Бинарный код – 4. Невидимая власть

Третей частью информационной пирамиды был слив в СМИ якобы существовавшего доклада Военно-космической разведки США об установке Россией, вдоль побережья США, новейшей баллистической ракеты «Скиф», способной находиться в режиме ожидания на морском и океанском дне и в нужный момент по команде выстреливать, поражать наземные и морские объекты. Отмечалось, что закладка таких ракет в нескольких участках дна позволит в необходимый момент поразить цель без привлечения подводных лодок. Это вызвало такой бурный резонанс, что европейские и американские СМИ «кипели». Одни обвиняли США, предъявляя то, что они платят столько налогов, а военные позволили у них под носом разместить вражеские ракеты, другие обрушивались с гневом на Россию, требуя её наказать.

В России шумихи было не меньше, шла полная подготовка к выборам. По своему отношению к происходящему страна чётко делилась на два лагеря, причём не по социально-экономическому принципу. Одни были убеждены, что выбирать нужно действующего президента, утверждая, что только он накажет врагов России, коими оказывалось чуть ли не все вокруг, другие готовы были идти на смерть для освобождения страны от «хунты захватившей власть». Были и те, которые считали, что неправильны оба варианта. Всё это мало интересовало Рутру, его занимало, как так быстро развернулась такая компания. Он даже стал подозревать, что прошёл минимум месяц, а не несколько дней, так быстро развернулись события, потом проанализировал реальность, которая говорила, что это не так.

– Как так быстро, почему сейчас, кто санкционировал, какова цель? – требовал отчётов Рутра от своих подчинённых.

– Прямое распоряжение от Христофоровича, – доложил глава службы безопасности.

На вопросительный взгляд Рутры ответила администратор центра.

– В топе всех новостей запретили глушить прозападную информацию, цель – подготовить отказ казначейства США принимать доллары США, напечатанные для «хождения» за пределами штатов.

– Уже началось, что ли? Я ещё не довёл расследование до конца.

Рутра теперь решил всё же уточнить некоторые детали. Для экономии времени, в том числе и семейного, позвонил Хенту, сказал, что с утра готов обсудить дальнейший план, и получил одобрение. Так, обсуждая текущие дела, он приехал домой. Дома, как и всегда при подобных обстоятельствах, все ликовали.

На следующий день Рутра встретился с Хентом, тот был в приподнятом настроении.

– Ну что, довёл учёного до гроба? – спросил он якобы серьёзно.

Рутра понимал, что Хент так шутит.

– Как можно такое обо мне подумать, – якобы с негодованием ответил Рутра. – Я всячески пытался его спасти, он сам туда полез.

– Какие выводы, каково твоё мнение? – теперь уже серьёзно спросил Хент.

– Я подключился к Вам во время объяснения членам оперативного штаба, больше пока ничего.

– Да я записал. А дальнейшее расследование, подробности, хронология событий на полигоне?

– Яровитович сказал, что сам со своими разберётся. Кстати, он передавал Вам большой привет.

– Спасибо, – Хент рассмеялся.

Рутра осознавая, что не совсем понимает юмора, решил пояснить для себя.

– Кстати есть вопрос. Он же Вам позвонить может?

– Ну ты деловой, даже здесь забудь вести разговор об этом, – сказав это, он показал пальцем вниз.

– И всё-таки – что, связи нет?

– Забудь. Конечно, есть, зачем тогда «узловая».

Рутра хотел поинтересоваться, что скрывается за «передачей приветов» тому, с кем можешь созвониться, обосновав это не личным любопытством.

– Всё, прекрати и забудь. Помни только о главной задаче. Ядерный центр в Сарове, до сих пор ничего не выяснил, продолжи расследование, зайди к ним, надо понять, в чём суть. Какие на этот счёт есть соображения?

– Возможно это из-за того, что работа их суперкомпьютера основана на принципе параллельных вычислений, а программа зашифрована по принципу последовательного режима.

– Так проверь на другом компьютере, основанном на нужном принципе. Если, конечно, это поможет.

– Вы считаете, что нет?

– Думаю, какие-то результаты, должны были быть здесь.

– На полигоне тоже ведь есть суперкомпьютер. У него какой принцип работы?

– Такой же. Даже если был бы другой, его нельзя «отвлекать».

– На каком тогда можно?

– У тебя в программе был Лос-Аламос, там.

– Я предполагал не это у них проверить, кое-что другое.

– А ты проверь, мы договоримся, он входит в нашу систему.

– Как я вывезу программу?

– Ты никак не поймёшь уровень. Программа наша, её охраняют для нас, а не от нас. Вывезем в специальном кейсе, с сопровождением. Только заверши здесь. Я, по крайней мере, буду уверен – всё, что можно было, проверили. Понимаешь? Мысли так, как они. Они ведь знали, мы будем искать там, где связано с хранением чего-либо сверхсекретного. Чего-то мы не видим. Я тебе поэтому и поручил это, зная, что ты мыслишь абстрактно, не ординарно.

– Спасибо. Давайте я проверю то, что уже наметил, чтобы и мне в этом смысле спокойней было, потом буду вычислять уже совсем невероятное. Как закончу в России, займусь зарубежьем. Я хочу проверить центры обработки данных, Лос-Аламос, Зону-51, АНБ, ну и там посмотрю, какие последовательности возникнут. Проблем не будет?

– О, вижу уровень. Полигон, явно, тебе пошёл на пользу. Проблем не будет, у нас же единый центр и цель.

– Есть только вопрос. Я понимаю, что я должен быть выше каких-то «берегов», но всё-таки – почему нужно взять под контроль нашу систему «Периметр», а не их?

– Ты, скорее всего, знаешь ответ на вопрос, только хочешь подтверждения. То, что есть у них, уже под контролем. Убедишься в Зоне-51. А система «Периметр» есть только у России. Вот и всё. Тот, кто её создал, не просто так её заумной сделал, они многое предполагали. Это не один человек, это команда, им в мозг, как нам, не залезешь. Они сами, кому угодно в мозг и в душу залезут.

– Понятно. Я это уже давно понял. Спасибо.

– Мысли неординарно. Вполне возможно, что они тоже создали легальные международные организации. Надо искать везде, всё под подозрением – секретный бункер Путина и убежище, где хранятся архивы Билла Гейтса, всё. Это место может быть под благовидным предлогом закрыто, секретно с ограничением доступа. В любых вариантах оно может быть цепью в системе передачи сигнала. Логика у них одна. Так же, как они создали скрытые шахты, из которых вылетят ракеты через три дня после того, как победитель будет запускать салют в честь победы, так же и скрытые передатчики, серверы заработают в нужный час, по заранее оговорённому сигналу, возможно, автоматическому. И всё вокруг может служить ширмой, чтобы это скрыть. Например, можно скрыть всё что угодно, где-нибудь в секретном, хорошо охраняемом, укреплённом бомбоубежище какого-нибудь миллиардера. Мировые державы не прекращают время от времени хвастаться своим оружием, причём не только высокоточным, но и ядерным. И при самом плохом раскладе население земного шара может заметно уменьшиться. Впрочем, сильные мира сего всё равно выживут. Это обязательно будут главы стран, высокопоставленные военные и миллионеры, которые не поскупились на собственный бункер.

У тебя в списке были точки в США, которые нужно тщательно просканировать. В том числе просканировать мозг персоналу, незаметно для них. До тебя мы всё, что ты думаешь, проверили, теперь – мировой масштаб. Кажись, мы их недооценили. Они могут установить его везде, потому что мы не знаем – кто они, только знаем, что есть, потому что они как-то себя проявляют. Они могут его засунуть в Шайенн или Рэйвен-Рок, да хоть и в Кремль. Я пришёл к выводу, что они вели этот спектакль, с актёрами в виде друзей и врагов, не хуже нас. В Шайенн я как-то был, съезди туда, чует моё сердечко, задача сложней, чем мы представляли. Я подготовлю всё, тебя встретят, всё организуют. По легенде – будешь научным сотрудником закрытого НИИ. Сейчас это модно, по обмену опытом называется. Кому надо, тот будет знать, зачем ты там.

Магистр замолк, упёршись локтями, развёл ладони в стороны, жестом говоря – это всё. Рутра встал, пожал руку Хенту и направился к выходу. Уже у двери он остановился, спросил:

– Значит по «Полигону» всё в порядке?

– Яровитович сам разберётся, – задумчиво ответил Хент.

– От чего умер Алиханов? – спросил Рутра, немного прищурив глаза, что говорило о том, что его не устраивает такой ответ.

Рутра решил показать свою принципиальную позицию относительно этого и дальнейшего расследования, в основе которой было – раз он «вошёл» в роль, в статус, так будьте добры, принимайте, что хотели. Хент, как оказалось, даже обрадовался этому вопросу. Он улыбнулся, покачал утвердительно головой, одновременно тряся указательным пальцем, показал на Рутру, сменил улыбку на «твёрдое» выражение лица с плотно прижатыми губами и ответил:

– Это называется «горе от ума», разберёмся до того, когда ты приедешь. Главное ты нашёл. Иди к новым подвигам, родина должна знать, хоть, может быть, и в последующем, своих тайных героев. Кстати, для тебя там почти вторая родина, вспомнишь службу.

Рутра тоже заулыбался, потом сменил выражение лица на серьёзное, дав понять, что неизвестности плодятся, когда он не получает ответа на свои вопросы, моргнул Хенту обоими глазами, мол, всё понял, вышел и направился к лифту. Самое тяжёлое было объяснить дома, что он опять уезжает. Что делать, пришлось.

Рутра спустился в «Зеро», работа «кипела», по миру многие засуетились. Как бы то ни было, смысл работы центра «Зеро» сводился к тому, чтобы следить за теми, кто следит за другими. Рутра собрал команду, послушал доклады, сделал важные замечания по поводу сбора банковской информации. В центр «Зеро» стекалась разнообразная информация из множества структур легально. Всё, что происходило со счетами, переводами, транзакциями, трастами на предъявителя и многим другим, могло быть недоступно всем, кроме тех, кто регистрировал, и того, кого регистрировали. Всё, что регистрировалось, являлось официальной информацией, конечно, недоступной, но она регистрировалась. Соответственно, как бы она ни была скрыта, всё равно проходила по отчётам. Это было важно для самого клиента, чья собственность или финансы хранились в тайне от всего мира. Вот эти отчёты получал какой-нибудь контролирующий или регистрирующий орган, а он в свою очередь попадал под другой контроль. И так, запутанными путями, до центра «Зеро». Соответственно, когда проходила информация, что какая-то спецслужба следила за банковскими операциями граждан, у Рутры это вызывала улыбку.

Рутра дал поручение проанализировать, за последние 30 лет, крупные переводы и финансовые операции международных организаций, легально действующих под другими названиями; то же самое в отношении, работников закрытых НИИ, отстранённых или уволенных высокопоставленных военных, сотрудников спецслужб, их родственников и круга их общения.

– Надеюсь, с основной работой справитесь и с новой. Всем понятно? Сколько продлится моя очередная командировка – не могу пока определить.

– Вы не будете на связи? – спросил начальник службы безопасности.

– Возможно и такое.

– Как действовать в случае отказа BT Group использовать единый протокол сертификата цифровой подписи, принятый ранее в Евросоюзе? – интересовался уже администратор отдела контроля информации.

– Не думаю, что до этого дойдёт, если всё-таки случится, тогда они, безусловно, в соответствии с нашими внутренними правилами должны согласовать этот вопрос с центром. Если нет – включаете Tempora и блокировку межсетевого трафика, дальше действует GCHQ.

GCHQ – Government Communications Headquarters, Центр правительственной связи – спецслужба Великобритании, ответственная за ведение радиоэлектронной разведки и обеспечение защиты информации органов правительства и армии. Центр является участником альянса UKUS SIGINT и несёт ответственность за сбор и анализ информации в странах Европы, включая европейскую часть России и Африки. Спецслужба входит в состав Объединённого разведывательного комитета, совместно с MI5 – внутренняя разведка и MI6 – внешняя разведка.

– По всем вопросам будете со мной связываться, используя, специально организованный для этой программы комплекс связи, под легендой института экспериментальной физики. Не на прямую, а через Кристину на ВНИИЭФ Сарова, а там уже автоматика.

– Ясно, – ответили дружно сотрудники, кто в голос, кто кивнул, в основном мужская часть; женская же высказала ожидаемое и, видимо, давно назревшее.

– Скажите, шеф, почему Вы нас всё время покидаете? – улыбаясь и шутя, спросили дамы из аналитического отдела.

– Всё будет хорошо, скоро вернусь, отметим, – сказал Рутра, обнадёживая, потому как в «Зеро», сугубо из-за специфики организации, сложилась атмосфера, где коллектив не мог «оторваться по полной» в кругу «чужих» индивидуумов. Во всём виделось нечто подозрительное, и это уже был профессиональный рефлекс.

– Ура, скорей, а то скучно что-то стало.

– Ладно, держите нос по ветру, я пошёл. До свидания.

– До свидания, – дружно послышалось в ответ.

Уже на выходе к нему подошёл начальник отдела собственной безопасности и тихим голосом, скорее для обозначения индивидуальной важности информации, чем ради тайны, сказал:

– Вы знаете, я в последнее время обращаю внимание на то, что в нашем отделе появляется информация не по официальным каналам связи.

– Как Вы это поняли?

– Депеши от Вас не было, однако появляются поручения, основанные на рекомендациях Вашего анализа.

– Поручения от кого?

– От вышестоящего начальства.

– От Христофоровича?

– Да. Вы же можете напрямую нам отправить.

– Спасибо, я учту. Видимо, что-то я пропустил. А какого характера эти рекомендации?

– Обычного – составить отчёт, анализ происходящего, запланировать что-либо.

– Последнее что было?

– Вам должны были доложить Ваши помощники, наверное, думают, Вы знаете. Последнее было довольно странным.

– Что именно?

– Проследить, проанализировать случаи шизофрении, а именно – раздвоение личности или подозрительное, не свойственное ранее поведение лиц, имеющих доступ к секретным, режимным объектам.

Рутру это удивило, он не стал показывать этого, сделал вид, что осведомлён.

– Основанные, на рекомендациях моего анализа, говорите?

– Так точно, – отрапортовал безопасник.

Рутру это навело на мысль о связи темы с «перекачкой» личности. Сказывалось, насколько серьёзно отнеслись к его докладу. В душе он обрадовался, значит, параллельно его деятельности идёт работа по заданной им программе. Конечно, и серьёзность в отношении предположения могла поставить под подозрение многих, всё же частенько на подобных объектах одарённым личностям приходилось размышлять самим с собой.

– Да, было такое, – успокоил человека Рутра, стараясь не принижать его преданность и доверие. – Мне надо было посоветоваться с начальством. Знаете, как Папанову в «Бриллиантовой руке».

Они улыбнулись друг другу, после чего Рутра вышел, начальник ОСБ провожал его взглядом. Будучи уверенным в этом, Рутра обернулся и сказал, чтобы одобрить поступок подчинённого:

– Фиксируйте всё, – тот кивнул и закрыл дверь.

«Что это могло быть, почему мне не сказал об этом Хент, для чего это?», – думал Рутра уже в лифте.

***

В самолёте Рутра, как обычно, размышлял сам с собой, для выставления на «полках» памяти нужной информации в необходимой последовательности, заодно проделывал своё любимое занятие для «настройки» мозга – «рассказывал» себе о месте своей очередной поездки. А рассказывать было о чём.

Гора Шайенн – это, наверное, самый известный защищённый подземный комплекс, в котором во времена холодной войны базировался NORAD – центр объединённого командования воздушно-космической обороны Северной Америки. Для общественности на данный момент он частично законсервирован. Гора Шайенн находится в штате Колорадо, в окрестностях города Колорадо-Спрингс. Стальной бункер был построен на глубине 700 метров внутри гранитной скалы и по расчётам создателей может выдержать ядерный удар мощностью в тридцать мегатонн. Внутрь горы ведёт 1400-метровый тоннель, за ним расположен главный шлюз, прикрытый 25-тонными дверями, сохраняющими герметичность при избыточном внешнем давлении в 40 атмосфер. Комплекс устойчив не только к ядерным взрывам, но и к землетрясениям, для этого инженеры установили 1380 пружин массой 450 кг каждая. В дополнение к ним за целостность комплекса отвечает 115 тысяч стальных штырей, закрученных в гранит на глубину от 2-х до 9-ти метров. В состав комплекса входят: Оперативный центр по мониторингу обстановки в воздушном пространстве; Центр оповещения о ракетном нападении; Центр мониторинга космического пространства; Объединённый центр NORAD и Космического командования; Объединённый центр разведывательного сообщества; Национальный центр оповещения гражданского населения; Центр разработки программного обеспечения элементов системы; Центр прогнозирования погоды.

Самолёт приземлился в Международном аэропорту Денвера. Любой человек, попавший в аэропорт в Денвере, будет шокирован увиденным. Это место является предметом множества подозрений и вопросов, на которые каждый даёт свой ответ. Все сооружения буквально пронизывает мрачный и необъяснимый символизм, бросающийся в глаза каждому.

Международный аэропорт в Денвере был открыт в 1995 году, несмотря на то, что здесь уже функционировал крупный аэропорт Стэплтон. Его создатели убеждали общественность в необходимости строительства нового аэропорта, приводя такие аргументы, что городу необходим новый аэропорт, который будет способен пропускать больший пассажиропоток, будет технически более совершенным и удобным для пассажиров. На самом деле – нужен он был потому, что под ним построено подземное убежище, и он связан подземным тоннелем с базой NORAD. Официально NORAD был законсервирован, но в его подземных бункерах шла работа. Это было нечто подобное системе «Зеро» – «Метро-2» – «Метро-3» – «Полигон»…»

Рутра прилетел туда с двумя спецами, которые сопровождали его с кейсом, в котором хранилась программа «Периметр». По прилёту их встретила группа лиц, якобы из научного сообщества. После «Полигона» Рутра немного отвык от своих новых возможностей, поэтому ему было не привычно сразу распознать, что они говорили на английском, потому что понимал он их, в мыслях, по-русски.

После лёгкой беседы и чашки кофе, «невидимые» организаторы встречи сообщили: «Легенда прошла прекрасно, можно двигаться дальше». Они спустились в подземные хранилища аэропорта. Сопровождающих Рутру спецам выделили специальный отсек с бытовым блоком. Там они должны были ждать указания Рутры. Его же проводили на ещё более нижнюю палубу, в которой находился коридор входа в тоннель, связывающий стратегические центры НОРАД, Рэйвен-Рок и Зону-51.

Тоннель по форме проектирования был очень похож на капсулопровод полигона. «Явно над ними работала одна команда», – подумал Рутра. Его поместили в капсулу, и он помчался. Боязни замкнутых пространств у Рутры не было, но всё равно было не очень приятно «лететь» на огромной скорости в «яйце».

Через час он был на месте. Рутру встретили двое военных. Конечно, это было слабое подобие полигона, всё было просто. Это был полугражданский— полулегальный объект. Его повели в отсек, где работали учёные. К Рутре подошёл один из них, поздоровался, представился.

– Пит, меня зовут Пит. Мои предки из России, – объяснил он на русском с сильным американским акцентом. – Я наполовину еврей, мама сюда приехала, когда «море» наших сюда направилось. А Вы?

– Разве это имеет значение?

– Нет, но всё-таки. Я должен Вас сопровождать. Как Вы по-английски?

– Нормально, можно и так.

По легенде Рутра был учёным, двойным агентом, и Пит это «должен» был знать.

– Вы ищете источники непредсказуемых сигналов?

«Что за чёрт, откуда он знает», – подумал Рутра.

– Каких?

– Извините, я, наверное, неправильно выразился.

Дальше он стал говорить по-английски.

– Нам поручили содействовать Вам в поиске источников, которые могли бы быть причиной несанкционированных источников сигналов, способные вызывать помехи в работе управления автоматического запуска и навигации спутников, летательных аппаратов и ракет.

Рутра успокоился, настроился на диалог, спросил.

– Есть у Вас что-нибудь подобное?

– Возможно я Вас разочарую, но Вы обратились не по адресу. Центр официально закрыт, то что мы здесь делаем, касается… это другая сфера.

– Какая, могу узнать?

– Нам поручили разработать концепцию управления населением при резком изменении социально-экономического, демографического и культурно-религиозного состава общества.

– Кому это нужно, почему здесь? Я имею в виду – почему такая секретность?

– Вот, я вижу, Вы понимаете, о чём речь.

– О чём же?

– По информации, которую нам предоставили о Вас, Вы занимаете активную гражданскую позицию в России. Думаю, что Вас волнуют те же проблемы, что и нас.

– Какие?

– Вот эти самые, связанные с резким изменением социально-экономического, демографического и культурно-религиозного состава общества.

Рутра нахмурился, он не мог понять, к чему клонит собеседник, тот это понял и добавил:

– Вот у Вас, например, очень устойчивое в обществе представление о существовании «мировой закулисы», так сказать – теории заговора. Причём Вы в этом обвиняете нас, то есть США. А нам кого обвинять?

– Вы тоже считаете, что это есть?

– Конечно.

– Вы? На таком уровне?

– Представьте себе, к нам ведь стекается очень много недоступной общественности информации.

– И что из неё следует?

– Я думаю, что Вы, как учёный, меня поймёте, в том смысле, что мы можем дискутировать на эту тему только с доверенными лицами.

– Это опасно?

– Не могу сказать достоверно. Что касается уверенности, точно не хотел бы, чтобы кто-то посторонний знал. Ведь всё-таки мы пришли к таким выводам на основании полученных сведений от тех, кого и стали считать членами теневого заговора.

– Заговора?

– Не против власти, они и есть тайная власть. Если эта информация скрывается от общественности, то это и есть заговор против общественности.

– И что же это за информация?

– Тайный план на случай ядерной войны, колоссальной природной катастрофы или какого-либо другого вида апокалипсиса.

– Вы считаете, что это возможно, что это реально?

– Позвольте я Вам представлю факты.

– Зачем, я же совершенно чужой человек, и цель моя другая.

– Нет, нет, Вы – не чужой для нас. Вы нас можете понять, и главное – помочь.

– Как?

– Мы хотим сотрудничать. Нам нужна информация о том, только ли у нас это происходит.

– Что происходит?

– Подготовка. Взамен я Вам помогу понять и, возможно, найти, как можно скрыть и где можно спрятать источник сигнала.

– Где же?

– Вы согласны?

– Согласен на что?

– Помочь нам как коллега.

– В рамках научного сообщества, без проблем.

– Тогда пойдёмте в зал для совещаний, у нас там дискуссия, обсуждение и доклад, в свободном формате.

Они прошли в соседнюю комнату, там было достаточно много людей, в основном в белых халатах, профессиональная «болезнь» проявлялась даже в этом. У них было собрание. Рутра путался в мыслях и догадках и пока не мог понять смысла.

Докладывал один из научных работников, он периодически расспрашивал сидящего рядом мужчину о строительстве объектов, которые тот вёл, потом рассказывал залу свою интерпретацию. Рутра начал вникать, о чём речь.

– … Бледный конь смерти, символы грядущего Нового Мирового Порядка. Новый мировой порядок и мистификация 2020 года. Я постараюсь разъяснить вам, что в реальности стоит за этой датой, почему она была выбрана тайными манипуляторами, а также, что может ожидать весь мир в связи с событиями 2020 года. Проблема 2020 реально существует, и утверждать обратное было бы, по меньшей мере, не честно. Но надо совершенно чётко уяснить, что проблема эта является искусственной и рукотворной подгонкой реальных событий к дате, выбранной оккультным образом. Проблема, созданная в рамках парадигмы «проблема – реакция – решение», является, по сути, одной глобальной пропагандисткой кампанией, но осознание данного факта не умаляет серьёзности проблемы, так как эта кампания является одним из важных шагов глобалистской элиты по созданию мирового правительства.

Вы поймёте, почему дата 29 февраля 2020 года, которая уже несколько лет подряд мусолится в кино, прессе, на различных конспирологических или эсхатологических сайтах, в реальности имеет мало общего с предсказаниями, у неё совсем другие корни. Обо всём этом вы узнаете в самое ближайшее время.

Сегодня же мы расскажем вам о главных местах оккультной силы на планете, напрямую связанных с подготовкой тех событий, которые могут произойти после 29 февраля 2020 года. По всему миру, за последние 30 лет, появилось большое количество «пророческих» артефактов, предвещающих наступление Нового Мирового Порядка. Причём наибольшее количество данных артефактов находится на территории Соединённых Штатов Америки: так как именно эта страна выбрана «мировой закулисой» в качестве носителя эмбриона глобализма. И именно её народу предназначено стать первой жертвой после того, как этот эмбрион «вылупится» на свет.