Ровельхейм: Право на магию

– Дин, не тяни, всё равно выпытаю!

Выпытает, со вздохом мысленно согласилась я. И рассказала о своём внезапно раскрывшемся даре, о вчерашней случайной защите-атаке в присутствии принца, а также о том, почему прячусь от его светлости.

– Понимаешь, ты ведь сам говорил, что у него поразительная интуиция. Вряд ли ему кто-то расскажет, но у него же нюх как у собаки. Видишь, сам сегодня пришёл, принца допрашивал. Боюсь, он не станет разбираться, случайность это была или нет, меня просто исключат за сам факт применения боевой в присутствии наследника…

Хельме смотрел с восторгом и восхищением.

– С ума сойти! Ты тут три дня и уже столько приключений! Настоящий щит Огдена? Покажешь? А мне сделаешь?

– Хельме, тише, пожалуйста!.. Видишь ли, мы ещё толком не выяснили с мэтром Эрдисом, как это работает. И если честно, мне от таких приключений совсем не по себе…

– Так! Ты, главное, не переживай! Разберёмся потихоньку. В общем, я так понимаю, ты сейчас на артефактах сосредоточишься?

– Ну да… Мне ещё боевую магию поставили. Сначала защиту, а теперь и атаку. А, и к какому-то мэтру Воракису направили, магию крови проверить…

Взбудораженный Хельме вдруг побледнел.

– К Воракису? Он же упырь… Ой, вот только не говори, что и про них не знаешь!

Я не успела ответить, так как раздался сигнал к четвёртому занятию. Условившись встретиться за ужином, мы разбежались в разные стороны.

На занятии по боевой защите я опасалась встретить самого мэтра Ксавию, всё-таки преподаватель меня невзлюбил, я это сразу почувствовала. Но группу встретила бойкая дама неопределённого среднего возраста с ультракороткой стрижкой, мистрис Вэй. Нас оказалось очень много, больше сорока человек, из чего я сделала вывод, что азам защиты обучают всех без разбора. Занятие проходило в большом тренировочном зале, здесь были манекены, разномастные палки, мячи всех размеров, а в углу высилась груда толстых мягких подстилок.

– Юноши – двадцать кругов по залу, девушки – на разминку за мной!

Прекрасная половина нашей группы, включая меня, недоумённо топталась на месте.

– А это точно боевая защита? – наконец осмелилась уточнить одна.

– Боевая защита неотделима от физической подготовки! – гаркнула мистрис Вэй и оглядела наш цветник. – На следующее занятие чтобы все были в удобных костюмах и обуви! Каблуки лично отрывать буду!

Мои сокурсницы зашептались с подачи той, самой смелой. До меня донеслось: «Необязательное же…», и большинство девушек направилось в сторону выхода.

– Необязательное, – нисколько не смутилась мистрис Вэй. – Но я имею право добавить три балла на итоговых экзаменах тем, кто хорошо себя проявит на моих занятиях.

Это был серьёзный аргумент. Я уже знала, что минимальная сумма по итогам экзаменов для прохождения в следующее полугодие составляла двадцать баллов. Так что удалились только самые уверенные в своих силах девицы, а остальные безропотно вернулись в строй.

Физических нагрузок я никогда не боялась, так что с удовольствием размялась, а потом попрактиковалась в метании разных предметов и уворотах от них же. У меня оказалась хорошая скорость реакции, да и мой невеликий рост выручал, так что легко справилась, даже бойкая дама пару раз одобрительно кивнула. Чего не скажешь о многих других, с воем подсчитывавших синяки.

Упражнения взбодрили тело и разогнали кровь, чувствовала я себя после занятия просто прекрасно! А то я действительно что-то скисла за всеми этими переживаниями. Немного омрачала настроение мысль о том, что удобная одежда действительно бы не помешала. У меня был очень скудный выбор, а ботинки и вовсе одни, старые, грубые. И ещё у меня совершенно не было денег.

Вообще воспитанницам полагалось скромное содержание на первое время, но я так стремительно покинула обитель, что об этом никто не вспомнил. Моим спасителям такие мелочи вообще ни к чему было знать, и Грымза наверняка обрадовалась, сэкономив лишние монетки. Интересно, а студенты могут подрабатывать? И где, кем? Я бы сейчас взялась за любую работу!

После разминки заглянула в расписание уточнить номер аудитории, где будет проходить спецкурс по лекарскому делу, но его там больше не значилось. Вместо него стояло: «Магия крови. Северная башня, минус второй этаж, кабинет 3». Далеко-оо!..

Хельме насмешил, конечно, своей последней фразой. Кто ж об упырях не знает? От них каждое лето спасу нет, благо в горах оно коротенькое. Беату они не особо донимали, зато я для них была как лакомство: постоянно ходила с расчёсанными укусами. Но сравнивать мага крови с назойливым насекомым?..

Всё же опоздала на две минуты к началу занятия. Протиснулась в дверь запыхавшаяся, раскрасневшаяся.

– Новенькая? Да, Эрдис предупредил… Какие щёчки… Ну, подойдите же…

Пока я слышала лишь приятный вкрадчивый голос. Он обволакивал, успокаивал. Последние слова мягко подстегнули пройти вглубь, к преподавательской кафедре. Публичных казней за опоздание вроде не предвидится, и то хорошо. Однако преподавателя видно не было, и я успела осмотреться.

Студентов в тёмном подвальном помещении было всего трое, все парни. Лица серьёзные, сосредоточенные. Темноту разбавляли лишь несколько толстых свечей, создававших крупные дёрганые тени. Одна из таких теней отделилась от стены и неслышно подошла ко мне.

Увидев преподавателя, я невольно отшатнулась, впрочем, тут же устыдившись своей реакции.

Мэтр Воракис, преподаватель магии крови, был стар. Одутловатое лицо, поплывшие щёки, сетка глубоких морщин вокруг глаз и рта. Свечи давали тёплый жёлтый свет, но не могли смягчить холодный серый оттенок его кожи. Волосы, некогда чёрные, а теперь обильно сдобренные сединой, были гладко зачёсаны в длинный хвост. Весь в чёрном, дряблую шею прикрывал изящно повязанный платок.

Но голос! Молодой, бархатный, с хрипотцой…

– Не бойтесь, милая… Хотел бы я сказать, что не кусаюсь, но… – он с шумом втянул воздух, до неприличия близко подойдя ко мне. – Боги, какой аромат…

Мэтр взял меня за руку и, аккуратно отодвинув рукав, обнажил запястье. Поднёс близко к своему лицу и… снова обнюхал, едва задевая кожу носом. Ноздри его хищно затрепетали.

– Какая горячая! Бурлит… Молодая, невинная… Вы позволите? – он вопросительно поднял на меня чёрные глаза.

Позволить что? Я растерянно взглянула на молчаливых студентов. Те даже не среагировали на «невинную» – ни тени улыбки. Двое молча кивнули мне головой; третий, какой-то бледный и отстранённый, просто безучастно смотрел.

– Я определю ваш потенциал и решу, стоит ли вам ходить на мои занятия. Так вы согласны?

– Да… – неуверенно подтвердила я.

И тогда произошло нечто немыслимое…

Мэтр меня укусил!

Прокусил запястье острыми зубами, присосался на пару секунд, затем провёл языком по ранке. Я даже не успела вскрикнуть от неожиданности, просто вырвала руку, осмотрев её. На коже не осталось и следа, я даже боль не успела почувствовать толком, как её тут же сменил приятный холодок.

А мэтр Воракис медленно слизнул кровь с губы и прикрыл глаза, расплываясь в довольной жуткой улыбке.

– Вку-усссно… Чистая, сильная… В роду уже была магия, и много раз… Проклятия… Но очень давно. Сняты… Не убили, но усилили… И страсть! Такая сильная, но ещё не раскрыта… Контроль очень хороший… Созидание и разрушение в равной степени, как это гармонично… О, да, я буду вас учить!

Отпустив к остальным студентам, мэтр сопроводил меня плотоядным взглядом. Мне стало не по себе, да и атмосфера тому способствовала. Студенты не то в страхе, не то в каком-то ступоре… сидели, как истуканы. Но тут полился мягкий голос лектора и все посторонние мысли выветрились из головы.

Надо отдать ему должное, рассказывал он интересно. Обо всех сферах, где применима магия крови; о силе, которой она способна наделить заклинание или оружие. Постепенно я и сама стала впадать в некий транс от гипнотизирующего голоса. Но все новые знания при этом укладывались куда нужно, даже записывать не пришлось. В конце концов, раздался сигнал к окончанию лекции и всего учебного дня. Стряхнув оцепенение, я всё же решилась задать преподавателю несколько вопросов.

– Мэтр Воракис, простите, можно вас спросить?

Дождавшись благосклонного кивка, продолжила:

– Вы сказали о магии в роду и проклятиях… Что это значит? Вы можете увидеть и определить по крови моих предков?

– Частично могу… Это скорее отголоски, нежели чёткие картины прошлого. Но и они дают некое представление о вас… Ардинаэль.

Он вдруг наклонился ко мне близко-близко, вновь принюхиваясь, и вкрадчиво сказал:

– Со временем вы и сами смогли бы узнать себя лучше… Я могу вам в этом помочь. Мои знания не для всех, но с вами я мог бы поделиться. Если и вы поделитесь со мной…

– Простите, я вас не совсем понимаю… Моя магия, она… не очень.

– Пфф, магия! Это всё внешнее… А вот кровь никогда не врёт. У вас очень, очень большой потенциал. И мне нужна вовсе не ваша магия. Мне нужны вы… такая чистая, такая непорочная…

Я отшатнулась. Да как он смеет! Совсем старик, и такое грязное предложение!

– О-оо, милая, не сверкайте так глазами! Мне дела нет до ваших прелестей, поверьте. Приберегите свою девственность для горячих юнцов. Мне нужна лишь ваша кровь, – облизнулся он. – И я очень, очень хорошо заплачу за неё… Вероятно, средства, как и знания, для вас будут не лишними?

Я окончательно растерялась. Кажется, мы с Хельме думали о совершенно разных вещах.

– Вы… упырь?!..

Мэтр Воракис расхохотался.

– О, наивная простота! Так вы даже не знали, куда шли? Не упырь, а высший вампир, Ардинаэль. То-то ваша кровь была такая сладкая – ни капли страха… Он омерзительно горчит. Так что вы скажете?

– Я не знаю… Это как-то странно, – я бочком двинулась к выходу, выскользнув из-под нависающего старика.

– Поверьте, вам это не будет стоить совсем ничего, а взамен я могу дать очень многое. Подумайте, Ардинаэль, очень хорошо подумайте! – донеслось мне вслед.

Но у меня уже только пятки сверкали.

Последнее занятие закончилось в половине шестого, ужин начинался в семь, так что оставшееся время я провела в библиотеке, восполняя пробелы в знаниях.

Это ж надо было! Упырями мы в Истрии всегда называли мелких летающих кровопийц, я и вообразить не могла, что бывает вот так…

В библиотеке Грымзы практически ничего не было о других расах, да и общаться до отъезда мне приходилось исключительно с людьми. Среди книг первого яруса был лишь общий справочник по народам, населяющим Империю, несколько глав в нём были посвящены известным расам Леса. Я жадно прочитала о них всё, соотнеся прочитанное с виденными мною необычными студентами. Моя несостоявшаяся соседка с зеленоватой кожей, по-видимому, относилась к оркам. Хотя на картинках они были не в пример выше и мощнее, а их кожа отливала яркой травяной зеленью. Может, полукровка?

Про вампиров, или также вурдалаков, нашлась всего пара строк. Действительно, питаются свежей кровью, ночные существа, опасны. Мэтр Воракис, конечно, тоже не красавец, но и до изображённой бестии с тремя рядами зубов-иголок ему очень далеко. Немного успокаивала мысль, что потенциально опасного нелюдя не пригласили бы преподавателем в Академию. Но до сих пор передёргивало от последнего разговора с ним.

Самое интересное наверняка находилось на верхних ярусах, и я в очередной раз посетовала на ограниченный доступ. Не буду рассказывать Хельме про свой позор, тем более что за ужином он уже и не вспомнил о Воракисе.

– Хельме, а ты, кстати, почему на боевой защите не был? Я думала, весь наш курс туда загнали.

– Не-ее… Это ж для тех, у кого профиль не соответствует. Лекари там, провидцы, в общем, все те, кто на попе сидит. Чтобы эти самые попы не затекли. А я водник, сама ж видела, как стихийников гоняют. Нам дополнительная физнагрузка не нужна.

– А, знаешь, мне там даже понравилось. Надеюсь, кроме маханий палками нас и настоящей магической защите будут учить.

– А кто у вас там? Вэй? Тогда не раньше, чем через месяц. А то давай я сам начну тебя учить, в персональном порядке, у меня в комнате? – игриво задвигал бровями Анхельм. – Э-э, ты чего? Да я ж пошутил, ты чего напряглась-то так? Ардин, я действительно пошутил! В мыслях не было! Ты просто сидишь какая-то смурная, думал тебя развеселить…

Я вымученно улыбнулась другу, объяснив, что вымоталась за день.

– Эй, ты точно не обиделась? Ардин, ты прости дурака, если что не так ляпнул. Друзья же?

– Не обиделась… Друзья, Хельме. Прости, отдохнуть хочу. Пойду.

Услышала уже позади глухой стук и сдавленный «о-ох». Кажется, Анхельму снова ложкой по лбу прилетело. Помахала, не оборачиваясь, другу и ревнивым духам и направилась к себе, отдыхать. Два сомнительных предложения за день, пусть даже одно шуточное, для меня, неизбалованной мужским вниманием, это перебор. Так что в душ, зашить наконец балахон и спать, спать, спать…

Глава 11

Несколько следующих дней протекли почти незаметно. Всё свободное время я проводила в библиотеке, впитывая знания, как губка. С мэтром Эрдисом мы встречались каждый день, и моя отработка постепенно свелась к дополнительному обучению. Теперь, раскладывая по бесконечным полкам те или иные заготовки, я получала от старичка подробное описание всех их свойств и варианты применения.

Ещё несколько раз я пыталась создать под присмотром мэтра какой-нибудь артефакт. Увы, все они снова оказывались бесполезны. Точнее, пока никак себя не проявляли, потому что мэтр Эрдис, всматриваясь своим магическим зрением в предметы, лишь недоумённо разводил руками.

– Ардина, я вижу в них магию. У них вполне определённо есть какие-то свойства, но я не могу понять, какие именно… Знаете, как будто пелена на глазах. Впервые такое вижу. Это совершенно точно какие-то артефакты, но, видимо, пока они сами не проявят себя в нужной ситуации, даже мне не удастся их "рассмотреть".

В связи с этим мы решили построить занятия – и индивидуальные, и групповые – следующим образом. Мне дали полную свободу действий и практически неограниченный доступ к «сокровищнице» артефактора. Разумеется, за исключением драгоценных металлов и камней, а также других редких ингредиентов.

На групповых занятиях мою самостоятельную работу мэтр объяснил как отработку наказания за неосторожное обращение с ценным артефактом преподавателя – именно под таким соусом подали ситуацию со щитом Огдена остальным студентам. И, видимо, хорошо подкорректировали им память, потому что ни о чём другом они больше не вспоминали. Даже та самая девушка, что пыталась забрать мою подвеску, смотрела привычно презрительно, но вела себя не как пострадавшая от моих действий. А наследный принц, если и помнил, как всё было на самом деле, вида не подавал.

По указанию того же мэтра Эрдиса мне отменили занятия по магическим отварам и зельям, а также лекарское дело.

– Понимаете, деточка, – объяснил он, – пока мы не разберёмся с вашим даром, это может быть опасно. Если ваше настроение так влияет на артефакты, то что же вы там сварите?

Я была полностью согласна, тем более к этим предметам и душа особо не лежала. На всех остальных занятиях по большей части продолжалась теория, лишь на некоторых преподаватели просили продемонстрировать практическую магию, но на добровольной основе. Как только у всего нашего курса начались «Заклинания», я все вечера в своей комнатке пыталась сотворить хоть что-нибудь, хоть слабый огонёк, и чуть не плакала от бессилия. Глухо! Магия, какая бы там она во мне ни была, не желала себя проявлять.

Хельме, как настоящий рыцарь, не изменил своему слову и сопровождал меня практически везде. Но косые взгляды понемногу гасли, и даже пару раз ко мне обращались сокурсники с тем или иным вопросом по лекции. Одна только Вилария и несколько её подруг продолжали шипеть в мою сторону. А позавчера произошёл забавный случай. Выходя с первого занятия, Анхельм вдруг придержал меня за руку.

– Стой. Там за углом, похоже, снова тебя караулят.

– Откуда ты знаешь?

– А там окно открыто и дождь идёт. Я через воду «подсматривать» могу.

Я в очередной раз подивилась уровню владения магией у моего друга.

– Так, тебе бы прикрыть голову чем-нибудь, тогда вместе с остальными незамеченной проскользнёшь. А то твою гриву серебряную ни с кем не спутаешь.

– А, так я капюшон накину. Пойдём!

Свою нечаянно порванную форму я немного усовершенствовала. Сверху у неё была совершенно нефункциональная пелерина длиной до середины спины, разлетающаяся при беге и на ветру – именно ею я и зацепилась за кустарник. Я сшила её свободные края, сформировав глубокий капюшон. Удобно: и от дождя защита, и спрятаться от лишних глаз можно.

Накинув его, я пристроилась за выходящими из аудитории студентами, а вот Хельме остался стоять столбом.

– Пс-с, Хельме, ну ты чего стоишь? – как можно тише позвала я.

– Дин, а… а ты где?

– Ты чего? Давай быстрее! – я вернулась к другу и схватила его за руку, пока толпа не разошлась. Но Хельме стоял столбом и смотрел на собственную руку. А потом, как слепой, смотря куда-то сквозь меня, пошарил перед собой рукой и, между прочим, чуть не ткнул мне в глаз.

– Да осторожней ты, Хельме! Ну, ты что? Плохо себя чувствуешь?

– Я… нормально. Только я тебя не вижу, Ардин! Слышу, чувствую… Но тебя нет! Ты как это сделала?!

Я не успела ответить, так как в меня больно врезался студент и удивлённо обернулся, воззрившись на меня, как на пустое место.

– Ардин, ты невидимка, – прошептал ошарашенный друг.

И, кажется, я поняла, в чём дело.

– Потом объясню. Пойдём уже.

И мы спокойно прошли мимо угла с засадой, хотя Вилария не преминула колко спросить Хельме, где тот потерял свою подружку. Анхельм отвечать не стал, а вот я, пользуясь своей невидимостью, не удержалась и больно ущипнула девушку за бок. Та взвизгнула, но Хельме был поодаль, а потому лишь продемонстрировал пустые руки и широко издевательски улыбнулся, заиграв бровями.

Про потрясающее новое свойство своего балахона я тут же рассказала артефактору, но демонстрация не удалась. Капюшон в его присутствии больше не желал делать меня невидимой, хотя старичок, всмотревшись своим особым взглядом, подтвердил именно это свойство.

– Вот что интересно… Сейчас я чётко вижу в вашей одежде плащ-невидимку. Возможно, это потому, что вы уже применяли это его свойство. До этого – я вам об этом не говорил – на нём была такая же пелена, как и на остальных ваших работах. А, значит, я был прав!

Старичок обрадовался, но тут же снова сник.

– Как бы то ни было, ваши способности до сих пор не поддаются логике. У меня от вас голова пухнет, Ардина! Артефакторика – это математика! Инженерия! Схемы и чертежи! А тут появляетесь вы и ломаете представления о науке к крыжтам зелёным!

Мэтр Эрдис чуть не плакал от непонимания.

– Хотя почему не работает невидимость именно сейчас, я, наверное, смогу объяснить. Скорее всего, это свойство активируется при острой необходимости. Вы ведь сейчас не желаете сгинуть с глаз моих?

Посмеявшись, уверила старичка, что нет, не желаю.

– Вот и славно. Вообще аналоги вашего плаща невидимости есть. Не такие громоздкие, конечно; обычно это карманные амулеты, но требующие больших ресурсов. Большинство магов всё же прикрываются иллюзиями или стихией, когда хотят стать незаметными. Это надёжнее, чем постоянно носить с собой нужный артефакт. Но, думаю, и на такую вещь нашлись бы любители, очень уж оригинальное исполнение…

Я навострила ушки.

– Вы хотите сказать, что я могла бы… ну… Может быть, продавать какие-то вещи?

Старичок внимательно на меня посмотрел.

– Давайте скажу, как есть. В правилах Академии нет однозначного ответа, кому принадлежат созданные студентами артефакты, зелья, материальные иллюзии… На деле же действует правило: всё, что выгодно и полезно Академии, принадлежит ей. Как это произошло с вашим щитом Огдена – увы, назад вы его уже точно не получите. Но, – хитро подмигнул мэтр. – Если никто не видел, то, считай, ничего и не было.

Тут он всё-таки и посерьёзнел и продолжил:

– Однако я бы на вашем месте пока об этом не думал. Ваши вещи своенравны и нестабильны. Скорее всего, часть из них работает только в ваших руках. Для других они будут либо бесполезны, либо опасны. Я ведь, Ардина, не только преподаватель, но и верификатор. Я консультирую несколько магазинов в Ровеле, и ни один артефакт сложнее бытового без моей проверки и одобрения не может быть допущен к продаже. Если только вы не собираетесь торговать ими подпольно, но это чревато последствиями…

Я аж замахала руками.

– Да вижу, конечно, что не стали бы. Но именно потому, что ваш дар ещё толком не исследован, и, возможно, опасен, я не смог бы дать вам своё одобрение. Вы мне нравитесь, Ардина. Но в данном случае я друг не вам, а своему делу, понимаете?

Кивнула, не поспоришь. Видимо, пока придётся искать другие способы заработка.

– Но! Работаем дальше, а там и видно будет. Подушечка ваша, кстати, – расчудесная вещица! Забегала тут ко мне давеча мистрис Нерайя из медицинского блока со сломанным заговорённым скальпелем… Ух, какая женщина!.. Ох, я хотел сказать, игольница!

***

«Кушай, шери́! Же ву при! Аве́к плези́р!»

Отыгрывая новое амплуа, духи сыпали непонятными словечками, отчаянно картавя тонкими голосами, которые тут же перемежались взрывами басовитого хохота. Вано/Джон теперь откликался исключительно на Жана, а Лексо/Алекс просил величать его Алекси́сом, непременно с ударением на последний слог и нежным придыханием.

Я пожала плечами, соглашаясь с их новой игрой. Запомнить мне несложно, зато серия простых и сытных блюд сменилась деликатесными кушаньями с изысканной подачей. На обед я получила крохотные телячьи медальоны в грибном соусе, а на десерт разнообразные сыры и заварной крем с хрустящей обожжённой корочкой в фарфоровой розетке. Упитанному Хельме опять не повезло – довольствовался луковым супом и запечёнными тонкими ломтиками овощей, красиво выложенными спиралькой.

Анхельм с демонстративным страданием промокнул глаза поданной кружевной салфеткой.

– Ну, доколе, а…

Ответ поваров я озвучивать не стала, так как с новым акцентом у духов появились и довольно пикантные шуточки, в основном постельного характера. А игривое «уляля» вообще заменило половину произносимых ими слов. Даже со мной начали флиртовать, хотя со смехом и не всерьёз.

Уже второй день подряд я занималась не пойми чем. Мэтр Эрдис, хоть и дал мне полную свободу творчества, вдохновения отмерить не мог, и я маялась отсутствием идей после серии "пустых" работ. Разбирая накануне очередную партию добра для лаборатории, умудрилась разбить панцирь зеркального трио́никса, но старичок лишь махнул рукой: невелика потеря.

Осколки я сохранила, всё равно красивые, с бирюзовым отливом. Всё ходила вокруг них два дня, любовалась. Так и не придумав никакой полезной вещи, где они могли бы пригодиться, плюнула на практичность и решила просто занять руки хоть чем-то. Присмотрела круглую металлическую плашку, несколько гладких разноцветных стекляшек, обтёсанных морскими волнами, и со всем этим добром спустилась на групповое занятие по артефакторике.

Уже несколько дней я устраивалась в сторонке от других студентов, якобы наказанная. Девицы отпускали в мою сторону колкости, но уже вяло, по привычке, так как натыкались на моё равнодушие.

Я хотела сделать мозаику из зеркальных осколков – бессмысленно, да, но очень уж они мне понравились. И работа меня неожиданно увлекла. Вооружившись кусачками, надфилями, пинцетом и клеем, я дробила осколки, сглаживала и полировала острые края, подгоняя кусочки один к одному.

Заметив моё воодушевление, мэтр Эрдис невзначай подошёл и шепнул:

– Ардина, если вам ещё что-то нужно, можете сходить наверх прямо сейчас.

Я кивнула: стекляшек уже не хватало, их я чередовала с зеркальными кусочками. Тогда мэтр, откашлявшись, нарочито громко произнёс:

– Студентка Нит-Истр! Принесите новые иглы из хранилища, да поторопитесь!

Студенты захихикали над тем, что я на побегушках у преподавателя. А сам мэтр мне незаметно подмигнул.

В сокровищнице я быстро набрала ещё немного полупрозрачных минералов, сунув их в карман и прихватив иглы.

Получалось красиво. Я выкладывала плавные узоры на плашке, скрепляя их клейким раствором. Повешу на стену как маленькое панно. Не торопилась, тщательно обрабатывая каждый кусочек.

– Лоток для манча? – насмешливо прозвучало над ухом.

Пф-ф, как же надоели со своими издёвками! Манчей я видела – несуразные маленькие животные с короткими лапами и мягкой волнистой шерстью. Вечно сонные, меланхоличные, оживляются лишь при виде любых блестяшек. Спят с ними в обнимку, едят рядом, и, да, простите, гадят на них же. На них сейчас повальная мода среди аристократок, у той же Виларии на руках я замечала пару раз зверька, одетого в костюмчик со стразами.