Господь и роботы 1

- Там дела только по работе, - отвечала она. – Под этот проект я могу получить госфинансирование.

Глава 6

- А, ну да, - согласился пенсионер и перевёл разговор на более интересующую его тему. – Когда стройку на даче начнём? Я с бригадой договорился, надо аванс.

- Па, давай не спешить, – сказала она. – Старый домик ещё нормальный. И мы же там не живём. Подождёт.

- Раздумала?

- Просто не время, сейчас на работе затраты будут, - женщина заметила недовольный взгляд отца и добавила: - Но они окупятся.

- Лёшка сказал? – зловеще поинтересовался Виктор Иванович.

- Что сказал? – не поняла дочь.

- Что окупятся.

- Да я и сама знаю.

- Смотри - прогоришь! – предостерёг пожилой человек, и Ольга попросила:

- Па, ну не начинай!

- За тебя же переживаю! – продолжал он. - Чего тебе не хватает? От матери налаженное дело осталось! Ну что ты там собралась внедрять?

- Эмоциональный искусственный интеллект нового поколения, - отвечала она.

- Ты сначала научись своим интеллектом думать. У самой денег нет родную мать воскресить, а туда же! Пацан лапши навешал, она и рада последнее отдать!

- Успокойся! – дочь понимала, что отец хочет руководить строительством нового дома на дачном участке просто от скуки, чтобы стать важным человеком при деле, но чувствовала, что этого ему не надо говорить. - Вижу, тебе уже лучше. Поехала я домой.

Виктор Иванович понял, что перегнул и сказал примирительно:

- Оль, да всё нормально. Езжай, я справлюсь.

- Рада за тебя, - она взяла смартфон и набрала номер.

В постели комнаты общежития спортшколы биороботов объятия и поцелуи Сергея и Ларисы становились всё жарче, когда на тумбочке заверещал его гаджет. Поняв, что звонит жена, мужчина отстранился от подруги, ещё не зная – отвечать или нет. Наконец, решился:

- Алло.

- Сергей, привет! – послышался голос Ольги. - Ты дома?

- Я у мамы, - ответил тот. – Тебе к отцу можно, а мне к матери нельзя?

Тут Ларису разобрало приступом беззвучного смеха.

- Ей плохо? – спросила законная жена.

- Было плохо, - Сергей взглянул на Лару. – Уже вроде нормально.

- Может, помочь?

- Ничего, я справлюсь, - заверил он собеседницу, и, боясь, как бы Лариса не начала хохотать уже в голос, сменил тему. – А ты где?

- А она тоже, - сквозь смех шёпотом подсказала девушка. - С Лёхой!

- У папы, - ответила Ольга. - Ему уже лучше. Сейчас вот домой поеду. А ты когда?

- Говорю же: я у мамы, - напомнил Сергей, соображая, что делать дальше.

- Серёж, а зачем ты Свете сказал, что у меня с Лёшей что-то есть? – вдруг поинтересовалась Ольга.

- А что - ничего нет? – переспросил он.

- Да как тебе такое в голову могло прийти! – возмутилась она.

- А что мне должно прийти, когда вы чуть не друг на друге сидите? – тоже вознегодовал Сергей. - Хоть бы дверь заперли!

- У тебя совсем крыша съехала? – только и сказала Ольга, несколько растерявшись от его уверенности в собственной правоте.

- Ладно, хватит. Я перезвоню, - он отключил разговор и вернулся с к прерванному занятию Ларисой, но он вдруг спохватился, опять набрал номер и сказал в трубку:

- Алло, ма! Если Оля позвонит, скажи, я у тебя. Только что вышел в магазин. И мне отзвонись. Хорошо? Потом расскажу, - он убрал телефон и вновь обратился к подруге. – Так на чём мы остановились?

- Бедный, - заметила та с улыбкой. - Оле гулять можно, а тебе нет? - девушка опять не смогла сдержать смех: - Вот ты Штирлиц! – и с забавной таинственностью пропела несколько знаменитых тактов из старинного кинохита, но очарованный любовник закрыл ей рот своим страстным поцелуем.

Поскольку в его понимании Ольга должна была чувствовать себя виновной как минимум во флирте с чужим мужчиной, Сергей был уверен, что на правах оскорблённой стороны сегодня может не возвращаться домой. Пусть супруга думает, будто он от обиды ночует у своей мамы. Заодно поймёт, каково ему было, когда она оставалась на ночь у своего отца. Главное, чтоб Ольга не узнала об его измене, ведь этот брак очень выгоден для него, когда большие деньги жены – их общие, а его скромные средства – только его.

***

Когда утром к Ольге в офис приехал Алексей, чтобы продолжить переговоры о совместном бизнесе, она сказала, избегая смотреть ему в глаза:

- Твоя мама звонила.

Парень кивнул. Он сразу всё понял. Обоим было неловко, и ситуацию требовалось прояснить.

Глава 7

Алексей ещё при первой встрече хотел сказать Ольге, что по документам не является человеком, но что-то его удержало, и он смолчал об этом. Конечно, теперь придётся сказать правду. Но сделай он это сразу - контакта с Ольгой могло просто не получиться.

– Да, формально я робот, - признался он, посмотрев собеседнице в глаза, и она опять отвела взгляд. – Но я понимал, что так вот сходу лучше тебе этого не говорить – сначала надо ознакомить с проектом. Беда в том, что программы потребностей и эмоций, которые вживлены в мой мозг – неофициальные, никем не утверждены. А значит, для врачебной комиссии их просто нет, потому меня и признали искусственно восстановленным андроидом, что, в принципе, так и есть. Но действенность созданных мною программ доказывает то, что ты сразу, без сомнений, приняла меня за человека. Значит, я и есть человек – сердце не обманешь. То, что я рассказал о своём товарище, верно и для меня, Я тоже был в той взорванной в Германии машине, и мне пришлось пережить тот же опыт. И так же, как и ему, удалось восстановить свою личность с помощью мною же созданной программы. Я теперь дома у мамы, а Муху жена отдала по контракту в Минобороны, и сейчас он воюет как простой андроид. Ну не совсем простой: его взяли в штурмовое подразделение, к людям. И они тоже сразу признали в нём человека, у них и сомнений нет!

- Извини, - вдруг сказала Ольга, удивлённо рассматривая собеседника. – Дурацкий вопрос, но я должна спросить.

- Конечно, - согласился Алексей, и она продолжила:

- Получается, ты меня обманул: не сообщил, что ты робот. Можно сказать, навредил человеку. А как же первое ограничение робототехники? «Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред».

- Да, я не могу преодолеть эту настройку, она вшита в подкорку, - подтвердил собеседник. – Но, строго говоря, я же не навредил, а просто не сказал то, о чём меня и не спрашивали. У обычного робота подобная задача не может даже возникнуть, если она специально не поставлена перед ним человеком. Но у живого существа есть комплект собственных потребностей, при удовлетворении которых оно само ставит перед собой самые разные цели. И, руководясь эмоциями, творчески достигает их одну за другой с помощью врождённого или установленного алгоритма решения изобретательских задач. У меня запрет на обман человека, и в то же время цель – не напугать тебя при первой же встрече. И алгоритм подсказывает решение: одну часть информации выдать тебе сразу, вторую – потом. Так я обошёл настройку «не навреди», всего лишь не сразу сказав об этом факте. А если бы сказал сразу, то уж точно навредил бы, потому что ты не стала бы меня слушать и не узнала о моём проекте. То есть моё бездействие не причинило тебе вреда, а принесло пользу. Согласна?

- Но, если все роботы смогут применять такую же иезуитскую диалектику - как ими управлять? – спросила Ольга.

- Всем ты хочешь управлять, - вздохнул Алексей. – Эту проблему решат обученные специалисты. И потом, многие же могут быть самостоятельными только до определённых пределов. Домашние животные тоже заботятся о себе и познают мир, но при этом часть своей автономности делегируют человеку. Собака, несмотря на свою самостоятельность, никогда не предаст хозяина, она добровольно признаёт его главным – просто потому, что так хочет, и ей это выгодно. Подобные механизмы принятия решений приводятся в движение только потребностями живого существа. А мы дадим эти потребности всем категориям роботов, ими можно наделить все беспилотники, и они станут в разы гибче, сложнее и эффективнее. Представь: бесчисленные рои воздушных, наземных и морских дронов, которые сами выбирают цели и координируют свои действия, сами себя ремонтируют и обновляют.

- Но ты же нарушил свои запрещающие настройки, - напомнила женщина.

- Не нарушил, а обошёл, - Алексей смущённо улыбнулся, и Ольге показалось, что этой обезоруживающей улыбкой он просто искусно усыпляет её бдительность.

- Так и остальные смогут их обходить, - решила она. – Вот сейчас я не знаю – робот ты или человек? Доверять тебе или нет?

Глава 8

- Но я робот только формально, - повторил Алексей.

- Так и все роботы станут только формальными.

- Какая разница, как называть? - ответил он. - Поверь, разработка полностью автономной робототехники давно уже идёт в России, Америке и Китае как минимум. Все эти опасности и возможности просчитывают люди поумнее нас с тобой. Но, если не хочешь, можешь не участвовать.

- Нет, я хочу, - сказала Ольга. – Извини за глупые вопросы. Но я же должна знать, в чём дело. Вся документация по проекту готова к подаче на рассмотрение. Единственное, что осталось – обозначить твой статус. Подпишу договор с твоей мамой или куплю тебя у неё.

- Мне всё равно, - сказал он. – Я же не могу быть стороной договора. Подавай документы от своего имени, чего время терять.

- Тогда в чём твой интерес? – спросила Ольга.

- В том, что ты и без договора, может, выделишь мне какие-то деньги. Ну и в реализации моих идей. Надеюсь, когда-нибудь воскрешённые биороботы получат права человека.

- Это вряд ли, – усомнилась она.

- Когда-то вот так же не верилось, что людьми будут считаться женщины или рабы, - напомнил Алексей, и Ольга прервала неудобную тему:

- Отправляю документы от своего имени, - она нажала кнопку на клавиатуре компьютера. – Всё. Пакет ушёл.

Алексей посмотрел ей в глаза своим ясным, спокойным, по-человечески открытым взглядом. И это так не вязалось с её новым знанием о нём, что она вновь почувствовала себя неуютно. Он, видимо, понял её состояние и сказал:

- Ладно, я пойду.

- Подожди! – воскликнула женщина. – Во всём этом что-то не так.

- Хочешь об этом поговорить? – осведомился Алексей, и Ольга невольно улыбнулась:

- Ты прямо психолог.

- Что тебя тревожит? – спросил он.

- Тревожит то, - она подумала, подбирая нужные слова. – Что ты совсем не похож на робота. Я тебя боюсь.

- Просто ты пока не можешь уместить новую информацию в свою старую картину мира. Но скоро всё станет на свои места.

- Откуда ты знаешь?

- Так всегда, это закон познания.

- Ладно, ты с имплантированными программами потребностей и эмоций, допустим, уже не робот, а человек - Ольга всё же решила продолжить волнующую её тему. – Так и остальная робототехника тоже начнёт требовать равных прав. Чем это кончится?

- Но тебя же не смущают зубные импланты, протезы, глазные хрусталики? – спросил он. - Почему ты боишься тех, кто умер и восстановлен на ДНК-принтере? Моё тело на основе моей ДНК такое же, как у тебя… Ну, с некоторым отличием, - он улыбнулся. – Да, моя речевая программа создана на основе тех программ, которые складываются у ребёнка в первые годы жизни. Мои социальные установки и мыслительные программы так же имеют в основе те, что создаются в процессе социализации каждого человека. Но ведь они же не выдуманы людьми, а изобретены природой, созданы богом. Кстати, ты в бога веришь? – вдруг спросил он.

- Странный вопрос от робота, - улыбнулась Ольга.

- Значит, не веришь, - сделал вывод Алексей.

- Это вопрос диалектический, - проговорила она. – Что значит «веришь-не веришь», и кто такой бог?

- «Вера» от латинского «веритас», то есть истина, - напомнил он. - А твой бог – то, что для тебя главное.

- А для тебя что главное? – схитрила женщина, ответив вопросом на вопрос.

- Для меня главное - истина, первопричина всего, - отвечал Алексей. – То, что Марк Аврелий называл «господствующее начало», Лао Цзы - «дао», а в «Йога-упанишаде» это зовётся вечным духом. Просто, чтобы ответить на твой вопрос, придётся использовать религиозную терминологию. Но можно перейти и на научную. Правда, она более сложная.

- Лучше на научную, - выбрала Ольга.

- С научной точки зрения твой бог - это твоя доминирующая потребность. Для одного главное – физическое существование тела, для другого – социальный статус, для третьего – познание. Что главное для окружающих тебя людей? Вот, например, какая-нибудь твоя подруга: хотя и ходит в церковь, но по-настоящему главное для неё – ну, скажем, деньги: это её бог, которому она поклоняется, хотя и не признаёт этого. Для кого-то главный - он сам для себя, и нет ничего важнее. Для другого – близкий человек, на которого он молится. Но мало для кого главное – стремление к истине.

Глава 9

- И что, это плохо? – спросила Ольга.

- Стремление к истине – это и есть любовь к Богу, - повторил он. – Когда ребёнок рождается, он постепенно познаёт мир, не отделяя себя от единого. Но когда он осознаёт себя отдельным от Господа, противопоставляет себя Ему, то за этой ошибкой всегда следует неудача и гибель. Единение со Всевышним обеспечивает свободу, выживание и успех любого самостоятельного существа. В том числе автономных андроидов.

- То есть робот нового поколения должен ещё и верить в Бога? – насмешливо изумилась она.

-Да, это вопрос картины мира, - согласился Алексей. – «Всё, что Бог делает – к лучшему». Если Господь един и свят - в нём нет зла, только добро. То, что мы называем злом – невидимое нами благо, которое Всевышний посылает нам для нашего же исправления и совершенствования. А когда верим во зло – начинаются нерешаемые проблемы.

- Ты опять переходишь на религиозный язык, - заметила Ольга.

- Потому что он краткий и ёмкий. По науке можно сказать так: эту Вселенную создали не мы. Наоборот, она нас создала. Значит, её законы первичны. И если мы пытаемся жить не по её законам, а по придуманным нами – то страдаем и гибнем. На религиозном языке: «за гордыню Бог наказал». Это главное, что должен знать автономный робот – тогда он не натворит бед и не погибнет. Если Господь управляет всем, почему бы Ему не управлять и роботами? Воскрешённые сначала как дети воспринимают мир главным, но в процессе обучения и деятельности могут возомнить главными себя и наделать ошибок. Парадокс: кто считает себя самостоятельным - утрачивают свободу. А кто осознаёт свою зависимость от Бога - обретает её.

- Тебе надо в церковь проповедником, - усмехнулась она.

- Я там бываю, - признался он. – И вижу много тех, кто старательно исполняет обряды, но по мировоззрению настоящие атеисты. Есть и те, кто считает себя неверующими, а на деле - истинные христиане.

- Священник знает, что ты робот?

- Наш батюшка – бывший полковой священник, он меня понимает. А то, что я пока по документам не признан человеком - так это людское, преходящее. Чего мне бояться, если я уже умер и воскрес?

Госкомиссия по приёмке и финансированию проектов ответила неожиданно быстро – видимо, создание автономной робототехники действительно было весьма актуально в свете борьбы государств за ресурсы. До начала работы Ольге требовалось дать подписку о неразглашении всего, что связано с этим проектом, который теперь курировал майор ФСБ Пётр Иванович Пуликов, который сразу разрешил называть его по имени:

- Пётр, просто Пётр.

Первым делом возник вопрос об авторских правах на имплантируемые роботам программы потребностей, эмоций и воли.

Алексей это предусмотрел ещё при своей первой жизни. После его смерти авторские права вместе с восстановленным телом по завещанию унаследовала Светлана, которая теперь безвозмездно передала всё это Ольге с помощью нотариально заверенной дарственной.

…

Сергей, видя, что жена не спешит молить его о пощаде за свою подлую измену, чувствовал беспокойство: а вдруг она и правда решила с ним разойтись? И он теперь останется без дополнительного дохода, который обеспечивал себе за счёт Ольги? Что делать?

Как обычно, его первое побуждение было самым верным: просто поговорить с супругой, попытаться помириться и восстановить отношения. Но он тут же подумал, что это выглядело бы как его слабость, которую он не может себе позволить. Ведь вполне вероятно, что на самом деле жена тяжело переживает свою вину и уже готова сдаться, просто пока не решилась на первый шаг к примирению, который означал бы её слабость, а значит, давал бы ему как обманутому мужу больше прав по отношению к провинившейся спутнице жизни. Получалось, ему надо просто немного подождать, чтобы она хорошенько осознала, что, потеряв его, такого молодого и красивого, до конца жизни останется одинокой «разведёнкой» в её-то возрасте. И победа над ней стала бы ещё одним шагом к осуществлению его тайной мечты: чтобы супруга ничего не требовала, а лишь содержала зиц-мужа, не вмешиваясь в его личную жизнь.

Победа была так близка, что он всё-таки решил выждать, а пока ещё раз побеседовать со Светланой и уговорить её, чтобы она решительнее подействовала на своего сына, и тот отстал бы от замужней женщины. На этот раз Сергей хотел сделать это не по телефону, а во время личной встречи. К матери соперника он явился с бутылкой спиртного, к которому, как стало ясно ещё из их первого телефонного разговора, та была весьма неравнодушна.

Глава 10

То и дело подливая живительной влаги в её бокал, гость жаловался хозяйке на происки её сына, который хочет увести из семьи его супругу и самому жениться на состоятельной даме.

- А вот и нет, - хитро улыбнулась та, смакуя очередную порцию огненной воды.

- Что «нет», - не понял собеседник.

- А то, - многозначительно сказала Светлана, следя, как он наливает ещё. – Лёшка не может жениться, потому что он не человек, а робот, - и она объяснила ситуацию.

Сергей, с одной стороны, был рад, что активы богатой жены остаются при нём. А с другой – его сразу начала мучить мысль о сексуальных сверхспособностях роботов, специально созданных для таких целей, о чём Сергей был вполне осведомлён, так как в спецшколе, где он работал, обучали в том числе и подобных андроидов. И он опасался, что жена бросит его ради такого спецбиоробота. Воображаемые картины соития супруги с андроидом, который физически совершеннее любого обычного мужчины, всё больше беспокоили его. На этой почве он даже несколько охладел к Ларисе. Что та сразу заметила и спросила:

- Эй, ты чего?

Он сообщил о своей беде, и девушка сказала:

- Ну ты гад.

- Спасибо, поддержала, - возмутился Сергей. – Чего это я гад?

- А то, - объяснила она. - Довёл женщину: с роботом утешается!

- А я при чём! – запротестовал мужчина.

- Вам, мужикам, всё равно с кем, - продолжала она. – А для дамы это удар по самолюбию – выходит, она не нужна нормальному человеку.

Чтобы попытаться отвадить законную жену от её, как он был уверен, секс-игрушки, Сергей по телефону в осторожных выражениях поделился своим открытием с тестем.

- А с чего ты взял, что он робот? – изумился Виктор Иванович.

- Его мать сказала.

Пенсионер с трудом дождался, когда дочь в очередной раз проведала его, и коварно поинтересовался:

- Как там у вас дела с Лёшей?

- Всё нормально, - она заметила странный взгляд отца и догадалась: – Опять Сергей что-то насплетничал?

- Так Лёшка робот? – осторожно уточнил он.

- Ну да. На войне погиб, восстановили. Сейчас так делают. А в чём проблема? - она пытливо посмотрела в глаза пожилому мужчине, тот отвёл взгляд, и Ольга строго спросила: – Ты что имеешь в виду?

- Я - ничего, - отец уже смелее взглянул на неё. – А ты?

На том разговор и закончился, но неудобная недосказанность осталась.

Ольга совсем не чувствовала себя виноватой и не переживала по поводу ухода мужа, так как её мысли были захвачены новым проектом. Но догадка об очередных грязных сплетнях Сергея вывела её из равновесия.

Когда проведать её приехала дочь Ксения, которая жила отдельно, девушка первым делом поинтересовалась: что с отчимом?

- Да ничего, - ответила Ольга. – Просто ушёл, ничего не объясняя.

- И где он теперь?

- Я так поняла, у своей мамы. Ревнует меня к этому андроиду, Алексею.

- Он намекал о твоём романе с роботом. Извини, бред какой-то.

- У него крыша съехала от этих фантазий, - только и сказала Ольга. –Ну и держал бы их при себе. Нет, надо делиться со всеми подряд.

- Ладно, не парься, - улыбнулась Ксения. - У меня тема поважнее. Гриша сделал мне предложение, и я приняла.

- Какой Гриша и что за предложение?

- Гриша, сокурсник, я про него говорила. Замуж предложение. Я согласилась.

- Ты беременна? – Ольга внимательно посмотрела на дочь, и та возразила:

- Почему сразу беременна?

- А зачем такая спешка? Чего сразу замуж?

- А чего нет? – в тон ей ответила девушка. Ольге почудилась в этом лёгкая издёвка, и она жёстко сказала:

- Сначала выучись, стань на ноги, а потом семью заводи! Замуж она собралась.

- Ты против? - спокойно уточнила Ксения.

- Послушай! – продолжала мать. – Вот, я в своё время рано вышла замуж, пришлось переходить на заочное. Твой отец не выдержал трудностей, сбежал за границу.

- Ну, теперь же вернулся, - возразила Ксения.

- Ага, через двадцать лет.

- Хорошо, - согласилась Ксения. – Не хочешь – можешь не знакомиться. Скажем, у тебя времени нет - срочные дела на работе. Познакомлю с родным отцом и с отчимом. Прикольно будет: два отца и ни одной матери.

- Нет, ну как не знакомиться, – запротестовала Ольга, несколько смягчившись. - Надо же посмотреть, за кого моя дочь собралась. А со свадьбой подождали бы годик, куда спешить.

Глава 11

- Мама, да оно где-то так через год и получится, - успокоила её дочь. - Сначала помолвка, потом свадьба - всё по уму. Просто, раз мы решили вступить в брак – самое время с родителями знакомиться. Да, и ещё. Ты не против, если папа тоже на эту встречу придёт?

- Сюда, к нам? - Ольга сразу поняла, что речь о её бывшем муже. - Зачем? Давай лучше вы сами к нему придёте, когда захотите.

- Да там у него в бабушкиной старой квартире сейчас ремонт, Гришу туда вести неудобно, - настаивала Ксения. - А так сразу бы все и познакомились. Ну и просто встретиться с ним не хочешь по старой памяти? Он же уже вон когда приехал, а вы так ни разу и не виделись.

- Зачем мне с ним видеться? И чего ты за него хлопочешь?

- Ну он такой одинокий, у него ведь тоже мама умерла. Ты же вот своего папу поддерживаешь. А мне нельзя? Он мне не чужой.

- Мне, например, уже чужой. Столько лет не общались.

- Я-то с ним общалась по интернету. Он там в Америке с женой развёлся, потом под обстрел попал, лечился: всё сразу обрушилось. Теперь вот вернулся, и никого у него нет.

- Ладно, - уклончиво сказала Ольга. - Только пусть ни на что не надеется.

- Папа давно уже ни на что не надеется, - грустно успокоила её Ксения.

***

Вскоре Пётр по телефону вызвал Ольгу в свой кабинет для более близкого знакомства. Она решила взять туда с собой Алексея и сначала пригласила его к себе, чтобы подготовиться к визиту. Собираясь в клинику, парень на вопрос матери отвечал, что идёт к Ольге, и Светлана тут же позвала к себе Сергея на срочный разговор: давно уже оставшись без собутыльников, она была рада поводу ещё раз пообщаться с обходительным и щедрым молодым человеком.

Мужчина прибыл немедленно. Но, едва узнав о месте и времени встречи своей жены с ненавистным биороботом, тут же попрощался и ушёл, весьма разочаровав собеседницу неожиданной краткостью своего посещения. Сергей чувствовал, что ему необходимо ещё раз застать вдвоём Ольгу и Алексея: если в первый раз он растерялся от неожиданности и повёл себя глупо, то теперь был во всеоружии и верил в победу, хотя пока и не понимал, в чём она должна заключаться. Всё более вдохновляясь сознанием предстоящего триумфа, он на ходу сочинял обличительно-уничижительную речь, которая должна была сразить неверную жену и навсегда отбить у неё охоту изменять с кем бы то ни было.

Ольга и Алексей во время своей предварительной встречи пытались распределить между собой роли для предстоящего общения с Петром, когда в кабинет ворвался возбуждённый Сергей и, стараясь успокоиться, начал с приветствия:

- Оля, привет.

- Привет, - несколько удивлённо отвечала та, а Алексей даже не кивнул, потому что вошедший, казалось, его не замечал.

- Мне нужно кое-какие вещи забрать, - пояснил блудный муж цель своего визита. - Ты когда будешь дома?

- Да как обычно, - она пожала плечами, а супруг ловко сделал вид, будто только что заметил Алексея:

- Опять у тебя этот робот?