Секреты крови

В центре огромного пустынного склада было скопление мужчин, занимающихся на тренажерах. В нос ударил резкий запах пота и металла. Я ждала чего-то иного. Раз отец меня позвал именно сюда, значит, здесь мне будет безопасно, но я не чувствовала себя под защитой даже присутствие Неро не помогло. В воздухе витала высокая концентрация мужских гормонов, опасности и убийства.

Неро положил мне руку чуть выше талии.

– Оливия, нам сюда, – сказал он, но я не шевельнулась.

Мои ноги словно приросли к тому месту, где я находилась. Глаза блуждали по полуголым торсам мужчин, с которых стекал пот. Я не сразу осознала того, как бессовестно пялилась на них.

Густо покраснев, я отвернулась и последовала за своим телохранителем, украдкой вновь бросая взгляд на мужчин. Меня не сразу заметили, но, когда это случилось, некоторые из них переглянулись и стали переговариваться друг с другом. Я заметила, что там присутствовали и те придурки, из-за которых мой день рождения был испорчен. Только Рикардо Риццо не было. Видимо, сукин сын до сих пор зализывает свои раны.

Я остановилась, когда перед глазами возник ринг. Я замерла в оцепенении. В центре стоял тот самый незнакомец со шрамом, мыслями к которому я все чаще возвращалась весь последний месяц. Молодой человек держал кулаки перед лицом, находясь в стойке. Бинты на его руках были все в крови, бровь рассечена, но его противнику досталось больше.

Неро сверлил меня взглядом, я чувствовала, как щека горит от его напряженного внимания, но ничего не могла с собой поделать. Парень со шрамом привлек мое внимание полностью. Каждый удар, глухой и мощный, отражался эхом в груди. Я положила ладонь на сердце и ощутила, как сильно оно билось. Ритм отбивался в унисон ударам на ринге. Противнику моего таинственного парня не повезло. Он еле стоял на ногах. И когда он упал, выставляя руку вперед и сдаваясь, кулаки соперника опустились.

Я видела, как напряглись его скулы, пот блестел на лбу и груди, которая ничуть не свидетельствовала окружающим о том, что его эта схватка заставила парня сбиться с дыхания. Его мускулистое тело было полно силы и решительности.

В этот момент я уже не замечала никого, не слышала голосов и звуков удара железа. В центре всего этого тестостеронового спектакля был он – высокий, гибкий, с напряженными мышцами, по которым стекали капли пота.

Наши взгляды встретились. В них я заметила узнавание и шок. Он, разумеется, не ожидал меня здесь увидеть. Да и я его тоже. Весь последний месяц я задавалась вопросом: кто он? Но спросить Неро напрямую у меня не хватило смелости, хотя не знаю сама, почему.

– Оливия, – раздался голос отца, выводя меня из чар, в которые бесстыдно попала.

Я резко посмотрела влево и увидела папу в компании мужчин. Он шел мне навстречу, широко раскрывая объятия. Мой отец, который был жестоким Доном Чикагской мафии по слухам, приходился мне самым близким и родным человеком. Он лелеял меня словно маленькую девочку все последние месяцы. Наверняка, желая наверстать все то, что упустил за эти годы.

Обняв его в ответ, я быстро отстранилась и вопросительно взглянула на него.

– Я хотел тебе кое-что показать, Mia Cara, – ответил он на мой немой вопрос.

Отец сделал жест, чтобы я последовала за ним. Перед моим взглядом возникли большие деревянные коробки. Я подошла ближе и заглянула внутрь. Шок отразился на моем лице.

– Я позвал тебя сегодня сюда, чтобы ты научилась обращаться с оружием, – пояснил отец, беря пистолет в руки.

– Но ты же был против… – попыталась я возразить.

Месяц назад, после инцидента на мой день рождения, я просила отца и Неро научить меня стрелять, но они оба были категорически против, говоря, что это не женское занятие, и что я хорошо защищена.

– Времена меняются, Mia Cara.

Лицо отца на мгновение изменилось. Стало более суровым, но он быстро натянул улыбку, чтобы не пугать меня. Но нутро подсказывало мне, что что-то не так, и я добьюсь правды.

– Это Beretta M9.

Отец показал, как достать магазин, и я увидела, что он полностью заряжен. Папа встал у меня за спиной, вкладывая мне в руки пистолет.

– Ух! – взволнованно произнесла я, ощущая, что оружие было гораздо тяжелее, чем я себе представляла.

– Правую ногу немного назад, – инструктировал он. – Постарайся дышать ровно. Состредоточься на цели.

В воздухе витала легкая тревога. Я была взволнована от ощущения чего-то прекрасного и одновременно пугающего. Чувства, когда хочется приблизиться к чему-то столь ужасному и запретному. Я зажмурила один глаз, напрягая зрение. Раздался оглушительный выстрел. Рука дрогнула от испуга. Я вскрикнула от ужаса.

– Точно в ялочко! – гордо воскликнул Неро.

Я в смятении посмотрела на мишень и увидела дыру прямо во лбу мужского силуэта.

– Это просто совпадение, – возразила я, понимая, почему так произошло. – Рука дернулась в последний момент.

– Попробуй еще раз, – предложил отец, отходя от меня на шаг.

Я больше не чувствовала его поддержки за спиной. Нажав на курок еще раз, прозвучал выстрел.

– Я же говорила, – с досадой произнесла я. – Совпадение.

– Все в порядке, – сказал папа, придавая мне немного уверенности. – Ты большая молодец. Просто нужна практика.

– Я буду учиться стрелять здесь?

– Да. Неро будет отвозить тебя сюда пару раз в неделю.

– Но раньше ты был против.

Папа задумчиво посмотрел на меня, будто боролся с самим с собой. Я видела внутренний конфликт в его глазах.

– Не думаю, что твоей мачехи понравится слышать звуки выстрелов на территории поместья.

Я понимающе кивнула и вернула свое внимание к мишени. Раздались громкие выстрелы. Один за одним, пока магазин не кончился.

– Тебе нужно сосредоточиться, а не палить бездумно.

– Не думаю, что я смогу сосредоточиться, если подвергнусь похищению, – возразила я Неро.

– Это дело практики. За этим мы здесь.

Мой телохранитель взял пистолет из моих рук и вновь зарядил магазин.

– Постарайся сосредоточиться и дышать ровно.

– Не могу, – ответила я, кладя руку на грудь. Сердце бешено отбивало ритм. Кажется, уровень адреналина в крови возрос до максимума.

Неро усмехнулся, передавая мне в руки обратно пистолет.

– Есть в этом мире тот, кого ты ненавидишь?

Я хмуро посмотрела на мужчину.

– Нет, конечно. Я пацифиска.

– Плохо.

На мгновение я задумалась.

– Рикардо Риццо.

Лица присутствующих исказились от удивления и злости. Не знаю, направлена их ярость была на меня или на того ублюдка. Даже по выражению лица отца я не знала точного ответа на этот вопрос, но сказанных слов не вернешь. Да и мне нечего было скрывать. Все знали, что этот недоносок оскорбил меня, дочь Дона, в моем собственном доме.

Я направила пистолет на мишень. Выдохнув, я сосредоточилась на лбу мужского силуэта. “Трахну ее прямо у стены, а потом вы можете присоединиться к нам. Я не жадный, господа.”– вспомнила я слова сукина сына. Тело пробрало от злости, вспоминая тот вечер.

Град пуль полетело в мишень, изрешетив темную голову. Опустив пистолет, который был слишком тяжелым для моих нетренированных мышц, я услышала тихий шепот у правого уха.

– Всякий раз, когда стреляешь, вспоминай тот день.

Я взглянула на Неро и молча кивнула.

– Еще, Mia Cara?

Я отрицательно покачала головой.

– Рука устала, – призналась я, возвращая пистолет обратно в деревянный ящик к остальным.

В этот момент я задалась вопросом, чем именно занимался отец и его люди. Контрабанда оружия. Это очевидно. Что еще? Наркотики? Проституция? Игорные клубы? Я перебирала в голове всю информацию, которую знала из боевиков.

– Если ты решил, что я должна научиться стрелять из оружия, чтобы уметь защитить себя, то я считаю что мне также необходимо овладеть навыками самообороны, ты не находишь? – обратилась я к отцу.

Он понимающе кивнул.

– И это тоже. Но только здесь. Я не хотел, чтобы твоя мачеха была в курсе. Неро будет обучать тебя.

– Я не хочу, чтобы он это делал, – возразила я, замечая, как несколько пар глаз в изумлении направились в мою сторону. – Моим тренером будет он, – я кивнула в сторону незнакомца со шрамом, который находился в десятке метров от нас и разматывал окровавленные бинты. Его взгляд был сосредоточен не на кулаках, а на мне. Я чувствовала на расстоянии его интерес.

Прошел месяц, а я до сих пор испытывала влечение и трепет, когда вспоминала его восхищенный вздох за своей спиной. Ничье внимание в тот вечер не было таким первобытным и притягательным, как его. Я видела, как он наблюдал за мной, находясь в тени, а я весь вечер сгорала от интереса, смешанного с любопытством. Я безумно хотела быть приглашенной на танец именно им, но этого так и не случилось.

Отец перевел вопросительный взгляд на своего телохранителя, щелкнув пальцами.

– Вито, – ответил за него Алессандро.

Делаю вывод, что мафиозная структура, которой управлял отец была настолько обширной, что он не знал всех членов по имени.

Незнакомец со шрамом на щеке смотрел прямо на нас. Его темные волосы, влажные от пота, были растрепаны. Взгляд задумчив.

Папа подал знак, и молодой человек тут же поднялся со своего места, чтобы подойти к своему Дону.

– Моя дочь хочет, чтобы ты обучал ее самообороне, – отец сразу перешел к делу.

На миг в глазах Вито возникло изумление. Возможно, даже испуг, но лишь на мгновение. Видимо, он не слышал нашего разговора минуту назад.

– У меня много работы, Дон, – сказал молодой человек, и за секунду мое приподнятое настроение улетучилось. Мне так хотелось поближе познакомиться с ним. – Но я найду для вашей дочери время.

– Он сын Энцо Моретти, – подсказал Алессандро отцу, в глазах отца отразилось понимание.

Что? Что это значит?

– Я распоряжусь, чтобы твой список стал меньше, – сказал папа. – Безопасность моей дочери важнее должников.

Какие еще должники?

– У меня вопрос, – сказал молодой человек, переводя взгляд со своего Дона на меня. – Почему я, а не кто-то другой?

Шок. Испуг. Желание сбежать. Вот, что я испытала в этот момент, когда услышала его вопрос. Я ведь не могла сказать прямо в присутствии огромного количества мужчин в том, что мой выбор пал на него, потому что он вызвал во мне интерес.

– Это ведь очевидно, – ответила я дрожащей улыбкой, решив просто отшутиться. – Ты такой смертоносный.

Я сделала жест рукой, указывая на его щеку, чувствуя, как же глупо и нелепо это выглядело.

Вито криво ухмыльнулся.

– Я просто упал с дерева, когда был маленьким.

Глава 10

Неро

– Санторо подтвердил информацию? Это точно были ирландцы? – спросил я, обращаясь к своему Дону.

Альберто молчал. Шок от полученных новостей до сих пор не покидал каждого из нас. Я взглянул на отца. Он был также задумчив, как и его Дон.

– У Морриконе давно проблемы с ними. Серджио должен был еще пару лет назад вырезать всех ублюдков до одного, а сейчас их война коснулась и нас.

Отец помог своему Дону поджечь сигару. Он всегда носил зажигалку с собой, будучи тенью Альберто Гравиано.

Дон сидел в кресле у массивного дубового стола, скрестив ноги, и медленно крутил в руке бокал с янтарной жидкостью.

Несмотря на июньскую жару, шторы в кабинете были плотно задернуты, а тяжелый аромат кубинских сигар смешался с запахом старой кожи и бурбона.

– Санторо нужна помощь? Что Маурицио вообще говорил? – спросил отец.

Алессандро всю свою сознательную жизнь был телохранителем и верным соратником будущего Дона. Именно он научил меня всему, а также вложил в сознание понятия чести и преданности. Я помню все его уроки, поэтому стараюсь относиться к Оливии так же, как и мой отец к своему Дону.

– Он сказал, что Морриконе сами справятся со всем, и людей у них хватает, но по тону было понятно, что Маурицио не согласен.

После того, как Де Лука предложил разорвать помолвку между своим сыном, Лоренцо, и дочерью Санторо, Валентиной, с целью женить отпрыска на Оливии, Санторо-старший расценил это как оскорбление и при содействии Альберто договорился с Доном Нью-Йорка сыграть свадьбу между Валентиной и старшим сыном Морриконе, Эмилио. На подъезде в город на их кортеж напали, и девушка была похищена. Прошло больше сорока восьми часов, но требований ирландцы так и не выдвинули. Или же нам об этом не сообщили. Он понимал, что в его системе безопасности есть брешь и, скорее всего, крот. Уверен, ирландцы не хотели, чтобы союз между Чикаго и Нью-Йорком стал крепче, чем был до этого. Ранее мы вели войну между собой, пока прежние Доны, отцы Альберто и Серджио, Джованни Гравиано и Никколо Морриконе не заключили союз. Но за последние тридцать лет не было ни одного брака, заключенного между двумя главными семьями.

– Гребаные ублюдки! – прозвенел голос Альберто в тишине, словно выстрел.

Дон знал, что похищение невинной девушки мафии било не только по авторитету Морриконе, но и по его тоже. Отец сказал мне вчера, что Альберто зол на самого себя, что не смог убедить Санторо взять больше людей с собой в Нью-Йорк.

– Говорят, что Патрик Дойл совсем распоясался после прихода к власти. Его отец вел тихую войну с Морриконе, но после смерти Аластера Патрик и его сыновья совсем охренели. Бостон утопает в крови. Серджио не может держать их в узде.

– Это полностью вина Морриконе. В его распоряжении слишком большая территория, и у него не хватало ни людей, ни средств, чтобы сохранить порядок везде. Если Бостон перейдет полностью под контроль ирландцев, то не пройдет много времени, когда Дон потеряет и Провиденс. Это крупный портовый город. Нью-Йоркский клан живет благодаря ему. Не удивлюсь, что на восточном побережье разыграется настоящая война.

– Нас она тоже коснется, – вмешался я в разговор Дона со своим отцом.

Альберто был задумчив. Знаю, о чем он думал. Мужчина боялся больше всего потерять не власть, а единственного ребенка.

– Я хочу, чтобы у Оливии было больше охраны, – приказал Гравиано. – Выбери тех, кому доверяешь, Неро.

Я кивнул в ответ.

– Она не глупа. И начнет задавать вопросы, Дон.

Альберто качнул бокал, глядя в медленно крутящийся лед, будто ища в нем ответы.

– Я поговорю с дочерью сам, но чуть позже. Нужно подобрать правильные слова, чтобы не напугать ее.

– Оливия сильнее, чем кажется. Порой у меня складывается впечатление, что она родилась с сигарой в одной руке и с планом атаки в другой.

Дон усмехнулся, но без тени радости. Дочь была отрадой Альберто. С тех пор, как она появилась в этом доме, жизни всех нас изменились.

– Интересно, чего хотят ирландцы.

– Мы знаем одно: чего они не хотят. Патрик не хочет допустить усиления союза между Чикаго и Нью-Йорком. Им нужен разлом, а не союз, поэтому мне кажется, что это только начало.

Дон Гравиано задумался.

– Если война между ирландцами и Морриконе расширится и на наши территории, то нам нужно быть готовыми ко всему. Ублюдки уже показали свое истинное лицо. Они способны не только на диверсии на чужой территории, но и на похищение невинных. Женщины и дети всегда были табуированным фактором.

– У ирландцев нет чести, синьор, – сказал отец.

В дверь постучали.

– Войдите, – приказал Дон.

Выражение его лица изменилось, когда в кабинет вошла Оливия.

Девушка на мгновение задержалась в дверном проеме, увидев своего отца не одного.

– Я вам помешала? – спросила Оливия, немного замешкавшись, когда поняла, что прервала нас.

– Мы уже закончили, – ответил Дон, сделав знак рукой, чтобы их оставили одних.

Я последовал вслед за отцом. Как только дверь за нами закрывалась, папа сказал:

– Мне это не нравится, Неро. Будь начеку. Альберто открутит нам голову, если с его единственной дочерью что-то случится.

– Я знаю, отец.

Глава 11

Оливия

Я вошла в кабинет, не ожидая ничего плохого. Но, судя по серьезным лицам мужчин, что-то случилось. Неро и Алессандро неспроста оставили нас с отцом одних.

Папа сидел за огромным столом, а из полумрака выныривали силуэты книг, оружия, картины. Его взгляд был тяжелым, напряженным. На этот раз отец не встал и не подошел. Только указал рукой на кресло напротив.

– Садись, Оливия.

Я послушалась. И сразу ощутила напряженность в его голосе: что-то не так.

– Что случилось?

Он выдохнул и потер переносицу. Мой взгляд упал на стакан виски на его столе. Знаю, что иногда папа выпивал, ведь я ни раз была свидетелем того, как он запирался в своем кабинете, чтобы поработать. Но почти пустая бутылка на столе была тревожным звоночком.

– Я хотел бы, чтобы ты услышала это от меня, а не от шепота в коридоре. Не от слуг. Не из новостей.

– Папа…

Я положила ладонь на грудь в ожидании.

– Валентина Санторо похищена. Два дня назад. Ирландцы.

Я замерла. Мне не удалось лично познакомиться с девушкой. Все, что я знаю о ней: Валентина была помолвлена с Лоренцо Де Лука. Но, судя по тому, что мне довелось услышать в день рождения, Винченцо Де Лука отменил помолвку с Санторо, выплатив большую неустойку, в надежде женить своего сына на мне.

– Как? Почему? Кто?

Эти вопросы вертелись в моей голове в надежде найти ответ. Я не понимала, как в нашем мире невинную девушку могут похитить? Или только у меня было столько охраны? Может, она решила сбежать по какой-то причине?

– Пока неизвестно. На кортеж напали, когда они подъезжали к Нью-Йорку.

– Не понимаю. Что Валентина делала в Нью- Йорке?

Папа тяжело вздохнул. Его рука потянулась к стакану. Он сделал глоток янтарной жидкости и продолжил:

– Я договорился о браке между двумя кланами.

Отец на мгновение замолчал и задумчиво посмотрел в сторону.

– За кого она должна была выйти замуж?

– Старший сын Дона Серджио Морриконе, Эмилио. Хоть парень и не сильно был рад этому союзу…

После этих слов он замолчал и загадочно посмотрел в мою сторону. У меня перехватило дыхание.

– Он хотел… Меня?

Понимание захлестнуло. Все эти месяцы я сжилась с возможным скорым замужеством по приказу отца, но не думала, что могу уехать в Нью-Йорк.

– Мне было сложно смириться с тем, что, только обретя тебя, я тут же потеряю.

Из меня вырвалось облегчение. Папа словно читал мои мысли.

– Ты выйдешь замуж здесь и будешь жить в Чикаго подле меня. Так твоему отцу будет спокойнее.

– Ты уже определился насчет кандидатуры?

Я затаила дыхание в ожидании ответа. Папа молчал какое-то время. Сделав очередной глоток виски, он ответил:

– Пока нет, но я думаю об этом. В Нью-Йорк тебе определенно нельзя. Там небезопасно. Отец Валентины, Маурицо, обвиняет Морриконе в утечке. Скорее всего, там был крот. Предатель. Ирландцы хотят помешать нам заключить более прочный союз, поэтому девушка похищена.

– Что с ней будет, папа?

Он не сразу ответил. Как будто раздумывал, стоит ли просвещать меня в мафиозные дела, но я хотела знать. Должна была знать, черт возьми!

– Ее не убьют. Вот, что важно. Глава ирландского клана потребует выкуп за девушку.

– Вы уже знаете, что это может быть?

Отец нахмурился. Думаю, он не привык обсуждать такие дела с женщинами.

– Возможно, они потребуют порт в Бостоне. Ранее тот был под контролем ирландцев. Это самое разумное.

– Он наверняка имеет огромную ценность. Глава Нью-Йорка не отдаст такую золотую жилу за девушку, которая еще не принадлежит его семье.

Я заметила ухмылку на лице отца. Его глаза засияли от гордости.

– Верно, – согласился он. – Серджио не позволяет вмешиваться, но мне придется, если он не отдаст выкуп за нее. Валентина – наша, и мы несем ответственность за ее возвращение. Морриконе не станет рисковать нашим тридцатилетним союзом.

– Если предположить, что он пойдет в отказ…

– Тогда между Чикаго и Нью-Йорком вспыхнет война, как когда-то…

– И Валентина… Умрет?

Вопрос повис в воздухе. Я не хотела, чтобы отец отвечал на него. И так все было понятно.

– Она в безопасности, как думаешь?

– Мы не знаем. Ирландцы молчат. Ни выкупа, ни условий. Тишина – худший из сигналов.

Я сжала подлокотники кресла.

– Ты не должна лишний раз покидать дом, Оливия.

– Почему ты говоришь мне это?

– Потому что тебе нужно понять, – ответил он. – Этот мир, Оливия… Ты теперь часть его. Хочешь или нет. И я не могу тебя прятать за стенами все время. Но ты должна быть осторожной. Неро защитит тебя.

– Я не хочу, чтобы меня прятали. А для этого мне нужно учиться защищать себя.

Папа пристально посмотрел на меня.

– Вот почему ты хочешь заниматься с этим парнем?

Я замерла. Мысленно готовилась к этому разговору с отцом, но вся моя подготовительная речь испарилась, будто ее и не было.

– Да. Я сама выбрала его. Неро очень аккуратничает со мной. Этот парень может дать мне больше, чем телохранитель, который боится за каждый мой шаг.

– Он – хороший солдат. Но ты должна слушать Неро. Всегда. И меня. Без вопросов.

Я почувствовала, как во мне закипает злость. Он все еще говорил со мной, как с ребенком.

– Ты не можешь меня запереть.

– Я не запираю. А оберегаю. Потому что если с тобой что-то случится – я сожгу полмира. А вторую половину утоплю в крови.

Я молчала. Смотрела на него – на человека, которого только недавно начала узнавать как отца. И все же он оставался Доном. Королем. И я – его дочь, королевская кровь. Но в этом дворце не было сказки.

– Понимаю, – прошептала я. – Но я – не жертва. Не Валентина. И не позволю ею стать.

Папа медленно кивнул. И в его глазах снова мелькнула гордость. Но в ней же пряталась и тревога. Глубокая, отцовская.

– Только пообещай мне, Оливия… Если станет опасно – ты будешь рядом с Неро. Всегда.

Я кивнула. Но что-то подсказывало мне: рядом со мной будет не Неро. А Вито. Потому что, каким бы ни был этот риск – я выбрала его.

Глава 12

Оливия

Иногда я думаю, что родиться дочерью Дона мафии – это проклятие, а не судьба. Это как носить платье из стекла. Красиво, сверкающе, но каждый шаг может превратиться в кровавый вальс. Внутри меня клубок из страха, ярости, и мечта стать кем-то, кто не прячется за чужими пистолетами.

Последние несколько месяцев пребывания в своей новой реальности научили меня возводить стены. Это моя броня от мира лицемерных ублюдков, с которыми мне посчастливилось столкнуться. Быть самой собой не поможет выжить, и я принимаю эту игру со всей осознанностью.

Я – принцесса мафии. Долгое время была тайной, спрятанной за завесой молчания, но теперь хочу заявить о себе. Никто не смеет говорить обо мне плохо. Я должна научиться быть сильной не только морально, но и физически.

Сегодня решительно настроена сломать часть себя, чтобы стать кем-то иным. Но, возможно, сегодня это будет мой нос, а не моя старая личность.

Когда Неро остановил машину возле склада, он не торопился выходить. Я привыкла, что жду, пока мне не откроют дверь. Это была не привилегированная часть моего существования, как дочери Дона. Это больше про безопасность. Неро всегда осматривал периметр и ждал, когда другие охранники расформируются по своим местам. Но сейчас мой охранник не торопился покидать машину.

– Неро? – с тревогой в голосе позвала я и начала оглядываться. Возможно, что-то было не так, а я не замечала.

– Это ошибка, Лив, – наконец, сказал он. – Ты не должна брать уроков у него. Я сам научу тебя всему.

Его голос был, как всегда, отточен и сух. Он не одобрял моей затеи. Я догадывалась, но он хранил молчание последние дни. Возможно, Неро в глубине души надеялся, что я передумаю. Но нет. У меня был решительный настрой.

Я сделала успокаивающий вдох. Догадывалась, что рано или поздно Неро начнет этот разговор, чтобы переубедить меня. Я еще тогда заметила неодобрение в его взгляде. Интересно. Может, он знал об этом Вито то, чего не знала я? Но парень работает на моего отца в конце концов!

– Ты не сделаешь этого так, как мне нужно, Неро.

– Лив…

– Я хочу научиться защищать себя! Пойми! Ты слишком оберегаешь меня и не позволишь мне и на один процент почувствовать то, что я могла бы ощутить при реальной опасности. Вито не будет со мной аккуратничать, а ты – да.

– С чего ты это решила?

Я бросила взгляд на обветшалые стены склада, где у больших металлических ворот стоял только один человек – Вито. В свете тусклого фонаря он казался не человеком, а лишь тенью, но я узнала его. С самой первой секунды мне было известно, что он очень опасен. Я видела в темноте его глаз тьму, от которой, уверена, враги ходят под себя. Но я не боялась его. Вито был человеком моего отца. Он научит меня быть сильной.

– Просто знаю.

Неро не стал ничего отвечать. Наконец, он вышел из автомобиля, окинул взглядом охрану и потянулся к моей двери, чтобы открыть ее.