На сломе эпохи (1993 – 2005 годы)

Всем политикам нужно думать о другом. Достаточно реально, что Зюганов не будет избран. Возможно, скажутся ошибки в организации предвыборной кампании. Возможно, даст о себе знать отсутствие у руководителя КПРФ качеств «вождя», которые так уважают русские люди. Но главной причиной неудачи, всё-таки, может стать груз негативного прошлого. Политическая карма может серьёзно изменить партию в будущем. Нужны новые теории, новые люди. Может смениться и название. Но партия этой направленности так и останется одной из главных в России.

Что касается многоликой политической силы, которая сейчас очень слабо кается за античеловечную политику последних пяти лет, безбожно врёт, пытаясь удержаться у власти, то карма придёт к ней позже. Скорее всего, действия эти будут разрушительные, и на другом полюсе партии социальной справедливости утвердится либеральное движение демократических свобод, основу которой закладывает Григорий Явлинский. Он и соберёт лучшие обломки блока сегодняшних сторонников «меньшего зла».

«Кустанай», 14 июня 1996 г.

Трупы тоже рождаются в муках

В минувшую среду парламент РК поддержал правительство, решившее увеличить возраст выхода на пенсию.

В драке не на жизнь, а на смерть в Казахстане вновь сошлись парламент и правительство. И тем, и другим ясно одно: как бы дружно пенсионеры не вымирали в ходе «углубления» реформ, оставшимся в живых средств на выплату пенсий всё равно не хватает. Можно апеллировать к совести разработчиков поправок в пенсионное законодательство, можно дискутировать по поводу критериев оценки средней продолжительности жизни, можно даже показывать пальцем места, где «деньги валяются». Однако совесть стала категорией архаичной, жизнь утратила всякую ценность, чтобы на её присутствие вообще как-то реагировать, а деньги нигде не лежат, ибо, как выяснилось, обладают уникальной способностью без осадка растворяться в товаре и услугах.

Президент Нурсултан Назарбаев лучше всех знает никудышные возможности государственной казны. Порой кажется, что его оптимизм по поводу скорого начала подъёма экономики больше основан на предсказаниях астрологов. Президент заявил депутатам, что правительство «сдавать» не намерен. Понимает он и то, что парламентарии не такие уж глупые люди, что им нужно сохранить «лицо». Но истинная физиономия парламента формировалась помощниками главы государства задолго до получения «избранниками народа» служебных квартир, и место в системе власти ему было определено ещё авторами новой Конституции.

Судя по итогам голосования по вотуму доверия правительству, депутаты и пребывают на заранее отведённой им позиции. Дискуссионный всплеск о судьбе людей предпенсионного возраста можно расценить, как попытки отдельных депутатов действительно представлять интересы народа, а других (коих оказалось большинство) – отвоевать у исполнительной власти свой участок в системе управления обществом (голосовали за доверие правительству 76 депутатов, против – 29).

Желающих бросать свою судьбу под колеса президентского локомотива оказалось немного. Но и они вряд ли понимают, что сам по себе конфликт с правительством по этому поводу носит частный характер, что выигрыш в этом столкновении, скорее всего, обернулся бы против самого же народа. Проблема гораздо глубже. Она в реальной направленности реформ. Кто бы какие благородные цели не провозглашал, в действительности пока все делается в интересах узкой группы людей. И это опасно.

Что касается парламента, то следует отметить – он так и не стал представительным органом власти, в этом смысле не оправдал ожидания многих избирателей. Можно сказать, что он стал политическим трупом. В лучшем случае, ограничившись ролью законодательного собрания, в худшем, – оставшись всего лишь функционером в статусе законотворческого управления аппарата президента.

«Кустанай», 14 июня 1996 г.

После 1991 года Ельцин «упал». Поможет Лебедь ему «отжаться»?

Кутузов, чтобы выиграть войну у Наполеона, сдал Москву. Ельцин, чтобы победить оппозицию, «сдал» за четыре года всех, кто привёл его к власти. Даже лично преданного Коржакова, чья фигура, казалось, только и нужна была, чтобы укрыть «символ российских реформ» от снайперских пуль. Цель и тогда, и сейчас называется одна – спасти Россию: в начале 19 века от французов, в конце 20-го – от коммунистов. Из школьного курса истории так и непонятно: одолели русские французов в Бородинском сражении или нет? После первого тура президентских выборов тоже неясно: так ли уж выиграл Ельцин, как об этом взахлёб убеждают нас теле- и радиокомментаторы после подведения итогов? Около 65 % голосов, отданных другим кандидатам, – разве это не достаточно, чтобы утверждать о сильном падении авторитета нынешнего президента после прошлых выборов? Тогда он был избран с «первого захода».

Тактика, выбранная штабом Ельцина при подготовке ко второму туру голосования, понятна. Минимальный разрыв (около 3 % голосов) с Зюгановым – представителем народно-патриотических сил, вызывает у сторонников президента сильное беспокойство. Большинство единожды против него, скорее всего, так и останутся при своём мнении. Лишь небольшая часть поддастся пропагандистскому предупреждению «не возвращаться в прошлое». Те, кто вообще не голосовал, вряд ли в специально устроенный для них выходной день пойдут на участки. Они никому не верят. Если, правда, за них не проголосуют ретивые члены участковых комиссий с переносными урнами. Какую-то роль может сыграть телепропаганда на российскую «глубинку», в которой негативные последствия от реформ списывают на козни местных руководителей. Но эффект может быть и обратный.

Поэтому одна надежда на Александра Лебедя. Немногие понимают. что его искренняя справедливая борьба за порядок, скорее напоминает донкихотское сражение с ветряными мельницами. Поэтому его альянс с человеком, который защищает экономические порядки, воспроизводящие в обществе криминальную ситуацию, на мой взгляд, противоестественна. Это все равно, что оставить лебедя на зиму плавать в замерзающем пруду. Но пока до второго тура голосования «полынья» для кадрового манёвра ещё свободна, можно позволить кое-кого вытолкнуть, создав видимость начала мощного очищения.

Генерал, наверняка, всё это понимает. Он думает о следующих президентских выборах, когда Ельцин уже не будет баллотироваться. Удастся что-то сделать сейчас – хорошо, не удастся – «хлопну дверью», и, как страдалец, становлюсь новым царём.

Есть точка зрения, что в России пошёл «пиночетовский вариант». Сомневаюсь. В Чили диктатор помог вернуть собственность частникам и тем «успокоил» общество. В России идёт процесс растаскивания государственной собственности. Без криминала это не обойдётся. А диктатор вынужден будет восстанавливать прежние порядки, которых так боятся «новые русские».

Уже сейчас у Лебедя в голосе и в поведении слышны бонапартистские нотки («убрать», «разогнать», «посадить»). Это импонирует обывателю, уставшему от всеобщего бардака. Но в жизни под этот молох попадают далеко не только преступники.

Сдал Ельцин или не сдал Кремль русскому Бонапарту – покажет время. Ясно пока одно – главный российский реформатор за пять лет преобразований так «упал», что вынужден был «сдать» всех своих сподвижников. Надежда теперь только на Лебедя – может, он поможет «отжаться»? Третье июля покажет.

«Кустанай», 28 июня 1996 г.

Август 91-го: «победа демократии»? Нет, смена одной политической группировки у власти на другую (к «юбилею» ГКЧП)

Наши лучшие помыслы зачастую используются опытными кукловодами от политики для достижения своих эгоистических интересов. Вряд ли защитники Белого дома предполагали, что камни с их баррикад могут пойти на воздвижение таможен на границах республик бывшего СССР.

Не могли они знать и того, что всего лишь через два года переругаются друг с другом, и по зданию парламента будут стрелять уже не «Обращением к советскому народу», сочиненным ГКЧПистами, а вполне реальными снарядами. И, конечно, не могли предположить, что ещё через год эта «демократия» начнёт посылать «приветы» из Чечни во все концы России в цинковых гробах.

Ельцин был только режиссёром «августовского спектакля», сценарий же писал Горбачев. Правда, концовка у него предполагалась другая. Он должен был после этой кутерьмы въехать в зал на белом коне и каждому воздать по заслугам. Победив всех своих соперников сразу, одним махом.

Кого представлял тогда бывший генсек? Уже никого. Это показали недавние президентские выборы в России. А ГКЧП? В нём сочеталось старое и новое, его лидеры уже тогда никого не представляли. Советский народ тогда остался без власти. Она, как это бывало и прежде, валялась на московских улицах. Её подобрали те, кто комплексами по поводу безнравственности поступков сильно не мучился. Поэтому мы сегодня имеем то, что имеем…

Могло ли быть иначе? Вопрос бессмысленный – тогда это была бы другая страна и другой народ. Сегодня для нас важнее понять, что не было тогда никакой «победы демократии». К власти пришла лишь другая политическая группировка. Её единственная заслуга заключается в том, что она не уничтожила те ростки демократии, которые взошли в нашем обществе ещё до августа 1991 года. Экономическая ситуация сейчас такова, что в стремлении удержаться у власти кое у кого очень велико желание их притоптать. Как бы на время. Неужели получится?

«Кустанай», 16 августа 1996 г.

Перестанут ли реформы в Казахстане быть «катализатором ускорения болезненных процессов, предшествующих выздоровлению»?

Недавно в соответствии с Конституцией президент нашей республики обратился с Посланием к народу Казахстана. Глава государства изложил «своё видение сложившейся в обществе ситуации, тех главных задач, которые нам предстоит решать в будущем и, в первую очередь, в следующем, 1997 году».

Послание сейчас активно обсуждается казахстанцами, и можно услышать разные точки зрения. Хорошо, что президент Нурсултан Назарбаев назвал его «своим видением», не претендуя на истину в последней инстанции. Хорошо и то, что у парламента есть время для размышлений перед утверждением бюджета. Неплохо и народу, который прикоснулся к святая святых государства – принятию решений.

Правда, Послание – не тот документ, который озвучивается для всенародного обсуждения. Это лишь форма, в которой Конституция обязывает президента регулярно информировать народ о своей позиции, о проводимой политике. И это уже можно отнести к достижениям в реформировании нашего общества. Но, оставляя конституционное право за главой государства на самостоятельное принятие решений, граждане могут и должны воспользоваться своим правом высказать точку зрения по поводу идей, изложенных в Послании. Именно тогда такой способ общения президента с народом обретает смысл.

Послание имеет большой заряд оптимизма, насыщено конкретными предложениями, в нем присутствует анализ и слышна металлическая поступь власти, по которой так соскучились обыватели, сердца которых разрываются возмущением от всеобщего хаоса и беспредела. Но оно же рождает и чувство неудовлетворения.

Кое-что об истории болезни

Казалось бы, ну что здесь сложного? Объективно оцени прошлое, хорошо подумай над моделью будущего общественного устройства, придумай удобные для людей способы освобождения он надоевшего всем старого и приобретения так желаемого нового. И действуй. Формируй политику. Однако уже 11 лет мы барахтаемся, а конца-края не видно.

Причины? Они все просматриваются в названном Послании народу Казахстана, если его очень внимательно прочитать. Достаточно вдуматься только в одну фразу из этого документа: «Реформы обнажили всю ущербность прежней экономики и послужили катализатором ускорения болезненных процессов, предшествующих выздоровлению».

Это о прошлом и настоящем. А вот что сказано там о будущем: «Это был глобальный кризис (порождённый прежней экономической системой – Е. Ш.), последствия которого мы будем ощущать ещё долго – до тех пор, пока не произойдёт замена основного капитала, пока не изменится психология людей».

Из первой цитаты читатель уже понял, что в его теперешнем бедственном состоянии винить авторов проводимых сейчас реформ не надо – лучше критиковать их предшественников (как это у нас принято). Что касается второй фразы, то один мой знакомый так её прокомментировал: «Если психология людей не меняется уже более двух тысяч лет, то сколько же нам ждать?» Мне осталось добавить, что для замены основного капитала нужно фантастическое количество денег, поэтому проще бросить то, чем мы располагаем и потреблять лишь то, что даёт нам природа. Одновременно заняться спекуляцией товарами, которые производят в других странах. Кажется, этим путём мы уже идём.

Не хочу ни в чем винить автора этих цитат. Проблемы настолько сложны, что их решение подвластно либо гениям, либо коллективному уму. С этим у нас сейчас напряженка. Да и недосуг заниматься мыслительным процессом – усиленно идёт делёж имущества и власти. Чуть-чуть зевнёшь – и останешься на бобах, с одним потёртым пиджачком, в кармане которого ничего, кроме шариковой ручки.

Но давайте же, в конце концов, поставим правильный диагноз общества, в котором мы жили до 1985 года. Ведь от этого зависит выбор лекарств. Все «катализаторы», которые предлагаются президентом в Послании, считаю, не готовят общественный организм к оздоровлению, а загоняют болезнь вглубь. Даже если по статистике будет какое-то благополучие (начнётся такая «стабилизация экономического роста», что Казахстан выйдет на уровень 1913 года), то болезнь будет давать сигналы о себе большой преступностью, которую никто не обуздает, безнравственностью, с которой не справится ни одна религия.

Автор этих строк уже не раз на страницах газеты делал попытки объективно осмыслить прошлое, поэтому не собираюсь повторяться. Пишу об этом потому, что широкой дискуссии на эту тему в Казахстане нет. Если что-то и делается, то, скорее, с позиции антикоммунизма, что больше говорит не о научном интересе, а об идеологическом заказе современной госбюрократии.

Лекарства, которые мы выбираем

Выбор не богат. Лекарства те же, что и раньше: финансовая стабилизация и приватизация. Ну и что, если у кого-то от них изжога или иногда, простите, тошнит. Лечиться-то начали тогда, когда уже желудок, печень и почки социалистической экономики изрядно потрепали. Давайте терпеть и «менять свою психологию». Больше деловитости, деловитости, господа! Для этого мы создадим государственную поддержку малому и среднему бизнесу. Правда, нам нужно, как говорится в Послании, «прежде всего, чётко выработать критерии и в законодательном плане определиться, что считать мелким (индивидуальным и семейным), а что – малым и средним бизнесом».

Не сомневаюсь, что критерии найдут. Вот только будут ли их придерживаться в нашем государстве? Как известно, многое в лечении зависит от надежды, которая рождается у больного от веры в своего врача. Не хочу мешать процессу оздоровления, но давайте внимательно читать рецепт, который нам выписывают. Не дай бог перепутать дозировку, ведь лекарства в принципе выписываются правильные.

Начнём с «финансовой стабилизации». Главным приоритетом бюджетной политики на 1997 год в Послании выбирается «дальнейшее снижение инфляции». Вроде бы правильно. Однако не называются способы, кроме «оживления деловой активности людей». Более того, последующие по значимости приоритеты в финансировании нацелены на реформирование предприятий в первую очередь, и в основном, – объектов инфраструктуры. То есть, не в производственную сферу.

Если сидеть на Луне, то разве станешь возражать против заботы о той сфере жизни казахстанцев, которая касается каждого из нас непосредственно. Но для того, чтобы пользоваться всем тем, о чем беспокоится президент на 1997 года, каждому человеку нужны деньги. А где их взять, если производство – основной источник семейных доходов – простаивает?

Производство будет спасать приватизация? В том числе и 100 миллионов долларов, которые обещает выдать Азиатский банк развития для поддержки малого и среднего бизнеса в сфере переработки сельскохозяйственного сырья? Все это, безусловно, полезно и делать нужно, но эффекта быстрого явно не даст. Остаётся прежний метод снижения инфляции – задержка выплаты зарплаты «бюджетникам», пенсий и пособий. А иностранные займы уйдут в крупный бизнес на закупку товаров у иностранных же производителей – нужно же компенсировать товарную массу, недополученную своим производством.

Первое (приватизация) – усиливает социальную напряжённость, второе – приумножает государственные долги другим странам, за которые придётся рассчитываться, как будущим поколениям, так и теперешнему. А выход видится в другом. Нужно направлять все имеющиеся финансовые ресурсы в оживление ключевых отраслей экономики Казахстана: лёгкой и пищевой промышленности, сельского хозяйства.

Правда, это не нравится многим иностранцам, которые нашли сбыт своей продукции в Казахстане. Ибо для них, скорее всего, на какое-то время придётся увеличить таможенное бремя. А что делать? Если сохранять тот же подход в экономической политике, то вскоре придётся ещё больше ограничивать демократические свободы, которые провозглашены Конституцией, а для успокоения народа проводить ежемесячные кампании по борьбе с нищетой. Но это уже будет не лекарство, а средство для бальзамирования.

Пропали наши купоны?

О приватизации разговор особый. Дело в том, что она стояла изначально в центре экономических реформ. Именно утверждение многообразия форм собственности на средства производства должно было снять основные противоречия, тормозящие развитие экономики советского периода. Нужно было изменить мотивацию труда в производственной сфере.

Но разговоры о «мотивации» интересны лишь для профессуры. Для деловых людей приватизация – это способ получить в собственность орудия труда, дабы иметь прибыль. Но это и ответственность. Директору проще получить возможность продавать результаты труда, устанавливая свои цены и самостоятельно определяя покупателя, и таким способом извлекать из этого личную выгоду, пряча её на счетах в оффшорной зоне, в недвижимости на территории других республик. Народ окрестил это «прихватизацией», но она позволила сформировать отряд людей, которые всерьёз могут воспринимать идею о денежной приватизации, высказанную в послании. У них мотивация труда изменилась.

А что изменилось у миллионов наёмных работников? О них тоже позаботились в своё время. Помните шумную компанию с купонами и инвестфондами? Цитирую Послание к народу Казахстана: «… начав приватизацию ещё в 1991 году, некоторые из нас (!? – Е. Ш.), находясь под влиянием не всегда экономически выверенных «демократических» веяний, искаженного понимания социальной справедливости, смирились с заведомо неэффективными и даже ложными моделями приватизации… Руководствуясь мнимым чувством справедливости, решили раздать собственность всему населению через так называемые приватизационные инвестиционные купоны. И лишь познав на практике всю неэффективность такого рода распределиловок, мы, наконец, перешли к давно апробированной и хорошо проявившей себя во всем мире денежной приватизации».

Вот так, дорогие сограждане! Рывок в народный капитализм у нас не состоялся. Хочется спросить наших государственных деятелей: «Когда вы ездите по цивилизованным странам, то чем там занимаетесь в перерывах между дежурными улыбками официальным лицам, «обменом мнениями по ряду международных проблем» и фуршетами с шампанским? Неужели там, в логове капитализма, вам не казалось, что в Казахстане вы «справедливо раздаёте в собственность» только купонные книжки? Да мне об этом ещё когда толковали малообразованные мужики в деревне! Те самые, которые никогда не были «кулаками» и поэтому им нужно «менять психологию». И вам тогда уже многие говорили, что это ошибка. А на Западе вы должны были увидеть, что большинство наёмных работников имеют возможность часть своих доходов пустить на покупку акций и стать инвесторами. И они должны теперь думать сами, куда им выгоднее вложить свои деньги, чтобы дивидендами пополнять свой бюджет. Вот и стали бы они капиталистами! Это и сглаживает противоречия между людьми с разными доходами.

Мы же до сих пор ничего не делаем для налаживания рынка ценных бумаг, не думаем о повышении доходов граждан именно с целью превращения их части в индивидуальные инвестиции, а продолжаем вести абстрактные разговоры «о перераспределении собственности в пользу настоящих хозяев». Именно для них и будет реализовываться жилищная программа, на которую рассчитывает в послании глава государства, как на способ оживления экономики.

Без формирования массового собственника (не обязательно средств производства, а скорее – дивидендов от вложения денег) будет усиливаться имущественное расслоение. Последствия всем известны. Если государство потворствует обеднению многих людей, то где мы найдём патриотов своей страны, о какой нравственности можно говорить?

Страна наша огромная, потенциал велик, так неужели мы не найдём в себе силы обуздать хватательный инстинкт, чтобы в принципе верные пожелания в Послании стали реальностью?

«Кустанай». 22 октября 1996 г.

Язык понимания. Не приведёт ли он к новому вавилонскому столпотворению?

Многоголосое одноголосье

Представьте себе некую страну, населённую людьми разных национальностей. Или, как сейчас их называют учёные, этносов. Каждый из них говорит на своём языке и имеет свою национальную культуру, которая в результате совместного проживания давно уже впитала в себя элементы культуры других народов. В том числе и тех, что живёт за пределами этого государства. Но люди разных национальностей не просто пребывают в наслаждении прелестями природы. Они вынуждены работать, добывать себе «хлеб насущный». Добывать вместе легче. Вот они и вместе обрабатывают землю, вместе строят дома, дороги, фабрики и заводы, вместе добывают руду и плавят ее в металл, вместе шьют одежду и обувь… А ещё, если понадобится, вместе защищают страну от захватчиков…

Но если «вместе», то нужно научиться понимать друг друга. И начинают они говорить на одном языке. На каком? На том, на котором удобно. Который максимально несёт в себе отражение всего разнообразия человеческой практики. Который помогает и при общении с людьми из других стран.

За этой страной легко угадываются или США, или Казахстан. Но в США никому не придёт в голову вдруг начать менять язык, на котором все общаются. Какой смысл? А у нас?

Конечно, можно понять народ, который издревле жил на этой земле, и теперь, получив исторический шанс, решил использовать его «на полную катушку». Чтобы устроить свою жизнь так, как, может быть, давно мечтал.

Так на что же потратить энергию, которая десятилетиями копилась в недрах национального сознания? Казалось бы, ответ простой: паши землю, сей семена, ухаживай за всходами и собирай урожай. Ведь ты теперь хозяин плодов своего труда.

Крона и корни

– А на каком языке разговаривать? – спрашивает у всех и самого себя новый хозяин. – На том, на котором удобно, или на том, на котором половина окружающих тебя не понимает? А может на том и другом?

– Так можно, но… не нужно, – говорит ему кто-то. – У нас есть исторические корни, но через листья слов не нашего языка энергия от солнца мировой культуры не доходит. Поэтому корни начали отмирать. Нужно, чтобы эти листья осыпались и выросли новые – наши. Для этого мы их назовём «государственными». А эти, теперешние, опрыскаем дефолиантами под маркой «язык межнационального общения», потом – «официальный язык». В конце концов, они опадут, и лучшее, на что они сгодятся – удобрят почву возле нашего дерева. Глядишь, и корням будет польза.

– Но ведь так в природе не бывает, – настаивает казахстанский народ. – Эти листья опадут, а новые вырастут такие же. А что, если сделать прививку?

– Что ж, пойдём и на это. Нужно спасать наши корни, – настаивают любители «смотреть в корень».

– Мы уже пробовали прививать, – завезли черенки из Монголии. Ничего не получилось.

– Хилую породу, значит, выбрали. Нужно у себя лучше поискать. Например, на юге очень сильные сорта. Надо их районировать в средней полосе и особенно на севере.

– Но на нашей земле выросли и другие деревья. Со своими корнями. Мы, кстати, все это время взаимно опылялись, во многом стали похожи друг на друга, и наши плоды и листья падали на общую землю и одинаково кормили наши разные корни. В этом смешанном лесу все было неплохо. А если уж плохо, то опять же всем.

– Нет, нужно бороться за чистоту породы, – стоят на своём специалисты по «корнеплодам». – Пусть этим занимается каждое дерево. Чище породы деревьев – более чётки границы их различий. Мир становится разнообразнее, а, значит, интересней.