Сокровище для непримиримых принцев. Возвращение

– Что-о?

Какое предвзятое отношение к возрасту и умелый перевод темы!

– Какая я малышка? С двенадцати лет сама за себя отвечаю, мудрая не по годам, потому что выживание – мой конек! – отрезала и заткнула себя очередным кусочком омлета.

Меня все-таки удостоили легким поцелуем в плечо, что немного сбавило пыл.

– Тебе сорок, пятьдесят? По голосу не скажешь.

– Пусть будет где-то так.

– Тут разброс в десять лет, ты уж определись!

Мужчина хмыкнул, и я уже смирилась, что ответа мне не видать, но после непродолжительного молчания меня огорошили.

– Мне очень много лет, Лиза, я метаморф.

Я замолчала только потому, что подавилась. И, только приложив титанические усилия, проглотила кусок.

Кто ж такое говорит за едой? Метаморфы – это кто вообще? Люди со способностями преобразования, превращения? На базе таких осмысленных Homo sapiens явно не было, а уж я-то вначале успела залезть в каждый корпус!

Собралась с мыслями, замаскировав этот процесс желанием доесть завтрак.

– Ты родился таким? – приглушенно и все еще недоверчиво спросила после последнего кусочка. Отпила уже остывший кофе.

– Не совсем, думаю, меня таким сделали.

Было видно, что говорить Карэлу не хотелось, но он сам начал!

– Извини, но кто? – спросила ровным тоном, поддерживая профессионализм.

Услышала вздох.

– Нечестно, – хмыкнул он. – Ты же знаешь, что я не смогу тебе соврать.

Укор в его голосе заставил смутиться. Вспомнила, что обманывать напрямую мы не способны, ложь ощутилась бы предательством из-за нашей связи. А вот бесконечно юлить – пожалуйста.

Я осторожно поставила кружку и на ощупь, обходя стратегически важные места его тела, нашла ладонь, сжав ее пальцами. Мужчина охотно сплел пальцы в ответ.

– Слушай, я просто хочу сильнее узнать тебя. Не знаю, откуда у нас эта сильная связь, страсть и желание быть искренними, но если мы хорошо друг друга узнаем, все это хотя бы будет иметь смысл.

И мужчина, проникнувшись моей речью, незамедлительно решил меня добить.

– Мне сто пятьдесят.

Я забыла, о чем думала, и уткнулась в одну точку где-то внутри своего сознания. Наверно, все эмоции отражались на моем лице.

– Примерно. Не стоило говорить. – Последовавший сокрушенный вздох вывел меня из коматоза.

Мужчина! Не мог! Лгать!

Я наконец-то обрела дар речи:

– Вот это да! – Восхищенная улыбка поползла вверх.

Невероятная информация о такой длительности жизни приоткрыла дверь к безграничным возможностям и исследованиям новых способов жизни, план которых тут же возникал в моей голове, порождая кучу вопросов.

– То есть ты пережил обе войны и революции? Ты всегда жил в этой стране? А родители тоже такие? И какой максимальный возраст у таких, как ты? И еще… мозг сильно стирает воспоминания столетней давности? Ты один такой? И, вообще, как удалось скрывать это?! И смогла бы я так? Что для этого надо?..

Словесный поток продолжался, несмотря на его напрягшуюся руку.

– А ты настырная, да? – Мужчина обреченно взмолился и начал рассказывать, а я жадно впитывала каждое слово.

Оказалось, что Карэл не единственный метаморф, некоторые скрывались. По его мнению, все это было, возможно, экспериментом невероятного ученого ума. Всю жизнь Карэл пытался исследовать свое тело, клетки, брал образцы из лабораторий в поисках зацепки. Сейчас, в век технологий и хорошей медицины, это получалось успешнее.

Например, он понял, что в его организме были участки ДНК животного, но как это скрещивание стало возможно в те времена, понять не мог. Спаривание напрямую никогда не приводило к рождению человека, еще и со способностями.

Если говорить про его навыки, то Карэл владел не только крыльями, но и острым зрением, имел долголетие, хорошую силу и «дополнительные бонусы», о которых он не рассказал, но которые давно не использовал по причине их бесчеловечия.

Ну да, а иметь способность летать, в отличие от нас, смертных, – это человечно? От зависти тоже умирают, вообще-то!

Впрочем, бонусы, по его словам, возможны были только при одном условии – если выпить человеческой крови.

Он все-таки будто вампир! Я распахнула слепые глаза, и мне сразу вспомнилось.

– Карэл, помнишь я попросила укусить? Ты вонзил зубы в шею и выпил? Почему мне этого захотелось вообще? – Я потерла шершавое место на шее.

Он убрал мою руку и поцеловал туда.

– Ты очень вкусно пахнешь, Лиза, если бы ты не попросила, я мог бы и сам сорваться. Я не делал этого уже двадцать лет. Но ты заглушила мой разум.

Он говорил тихо, гладя меня по шее и подбородку, заставляя балдеть от этих ласк.

– Я пока не знаю, откуда эта реакция у нас с тобой, но еще тогда, в коридорах лабораторий, учуял тебя издалека, забыв о планах, и пошел на запах. Зверь внутри меня хочет сделать тебя своей. Затащить в дом и не показывать никому. Целовать, любить, кусать, создать потомство...

– Стоп! Стоп! Стоп! Какое еще потомство?! Давай, полегче, а? Заглуши-ка своего зверя, а то первые строки в списке уже выполнены! – растерянно прервала поток его откровений.

– Полностью не смогу, он часть меня. Только сила воли и блокатор для экстренных случаев.

– Насколько экстренных? – Я няпряглась.

– Например… Короче, за все эти годы я выяснил, что после поглощения крови и именно в порыве страсти просыпается чересчур усиленный инстинкт защитника. Хочется растерзать всех вокруг, чтобы защитить того, кого укусил. В тот раз очень повезло, что мы были над озером. Если б я не окунулся, не охладился, обязательно учуял бы кого-нибудь поблизости и полетел расправляться с ним.

Мои слепые глаза чуть не вылезли из орбит.

В полнейшем шоке почувствовала, как тело сковало, а холодок от нерадужных картинок прошелся по всему позвоночнику. Фоном в сердце кольнула ревность, что я не единственная, кого он кусал. Впрочем, мужчина тоже напрягся, ожидая моей реакции.

– Извини, но это похоже на идеального воина-убийцу... У меня сейчас в голове рождается слишком глобальная картина заговоров, махинаций и войн, которые могли бы быть доступны богатым людям благодаря таким, как ты ...

– Я знаю, – через зубы процедил он. – Раньше военные и некоторые сумасшедшие были падки на базу с лабораториями по той же причине – искали удобную машину для убийства. Но те животные не такие. Они бесконтрольны. Подойдут разве что для казни определенного человека в одной комнате.

Мы замолчали. Мне было неловко вызывать все эти воспоминания.

– Извини, хочешь, потом продолжим? Тебе, наверное, неприятно. Но у тебя большая сила воли, ты молодец. – Я погладила мужчину по груди, а он очень устало прислонился ко мне, обвил руками за плечи, уткнулся носом в волосы и тяжело дышал. Будто сейчас разжалась какая-то пружина, мучившая его.

– Все хорошо, успокойся, мы разберемся. Я тоже могу тебе помочь, у меня связь со своей организацией, а у них явно свои секреты.

– Да, эти секреты я бы не прочь узнать, – выдохнули мне в шею, отчего мурашки щекотливо разбрелись по спине.

– Я очень неплохо умею их раскрывать. Мне просто нужно алиби, доказательство частично выполненной миссии и… – не успела договорить

– Нет. Я не отпущу тебя. Это большой риск. – Мужчина практически рычал. – Если ты где-то проколешься, тебя ликвидируют.

– Вот именно, в данной ситуации я ближе всех к этим тайнам, поэтому выбора нет.

– Ты можешь просто не помогать, работать дальше и не подвергать себя опасности из-за меня.

– Не обольщайся. Если тебе будет спокойней, то это не только из-за тебя, – притушила его самомнение. – Это уже дело чести. Ты мне открыл двери в новый мир, и это придает уверенности. Последние годы чувство, что меня обманывают, росло внутри. Я им тут проворачиваю такие операции, узнаю никому недоступную информацию, приношу ценности – с их помощью мир можно захватить, достаю предметы, повторения которых не предусматривается, а о назначении можно только гадать! А они в ответ настолько мне не доверяют, что даже план корпусов не удосужились выдать! И если теперь меня захотят ликвидировать, то хотя бы уйду с чистой совестью и знанием правды.

Но надежда выкрутиться, конечно, оставалась, как и вариант, что я ошибалась и все имело другое объяснение.

– Вот именно из-за твоего профессионализма и не доверяют, я бы тоже не доверил. Хорошие агенты нередко играют на несколько сторон. Но ты не успокоишься, да? – процедил мужчина, обреченно вздохнув.

Он отпустил меня и принялся за уже давно остывшую еду.

– Чтобы не подвергать тебя большим рискам, надо все продумать.

Чем мы и занялись. Делились возможными развитиями событий, приправляя все беспощадным сарказмом, уютно спорили, просто потому что нравилось рождать из двух мнений ценную истину. В общем, было комфортно и продуктивно.

Глава 3. Непозволительная близость. Убегай!

Основной штаб располагался в Москве. В него было не так легко попасть, потому что корпус не служил местом для обучения, тренировок, исследований, зато там базировалось все руководство. Соответственно, именно в нем таились кабинеты с всевозможными трофеями, документами, а по слухам имелись даже секретные лаборатории. Нам все представляли в настолько мутном и скрытном ключе, что я даже не знала, был ли мой начальник непосредственно главой всех подразделений или только моего. Самое высшее начальство, если оно существовало, в лицо я, скорее всего, не видела, а своего непосредственного руководителя встречала буквально пару раз в начале карьерной деятельности.

Главная загвоздка в нашем с Карэлом плане – это отсутствие пропуска, который предстояло добыть. Стандартно вход могли обеспечить сетчатка глаза или отпечаток пальца. Значит, нужно было искать лазейку. Но мне не впервые выкручиваться из таких ситуаций. Внутри собиралась ориентироваться по обстоятельствам. Я никогда не любила четкие планы, потому именно импровизация – мой конек.

Карэл занимался извлечением из своих закромов образца «mutatigro» – так, оказывается, в запретной базе записывали выведенных представителей подсемейства больших кошек, подверженных экспериментам спаривания и введению эмбриону ДНК уже мутировавших тварей. Все названия были забавными, наподобие «мутолеопардус», «мутопандакрылус», хотя на деле ничего веселого у бедных покалеченных животных не было.

Карэл предупредил, что особой пользы от образца ждать не стоило, потому что он расщепил большие цепочки ДНК. Не хватало еще, чтобы он собственной персоной раскрывал третьим лицам чужие секреты. Но мне было важно само наличие любых образцов, так как добытые мной экземпляры успешно забыты в клетке с тварью. И тогда я хотя бы могла подчистить хвост, выполнив задание на пятьдесят процентов – два корпуса уничтожены, а материал взят.

Оставалась одна крохотная проблемка... Я ни черта не видела. И за сегодня ее надо было решить.

– Карэл, причина отсутствия зрения точно вещества на базе? – аккуратно подошла к его личному «медицинскому столу», размещенному прямо в спальне и, судя по звукам, снабженному пробирками и микроскопом, поэтому облокачиваться не стала.

– Восемьдесят процентов. Мне нужна твоя кровь, и я сейчас же сделаю пару сравнительных анализов.

Было волнительно отдавать кровь тому, кто буквально столетие специализируется на манипуляциях с ней, да что там – пьет ее! Но в данный момент я не собиралась упускать шанс излечить мою периодическую слепоту, к тому же интуиция подсказывала, что бояться нечего.

– Я готова, если ты можешь отвлечься.

Карэл технично отошел в другую часть комнаты, достал что-то, подошел вновь и придвинул стул, усадив меня. Аккуратно положил мою руку на твердую поверхность, не забыв клюнуть в висок, и попросил расслабиться. С этим у меня вышло не очень, потому что не видеть, что делали с моим телом, я не привыкла. Волнение заставило дыхание участиться, а мозг – ожидать подвоха. Но мужчина мягко протер сгиб, и я даже не уловила, когда случилось проникновение. Довольно профессионально, словно занимался забором крови ежедневно. У него явно было в порядке со всеми видами проникновения.

Мысли, начавшие уходить не в ту сторону от его близости, заботливо оборвали:

– Все, пробирка наполнена, согни руку, – попросил Карэл после того, как протер сгиб. – Я пойду, рассмотрю реакции твоей крови, подожди, пожалуйста, в комнате спокойно. Тебе что-нибудь нужно?

Пока Карэл произносил это предложение, я неожиданно начала видеть очертания мужчины и резко опустила взгляд, прикрыв веки, чтобы показаться обдумывающей его слова.

– Хм. Разве что покажешь, где тут душ, – сказала я, тщательно делая вид, что не вижу двери напротив кровати.

Он взял меня за руку, и мы медленно пошли прямо к этой двери. Я не ошиблась – довольно большая комната, с мраморным полом, в черно-бежевых оттенках, явно мужская. Справа располагалась отдельная территория с туалетом. Мужчина дал мне многое пощупать, а я старательно лапала все выступы комнаты на случай ожидаемого «затмения».

Впереди царствовала большая ванна, которая мне, привыкшей к быстрым душам, показалась роскошным перебором. Карэл включил воду, чтобы наполнить ее, достал полотенца и халат и положил слева. Краем глаза я увидела зеркальную стенку и раковину, встроенную в каменные тумбы без ножки, с эффектом парения над полом.

– Моющие принадлежности здесь. – Он достал из полки и поставил на тумбу около ванной, подвел меня, чтобы я ощупала. Там было пузырьков десять, и мне уже не терпелось их изучить.

– По запаху, надеюсь, поймешь.

Ну да конечно, я ж привыкла нежиться в ванне и использовать по сто флаконов.

– Угу, разберусь, – буркнула, надеясь, что не успею ослепнуть до прочтения.

Карэл подошел и обнял меня, чмокнув в губы, а потом, не сдержавшись, поцеловал нежнее, и я ответила тем же. Когда это перешло в страстное слияние, явно намекавшее на продолжение, я все же вспомнила, что дела зовут, а мои глаза не ждут, поэтому пришлось с нежеланием отодвинуть его от себя. Оторвавшись от губ, мужчина искренне улыбнулся, а мне показалось это самым красивым моментом, который я сегодня видела, даже если смотрела расфокусированным взглядом из-под ресниц.

– Я пошел, – прошептал он снова. – Точно справишься?

– Справлюсь. Удачи, – только и смогла шепнуть в ответ.

Меня оставили одну с наполняющейся ванной. Я быстро справилась в уборной, потом сняла с себя брюки, топ и белье, оставив на полу, и зашла в это джакузи для великанов. Теплая, на грани с горячей вода приятно обволакивала тело. Пока я нежилась в этом океане, принялась рассматривать свою кожу и обнаружила вполне ожидаемые синяки, возникшие не только в результате задания и побега, но и по причине цепких рук одного не в меру сильного мужчины.

Мягкий валик под головой казался очень продуманным решением. Сколько себя помнила, всегда торопилась, в основном из-за плотного распорядка дня, поэтому принимала ванны нечасто и не с таким комфортом.

По иронии, сейчас мне тоже было необходимо спешить, поэтому принялась рассматривать тюбики и только убедилась в своих подозрениях – похоже, все было собственного производства. Конечно, если жить более ста пятидесяти лет, можно найти для себя всевозможных проверенных поставщиков, вплоть до качественной еды, или открыть собственные фабрики.

Прочитала белую этикетку на темно-коричневой бутылочке «Гель для тела с вытяжкой из медуз». Вот и как я должна была это понять по запаху? Похожа ли я на знатока медуз? Или, когда живешь так долго, забываешь, что обычные смертные менее опытны? Дальше больше – «Скраб для тела с наночастицами хитина», «Мусс для кожи со слизью». Чьей – я даже не стала разбираться. «Пена для ванны из экстракта таволги» – хоть тут не были потревожены животные. «Расслабляющее масло с эфиром лаванды», «Морская соль для ванны очищающая», «Экстракт алоэ и слюны новуса для волос» (почему нельзя было просто написать «шампунь»?). Так ведь всех девушек распугать можно! Мысль о том, что тут нежились и другие девушки, неожиданно кольнула.

В итоге мылилась слизью, медузами и чьими-то слюнями. Ладно, надо было отдать должное, несмотря на названия и непривычный состав, пахло божественно, а главное, натурально.

Пока вновь не ослепла, быстро помыла голову, хорошенько вычищая остатки гари в надежде устранить запах дыма. Понадеялась, что Карэла все это время не сильно смущала копченая версия меня. Только обернув полотенцем ставшие полностью черными от влаги волосы, смогла со спокойной совестью продолжить нежиться в ванне. Тело получало свою дозу удовольствия, масла расслабляли, а запах словно питал силами, проникая в каждую клеточку.

Закрыла глаза, балдея и отчетливо понимая, как мне не хватало нормальных условий в последние недели. А когда открыла, поняла, что можно было этого и не делать.

Почему утрата зрения происходила с разной периодичностью? Я начала улавливать связь, некие подозрения закрались еще в прошлый раз, но для чистоты эксперимента придется дождаться следующего «прозрения».

Услышала шаги в соседней комнате и немного разволновалась в надежде, что Карэлу удалось узнать что-то хорошее и я не становилась мутантом или не слепла бесповоротно. Пока мужчина расставлял какие-то предметы в спальне, я встала, вытащила заглушку в ванне, на ощупь перешагнула через бортик и обтерлась мягким полотенцем. Промокнув волосы еще раз и немного взъерошив, чтобы придать объем, оставила их распущенными высыхать. Мои пальцы оценили особую мягкость.

Я аккуратно подошла к предполагаемой зеркальной стенке с каменными тумбами, чтобы повесить полотенца на крючок, который еще полчаса назад приметила на стенке, и поняла, что не только расслабилась, но и захмелела. Щечки начали гореть, координация сбиваться так, что по пути снесла пару бутыльков, стукнувшись ногой. Спокойно!

За стеной тут же затихло, и Карэл, видимо, услышав переполох, направился ко мне. Я не успела даже сдвинуться, чтобы надеть халат, как в комнату вошли.

– Кхм… Искупалась? – произнес мужчина с явной «изучающей» паузой.

Я надеялась, что сразила его своим голым телом, а не перевернутыми бутыльками. Тем не менее, осталась стоять лицом к зеркалам и боком к мужчине. Показалось, что меня немного шатает, но отсутствие зрения не давало подтвердить этот факт, поэтому, на всякий случай я держалась за столешницу, чтобы не упасть.

– Да. Только не знаю, как я должна была узнать по запаху, где гель, а где шампунь, – улыбнулась без осуждения. – Но они все вкусно пахнут, – попыталась задобрить мужчину.

Хотя сейчас меня заботило немного другое, а именно напрягшаяся грудь и желание, чтобы ко мне прикоснулись.

Я начала переминаться с ног на ногу, а мужчина, будто почувствовав мое состояние, медленно подошел сзади, переложил прядь с правого плеча и шеи назад и уткнулся носом сначала в волосы, потом шею, дотянулся до ключицы…

– Ты все правильно сделала. Действительно, вкусно. – Карэл опалил меня горячим дыханием. От этого электрического импульса мурашки разбрелись до пят, заставив прогнуться в спине.

– Люблю твои инстинкты... – ляпнула первое, что пришло на ум, потому что сейчас думалось плохо, а голова кружилась. Прикосновения казались нереальными, а тепло внутри нарастало.

В ответ мужчина замер, задержав дыхание, а потом ринулся выкладывать дорожку поцелуев от плеча к шее.

Я начала таять под жаром мужских губ и отклонила голову вбок, предоставляя еще больший доступ к коже. Его рука накрыла мою напрягшуюся грудь, по-собственнически ее сжимая, а пальцы второй плавно перемещалась к самому пылающему месту.

Карэл жадно целовал меня, прихватывал губами под челюстью, но вдруг резко отстранился. Я не видела, но ощущала всей собой, что он прилагал титанические усилия.

– Нет, – услышала я результат его внутренней борьбы.

Браво, мужчина с железной силой воли! Только вот у меня сейчас ее не наблюдалось, я вообще ощущала себя будто во сне, где нет никаких рамок и планов. Поэтому повернулась к Карэлу грудью и только собиралась протянуть руки к его лицу, как он схватил их за запястья, зафиксировав своей широкой ладонью за моей спиной.

– М-м, любишь, чтобы тебе подчинялись? – захотела распалить мужчину.

Тяжелое дыхание в ответ откликнулось очередной волной возбуждения, закручивающейся спиралью внизу живота.

– Договорилась… – В мои губы впились так несдержанно, что я простонала прямо в рот.

Вторая его ладонь, не удерживающая запястья, шлепнула меня по ягодице, заставляя поддаться вперед и почувствовать через ткань такую желанную сейчас мужскую плоть. Одежда предательским образом была еще на мужчине и мешала в полной мере ощутить жар и пульсацию твердого, массивного члена.

Опустив руку под мою ягодицу, Карэл поднял меня за бедро, усадив на каменную прохладную тумбу, которая моментально нагрелась. В воздухе смешался запах трав, дурманящих экстрактов и секса. Я раздвинула ноги шире, так сильно желая ощутить мужчину внутри, и его ловкие пальцы моментально пробрались к моему пульсирующему месту. Его сжимали и пошлепывали, а я совсем не могла сдержать тихие визги.

Как и не могла о чем-то думать, потому что весь мир сомкнулся лишь на этом желанном мужчине, так властно удерживающим мои руки, заставляющим прогибаться в пояснице, открывая грудь для влажных поцелуев. Ощущение его жара обволакивало, а нежные и грубые посасывания горошин сосков заставляли молить то ли не останавливаться, то ли перестать меня мучать и уже использовать грубо член по назначению.

Но мужчина издевался, напитывался чувством контроля, а мне только и оставалось завидовать его выдержке, стонать и слушать хриплое прерывистое дыхание.

Когда он, наигравшись с грудью, впился снова в мои губы, то я взяла сполна – начала развязно всасывать его язык, будто бы в стремлении достать до глотки. Наслаждаясь несдержанным низким стоном, прикусила мужчину за этот самый язык, а потом, отодвинулась, оттягивая губу, как бы намекая, чтоб он перестал церемониться.

– Пожалуйста… – нечленораздельно промямлила я, пока мою шею буквально облизывали, а чужая рука с влажными звуками сминала чувствительный бугорок между ног, приносящий волны удовольствия.

– Пожалуйста что? – издевался мужчина, кусая мочку моего уха.

– Трахни меня, прошу… – уже проскулила я.

– Такая ненасытная девочка. – Я готова была кончить просто от его низкого голоса, но в этот момент он проник в мое мокрое нутро сразу тремя пальцами.

Я несдержанно простонала, моментально задвигав бедрами, как получалось на горячей столешнице. Но мужчина пресек мои попытки и, углубив пальцы, начал методично подготавливать меня к большему.

Теперь наши поцелуи переросли в быстрые и не менее страстные. Мужчина отвлекался на шею, плечи, ключицы, грудь, а я лишь сконцентрировалась на ощущениях внутри, таких распирающих, разносящих волны удовольствия по всему телу, и жаждала его губ. Карэл, будто услышав, впился в них и без предупреждения вошел по-настоящему, сразу до конца.

Мы оба приглушенно застонали друг к другу в губы. Объемы были настолько впечатляющими, что я мысленно поблагодарила его за подготовку. Мужчина не шевелился, давая мне привыкнуть, прокладывая утешающую дорожку поцелуев от уха до уголка губ. Его забота была ценна, но я слишком долго ждала, слишком велик был пожар внутри, поэтому не церемонясь, подтянув себя к нему ногами, сама насадилась вперед, намекая на движения.

Мужчина резко втянул воздух сквозь зубы и принялся активно вбиваться в мое горящее тело. Краем сознания мне показалось, что он сдерживался, но ощущений и так было предостаточно, поэтому я, забыв об этом, полностью отдалась потоку. Мне из-за невозможности двигать руками оставалось лишь наслаждаться, выцеловывать его лицо, прикусывать под челюстью, всасывать мочку его уха и несдержанно стонать от того, как член проезжался по всем чувствительным местам, доставая до самой эрогенной зоны.

В прошлый раз, в воздухе, ощущения были другого рода, но такими же оглушающими до звездочек.

Мои кисти по-прежнему держали в замке за спиной, а амплитуда толчков становилась размашистой, с оттяжкой. На каждый шлепок я извивалась, насколько позволяли его горячие руки, но, противореча самой себе, обняла мужчину ногами еще сильнее, не желая разъединяться ни на секунду. Его пальцы больнее сжали мою ягодицу, явно оставляя собственнические синяки, отчего тепло сладостно разлилось по моим венам.