Нити Тьмы. Книга II. Тарнодан

В общежитии Рада сняла чужую куртку ещё идя по коридору, ведущему к комнате. Аккуратно сложила её в руках, опасаясь вопросов подруги.

Ники в комнате не было, и Рада облегчённо выдохнула, убрала куртку в пакет, а пакет – в шкаф, опустилась на кровать и закрыла голову руками, стараясь не думать о том, что она умудрилась натворить. Сегодня ей очень повезло, но больше в такое встревать – ни в жизнь…

Глава 5

Пронизывающий холодный ветер блуждал средь еловых верхушек, заставляя их таинственно перешёптываться, шелестя ветвями. Свинцовое небо хмуро громоздилось над ними, словно наблюдая с укором.

Выпавший вчера огромными сугробами снег сегодня уже начал подтаивать, особенно рядом с асфальтом, отчего тот намокал от влаги и становился ярко-чёрным, создавая резкий, очень неприятный глазу контраст относительно белого снега.

Мерзкая погодка. Как раз под настроение. Сарита стояла на крыльце, облокотившись на массивные деревянные перилла и курила медленно тлеющую в пальцах сигарету, выпуская серый дым в этот серый мир.

Как много в жизни, оказывается, могло изменить случайное решение, случайное действие, случайный разговор… Набор случайностей или не случайностей вовсе?

Сарита сама была в этой жизни случайностью, и ей не преминули об этом напоминать каждый грёбаный день её жизни. Отец очень сильно хотел сына, а родилась она – совсем ненужная, постылая дочь. Сарита, разумеется, была в этом виновата и, как бы ни стремилась делать всё, чтобы нравиться папе, всегда оставалась неугодной.

Семь лет назад её мать снова родила, на этот раз долгожданного сына. Сарита очень надеялась, что теперь-то всё изменится, и отец переключится на воспитание брата, а к ней станет снисходительнее, но стало только хуже.

В подросшей дочери он стал неожиданно видеть женщину, которая всегда должна была выглядеть идеально и непременно «отхватить» самого лучшего мужчину, окупив своё проживание в его семье.

И без того несчастливое детство закончилось. К восемнадцати годам она знала достаточно, чтобы соблазнить кого угодно, и выглядела гораздо старше своего возраста.

Однако, где-то план отца дал сбой: от кавалеров-то отбоя не было, но вот жениться на распутной девице что-то никто не спешил. Тогда-то он и решил поступить проще, велев на пороге дома без формы Хампта не появляться.

«Небось до сих пор каждый день молится, тварь, чтобы я сгинула в дозоре, а квартира ему досталась,» – подумала Сарита, глубоко затягиваясь и чувствуя горечь на губах.

На противоположной стороне площади наметилось движение. Дверь третьего дома с громким хлопком распахнулась, и Карн бесцеремонно вытолкал Лесту за порог, захлопнув за ней дверь.

Жалобно пискнув, девчушка заплакала, и как мотылёк начала биться в закрытую дверь и что-то лепетать – по счастью, Сарите отсюда не было слышно, что именно. Она наблюдала подобное уже далеко не первый раз. И не только с Лестой, но и с другими девчонками до неё…

Сарита пренебрежительно фыркнула, гася сигарету в пепельнице и задумчиво доставая ещё одну. Закурив и холодно наблюдая за разворачивающейся на противоположной стороне площади драмой, она снова погрузилась в свои размышления.

Треклятая зависимость от мужчин… как же хорошо, что она смогла от неё избавиться. Сарита усмехнулась, почесав кончиком аккуратного наманикюренного ноготка заклеенное пластырем рассечение. Ну, как смогла, ей немного помогли. Сама же была ничуть не лучше Лесты…

Её одержимость Касом была сродни болезни. Вопреки окутывающих их отношения слухов, Сарита была в него влюблена по уши. И слава, и богатство, и довольство её отца от того, что дочь, наконец-то, урвала нечто стоящее, имели значение, но далеко не первостепенное.

Куда больше Сариту к Касу тянуло совсем по другой причине. Холодный, властный, часто злой и бескомпромиссный, грубый в постели, сильный и физически, и характером, Кас словно был её болезненным идеалом, копией отца, любви которого так и не удалось добиться за всю жизнь.

Немудрено, что она настолько зациклилась, пытаясь удержать его всеми возможными способами, а потом – и вернуть. Но… зачем? Наверное, чтобы отец снова начал с ней разговаривать – после того, как она надоела Касу, и тот её выставил, папа перестал с ней общаться.

– Ой, да катились бы вы в отхожую яму. Оба, – выругалась Сарита, стряхивая пепел с тлеющей сигареты.

Настроение ухнуло в бездну ставшего привычным отчаяния. Даже мысль о том, что хотелось поскорее в дозор, впервые посетила истерзанный одиночеством и безысходностью разум. Там всё было просто… Либо умрёшь, либо выживешь. Вот ты – вот враг. И никаких душевных терзаний – не до них.

С ведущей к площади дорожки сошёл Арс, сунув руки в карманы френча и размышляя о чём-то своём. Он кивнул Сарите, здороваясь, и показал пальцем на свою левую руку, жестом спрашивая о её состоянии.

Грустно улыбнувшись, Сарита кивнула ему в ответ и показала большой палец вверх, мол, с рукой всё в порядке. Арс кивнул ещё раз и направился к своему дому, тоже делая вид, что не замечал Лесту. Не его это дело. Сарита проводила его задумчивым взглядом, гася в почерневшей пепельнице и эту сигарету.

До недавнего времени Арс её ужасно раздражал и казался выскочкой, но сейчас Сарита понимала – это было не её личное мнение, а то, как его видел Кас. «Меня он выгнал… а остался с тобой…» – вспомнились ей слова Ники, не дающие покоя.

Впрочем, Сарита не верила в существование в этом мире искренних доброты и заботы. Максимум, что могло сподвигнуть на такие действия обжёгшего её чара – чувство вины и, возможно, стыда, раз подобное действие показало, что он не способен контролировать свои эмоции.

Всё ещё злился на неё, всё ещё не мог простить и забыть… Сарита помрачнела, наблюдая, как Арс открыл дверь своего дома и исчез за ней. И где только её глаза были… да и мозги, когда она делала выбор?

Вернувшись в свой дом, она бросила куртку на вешалку и, как-то зло запустив ботинками с ног в стену, поплелась на кухню. Достав с полки кухонного шкафа припасённую там бутылку вина, не церемонясь, она пригубила прямо из горла и тяжело вздохнула.

Арс не просто остался с ней в тот день. Выгнав Нику, он велел её и своей группе отправляться на пробежку, и вернулся к Сарите.

Помог ей подняться после удара об его магический щит и отвёл в тренерскую, поддерживая под руку и обеспокоенно заглядывая ей в глаза, как нашкодивший щенок. Сарита даже поразилась, что он вообще был способен на сочувствие, а тем более – стыд, но ничего не сказала.

В тренерской Арс усадил её на стул и принёс аптечку, обработав и небольшое рассечение на лбу, и ожог… А потом и вовсе, оценивающе его осмотрев, взял её руку в ладони и заговорщически прошептал:

– Это не опасно. Только не ори.

Его ладони засветились белым светом, и Сарита испугалась, исступлённо уставившись на них, но щекочущее тёплое ощущение оказалось приятным и обволакивающим, забирающим ноющую боль. Спустя полминуты Арс убрал свои руки, громко закашлявшись в сторону, а от ожога остался лишь малозаметный, почти заживший след.

– Не знала, что чары на такое способны, – изумилась Сарита, ошарашенно разглядывая руку и вертя её перед глазами.

– Вот лучше забудь и не знай, если не хочешь проблем, – угрюмо сказал Арс, вновь закашлявшись.

Аккуратно забинтовав ей руку бинтом, он велел его не снимать пару дней. Убрал аптечку, задумчиво посмотрел в её сторону и молча вышел из тренерской, оставив смущённую девушку наедине с собой.

Сарита и представить не могла, что так вообще могло быть. Когда она, будучи ещё студенткой, на тренировке сломала руку, Кас лишь спровадил её в госпиталь, вызвав скорый унарт. Ещё и забрать её оттуда не удосужился, отчего она просидела там до утра, дожидаясь открытия Торенгарта.

Живя рядом с Касом, Сарита знала, что откат у чаров физически болезненный, и без нужды они к магии никогда прибегать не станут. Арс стал… и руки у него такие тёплые и нежные… Так. Стоп, дорогая. Плавали – знаем. Выругавшись себе под нос, Сарита отпила ещё немного вина и, закупорив бутылку, убрала её обратно на полку.

Круговорот мыслей совершенно не щадил и не давал покоя. Раз уж не помогло даже вино, надо было отвлечься на что-то другое.

Сегодня у Каса был дозор, значит, и на занятия придёт Арс. Попробуй тут отвлекись. Сарита фыркнула, массируя пальцами переносицу и бормоча под нос проклятья.

Где-то вдалеке раздался привычный вой комендантских сирен, и она цокнула языком и стала собираться на занятия – нужно было выйти пораньше, чтобы не столкнуться с Арсом хотя бы по дороге. Бабочки в животе утонули в вине, нечего появляться новым.

Глава 6

Сарита действительно не злилась на Нику, считая её действия вполне оправданными и в глубине души даже была ей благодарна, но их потасовка всё же подорвала авторитет Сариты среди студентов, как преподавательницы. Она старалась не обращать на это внимание, но шепотки за спиной изрядно раздражали.

Пара не самых умных парней вовсе возомнили, что могут вести себя совсем некрасиво, подначивая свою преподавательницу во весь голос или как бы невзначай ставя ей подножки. Вот и в этот раз, вместо того чтобы бегать со всеми на пробежке, они нарочито медленно стали ходить по кругу, бросая на неё насмешливые провокационные взгляды.

На очередном кругу хулиганов остановил Арс, отведя их в сторону и в довольно грубой форме что-то им объяснив, закончив свою пламенную речь красноречивым жестом, похожим на сворачивание шеи. Парни побледнели и, понурив головы, послушно побежали по кругу вместе с остальными.

Не оборачиваясь, Арс вернулся к своей группе, сложив руки на груди и явно излучая недовольство. Сарита поймала на себе красноречивый взгляд Ники, поднявшей брови, как бы говорившей: «Ну? Видишь?» Она не удержалась и прыснула в кулак, отрицательно покачав головой и закатив глаза. Наивность – не её конёк, но всё ж…

Придя домой после занятий, Сарита села в прихожей и задумалась, не раздеваясь. А что ей, собственно, было терять? Завтра она может не вернуться из дозора, так почему бы не взять то, чего так хочется, уже сегодня?

Поколебавшись пару минут, она медленно подн