Ad factum

Тем более неожиданным было известие о том, что один полицейский, случайно оказавшись на деревенской ярмарке в окрестностях торгового Уитчерча, заинтересовался керамическими изделиями, выставленными на продажу местным торговцем. Он уже сторговался о цене за пару тарелок, как вдруг другой покупатель остановил его репликой: «Вы бы видели то, что делает Джо Милторп, небось, не стали бы обращать внимание на такие поделки». Полицейский сразу заинтересовался персоной «мастера» Джо, потому что у них в участке среди разыскиваемых как раз был какой-то Джо Милторп, и под угрозой поездки в участок вытянул из «болтуна» всю информацию о Джо, которой тот располагал.

Оказалось, Джо торговал на этой ярмарке несколько месяцев назад, и тогда же его заметил покупатель, восхитившийся его работами. По словам покупателя, на керамику Джо обращали внимание даже заезжие джентльмены, один из которых приезжал к Джо несколько раз, и они шептались о чём-то в глубине лавки. Джентльмен был, кажется, не из этих мест, может быть, даже иностранец, потому что говорил с акцентом и его голову украшала светлая фетровая шляпа с маленьким пером.

Подъехавший инспектор Сомс обошёл все гостиницы в округе и в одной из них признались, что у них и в самом деле останавливался похожий на джентльмена гость примерно в то самое время, когда Джо торговал посудой на ярмарке. Да, это действительно иностранец – кажется, голландец не то из Маастрихта, не то из Утрехта. Вот, пожалуйста, он зарегистрировался под именем «Боммель», да, «господин В. Боммель», или «Ван Боммель», кажется, так и есть. Помнится, он рассчитывался наличными. Только вот он после того, как в один прекрасный день покинул гостиницу, больше в ней не объявлялся и не подавал никакой весточки о себе. Сомс с помощником сняли показания со всех служащих гостиницы и отправились каждый по своим делам.

***

По возвращении в Лондон инспектор тут же навёл справки, не пропадал ли на территории королевства ещё и «летучий» голландец, а пока его подчинённые рылись в архивах, отправился к Алексу, уже ожидающему друга, чтобы выпить по рюмочке и за обедом потренировать свои мозги.

Даже в отсутствие достоверной информации друзья никогда не пасовали перед трудностями, и через пару дней в лондонских газетах появилось объявление следующего содержания: «Разыскивается мистер В. Боммель, владелец светло-коричневого саквояжа, оставивший свой багаж в гостинице ****, обращаться по телефону…».

Неделю не было никаких новостей ни о «голландце», ни о претендентах на его багаж, и эта ситуация подтолкнула друзей к тому, чтобы предпринять следующий шаг. Ещё через неделю не только в лондонских газетах, но и в пользовавшихся особой популярностью газетах других городов, появилось объявление, уточняющее предыдущее: «Разыскивается мистер В. Боммель, владелец светло-коричневого саквояжа, оставивший свой багаж в гостинице ****. Также после него осталась корреспонденция (письма для господина Дж. М. и др.) и несколько старинных монет (фото прилагается), обращаться по телефону…».

Дня через три по указанному в объявлении номеру позвонили, и друзья почувствовали воодушевление.

***

Перед фасадом гостиницы остановилось такси, и из него вышел солидный человек в кашемировом пальто, с тростью в руках и щедро расплатился с шофёром.

Метрдотель – добродушный усатый толстяк – поприветствовал вошедшего и улыбнулся ему заученной улыбкой. Человек с тростью представился Джозефом Сойером, достал из кармана газету и, указав на объявление в ней, осторожно поинтересовался вещами «господина Боммеля».

– О, вы немного опоздали, сэр! – возбудился метрдотель. – Дело в том, что господин Ван Боммель самолично их забрал, не далее, как сегодня утром.

Сойера чуть не хватил удар. Он внезапно побледнел, потом покраснел и наконец выдавил из себя, что безмерно рад этой новости, а также встрече с метрдотелем и что его послали бедные родственники господина Ван… и они наверняка будут счастливы, что вышеназванный господин находится в добром здравии.

Метрдотель предложил свою помощь, но после бурных отказов и извинений ограничился тем, что вызвал Сойеру такси и пожелал ему счастливого пути.

Сев в подъехавшее такси, Сойер погрузился в мрачные раздумья, и таксисту только с третьего раза удалось добиться от него информации о пункте назначения.

Такси выехало из города, прокатилось через ближайшую деревню, через мост и перелесок и остановилось у края небольшого поля с развалинами старинного замка вдалеке. Сойер попросил таксиста не уезжать, пока он сам тут немного прогуляется, подышит свежим воздухом. Таксист согласился и закурил в отдалении.

Сойер прошёл по дороге немного назад, спустился в овраг, потом выбрался с другой стороны, прошёл немного к лесу и наконец спустился к тому месту, которое, видимо, так долго искал.

Обнаружив на дне оврага небольшой холм, Сойер опустился на корточки и потрогал землю рукой, затем он начал тыкать в неё тростью, как будто хотел проткнуть насквозь. Ему удалось взрыхлить холм и кое-что обнаружить, после чего Сойер как будто успокоился, выпрямился и отряхнул руки и одежду. И в этот момент его окружили полицейские.

***

Сойер обернулся – рядом с такси появилась полицейская машина, из которой вышли Алекс Сторджес и недавний метрдотель. Они тоже подошли к Сойеру, кипящему от негодования:

– Я не понимаю, по какому праву вы меня задерживаете?! Кто вы такие?

– Позвольте представиться – меня зовут Найджел Сомс, инспектор полиции, – отчеканил метрдотель. – Неужели вы меня забыли? Я подвозил вас тогда к вашему дому, в прежней жизни…

– Зато мы вас прекрасно помним, – включился Алекс. – Благодаря вашим мозолистым рукам гончара, которые вы не скроете ни под какими белыми перчатками, Джо Милторп…

– А вы, друзья, поищите здесь вокруг, – обратился инспектор Сомс к полицейским. – Мне кажется, вы найдёте немало интересного.

***

На допросе Милторп долго сопротивлялся. Но когда ему предъявили миссис Милторп, уж она задала ему такую трёпку, что у него тут же пропала охота увиливать.

Тут подоспел и протокол осмотра места преступления.

Всё началось в тот день, когда к нему на ярмарке в Уитчерче подошёл иностранец. Он сказал Джо, что готов довериться ему, ибо видит в нём настоящего труженика с мозолистыми руками, честного торговца, от которого все покупатели в полном восторге. Они долго совещались в глубине лавки Джо, и «Боммель» (Джо почему-то показалось, что это не настоящая фамилия иностранца) рассказал ему свою историю.

Иностранец являлся потомком английского дворянина, которого в давние годы изгнали из Отечества и лишили наследства. Но и в этой отверженной ветви рода помнили легенду о семейных сокровищах, зарытых в английских землях, и передавали её из поколения в поколение. Пришло время, когда отец «Боммеля» передал её своему сыну. Сынок не сразу поверил в старинное предание, а только когда у него на бирже сгорели все семейные сбережения. На последние деньги он вырядился и отправился в Англию, чтобы найти хоть какие-нибудь подходы к своей английской родне. Но из этой затеи так ничего и не вышло – чопорная семейка даже не пустила его на порог.

Тогда он отправился искать сокровища по тем местам, на которые указал ему отец. Он проверил почти все тайники и ничего не обнаружил. Возможно, их вскрыли ещё задолго до его появления на свет. И только в последнем месте он нашёл искомое. Но ни выкопать, ни вывезти сокровище он в одиночку не смог бы. Его бы тут же обнаружили и всё отобрали.

Тогда-то он и повстречал гончара Джо. Он предложил гончару долю, если тот поможет извлечь из земли и сохранить семейные ценности. Джо согласился. Уж сколько лет он горбатился над своей посудой, а так и не разбогател. Джо раздобыл лопаты, тележку, одежду – всё это они спрятали в ближайшем лесочке. Копали по вечерам, когда их никто не мог заметить. Вывозили по частям и прятали в мастерской у Джо, в его горшках, предназначенных для продажи. Джо ждал с нетерпением того дня, когда можно будет заявить о своём богатстве. Но чем ближе дело шло к завершению, тем мрачнее становился Джо. Как он покажет, что разбогател? Как объяснит источники своего обогащения? У него же могут всё отобрать. Ведь по закону это не его собственность. Кроме того, если «Боммеля» задержат по той же причине, тот непременно выдаст Джо. И что, все труды и надежды пойдут прахом? Джо потерял сон и аппетит, он во всех своих бедах винил именно «Боммеля». Лучше бы Джо его не встретил…

Да ещё «Боммель» вздумал жадничать и обижать Джо – предлагать какие-то «проценты» вместо того, чтобы взять и разделить ценности пополам. Они поругались и Джо двинул «Боммелю» по макушке лопатой, зажатой в мозолистых руках гончара. «Боммель» затих. Джо понял, что он затих навсегда. Он закопал «Боммеля» в той же яме, где ещё недавно хранились сокровища, сложив туда же его одежду и инструменты. Лопату забросил далеко в лес.