Опаленные души. Часть 2: Зеленое пламя

За эти годы он хорошо узнал этих психов и мог предсказать их реакцию.

– Ну ладно, это не к спеху, – задумчиво заключила девушка и на время забыла о полисменах. – Нам нужно поселить тебя, познакомить с жильцами, собрать вещи и наметить тактику действий, – задумчиво пробубнила Рената.

– Эм… – неловко сказала Валери. – А можно, я сначала поем. Я… я ОЧЕНЬ хочу есть, – неловко сказала Гринфайер.

– Хм? Конечно, почему бы и нет, – легко согласилась Рената. – Маркус, – внезапно повернулась она.

– Да, молодая госпожа? – мгновенно отозвался слуга.

Валери крупно вздрогнула.

– Он… как давно он там стоит? – испуганно спросила Гринфайер. – Я никого не чувствовала и… и он совершенно не двигался, – нервно пояснила девушка.

– С самого начала, я полагаю, – спокойно ответила Рената.

У нее был голос человека, давно смирившегося с преследованием жуткого артефакта древности. Каких усилий ей стоило отбить у Маркуса время приема ванны, страшно подумать. И то, ей это удалось только потому, что рядом была Лотти. На самом деле, Рената подозревала, что ее преследуют аж два маньяка, но Лотти пряталась несказанно лучше и на глаза не попадалась. Вот только, стоило Ренате ее позвать, как она мгновенно появлялась поблизости, что наводило на нехорошие подозрения…

Нет, она не будет об этом думать.

– Валери, это Маркус, дворецкий нашего рода. Маркус, это Валери, вассал из рода Гринфайер. Ее нельзя убивать, калечить и морально травмировать, – спокойно проинструктировала куклу девушка.

– Этот слуга понимает, – улыбнулся Маркус.

– Лотти, – внезапно сказала девушка.

– Да? – спросило что-то сзади Валери.

Гринфайер резко отпрыгнула в сторону, машинально вскидывая кулаки и принимая оборонительную позу.

– Это Лотти, – спокойно пояснила Рената. – Она любит появляться из неожиданных мест. Лотти, про Валери ты слышала. Инструкции те же, – кратко пояснила Чендлер и повернулась к дворецкому. – Маркус, нашу новую слугу нужно накормить.

– Хм… – задумался дворецкий, после чего повернулся к нервной Гринфайер. – Этот слуга смеет уточнить, используете ли вы боевые артефакты? – любезно спросил Маркус.

– А… да. После переезда я начала, – неловко сказала Валери, косясь на невозмутимую Лотти.

– Хорошо. Этот слуга учтет данный факт. А сейчас… добро пожаловать в дом Блэкфайер, – улыбнулся Маркус. – Надеюсь на вашу преданную службу. – еще шире улыбнулась кукла. Если бы Рената научилась копировать эту улыбку, то никакие бандиты в темных переулках ей были бы не страшны.

Валери нервно улыбнулась в ответ (чем заслужила пару очков одобрения в глазах Ренаты) и медленно прошла внутрь дома. Женская фигура, что до этого стояла за ее спиной, бесследно испарилась, поэтому Маркус сразу прикрыл входную дверь. Та захлопнулась с глухим стуком, отсекая Гринфайер от покрытой смогом улицы… Валери нервно сглотнула.

– Я справлюсь… не волнуйтесь брат, сестры. Я не подведу, – решительно подумала девушка, после чего, не менее решительно, двинулась в столовую.

Она правда ОЧЕНЬ хотела есть. Настолько, что этот голод перебивал даже страх от ее нынешнего положения. Девушка села и стала нетерпеливо ждать своей порции еды. И, несомненно, не была разочарована.

– Маркус… ты собираешься покормить тетушку Розмари? – недоуменно спросила Рената, наблюдая за неутомимым дворецким. – По-моему, это даже ей будет много.

Стол около удивленной Валери быстро наполнялся тарелками с едой. На грустном лице Гринфайер появилась первая, робкая улыбка.

– Ох… эта вещь беспокоится, что такого количества будет недостаточно, – посетовал Маркус.

– Недостаточно? – переспросила Рената, показывая на стол. – Да здесь еды на… – после чего пораженно замолчала.

Часть тарелок уже были пусты. А другая часть… даже тетушка Розмари не поглощала еду столь бурными темпами. Это было ужасающее, но в чем-то красивое зрелище. Как будто наблюдаешь за каким-то пугающим катаклизмом.

Миниатюрная и хрупкая Валери Гринфайер с невероятно высокой скоростью поглощала представленную ей еду. Делала она это с оттенком привычного профессионализма и изящества, от чего смотрящий мгновенно понимал, что данное зрелище не что-то из ряда вон выходящее, а вполне привычно для данного организма. За те пять минут, что Рената пораженно смотрела на неостановимую и безжалостную машину по перемалыванию пищи, та успела прикончить половину выставленных блюд.

– Что это, Маркус? – испуганно спросила Рената.

– Это, молодая госпожа, мало обученный Гринфайер, использующий боевой артефакт, – с блеклой улыбкой ответил дворецкий. – Точнее, один из неизбежных побочных эффектов его использования. Ненормально ускоренный метаболизм, – сурово закончил Маркус.

Девушка испуганно смотрела на утекающие в никуда кучи денег. Зарплата ее отца просто испарялась в бездонных недрах желудка вассала, и вскоре Рената не смогла этого больше терпеть. Она посуровела и решительно сказала:

– Валери.

Девушка вздрогнула… громко сглотнула очередной кусок пищи и нерешительно спросила:

– Да?

– Тебе придется приносить пользу, – угрожающе сказала Рената. – ОЧЕНЬ много пользы. И Маркус за этим проследит, – сурово сощурилась она.

Валери неловко поежилась и испуганно покосилась на ласково улыбающегося дворецкого. Тот улыбнулся еще слаще и любяще сказал:

– Пожалуй, мы начнем с изучения самозащиты. В конце концов… молодую госпожу должно защищать.

Глава 7. Зеленый Огонь

Она сидела и наблюдала за неожиданными гостями. Пять темноволосых, зеленоглазых женщин, молодая девочка и два мальчика. Ветвь Гринфайеров, что решились присягнуть ее мужу.

Она уже два года не говорила с другими людьми. Изабелла… не совсем понимала, что ей делать. Поэтому она спряталась в дальней комнате и наблюдала за неожиданными гостями через пустую куклу. Другие люди в доме ее нервировали – женщина не могла их контролировать и не знала, о чем они думают.

– Что мне делать, Лотти? – тихо спросила Блэкфайер. – Я… смогу ли я говорить с ними? Может… мой разум слишком пошатнулся, и они заметят это?

Кукла, стоявшая за ее плечом, продолжала молчать. Впрочем, Изабелла и не ждала ответа – Лотти никогда не отвечала. Ни Маркус, ни Астра, ни Говард… никто из них. Два года Изабелла говорила только с собой и ребенком, что не смог бы понять, если бы его мать свихнулась. И поэтому Изабелле, впервые за долгое время, было страшно.

Женщина нервно сжала в своих руках потрепанное письмо. В нем уже полузабытым, беглым почерком было написано:

Изабелла, я слышал о ситуации в Лондоне. Я понимаю, что вам тяжело… прости, если я добавляю вам лишних проблем. Но я… я слишком слаб, чтобы выжить одному. Мы считали, что немцы обезумели, когда начали все это. И мы не ошиблись… просто не знали, что их безумие еще чудовищнее наших представлений. Они сотворили со своими аристократами что-то ужасающее. Я понятия не имею, как они контролируют этих ледяных демонов и почему те не пожирают их армии, но… обычные аристократы бессильны против Ледяных Великанов. Мы держимся только за счет того, что нас больше. Похоже, эта война не закончится в ближайшее время, и мы не можем выделить людей на защиту городов.

Король собрал верных аристократов, часть простолюдинов и спрятал их семьи в надежном месте. Все остальные же предоставлены сами себе. Винсент Гринфайер принес мне вассальную клятву, с условием, что его сестра и ближайшие родственники будут защищены в твоем доме. Они выяснили, что ты… что ты еще жива. Я знал. Я ни секунды не сомневался в вас – ты умная и стойкая женщина, Лотти сильна, а Маркус слишком одержим, чтобы умереть. Я знал… и мне жаль, что приходится обременять тебя заботой об отщепенцах Гринфайеров. Но это было не зря. Я выяснил метод, благодаря которому могу стать сильнее. Благодаря которому МЫ можем стать сильнее, Изабелла. Когда Гринфайер принес мне вассальную клятву, я обнаружил, что теперь могу без усилий копировать его пламя! Мое бесполезное, чистое ядро наконец-то прекратило измываться надо мной… уверен, с тобой это тоже сработает! Выясни, как эти женщины создают артефакты. С твоим зрением ты сможешь создать вещь в десятки раз совершенней.

К тому же теперь я могу воздействовать на ядро Гринфайера напрямую и ограждать его от безумия. Если кто-то из женщин вассалов начнет сходить с ума, попробуй ее стабилизировать – уверен, у тебя получится. Это будет еще одной цепью преданности для Гринфайеров.

В остальном же не беспокойся насчет гостей – просто скинь их на слуг. Я знаю, что ты ответственна, но не старайся лишний раз. Маркус будет счастлив занять вассалов муштрой на благо рода Блэкфайер. Просто сохрани их живыми, чтобы вассальная клятва продолжала работать – это все, что нужно. Можешь запереть их в тюрьме и кормить объедками. Пока эти Гринфайеры живы, все остальное неважно.

Не волнуйся. Теперь с зеленым пламенем и моим контролем, я обязательно выживу. Не знаю, как скоро, но я обязательно вернусь. Все, что тебе нужно делать, это ждать меня дома.

Просто сиди в безопасности. Это все, чего я хочу… пожалуйста, будь в безопасности.

Изабелла снова и снова перечитывала грязное, мятое письмо, будто пытаясь заучить его наизусть. Впрочем, неожиданно шокирующее содержание было не так важно… гораздо больше ее волновало другое.

– Ты жив, — внезапно прошептала женщина, сидящая в пустой комнате. – Я верила… что ты еще жив. И ты не подвел меня. Ты все еще можешь вернуться ко мне. Я… я ждала не зря. Эти чудовищные три года я… я знала, – на мятое письмо упала маленькая капля, размывая неровные буквы. – Я здесь… я буду здесь. Пока ты не вернешься, – прошептала плачущая женщина. – Эти Гринфайеры выживут. Даже если я полностью свихнулась, и они попытаются сбежать на следующий день, плевать… я просто запру их и заставлю жить дальше. Поэтому не волнуйся и… и возвращайся, – улыбнулась женщина, бережно сжимая мятое письмо.

Она рвано всхлипнула и… дверь ее комнаты внезапно широко распахнулась. Изабелла вздрогнула:

– Кто?! – гневно прорычала она, вытирая слезы, после чего потрясенно замерла.

На нее смотрела неожиданно эмоциональная кукла Маркуса. На его лице явно виднелась обеспокоенная морщинка, и он выглядел весьма возмущенным… это были первые эмоции, помимо улыбки, что Изабелла видела на кукольном лице.

– Маркус? – неверяще спросила женщина.

Кукла нашла глазами сидящую в кресле женщину. После чего приблизилась странными, рваными шагами – столь неестественными движениями куклы двигались в самом начале, но вскоре выправились. Теперь же это вернулось, по непонятной для Изабеллы причине.

– Ты… сломался? – тревожно спросила женщина. – Эти гости повредили тебя? – зло прорычала Изабелла.

Маркус же дошел и остановился. После он поднял руки и резко ими замахал, в чем-то напоминающем искреннее возмущение.

– Да что с тобой? – обеспокоенно воскликнула женщина. – Скажи, что случилось? – машинально спросила она, не ожидая ответа.

Внезапно дворецкий замер и резко опустил руки. После чего несколько долгих секунд смотрел на свою хозяйку… Изабелла непонимающе сверлила куклу глазами. Видя это, Маркус открыл рот:

– Е-да, – странным, скрипучим голосом произнесла кукла.

– Что? – пораженно переспросила женщина.

Ей послышалось, или?!

– О-они унич-тожают еее-ду гос-пожи И-изабеллы, – повторил Маркус. – Гос-споже Ии-забелле нуу-жна еда. Оох-ранять гос-спожу. Ох-хранять еду. Уу-бить их? – спросила кукла.

Несколько мгновений Изабелла просто сидела, не в силах поверить в происходящее. После чего она, наконец, достаточно собралась, чтобы спросить:

– Ты говоришь? Маркус… ты… что-то вспомнил? – робко спросила женщина. Изабелла и сама не заметила, как ее губы растянула нерешительная, неверящая улыбка.

Кукла непонимающе наклонила голову, после чего ответила:

– Э-это изделие н-носит имя Ма-аркус. Кукла гос-пожи Иза-беллы. Э-это издел-лие пом-нит гос-пожу Изабел-лу, – ответила кукла.

Улыбка женщины мгновенно погасла, и она молча осела в кресле. Дворецкий же продолжил беспокоящую его тему:

– У-убить вторжж-енцев? Е-еда госспожи… ваажно для госс-пожи и молодого ггосподина… уубить их? – спросила кукла.

– Нет, – вяло отмахнулась женщина. – Они должны выжить, несмотря ни на что. Хватит нервничать, слуга. У нас достаточно еды, чтобы накормить армию, – раздраженно ответила Изабелла.

– П-половина запассов уничто-жжена, – кратко пояснила кукла.

– А? – не поняла женщина. – В одном из складов? Это много, – обеспокоенно нахмурилась женщина – Нужно будет…

– Из ввсех запа-ссов, – снова замахал руками Маркус. – И-из всех!

Рената проснулась от накатившего на нее ужаса. Причем впервые это был смешанный ужас. Часть его принадлежала самой Ренате.

Ведь теперь, одна из уничтожающих еду чудовищ спала в комнате напротив.

– Молодая госпожа… снова плохой сон? – спросил дворецкий.

– Не такой, как ты думаешь, – ответила девушка. – Маркус… сколько у нас осталось еды? – почти испуганно спросила Чендлер.

– На две кормежки, – быстро ответил дворецкий. – Если запереть вассала и не давать двигаться, то на три, – профессионально подсчитал Маркус. – Но не переживайте, молодая наследница. Лотти уже занимается решением проблемы, – радостно поделился дворецкий.

– Да? – полным надежды голосом спросила Рената. – И как же?

– Крадет еду, – кратко пояснил Маркус.

Рената молча на него посмотрела, после чего глубоко задумалась. Совесть проиграла мысленный бой в первые же секунды (в последнее время она редко подавала признаки жизни), поэтому на первый план вышла здоровая осторожность.

– Ее не заметят? – спросила Рената. – Все-таки незаметно передвигаться, это одно, но носить баулы с пищей… к тому же скоро люди начнут что-то подозревать. Этой Валери нужна еда в промышленных масштабах, – нахмурилась девушка.

– О, не волнуйтесь, молодая наследница, – отмахнулся дворецкий. – Лотти смогла незаметно перенести вашу пустую куклу. Баулы для нее не проблема, – улыбнулся Маркус. – Насчет же исчезновения еды… вы забываете, что эта Валери жила где-то до нас, вместе со своими сестрами. Лотти просто будет набирать еду там же, поэтому для местных ничего не изменится, – пожал плечами дворецкий.

– А ведь ты совершенно прав, – задумчиво закивала девушка, после чего ее глаза испуганно расширились. – Стой… их же еще шесть! Как Ист Энд до сих пор не постигла голодная смерть?! – пораженно спросила Рената.

– Вряд ли все они используют боевые артефакты, – задумчиво предположил дворецкий. – Все-таки это большая нагрузка на тело и психику. Тем более, такие мощные, как у слуги Валери. Возможно, двое из семи… максимум трое, – подсчитал Маркус. – Таким образом, у Ист Энда есть шансы на выживание, – оптимистично заключил дворецкий.

Рената мысленно порадовалась за воров, наркоторговцев и убийц, что избежали голодной смерти, после чего резко вернулась в безрадостную реальность. А точнее, в реальность Изабеллы Блэкфайер и пришедшее ей письмо… делавшее эту самую реальность немного радостнее.

– Можно скопировать ядро вассала, без особых усилий, – задумчиво пробормотала девушка. – Если это правда, то… эхе-хе-хе-хе. Аха-ха-ха-ха-ха! Аха-хаа-хаа-хаа-хаа!! – затряслась в жутком смехе Рената.

Все эти долгие, выматывающие часы концентрации, за которые девушка тщательно выстраивала свое ядро по кусочку, тратя на это огромное количество энергии… они могли уйти в прошлое? Оооооо, что она бы могла сделать с подобными возможностями! Сколько удивительных кукол она смогла бы создать!

– Аха-ха-ха-ха-ха! – продолжала смеяться девушка… до ужаса пугая тихо стоящую у ее двери Валери Гринфайер.

– Будь сильной Валери, – печально думала женщина. – Тебя пока никто не покалечил и даже накормили… а мало кто удерживался от рукоприкладства, видя, сколько ты ешь. Леди Рената выглядела спокойной, пусть и немного бледной, что уже хороший знак. А жуткий смех еще никого не убивал. Все будет хорошо, – со слезами на глазах думала Гринфайер, продолжая слушать леденящий душу хохот. — Когда-нибудь. Где-нибудь.

– Приведи ее ко мне, Маркус! – ликующе донеслось из-за двери. – Она мне понадобится!

– Этот слуга будет счастлив подчиниться! – бодро ответил жутковатый дворецкий.

– Пусть не со мной, и не здесь, – обреченно подумала Валери. – Но хотя бы мои сестренки и брат будут счастливы. Мои дорогие… продолжайте свою жизнь без меня. Старшая сестра обязательно вас защитит! – решительно подумала женщина, видя, как медленно открывается дверь.

– О! – обрадовался Маркус, увидев бледную и дрожащую Валери. – Молодая госпожа, ваш вассал преданно ждет у двери! – проинформировал он.

– Кстати, – машинально подумалось Валери. – А почему этот Маркус был внутри? Как давно он там, наедине с молодой девушкой в неглиже?! Хотя… учитывая, что он ничем не пахнет, не совершает непроизвольных движений, и даже НЕ ДЫШИТ, если на него не смотрят… на общественные условности ему уж точно плевать, – печально подумала женщина.

После чего прошла в полутемную комнату, в которой сидела ее полураздетая хозяйка. Которой, очевидно, тоже уже было плевать на всякие приличия.

– Здравствуй, Валери, – ласково улыбнулась сидящая на кровати Рената Чендлер. – Так на каких артефактах специализируется твоя семья? – от ее хищной ухмылки кровь стыла в жилах.

Гринфайер бледно улыбнулась:

– А… можно я сначала поем? – робко спросила она.

***

Рената обреченно смотрела на стремительно уменьшающиеся запасы пищи. Все в столовой смотрели. И если Элеонора просто молча провожала ложки с едой взглядом, сохраняя потрясенное молчание, то Фрэнк… Фрэнк бледнел на глазах и мысленно подсчитывал убытки. Выходило так, что нового вассала проще прикончить, чем прокормить.

Но король отдельно упоминал, что жертв быть не должно… Фрэнк сидел и ОЧЕНЬ напряженно думал.

– Полагаю, у королевской канцелярии настанут нелегкие времена. Как и у полисменов, – наконец заключил мужчина. – Часть их оклада пойдет на поддержание жизненно важного для королевского задания слуги. Именно так! Запишем, как производственные расходы и перераспределим зарплаты с учетом штрафа за прогулы дежурств, – оживленно пробормотал мужчина. – Молодой Артур пропустил уже неделю оплаченной смены. Полагаю… зарплата ему не очень-то и нужна, – облегченно улыбнулся Фрэнк и продолжил спокойно есть свою яичницу.

Рената задумчиво покивала, решив не упоминать об активности Лотти. Если можно решить все малыми жертвами (среди полисменов), то так и быть. Все равно, Артур был довольно бестактным и трусливым молодым человеком… он никогда ей не нравился.

К этому моменту Валери уже уничтожила еду на своей половине стола и пристально уставилась на гору тетушки Розмари. И взгляд этот был настолько хищным, что тетушка ОТВЛЕКЛАСЬ от еды и настороженно уставилась на нового слугу. Это было впечатляющим подвигом, учитывая, что тетушка была… не здорова и редко обращала на что-либо внимание. И да, психическое состояние «тетушки» было практически фактом, учитывая, что даже ее ядро было каким-то слишком маленьким и в чем-то даже неровным (когда Рената впервые решила посмотреть на тетушку, то даже испугалась. Это выглядело… тревожно. Благо Маркус объяснил Ренате, что неполноценные люди часто имеют «неполноценные» ядра, и девушка успокоилась). И пока Розмари сверлила взглядом тарелку, Валери мило улыбнулась и мееедленно потянулась за ближайшей едой отвлекшийся тетушки. Та было набрала в рот воздуха, чтобы начать гневно визжать, но увидела, что одна из тарелок уже исчезла и быстро вцепилась в другую. Валери уничтожила третью, и тетушка осознала, что стремительно проигрывает в этой битве. На ее лице проявилась небывалая сосредоточенность, а в глазах зажглась искра разума… тетушка обхватила тарелки и приготовилась защищать их ценой своей жизни.

Не то, чтобы это помогло в сражении с владельцем боевого артефакта.

– Боюсь, одного оклада не хватит, – задумчиво сказал Фрэнк, созерцая начавшуюся битву. – Кстати, милая, а кто доставил королевское письмо? – отвлеченно спросил мужчина, наблюдая за ненормально быстрым вассалом, умыкнувшим очередную тарелку.

– Это была Вивьен, – ответила девушка, наблюдая за битвой массы и скорости. – К сожалению, у нее оклад лучше не срезать. Она воспитывает племянницу… к тому же может быть крайне изворотливой и мстительной. А еще у нее есть ключи от нашего дома, – ввела самый действенный аргумент Рената.

– Да? – задумчиво ответил Фрэнк. – Тогда лучше сменить замки. И сократить оклад у всех одновременно, чтобы все выглядело естественно. Все-таки они все пропускали дежурства в последнее время. Ну кроме Вивьен… она действительно довольно злопамятная, – обеспокоенно сказал беспристрастный бухгалтер.

Его совесть давно покоилась рядом с совестью дочери, а жалость сдохла на первом спуске его детей в жуткий подвал. Освободившееся место оперативно заняли мстительность и жутковатая одержимость холодным и стрелковым оружием.

– К тому же если оклад оставят только ей, то остальные полисмены могут сделать ее изгоем, – ласково сказала сидящая рядом Элеонора. – А именно нас обвинить будет не в чем… кто же мог предсказать, что люди бывают столь завистливы, – по-доброму улыбнулась младшая Чендлер.

Фрэнк и Рената кровожадно оскалились, Маркус расплылся в лучезарной улыбке, а жующую Гринфайер передернуло.

Тетушка отбивала еду.

– Так и поступим, – заключила старшая Чендлер, после чего промокнула рот салфеткой и встала. – Пойдем, Валери. Настало время отрабатывать содержание. Не зря же господа полисмены будут жертвовать собой, – ласково улыбнулась девушка.

Торопливо жующая зеленоглазая активно закивала, поглотила еще одну тарелку (под беспомощные подвывания тетушки Розмари) и встала из-за стола.

– Пройдемте в синюю гостиную, – учтиво улыбнулся Маркус. – Этот слуга как раз починил стол и принес доску.

Рената задумчиво кивнула и поманила за собой Валери, которая успела умять еще две тарелки. Гринфайер отвлеклась от уничтожения продуктов, сожалеюще осмотрела на стол и плачущую Розмари, после чего встала и последовала за ненормальной альфой.

Вскоре девушки и кукла оказались в синей гостиной. Валери села на старый стул со странно замотанным подлокотником и посмотрела на бодрого дворецкого, стоявшего около грифельной доски.

– Итак… Гринфайеры, – счастливо сказал Маркус. – Зеленое пламя и боевые артефакты являются отличительными чертами этой семьи, включающими в себя воздействие непосредственно на тело объекта. Владельцы зеленого пламени были первыми аристократами, открывшими такое понятие, как внутренний огонь, – радостно сказала кукла, рисуя двух человечков. – Если большая часть аристократов выводит огонь из своего тела и создает пламя на площади, – продолжил Маркус, пририсовывая одному человечку пламя из руки. – То Гринфайеры могут циркулировать его внутри своего тела, тем самым изменяя способности организма, – сказал дворецкий, распространяя стрелочки внутри другого.

Услышавшая это Рената задумчиво нахмурилась.

– А разве так они не сожгут себя? – недоуменно спросила девушка.