Боевой маг в провинциальном училище

Да он смеется? Что ему вообще от меня надо?

Я даже не нашла, что сказать.

Глава 4. Об утреннем кофе

Я изо всех сил старалась проснуться, собраться к завтраку, когда в дверь постучали.

Глаза с трудом открывались, волосы еще растрепаны. Все от того, что еле заснула вчера, в голову лезло всякое… и все не по делу. Едва заснула, и уже утро.

И кого это несет в такую рань?

Пока я вздыхала и шла к двери, постучали снова.

– Мастер Вранич! Вы проснулись? Я кофе принес.

Морейра! Чтоб его!

Невольно задергалась, стараясь пригладить волосы и вообще сделать хоть что-то. А то я в одной сорочке и в таком виде…

– Кофе горячий! Вы возьмите, – предложил он из-за двери. – Я могу глаза закрыть, если вы не готовы так меня встретить.

Вот зараза. Но, на самом деле, дергаться нет никакого смысла. Ну, лохматая с утра, помятая какая-то слегка, не умылась еще. Но не настолько же, чтобы людей пугать. Да и сорочка на мне ничего лишнего не открывает. Да и в целом… он там кофе сварил, ждет. И вообще – сам виноват!

Я взяла себя в руки и дверь открыла.

А Морейра честно глаза закрыл. Ну, почти честно.

Перехватил кружку так, чтобы я за ручку взять могла, а то кружка горячая. Я взяла, а то ему неудобно так. Аромат просто потрясающий, то, что надо, чтобы проснуться.

– Спасибо, – сказала я. – Но не стоило.

– Это не сложно, – улыбнулся он. – Я все равно варю себе, и просто чуть больше.

И один глаз чуть приоткрыл. Чуть-чуть, но заметно.

– Вы обещали глаза закрыть, – сказала я, хотя это скорее смешно. Дурь, конечно.

– А вы не подтвердили, что это необходимо, – он открыл второй и заулыбался шире.

Я вздохнула. Надо бы уже либо что-то сделать, либо сказать. Пойти уже пить кофе. И умываться надо, и вообще. А Морейра такой отвратительно свежий и бодрый с утра. Но у него уровень силы нечеловеческий, так что и восстанавливаться быстрее может. Физически, по крайней мере, точно.

– Кстати! – вспомнил Морейра. – Я тут вашу папку посмотрел. И весьма вероятно, что действительно на болотах что-то булькнуло. Там ходы в сторону болот уходят, тогда еще болот не было, и русло реки было другим. Не до самых болот, но все же. И вот, вполне может быть, что по весне грунтовыми водами подтопило и потом водой вынесло, по воде магическая энергия хорошо распространяется. Но искать причину в подземных ходах все же стоит.

Он еще и изучить все успел.

– Вы когда-нибудь спите, мастер Морейра?

Он усмехнулся.

– Конечно. Но иногда любопытство оказывается сильнее.

* * *

Придя к завтраку, смогла наблюдать, как Морейра пристает с картами к Тэду. Причем Тэд уже взял завтрак, кашу ложкой успел зачерпнуть, да так с этой ложкой и замер, глядя, как Морейра перед ним водит пальцем по картам и что-то увлеченно рассказывает. Над ними склонилась Валери, стоя у Тэда за спиной и заглядывая через плечо, почти касаясь этого плеча грудью. Или совсем касаясь. Но для Валери это в принципе нормально, она к личным физическим границам относится слегка пренебрежительно, да и Тэд, опять же, совсем свой.

Но мне Тэда стало даже немного жаль, поесть ему не дают.

Когда я подошла, все трое подняли на меня взгляд. И Тэд, кажется, с мольбой: «Забери его отсюда!» Но Морейру я, конечно, не забрала, Тэд и сам большой мальчик, не хватало еще, чтоб Морейра ко мне с картами пристал, я тоже завтракать хочу.

Только все равно не удалось, меня тут же взяла в оборот Валери. Подхватила под руку, усадила за стол.

– Ну как, ты едешь с нами? – сходу поинтересовалась она.

Морейра разболтал уже?

– Слушай, зачем я там?

– Как зачем? – удивилась Валери. – За компанию. Тебе не интересно? Всю жизнь тут живешь и не знаешь, а там такое…

– Какое?

Морейра что-то в заключениях раскопал?

Но Валери только вздохнула.

– Скажи, какие такие важные дела тебе мешают поехать в лес на выходные? – и посмотрела на меня очень пристально. – Чего ты боишься?

– Я не боюсь…

– Ты прикрываешься делами и вообще ведешь себя так, словно тебе сто лет. Закрываешься. Лес прав, с щитами пора заканчивать. Они не только магию подавляют, но стремление к жизни в целом. Сначала апатия, потом снижение иммунитета, потом…

Потом сдохну, упав лапками кверху. Да, это я знаю.

– Лес говорит? – возмутилась все же. – Раньше без него все нормально было.

– Не нормально, Ив. Просто привыкаешь и перестаешь замечать. Тянешь, тянешь, но пора признать, что дальше тянуть некуда. Раздражительность, кстати, тоже симптом. Плохо спишь, устаешь, восстановление нормально не происходит.

– Нормально я сплю!

– Да? – она удивленно подняла бровь.

Я невольно лицо потянулась щупать. Что, все так плохо? Круги под глазами?

– Да все в порядке у тебя с лицом, не переживай, – вздохнула она, – выглядишь хорошо, все как обычно. Но все равно видно, что устала и не выспалась. Глаза немного красные.

Вот же… глаза.

– Это потому что полночи сидели с этим Морейрой, бумаги разбирали. А потом он меня еще кофе поил…

Валери сложила бровки домиком, словно: ну вот, я же говорила.

– Он тебя кофе поил. А теперь зовет на свидание в лес, в поход с палатками. И ты еще спрашиваешь, зачем тебе туда идти? Ив, разве не очевидно?

Вот тут я поняла, что начинаю краснеть. Хотя было бы с чего? Я ведь не девочка.

– Это не поход с палатками, – сказала я упрямо.

– А что? – удивилась Валери. – Серьезная научная экспедиция? Заброска отряда спецназа в тыл врага? Ив… Даже если там на нас из кустов внезапно нападет какая-то неучтенная нежить, твой боевой маг ее по щелчку пальцев спалит. И даже Тэд спалит, пусть и не по щелчку. Все, что нас реально там ждет, так это шатания по болотам и замеры. Брусника еще. Там брусника пока не сошла, можно пособирать. Вкусная! Как раз на студенческий поход на природу тянет, не более. Немного развеяться в хорошей компании, отдохнуть, посидеть вечером у костра, посмотреть на звезды, песни попеть. Я скажу Тэду, чтоб гитару взял.

Только гитары нам не хватает! И вообще!

– Я и так все лето отдыхала. И… он не мой боевой маг.

Валери засмеялась даже.

– А чей? Разве не видела, как он на тебя смотрит?

Вот прямо сейчас Морейра точно смотрел в карту, что-то Тэду рассказывая.

– Мне это не интересно, – буркнула я.

– Да? – удивилась Валери. – Это плохо, ты же понимаешь? Это вот как раз самый симптомный симптом потери интереса к жизни. У тебя за эти шесть лет вообще хоть кто-то был? Только не говори, что все рыжего козла забыть не можешь, он не стоит того.

Гарольда. Нет, дело уже давно не в нем. Хотя тогда, шесть лет назад, его уход чуть окончательно не добил меня. Но сейчас, пожалуй, я о нем почти не вспоминаю. И сейчас точно не в нем дело.

И все же… сейчас вдруг кольнуло больно. И даже словно вспышкой обожгло изнутри.

Валери тоже вздрогнула и как-то странно посмотрела на меня, пристально.

– Что? – осторожно спросила я.

– Не знаю, – задумчиво сказала она. – Мне что-то показалось, но я не поняла, что. А ты почувствовала? Вечерком зайди ко мне, надо все твои щиты посмотреть. Я мало смогу сделать, но посмотреть точно стоит. А вообще, заканчивать с этим пора.

Я вздохнула.

– Летом. Вот до лета доработаю, и там уже.

– Ты так третий год говоришь. Может, хоть маг твой заставит тебя что-то менять. Вообще, присмотрись к нему. Хороший ж мужик. Энергичный не в меру, но так это ему надо просто дело подходящее найти. А так – правильный. Кофе, опять же, варит. Подумай, мужик, который хорошо варит кофе по утрам, – в хозяйстве всегда пригодится!

Вот ж…

Я невольно на Морейру глянула. А он, словно услышал… А может и услышал даже, мы не так уж далеко сидим, и Валери не так уж тихо говорит. Улыбнулся. Кивнул, словно подтверждая, что брать надо.

Валери весело подмигнула ему. Вот не хватало еще, чтобы они сговорились за моей спиной.

* * *

А вот студенткам мои сомнения были чужды. Они решили взять Морейру с наскока – и правда, зачем такому мужику пропадать? Его нужно в дело пристроить.

Буквально на пороге столовой одна симпатичная девушка со второго курса ловко упала Морейре в руки. Испуганно вскрикнув и сразу обняв его за шею.

– Ой, моя нога! Как больно!

По мне, так безбожно переигрывает, но Морейра только весело ухмыляется.

Девушку он, конечно, поймал, да и сложно не поймать, если тебе на шею прыгают.

– Что случилось? – поддерживая игру, спросил он.

– Мне кажется, я ногу подвернула! На ступеньке. Так больно… ой… я не могу идти!

Конечно, он тут Стефана на руках таскал, так что девушкам завидно, они видят в этом несправедливость.

– Тогда вам срочно надо к врачу. Я сейчас позову мастера Бланше, он вас осмотрит. Посидите, вам нельзя двигаться.

И с этими словами усадил девушку на ступени. Она попыталась возмутиться было, но упираться бессмысленно.

– А, может, вы могли бы помочь мне добраться до аудитории? Не хочу пропускать занятие. Ничего, сейчас посижу, и все пройдет? – попыталась она.

Донести?

К слову сказать, Джери терпеть не может симулянтов.

– Что вы, как можно? – заботливо возмутился Морейра. – Обязательно к врачу. Вы разве не понимаете, какие могут быть последствия? А если перелом? Что вы! Сидите, я сейчас мастера Бланше позову.

И, главное, так разворачивается и идет в сторону медкабинета.

Девушка возмущенно поджала губы, что-то пробурчала под нос и все же вскочила на ноги.

– Не нужно, мастер Морейра! Мне уже лучше, благодарю вас.

– Вот и славно, – ничуть не удивляясь, широко улыбнулся он. – У нас сегодня полигон, жду вас.

Валери, наблюдая все это, тихо толкнула меня в бок.

– Вот! Смотри и учись! Видишь, как надо!

– Она переигрывает!

– Да? – удивилась Валери. – И кому какое дело? Если бы он хоть немного хотел поддаться, он бы сделал вид, что не замечает игры. Отнес бы ее в аудиторию, сделал бы чайку, даже ножку бы осмотрел. Потом, вечером, зашел бы узнать, как дела. И все. И вот, вместо своей деревни она уже едет в столицу. А ты? Он ведь тебе нравится.

– Нет! С чего ты взяла?

– Мне Михо подтвердил. А он эмпат. Так что, считай, у меня справка есть.

* * *

Третья пара у меня была свободной, я немного разгребла текущие дела и выглянула в окно. Отсюда полигона не видно, но если открыть – отчетливо слышны характерные звуки взрывающихся огненных шаров.

И хочется пойти посмотреть. Даже без какой-то особой цели, просто хочется.

И не то, чтобы я согласна с подначками Валери, с «надо брать» вообще сложно. Вот если взять, то что с ним потом делать? Он ведь тут не останется, уедет, не сможет в деревне сидеть. А я не захочу уезжать. А затевать все ради мимолетного романа… Не знаю… Валери бы со мной не согласилась, сказала бы – лучше мимолетный, чем никакого, хоть взбодриться, главное, близко к сердцу не принимать. Но я не могу так. Не могу не принимать. Мне если роман, то всерьез, иначе я не вижу в этом смысла. Мне и так хорошо, без всяких посторонних магов.

Но взрывы огненных шаров похожи на праздничные фейерверки, и посмотреть-таки хочется. Он им представления устраивает там?

И все же, подошла уже ближе к концу пары, так, чтобы не отвлекать.

Представление, так и есть.

А у него там огненные вихри и цветные салюты, взмывающие высоко и падающие дождем, разбивающиеся о подставленный щит, словно о раскрытый зонт. Эффектно. Не все эффективно в настоящем бою, но все эффектно смотрится. Сам Морейра скачет, едва ли не сальто крутит, выпуская одни и ловя другие огненные стрелы.

Я стояла чуть в стороне, смотрела.

Интересно то, что программа простая, все это, конечно, производит впечатление, но буквально на уровне уличных представлений. То есть силы и опыта требует, но, пожалуй, даже наши студенты могут освоить практически все.

На то и рассчитано?

Не знаю, заметил ли он меня или было не до того, но намеченную программу точно отработал до финала, уж очень эффектный был последний огненный «бдыщ»!

– Ну, вот! – сказал, обращаясь к студентам, вытирая лоб тыльной стороной ладони. – К концу года большинство из вас сможет проделать все это самостоятельно, – сказал он. – Кто-то, возможно, уже многое умеет. Мистер Новак очень впечатлил защитой, мисс Камински – огневыми навыками. Потенциал есть, будем развивать. Завтра у нас теория, не забудьте повторить все, чему вас учили раньше, я сделаю небольшой опрос. Сегодня можете быть свободны.

И только потом махнул мне рукой, подошел.

Рабочая, защищенная часть полигона огорожена заборчиком из тонких реек, но скорее, чтобы обозначить безопасные границы. Морейра подошел, и так мимоходом через забор перемахнул. Красный слегка, взъерошенный, капельки пота на висках. Еще бы – так прыгать!

– Решили посмотреть, мастер Вранич? – широко улыбнулся он. – Сегодня чувствую себя цирковой обезьянкой!

– Любите производить впечатление на неокрепшие умы?

– На них произведет впечатление то, что они смогут все это сделать сами. Но усилия, конечно, придется приложить. Дисциплина и вера в себя – помогают достичь многого.

– То, что вы показываете сейчас, имеет мало общего с реальной боевой практикой. Это скорее девушек впечатлять.

Морейра засмеялся.

– Если с девушками поможет – это уже полдела! А то иногда не знаешь, как подступиться. Но тут не правы. Большую часть этих фокусов я реально использую в деле сам. Это мой личный опыт. В бою обычно не до сложных заклинаний. Нужна сила и точность. И скорость. Если ты не успел, то тебя. Поэтому – умение бить, не думая, на одних рефлексах. Так что им пригодится все. Но можете не волноваться, стандартную программу мы пройдем в полном объеме. Хотя большая часть этого как раз в программе есть.

Даже не знаю, что меня в этом шоу смущает.

– Вы так много говорили о дисциплине, а потом устраиваете шоу…

– Да, – согласился он. – Я работаю над мотивацией. А они пусть работают над своими навыками, а не шляются по полям. Вы когда-нибудь участвовали в тараканьих гонках?

Ох, я и забыла про это!

– Да, – невольно улыбнулась.

Мы искали дохлых тараканов по разным углам. Иногда изначально живых тараканов, но считалось, что самый шик – принести старого и засохшего, завалившегося где-то в пыли. Еще, конечно, желательно было, чтобы у таракана остались все лапки, иначе бегать ему будет сложно. Потом поднимали их, накачивали магией и устраивали гонки. Я даже побеждала пару раз.

– Так вот, – сказал Морейра. – Вы же знаете, что изначально эти гонки профессор ванн Фламме придумал как учебное упражнение для некромантов? А потом уже это пошло в народ. И отличное упражнение, надо сказать! Студенты с таким рвением прокачивают свои навыки, что диву даешься, куда там подготовке к экзаменам. Я предлагаю развлечение попроще, но все же.

– Вы превращаете боевую магию в представление и игру.

– Да, – радостно согласился он, ничуть не смущаясь. – Для того, чтобы быть хорошим магом, свою силу надо воспринимать не как тяжелую ношу, мудреную науку, а как естественную часть себя. Магия – наша кровь. Вся наша жизнь. И колдовать так же естественно, как петь или танцевать. В игре это проще осознать. Нужно ощутить силу, как дыхание. Все приходит с опытом, но многим студентам, особенно если их возможности невелики, стоит научиться легкости и…

Магия наша кровь.

Все так, и я даже согласна. И даже меня, в целом, учили так, я ничего нового не слышу от него.

Просто…

Наша кровь, наша жизнь. Сжимается сердце. А я-то думала, что уже давно привыкла и смирилась, но вот именно он сейчас что-то задевает в этом.

И Морейра, думаю, видит это в моих глазах и осекается.

– Простите, – тихо говорит он, и от этого вдруг становится совсем паршиво. Словно я ущербная, со мной и поговорить нельзя. – Я не хотел.

– Все нормально, – почти через силу говорю я, пытаюсь даже улыбнуться. – Но я пойду… меня еще Валери ждет.

Где-то в груди жжет и чуть нарастает. И это ведь не в первый раз, но последнее время все чаще, так что Валери стоит посмотреть, на самом деле. Мне говорили когда-то, что эмоции могут дестабилизировать… но в моей жизни были эмоции и посильнее, чем сейчас. Сейчас вообще ничего особенного не происходит. И мне это не нравится. И я не готова с Морейрой обсуждать.

Отворачиваюсь, собираюсь уйти.

– Ива! – Морейра неожиданно догоняет и касается плеча. – Подождите. Простите. Я не хотел, иногда я не думаю, что говорю…

– Ничего, – я стараюсь говорить ровно. – Дело не в вас. У меня что-то… голова кружится.

Удивительно, я вижу, как у него щеки бледнеют, и глаза… зрачки расширяются. Панику вижу. Он ведь некромантов боится, а у меня сейчас явно какой-то всплеск, и он ощущает тоже. Но удивительно, даже не отдергивает руку.

– Ива, если нужно… у меня есть знакомые, есть связи, родственники… Я не люблю этим пользоваться, у меня с отцом сложные отношения, но если нужно – никто не откажет помочь. Хорошие специалисты… Так ведь нельзя, вы же понимаете?

Понимаю. Поэтому киваю просто. Нет сил спорить.

– Благодарю. Не сейчас, хорошо?

– Вы к Валери сейчас? Давайте я провожу.

* * *

– Так! Ну-ка иди сюда! Сядь, – велела Валери.

Она сначала заулыбалась, увидев нас вместе, но потом глянула на меня внимательнее и улыбаться перестала.

Я послушно зашла и села.

– Ну что, красавчик? Довел девушку до нервного срыва? – это она Морейре уже.

– Я… не хотел… – он шепотом, почти испуганно.

– Еще бы! Если бы ты хотел, я бы с тобой сейчас иначе разговаривала. Так. Сядь тоже. Чего бледный такой?

– Ничего. У меня хорошо все.

– Хорошо у него! – возмутилась Валери. – Я сейчас Михо позову! Он расскажет, чего тут у вас обоих хорошо, а чего нет.

Удивительно, как при всей внешней мягкости и женственности, легкомысленности даже, Валери может быть такой. Вот как до дела – так Валери не нежная барышня, а суровая тетка.

– Ты, что с Ивой, скажи, – буркнул Морейра.

Да у меня тоже уже вроде ничего, отпустило.

Валери подошла, вглядываясь, покачала головой. Потом положила руки на плечи.

– Закрой глаза и расслабься, – сказала она. – А то помехи мешают.

Я постаралась. На самом деле, пока шла, уже и так успокоилась немного. Ничего, это просто переживания и недосып, все наладится. У меня бывали такие всплески, но, правда, слабее.

– Так, ну, что я могу сказать, – Валери сделала шаг назад, задумчиво глядя на меня. – Сейчас все более-менее пришло в норму. То есть в обычное состояние. Но явно выброс силы был, он ударил изнутри по щитам, и поскольку дальше вовне сразу было не уйти, он ударил по тебе. Сила твоя собственная, поэтому особого вреда не нанесла, у тебя к ней иммунитет. Но в голове, думаю, ощутимо зазвенело. С одного раза вреда не будет, но если долбить так регулярно – последствия неизбежны.

– А из-за чего выброс? – спросила я, хотя и сама понимала. Но, наверно, мне нужно было услышать это.

– Тебе виднее, из-за чего, – фыркнула Валери.

– То есть стоит избегать волнений и сильных эмоций?

Валери вздохнула тяжело.

– Ив… что ты хочешь тут услышать от меня? Конечно, куда безопаснее лечь, перестать дергаться и перестать жить. Ни эмоций, ни желаний, ни переживаний, как у поднятого покойника. Так безопаснее. Только не выйдет ничего. Нужно работать с причиной, а не со следствием. Восстанавливаться нормально надо. Вон, на Леса посмотри. Бодр, весел, никаких эмоций не боится. Да, потерял пару лет жизни на восстановление, зато теперь вернулся к нормальной жизни. А ты в итоге теряешь больше. Я понимаю, после войны сложно было, хотелось не упустить, и деда поддержать, и училищу нашему дать шанс. Но теперь все успокоилось, и пора.

Я все понимаю, но сделать этот шаг невероятно сложно. Оставить их надолго, может быть вообще на несколько лет. Я не могу… Решиться не могу. Пока не припрет, видимо.

– А для окружающих эти выбросы опасны?

– Пока нет, – сказала Валери, но ей это точно не нравилось. – Щиты хорошо держат и гасят. Это хорошие щиты.

– Но… какой-то прорыв был? – осторожно сказал Морейра. – Я ведь почувствовал.

– Потому что щиты гибкие, – сказала Валери. – Орвин ставил, он действительно мастер. Для длительного ношения и высокого уровня собственной силы простые жесткие щиты не подойдут. При действительно сильном выбросе их разорвет давлением, да и внутренняя отдача куда жестче будет. Эти щиты гасят волну, распределяют по всей поверхности и тихо, постепенно испаряют силу вовне. Это не опасно для окружающих, фон небольшой. Тем более в нашей среде магов, где у всех есть личная защита. Конечно, если жить среди обычных людей, особенно где маленькие дети, то им навредить может, да и то при длительном воздействии. Тебе точно не навредит.

– Да я не о себе, – он даже немного смутился. – Мне вообще сложно навредить.

– Это ты зря, – Валери скептически ухмыльнулась. – Навредить можно всем, просто надо знать, как.

Он кивнул, но тут же… я прямо увидела, как глаза вспыхнули.

– Испаряют слабым ровным фоном? – сказал он, глядя то на Валери, то на меня. – Это вот так же, как в овраге. Слабый фон по всей поверхности. Если там – то же самое?

– Что-то, накрытое сильными щитами? – сказала я. – Но тогда бы все равно источник прослеживался. Что бы ни было накрыто щитом, оно все равно имеет границы.

– Все подземелья полностью? – Морейра едва руки не потирал. – Объект очень большой сам по себе, да еще и под землей, значит, грунтовыми водами размывает.

– Разве возможно держать щит такой площади? – не поверила я. – Мои щиты держатся, по сути, на моей собственной силе, запитаны на меня. А там?

– Мощный артефакт?

– Настолько мощный? Чтобы на пятьсот лет хватило, при таком расходе.

– Возможно, сам артефакт тянет некротическую энергию из могильников. На месте сражения это возможно.

Я задумалась. Интересная теория, на самом деле.

– А почему таких выбросов не было раньше?

– А, может, были? – пожал плечами Морейра. – Просто никто внимания не обращал. Они же слабые, без выраженного источника, расходятся туманом. Вероятно, выветриваются относительно быстро. Если бы студенты не решили в овраге заночевать… и, вероятно, почти сразу после такого выброса, а то и во время, никто бы даже не узнал. Может быть, это происходит давно. Замеры раз в три месяца просто не попадали на периоды активности, которые, вероятно, не слишком частые. К тому же местные в овраг не ходят, боятся. Так что, вероятно, у них есть основания.

– И никто не знал?

– Ну, почему? – Морейра вдруг заулыбался. – Ваш дед, думаю, что-то знал. Иначе зачем ему вызывать специалистов? Ну, и те специалисты, соответственно, знали тоже. Надо посмотреть, кто этим занимался, может быть, удастся поговорить.

– Джон Фланаган, – сказала я.

Морейра чуть нахмурился, вспоминая.

– Он умер, кажется. Но точно не скажу. Вообще стоит, думаю, поискать в этом направлении. Потому что рекомендации не трогать завалы есть, а вот четких указаний на природу угрозы – нет. Почему запрет – неизвестно. Может быть, эти указания шли свыше, и находку… что бы там ни обнаружили, в этих подземельях, решили засекретить. А, может быть, секретность есть уже давно. Может быть, у вашего деда, мастер Вранич, есть еще какие-то записи по этому поводу? Что-то более старое, возможно, сделанное еще до вашего рождения. Наверняка что-то было.

– Но если все действительно серьезно, то лучше не лезть? – осторожно предположила Валери.

Наивная. Морейра, вон, руки уже потирает.

– Но ведь запрета нет, – удивился он. – А рекомендации могут быть нарушены, если есть повод.