Извечный новичок

Она вскарабкалась по полуразрушенной лестнице на первый этаж, села на бетон и свесила ноги. Болтала ими, время от времени задевая верхушку сорняка. Ветер с трудом продирался через заросли, донося едва слышимые отголоски занятого города. Но здесь она словно попала в другой мир. Не красный. Обычный. Туда, где она может побыть одной, не повстречав призраков прошлого.

– За тобой не угнаться! – Внизу стоял Игорь. – Можно?

Женя кивнула, продолжая играться с растением.

– Есть сигарета? – спросила она, когда Игорь сел рядом.

Он достал пачку. Женя потянулась, но поняла, что не справится – пальцы не слушались.

– Можешь достать?

Игорь без вопросов протянул ей уже тонкую белую сигарету. Она плясала, пока Женя подносила ее к губам. Первая затяжка – она закашляла, задыхаясь. Но уже со второй дым проник в легкие, и она почувствовала легкое головокружение, и паника стала отступать. Женя знала: это ненадолго. Но ей нужна была эта краткая передышка.

– Как ты нашел меня?

– Нехило пропотев. Для человека с освобождением от физры, ты шустро драпаешь.

Женя наконец посмотрела на Игоря. Бледное лицо в каплях пота. Глаза навыкате – будто он только что встретился со своим главным страхом. И улыбка: дрожащая от усилий, словно он в этот момент поднимал двадцатикилограммовую гирю одной рукой.

– Извини, что заставила побегать… – Женя хотела еще что-то добавить, но вместо этого вновь затянулась.

– Может, расскажешь?

– Тебе знакомо имя Сергея Воробьева?

Игорь покачал головой:

– А должно?

– Мне кажется, я знаю, что не так с Никитой, – Женя говорила медленно и смотрела в сторону. – Я думаю… – вновь пауза, – В общем, в Никиту вселился дух этого Воробьева.

– В смысле?! – Игорь едва не подскочил. – Хочешь сказать, наш ботан одержим каким-то… призраком? Че за…

– Бред? – перебила она. – Я понимаю, как это звучит. Но подумай: ты веришь в то, что я вижу какую-то красную хрень, но при этом считаешь, что всеми гнобимый лузер в одночасье стал психопатом просто потому что? – Женя не сводила с него глаз. Ей хотелось, чтобы он поверил ей, хотя самой ей это давалось с трудом. – У тебя есть другие объяснения?

– Ну не знаю. – Теперь закурил Игорь. – Может, он просто спятил?

– Ага,– Женя пнула сорняк – ей хотелось, чтобы это растение стало Никитой. Ну или Игорем. – Тогда, следуя твоей логике, я тоже сошла с ума. И похлеще Никиты. Но я видела его! – Женя резко развернулась к Игорю. – Понимаешь? Когда он ударил меня, я словно увидела двух разных людей в одном лице. Я не знаю, как это объяснить. – Женя схватилась за голову. – А потом я будто попала в его разум. Этого Воробьева. Я видела, как его обижали в школе. Как ему разбили бровь. А потом…– она передернулась. – Потом я почувствовала его злость. Я словно тонула в ней. И мне… – Женя обняла себя, – Игорь, мне страшно.

Последние слова она прохрипела едва слышно.

Ее трясло. Она едва сдерживала слезы. Тело жаждало выпустить боль, ужас и непонимание, почему именно она должна была переживать все эти переезды, буллинг и кровавые кошмары. Дыхание сбилось, а пульс и время будто ускорили бег, чтобы окончательно ее добить.

Но внезапно она почувствовала тяжесть на плечах. Тепло.

Она подняла голову. Игорь накинул ей на плечи толстовку и прижал к себе. И Женю окутали запахи сигарет и дезодоранта Акса – приторные, щекочущие нос, но возвращающие ее в реальность. Она посмотрела на него. Так близко. Так маняще. Так…

Женя резко отпрянула и отвернулась.

– Спасибо, – быстро сказала она, закутыаваясь в его кофту.

Игорь смущенно взлохматил волосы на затылке.

– Ну лан, – сказал он наконец, – давай предположим, что в Семечку вселился злобный дух. И он хочет…

Вдруг вскочил и начал наворачивать круги. – Блять! Охотники за призраками какие-то! – Закурил очередную сигарету. – Я сойду с тобой с ума!

Остановился перед ней и присел на корточки.

– Пусть Семушкин одержим. Тогда нам надо узнать, че за челик в него вселился. Идем?

Он встал и протянул Жене руку.

***

Но стоило Жене попытаться встать, как она вскрикнула от резкой боли, настолько сильной, что в глазах помутнело, а ноги будто парализовало.

– Спина! – простонала она и рухнула обратно на пол.

– Что случилось?!

– Добегалась…

– Я… Я не понимаю… – Игорь стоял как вкопанный и беспомощно обводил ее взглядом.

– Спина… Больно…

– Че мне делать? Чем помочь?

– Рюкзак.

Игорь подтянул сумку.

– Мазь… И корсет… Там… – Она неопределенно махнула куда-то рукой.

В глазах темнело. В ушах шумело. Руки и ноги отказывались двигаться. Казалось, ее скинули с высокой скалы и оставили умирать. Переломанную. Разбитую. Парализованную. Превратившуюся в сплошной комок боли.

А потом она почувствовала тепло на руке. Оно медленно растекалось по телу и собралось на пояснице – в самом очаге боли. Да и сидеть стало легче. С трудом, но Женя открыла глаза. Игорь держал ее за руку, но перед этим как-то умудрился намазать крем и зафиксировать пояс. Почти правильно.

– Спасибо, – голос все еще дрожал, но боль отступала, хотя и неохотно.

– Держи. – Игорь протянул ей бутылку воды. Но руки ее не слушались, и тогда он преподнес горлышко к ее губам. Женя отпила. Не обошлось и без пролитий, но сейчас это ее волновало меньше всего.

Застучало в висках. И с каждым разом садистский дятел долбил сильнее, пытаясь добраться до эпицентра страданий.

– Ты как? Можешь встать?

Женя уперлась в стену руками и шаг за шагом, вжимаясь в нее спиной, стала подниматься. Последний толчок сопровождался криком, который, как мячик, отскакивал от стен, поднимаясь от этажа к этажу. Но выпрямиться все же не получилось. Ее подхватил Игорь, и уже опираясь на него, ей стало гораздо легче.

– Смогла, – выдохнула Женя, и даже улыбнулась, хоть и через гримасу боли. – Хочу сильный обезбол. Лучше транквилизатор.

Теперь казалось, что болело все – руки, ноги, шея. Но спина и голова особенно. А нужно еще как-то до дома добраться.

– Недалеко аптека есть. Дойдем?

Вместо ответа Женя сильнее вжалась в руку Игоря и зашагала, с трудом переставляя ноги.

Путь до аптеки, казалось, занял вечность. Она чувствовала себя так, будто бежала марафон в изнуряющую жару, да еще и в рыцарских доспехах. Но наконец они добрались до лавочки, и Женя со стоном опустилась на нее.

– Я за таблами. Никуда не уходи.

– Очень смешно, – просипела она, но все же улыбнулась в ответ, пока лицо не скривилось в гримасе боли.

И Игорь, улыбнувшись в ответ, убежал в аптеку.

Чтобы отвлечься от боли Женя стала осматриваться. Погода для октября была теплой – спасибо бабьему лету. Ей нравилось это время. Можно было наблюдать за прогуливающими парочками, что целуются в лучах все еще согревающего, но уже с налетом осени, солнца. Дети в резиновых сапогах бегают по лужам и задорно смеются от восторга, в то время как мамочки прикрикивают на них, покачивая головами в знак неодобрения, либо улыбаясь в ответ на счастливые визги детей. И Женя тоже улыбается. Подставляет лицо солнцу. Боль отступает. Краткая передышка.

Слышится шорох в кустах. Женя оборачивается.

Из кустов появляется старушка. Одной рукой она держится за сердце, а второй опирается на трость. Видно, как тяжело ей передвигаться на оставшейся ноге – ведь на вторую ступить она не может. Ее попросту нет – на месте ступни осталась лишь окровавленная культя. Следом бежит рыжий пес, что-то сжимая в пасти. А вот и вторая нога: обваленная в грязи и листве, словно куриный окорок в панировке.

А со стороны стадиона к ней идет парень. Совсем мальчишка. В спортивном костюме, с кровоподтеками на лице и ножом в животе. Он падает неподалеку. Подбегают другие ребята и начинают пинать его – кто куда. Но он уже этого не чувствует, пустыми глазами уставившись на Женю.

Она зажимает уши. Зажмуривается. Нет! Только не опять!

Слышится крик.

Женя смотрит в ту сторону. На закрытую детскую площадку забегает стая диких собак и бросается на девочку лет четырех. Та гуляет одна, так как мама занята грудничком, а отец на работе. Девочку рвут, словно тряпичную куклу. Она кричит. Люди замирают в ужасе. Лишь мужчина перемахивает через забор и отгоняет собак электрошокером. Он кричит кому-то, чтобы вызывали скорую, но никто не шевелится. Тогда он орет на конкретную девушку. Приезжает скорая. Но поздно.

Женя закрыла глаза. Слезы безмолвно катились по щеке.

Неужели и для них стало поздно?

– Женька! Держи!

Рядом стоял Игорь и протягивал ей красную упаковку и бутылку воды. Она огляделась. Также мирно прогуливались люди, дети резвились на закрытой площадке, а солнце отражало свои лучи в грязных лужах.

Она выпила сразу две таблетки.

– Ты в порядке? – Игорь сел рядом с ней.

Женя лишь покачала головой. Потом все же добавила:

– Я уже не понимаю, что реально, а что нет. Если раньше мир становился красным, то теперь… теперь это происходит здесь и сейчас. Я не могу так больше. Не могу!

Она сжала голову и уткнулась в серый асфальт. – Когда это все уже закончится?!

– Мы разберемся, – Игорь взял ее руку и крепко сжал, – Справимся. Сейчас тебе надо оклематься. После пойдем искать инфу по твоему злобному духу.