсказуемый, что я не могла предположить, как он отреагирует на сообщение доктора. Но что-то мне подсказывало, что рисковать не стоило.

– Думаю, что следует рассказать герцогу о вас, ― доктор почувствовал моё нежелание рассказывать правду герцогу и попытался воспользоваться ситуацией. ― Посмотрим, что он скажет на это?

Ехидная улыбка скользнула по его губам. Он уже видел себя победителем.

Я лихорадочно соображала, как же мне избежать разоблачения.

Зачем ему вся эта возня? Он мог в первый же день рассказать о своих подозрениях герцогу. Или сейчас вместо того, чтобы запугивать меня, поделиться информацией с заинтересованным лицом. Но он этого не сделал, а стоял здесь и пытался меня убедить в своих бредовых предположениях.

– Если бы вы хотели рассказать обо мне герцогу, то давно бы сделали это, ― решила выяснить всё сразу, а не ходить вокруг да около. ― Чего вы хотите? Цена вашего молчания?

Глава 19

Ощущения были такие, как будто я снова прыгнула в ледяное озеро и барахталась там, не имея представления, утону или выплыву.

Предчувствие недоброго змеёй обвивало сердце.

Я не знала, что из себя представляет этот доктор? Какие у него планы на меня? В конце концов, что он попросит?

Не знала даже, стоит ли бояться его холодного, оценивающего взгляда. Он осматривал медленно, намеренно демонстративно, давая понять, что раздумывает, как можно меня использовать.

Чувствовала себя кобылой на скачках, которую перед заездом осматривают азартные игроки.

– Вы пришли ко мне и не знаете, что потребуете взамен на молчание? ― спросила я с недоумением, а у самой ёкнуло сердечко. ― Простите, но я отказываюсь понимать.

Пришли шантажировать и не знаете, что хотите получить?

– Раздумываю, ― растягивая слова, произнес он, а сам подходил всё ближе.

Я отступала, пока не упёрлась спиной в стену. Дёрнулась вырваться из патовой ситуации, но доктор, усмехнувшись, отрезал мне пути к отступлению. Он упёрся руками о стену, и моя голова оказалась между его рук.

Что происходило в комнате, я не видела, но очень надеялась на помощь Оливии.

– О чём, позвольте полюбопытствовать? ― Отозвалась я, стараясь не показать насколько мне страшно. ― Не верится, что вы не подумали о вознаграждении заранее.

Доктор снова усмехнулся. Теперь он не выглядел милым, как в тот первый день. Появился оскал хищника, который играл со своей добычей. Он знал, что хочет, но явно получал удовольствие от того, как я пытаюсь выплыть из ледяного озера своих предположений.

Тётка и сёстры говорили, что мои эмоции на лице написаны, и теперь доктор читал меня как открытую книгу.

― Раздумываю, на что вы готовы пойти, чтобы наш маленький секрет так и остался между нами, ― в его голосе проскользнули нотки удовлетворения.

Мне даже показалось, что он полон превосходства. Вот только над кем? Над бедной воспитательницей, у которой даже денег нет? Или над герцогом?

Если он решил втянуть меня в игру против тёмного мага, то мне не поздоровится. Куда ни кинь – всюду клин.

― Я бы даже сказал, насколько далеко вы готовы зайти ради сохранения своей тайны?

Да, что за намёки, говорил бы уже напрямую. Я извелась вся, но ответа так и не услышала. Он нагнетал обстановку, сверля меня взглядом и мрачно усмехаясь.

Не думала, что он такой отталкивающий тип. Особенно эта его не сходящая с губ усмешка, которая пугала меня до дрожи.

– Доктор, говорите уже, что вам нужно и покончим с этим? ― не выдержала я.

– А как вы думаете, что может быть нужно молодому неженатому мужчине от красивой девушки? ― тихо, даже слегка игриво произнёс доктор, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

Я дёрнулась, как будто увидела змею. Голова больно ударилась о стену. Резко стало тяжело дышать. Словно холодные щупальца сжали горло.

Нащупала рукой какую-то мебель, чтобы опереться. Моё сердце колотилось в груди, спеша вырваться на свободу.

Слова доктора пронзили меня как острый нож. Не ожидала я такого непристойного предложения.

Ощущение омерзения нарастало как волна, которая готова была накрыть меня с головой, заставляя дрожать от отвращения. Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

Мой разум, сбитый с толку, пытался осознать произнесённые слова.

Страх накрывал меня, как густой туман, затмевающий разум. Я чувствовала, как его холодные пальцы касаются сознания, и в каждом стуке сердца росла тревога. Что, если он не шутит? Как далеко он готов зайти?

Я понимала, что оказалась в ловушке, в которую сама себя загнала. И это чувство беспомощности добавляло ещё ужаса, как будто его и так было мало.

В тот момент, когда я нашла в себе мужество ответить отказом, доктор рассмеялся. Он хохотал, а я сжалась от обиды.

– Неужели ты могла предположить, что я сказал это всерьёз? ― его насмешливый голос, словно ушат холодной воды привёл меня в чувства.

– Серьёзно или нет, но ваше предложение я не приму никогда, ― я сделала попытку вырваться из его тисков.

– Храбрый птенчик, который пошёл против орла, ― рассмеялся он.

– Вижу, что у вас сегодня хорошее настроение, доктор, ― мой голос звенел от гнева. ― Прошу вас покинуть эту комнату. Надеюсь, что герцог Вельгурский оплатит ваши услуги.

– Он-то оплатит, но вопрос в том, сможешь ли ты оплатить моё молчание, ― цинично улыбается доктор.

Похоже, он из тех людей, которые упиваются своей властью над теми, кто попал к ним в зависимость.

– Цена меня не устраивает, ― твёрдо заявила я, когда сердце трепыхалось от страха.

Я готова была покинуть замок с позором, но не готова терпеть позор поругания. Незапятнанная честь ― единственная ценность, которая у меня осталась.

– Цена тебя устроит, птенчик, ― развязно проговорил доктор. ― Я позабочусь об этом.

Я снова дёрнулась, чтобы высвободиться, но он перехватил мою руку, прижав к стене. Свежее дыхание опаляло кожу. А его близость вызывала мучительный стыд. Не приведи богиня, нас кто-то увидит. Но доктор осмелел от своей безнаказанности.

– Ты найдёшь в библиотеке Итона старинную книгу и принесёшь её мне, ― прошептал он мне на ушко. ― Я сам свяжусь с тобой, когда ты её достанешь.

Он провёл рукой по моей щеке, склонившись так, словно хотел поцеловать. Мои глаза расширились от ужаса. Я боялась не задания, которое дал мне доктор, даже не допуская отказа, а предполагаемого поцелуя. Он всё-таки загнал меня в ловушку.

– Не бойся, ― жарко прошептал он, играя с моим страхом, ― не трону.

Я судорожно сглотнула вязкую слюну, а лучше бы плюнула ему в физиономию. Но моё благополучие по-прежнему было в руках доктора.

– Пока, ― добавил он и лизнул мочку моего уха, спазм отвращения скрутил нутро, вызывая рвотные позывы.

– Пани Амелия, ― раздался рядом знакомый голос.

Глава 20

На меня доверчивым взглядом смотрела Оливия, а рядом с немым укором взирала Дора. Служанка смотрела так, что хотелось провалиться сквозь землю от стыда.

Доктор отступил от меня на несколько шагов, но встал так, чтобы я не смогла сбежать с ними.

― Пани Амелия, вы бы вели себя поскромнее, ― с достоинством молвила Дора и отвернулась, потянув за собой Оливию.

Девочка оглядывалась, не понимая, почему она не может остаться со мной. Мне было болезненно стыдно перед своей воспитанницей, хоть она и не до конца понимала, что происходит.

– Амелия, догоняй, ― прокричала моя подопечная, и я не могла улыбнуться ей. Правда, улыбка получилась кривой.

Дай боги ей счастливую судьбу. Спасла меня от негодяя доктора.

– Меня зовут, извольте отпустить, ― холодно сказала я, а у самой полыхали щёки от смущения.

– Найдёшь книгу без названия, в чёрном кожаном переплёте, и принесёшь мне, ― доктор уже не церемонился со мной.

– Нет, я не буду воровать, ― твёрдо отказалась я.

– Ещё как будешь, ― на лице доктора появился звериный оскал, его руки с силой сжали мои запястья, едва не раздавив. ― Попробуй только не выполнить мой приказ, и герцог узнает не только о твоём магическом даре, но и о непристойном поведении.

– Это же неправда, ― с отчаянием воскликнула я.

– А кого это волнует? ― рассмеялся доктор. ― Дора и маленькая панна нас видели, ты теперь не отмоешься, Амелия. Грязь липнет быстро, а вот чтобы отмыться, порой и целой жизни не хватит.

Я замотала головой. Нет, так не должно быть. Выход есть всегда, так говорила Аманда. Но сейчас я его не видела.

– Принесёшь книгу, и я от тебя отстану.

Я едва не плакала. Сейчас главное – собраться. А о приказе доктора я подумаю потом, когда успокоюсь.

В конце концов, я не одна, у меня есть Аманда. Не помню случая, чтобы сестра мне не помогла.

Немного успокоилась. Доктор заметил изменение настроения по моему лицу.

– Если тебе будет легче, то Итон украл её у меня, ― его голос был полон злобы. ― Он всегда всё ворует.

Он наконец-то отпустил меня, чтобы сжать руки в кулаки. Кажется, будь здесь герцог, то он набросился бы на него.

Судя по тому, как эта книга нужна доктору, то это не просто экземпляр новомодного романа. Это что-то очень ценное. Настолько ценное, что я за её воровство даже жизнью своей не расплачусь.

– Герцог получил своё прозвище “Тёмный” не только потому, что владеет чёрной магией, ― произнёс со злостью доктор. ― А ещё и потому, что душа у него тёмная, а деяния чернее ночи.

Не знаю, говорит ли он правду, да и какая сейчас разница. Каким бы ни был герцог, я всё равно не решусь пойти против него. Особенно когда его так красочно описали.

– Вы вселили в меня решимость отклонить ваше предложение, ― дрожащим голосом проблеяла я.

Доктор подавлял, прогибал, заставляя сделать то, что он хотел. Противостоять его давлению у меня не хватало сил и решимости.

– С герцогом лучше не связываться, ― привела свой последний аргумент.

– А со мной спорить не боишься?

Я пожала плечами.

― Что вы мне сделаете? Расскажете герцогу, что у меня, по вашим представлениям, есть дар чёрной магии? ― я немного осмелела, когда поняла, что ничего страшного он мне не сделает. ― А с чего вы взяли, что он выгонит меня? Может, наоборот, заинтересуется.

Доктор снова рассмеялся, но уже веселья в его смехе поубавилось.

― Думаешь, что самая умная? ― жёстко спросил он, а я помотала головой. ― А если не думаешь, то чего артачишься? Я тебе сказал, что надо сделать, вот и делай. Если не вернёшь мне книгу, то я позабочусь о том, чтобы тебя выбросили на помойку. И ни в каком приличном доме ты работу не найдёшь.

Я прикусила костяшки пальцев, чтобы не расплакаться. Какой же он… Приличных слов у меня нет, а неприличные не знаю.

– Вижу, до тебя наконец-то дошло, ― удовлетворённо промурчал он. От осознания того, что он наконец-то загнал меня в угол, доктор стал походить на довольного обожравшегося кота.

Я молчала. Ответ не приходил в голову. Он обложил меня со всех сторон, как лисицу на охоте.

Доктор отошёл от меня на приличное расстояние.

― Не думай, у меня будут доказательства твоего непристойного поведения повесомее, чем свидетельство служанки, ― он подмигнул мне, как лучшей подруге. ― В искусстве лицедейства мне нет равных.

– Я заметила это, ― опустила я голову, а в голосе прозвучала горечь.

― Вот и умница. Когда найдёшь книгу, оставишь записку в дупле старой яблони возле озера, там же найдёшь ответ, куда её принести.

Кивнула, этот разговор вытянул из меня все силы. Мразь! Вот подходящее слово для этого шантажиста.

– И не вздумай дурить, ― его голос стал угрожающим. ― Если расскажешь кому-нибудь, я узнаю, если найдёшь книгу и не отдашь, я тоже узнаю.

― И что вы сделаете? ― спросила дрожащим голосом.

― Какая ты любопытная, ― недобро ухмыльнулся он. ― Не советую рисковать и удовлетворять своё любопытство. Пожалеешь, а исправить уже ничего нельзя будет.

Доктор оставил меня, скрываясь за дверью. Он не оставил мне шанса ответить “нет”. Точнее, он не захотел услышать отказ.

А я осталась наедине с его страшным приказом, и кроме как на Аманду, рассчитывать больше было не на кого.

Вот только неизвестно, когда она снова появится в замке. Нужно придумать, как дать ей весточку в деревню, что я отчаянно нуждаюсь в её помощи.

Глава 21

― Амелия, смотри, как у меня получается хорошо, ― Оливия держала ивовые прутья, которые сплетала в форме кольца. Её глаза горели восторгом, и я невольно заражалась от неё праздничным настроением.

– Что теперь делать? ― она приплясывала от нетерпения.

Я отвлеклась от плетения щедринского венка и своих мрачных мыслей. После разговора с доктором прошло несколько дней. Я искала Аманду, а она словно в воду канула. Не отвечала на письма, а идти к ней сама я побаивалась.

– После болезни ты стала такой грустной, ― бросив свой венок, обняла меня Оливия. ― Как я могу развеселить тебя?

– Я не грустная, а задумчивая, ― улыбнулась ей, чтобы не портить праздничное настроение. ― Давай закончим твой венок и повесим здесь, над дверью.

Оливия захлопала владоши и мы весело закопались в ветках ели, сосны, можжевельника.

― Чем ты будешь украшать свой венок? ― спросила я, выбирая для украшения своего можжевелового венка тимьян, веточки с ягодами боярышника и яркую красную ленту.

– Не знаю, ― пожала она плечами. ― Вот ты почему именно такой сплела?

Я улыбнулась, радуясь её любознательности. Посадить подвижного ребёнка за парту и вещать несомненно важную информацию я считала дикостью. Всё, что ей нужно знать, Оливия получала в игре, как, например, сейчас. Я могла бы ей заранее рассказать об этих венках, так как ей, как будущей хозяйке замка, нужно знать с каким посылом составлять праздничные венки. Но тогда бы она точно не запомнила ничего, а так сама попросила рассказать.

― В щедринском венке всё не случайно, ― начала я таинственным голосом, и глаза Оливии округлились в ожидании интересного рассказа. ― Начиная с формы венка. А какой он формы?

― Круглой, ― посмотрела она на мой венок, а потом с сомнением добавила, ― овальной?

Я погладила её по голове.

– Правильно круглой, а твой овал мы сейчас быстро поправим, ― я ловко стянула ивовые прутья так, что получился круг, прочно связала их толстыми нитками. ― Вот видишь, и твой венок правильной формы. Круг символизирует перемену времён года. Какие времена года ты знаешь?

Оливия перечислила, лишь немного перепутав местами лето с осенью. Я поправила и попросила перечислить какие месяцы года относятся к лету, а какие к осени. Она справилась на отлично, и я похвалила её.

– Видишь, зима всегда сменяет осень, зиму сменяет весна, а весну лето, лето осень и этот бесконечный цикл никогда не нарушается. Он длился вечность до нас и будет длиться бесконечно после нас. Как думаешь, что означает венок?

Оливия подумала, что-то прошептала, позагибала пальчики, и я уже решила, что она не догадается, но нет:

– Бесконечность, ― выпалила она. ― Правильно? У него нет начала и нет конца.

– Совершенно верно, Оливия, ― похвалила я её. ― Ты такая умная девочка. А ещё он означает год.

Личико ребёнка осветила радость от тёплых слов в свой адрес.

– А ещё считается, что венки и другие предметы, имеющие форму круга, берегут дом от нечисти, ― сказала я и добавила про себя, – «хорошо бы ещё берегли и от злых людей».

Размеренная жизнь и занятия с Оливией понемногу приводили в равновесие мои чувства. Сознание прояснялось, и я совершенно точно знала, что теперь мне делать. Возможно даже помощь Аманды не понадобится, если всё пойдёт как задумано.

– Сейчас будем украшать наши венки, ― проговорила я. ― Каждое растение имеет свой смысл.

– Расскажи о своих? ― попросила Оливия.

― Я взяла для основы венка хвойные ветки можжевельника, который обозначает долгую жизнь и крепкую связь со своим родом, добавила тимьян для храбрости, ягоды боярышника для радости, пожалуй, я ещё добавлю…― я задумалась.

― Омелу, ― протянула мне пучок травы Оливия. ― Что она значит?

– Омела значит любовь, ― взяла я у неё веточки с жемчужинами ягод и щедро украсила ими свой венок.

– А мне чем украсить свой венок? ― крутила в руках Оливия основу из ивовых прутьев.

– Давай примотаем к основе сосновые ветки с шишками, – посоветовала я. ― Сосновыми шишками украшают венок для богатства и процветания, можно добавить лаванду и шалфей для крепкого здоровья, тебе это точно не помешает, ― улыбнулась я. ― И, конечно же, омелу.

Оливия старательно мне помогала, вставляя веточки растений по всему венку.

― Мне сказала Дора, что если под омелой окажутся вместе мужчина и женщина, то они должны поцеловаться, ― поделилась со мной добытыми сведениями девочка.

Глазёнки её при этом блестели от восторга.

Дора просто кладезь бесполезных знаний. Зачем ей сейчас такие знания.

– Представляю, как под омелой окажешься ты и Густав, ― рассмеялась я.

– А если ты? ― расстроилась Оливия, что я не приняла всерьез её слова.

– Постараюсь избегать Густава, пока в доме висят венки, ― торжественно пообещала я и она рассмеялась.

– Я тоже торжественно обещаю, ― подражая мне промолвила Оливия. ― А ещё тебе нужно избегать доктора и не только под омелой.

Её предупреждение всколыхнуло неприятные воспоминания.

– А ещё лучше…― начала она и резко оборвала свою речь, глядя мне за спину.

– Так это ты и есть воспитательница дочери Итона? ― спросила красивая черноволосая девушка со вздёрнутым носиком и алыми пухлыми губами, презрительно рассматривая меня.

Глава 22Дочь? Оливия разве дочь герцога? Я даже упустила, что она назвала герцога Вельгурского Итоном, подчёркивая близкое знакомство. Оливия же не обратила внимания на то, что девушка назвала её дочерью герцога. А этой красавице язычок бы укоротить.

Может, она и есть та самая невеста? Но я не знала в лицо Ветту Калиновскую и утверждать не могла. Вполне возможно, что такая высокородная пани приехала со свитой из подруг.

Карие глаза красавицы смотрели с высокомерным превосходством, и я могла понять её. Одно её платье стоило столько, сколько я за год не получу. А я…

Что я? Я выглядела как нищенка в своём стареньком, несколько раз перешитом и бесчисленное число раз штопанном платье. Жгучее чувство стыда за то, что я не выгляжу презентабельно, поднималось из самого нутра и заполняло душу.

Я встала, как и полагается при появлении особы выше по рождению.

Если бы я находилась в замке под своим собственным именем и в качестве гостьи, тогда ей пришлось бы кланяться первой.

Род Вельских настолько древний, насколько бедный. Как же сейчас я ощущала костлявую руку бедности. Никогда раньше я не задумывалась об этом и уж точно не стыдилась себя. А эта девушка вызывала во мне чувство неполноценности.

– Амелия Бельская, воспитательница Оливии Вилюш, ― представила я нас обоих.

Оливия и не думала вставать со своего кресла, а я растерялась. Насколько эта девушка знатнее племянницы герцога? Я даже не знала её имени и кто она? Сделала выводы по богатой одежде и высокомерной манере держать себя.

― Ну, ну, ― внезапная посетительница не переставала разглядывать меня. Это становилось уже неприличным даже для неё.

– Почему вы так смотрите на Амелию?

Не заметила, как Оливия слезла с кресла и стала впереди меня, подбоченясь, как это делала Дора, когда злилась.

– Ты бы не лезла в дела взрослых, малявка, ― насмешливо произнесла она.

– Я не малявка, ― зло сказала Оливия, ― а вы кто?

Девушка хмыкнула и наклонилась к Оливии так, что их глаза стали на одном уровне.

– Я будущая герцогиня Вельгурская, ― ответила она. ― После свадьбы ни тебя, малявка, ни тебя, нищенка, в замке не будет.

– Это не вам решать, будущая герцогиня – ещё не настоящая, ― заступилась я за Оливию.

Девочка рассмеялась и выдала перл, что мне стало стыдно:

– Обещать – не значит жениться.

– Оливия, ― оборвала я её. ― Откуда ты набралась этих фразочек?

– Ясно откуда, ― вставила язвительное замечание невеста герцога. ― Что может дать оборванка без образования?