Анариэль и Владыка демонов

Внутри высокие стены замка уходили ввысь и терялись в темной дымке. Все стены были испещрены детальными затейливыми узорами, вырезанными прямо в черном камне, и напоминали мышцы, жилы, вены, лапы и когти как будто пытающихся выбраться из-под каменной толщи существ. В этих узорах не было никакой симметрии, свойственной подобной архитектуре, но располагались они хаотично, создавая ощущение, что никто специально над этими барельефами не работал, будто они сами возникли здесь в силу каких-то неведомых обстоятельств. Иногда даже Анариэль казалось, что узоры начинали шевелиться, от чего у нее возникало желание как можно скорей покинуть эти места.

Черный замок не зря считался одним из самых зловещих мест даже для демонических миров. Всё его убранство выглядело, как плод больного воображения безумного мастера, и только отдельные помещения, как, например, покои Анариэль или гарем, выглядели более-менее привычным для обитателей других миров образом.

Анариэль еще ни разу не бродила здесь одна, только с Далиссой, с которой они всегда сворачивали из ее покоев налево, спускались по ступеням вниз и оказывались у бокового входа в тронный зал. Сейчас же она решила пойти направо.

По одну сторону здесь располагались двери в различные неизвестные ей помещения, и все они отличались друг от друга. Одни были больше, другие меньше, одни вычурно украшенные, другие простые, одни каменные, другие деревянные, разной формы, разных размеров, разного назначения. Из-за некоторых доносились странные звуки: то бульканье, то хрипы, то стоны, то шепот, то какой-то гул, то удары молота о камень, то крики. Она уже начинала жалеть, что пошла в эту часть замка, но любопытство всё же взяло верх, и она решила продолжить свое исследование.

Между дверями горделиво стояли разнообразные не самого приятного вида темные статуи, изображавшие владык, полководцев и известных чиновников Бездны. Здесь также были разнообразные трофеи, добытые в разные времена хозяевами замка. Около одной высокой двери, обитой узорчатыми стальными петлями, на постаменте покоилась отвратительного вида отрезанная женская голова с надписью “Жрица Орандуила”. Когда Анариэль проходила мимо, вдруг глаза на этой голове открылись и посмотрели прямо на нее, от чего сердце Анариэль чуть не выпрыгнуло из груди. Она вскрикнула и тут же побежала дальше, пока жуткая голова не скрылась из виду.

Пробежав несколько минут, Анариэль остановилась и отдышалась, всё больше начиная жалеть о своем путешествии. Здесь вокруг тоже стояли странные трофеи: гигантский топор с держащейся за него оторванной окровавленной лапой с надписью “Топор Задрагаса” и даже гильотина с надписью “Полезное изобретение Жозефа Гильотена”. От всех этих жутких экспонатов по полу тянулись длинные тени. По временам Анариэль краем глаза замечала, что тени начинали шевелиться, а однажды даже из одной из них вылезла темная рука и попыталась ухватить ее за лодыжку, от чего Анариэль покрылась испариной и стремглав побежала дальше.

По другую сторону коридора располагались высокие стрельчатые окна, сквозь которые едва проникал свет. Анариэль подошла к окну, но что-либо рассмотреть сквозь эти окна из мутной слюды было довольно трудно, но она и так знала, что замок находится на вершине горы, и кроме багровых облаков, которые почти всегда окутывали гору, здесь ничего не видно, а там, внизу, расстилается бескрайняя безжизненная пустошь.

В основном все двери в замке были заперты, но, когда Анариэль проходила мимо одной узкой двери, обитой черными металлическими прутьями, та сама собой бесшумно отворилась, и оттуда из темноты послышался зловещий шепот:

- Иди к нам… Подойди к нам...

Анариэль неторопливо подошла к проему, и там в темноте при тусклом свете из узкого окошка, скорее напоминавшем бойницу, она увидела две тени, сотканные из темного тумана, перешептывающихся между собой на непонятном шипящем языке. Заметив ее, тени тут же с воплем бросились к девушке. “Аа!”, - вскрикнула Анариэль, поспешно захлопнула дверь и побежала, куда глаза глядят, не помня себя от страха.

Она бежала довольно долго, но зловещий коридор не заканчивался. Он петлял, извивался, но конца его видно не было до тех пор, пока внезапно из тумана прямо перед ней возникла высокая каменная дверь, покрытая надписями на незнакомом языке. Она осторожно приоткрыла дверь, которая, несмотря на свой вес, подалась довольно легко, и заглянула внутрь.

Здесь царил еще больший полумрак, чем в коридоре. Когда глаза немного привыкли к темноте, она смогла разглядеть тянущиеся вдоль высоких стен стеллажи с книгами, древними фолиантами и кожаными манускриптами, а чуть дальше в глубине зала она заметила слабое мерцание огня и пошла на свет. “Зачем я иду сюда?”, - мысленно говорила она себе, боязливо озираясь по сторонам, но внутреннее чутье подсказывало ей, что здесь она может найти ответы на свои вопросы.

Она зажгла от небольшой лампады свечу, которую нашла на небольшом столике, и пошла рассматривать стоящие на полках манускрипты. Здесь были “Искусство отделения души от тела”, “Методология пыток”, “Трактат о способах использования смертных для своих нужд”, “Краткое пособие некроманта”, “Контроль сопротивления сквозь страдания” и прочие труды демонических исследователей. Анариэль поежилась и пошла дальше, пока не заметила среди стеллажей проход в еще одно помещение поменьше, где также мерцал свет. По обе стороны от проема возвышались статуи ученых мужей в длинных мантиях и капюшонах, полностью скрывающих их лица. Когда Анариэль собралась проникнуть в этот проход, вдруг головы статуй зашевелились и повернулись прямо в ее сторону, пристально следя за ее действиями невидимыми глазами.

- А! - испугалась Анариэль и подалась назад.

Статуи больше не двигались, замерев с повернутыми к ней головами. Анариэль собралась с духом и ступила в проем, внимательно следя за действиями странных изваяний, но заметив, что они больше не шевелятся, она облегченно вошла внутрь. Стены здесь также были покрыты стеллажами, а в центре громоздился огромный каменный стол, на котором лежала карта ее мира, выгравинная на цельном куске кожи.

Она подошла к столу. На карте были отмечены столицы всех семи королевств. Здесь же на столе лежала толстая книга, открытая на развороте с изображением какого-то странного артефакта. Он выглядел как человеческое сердце, только ярко голубого цвета. Оно будто парило внутри изящного кокона из извилистых сосудов и вен, формой напоминавший чуть приоткрывшийся бутон цветка, от которого в стороны загибаются небольшие ростки. “Сердце Антариона”, - гласила узорчатая надпись над изображением, а рядом витиеватым почерком было выведено описание:

“Сердце Антариона - основа жизни антарианцев, их жизненная сила и источник их магических сил. Как и с другими подобными артефактами, его уничтожение приведет к полному исчезновению расы. Издавна хранилось в реликварии королевского дворца”.

“Исчезновению расы?! - опешила Анариэль. - Так вот, что делает Владыка! Он действительно уничтожает наши расы одну за другой. Но зачем?” Теперь понятно, о чем говорил тот антарианец. Не удивительно, что королевства бьются до последнего. Если в Сердцах и правда заключена жизненная сила народов, то как можно добровольно отдать такую реликвию? Странно только, что она никогда о них раньше не слышала. Возможно, так властители народов хотят сохранить реликвии от излишнего внимания тех, кто может им навредить. Но это не помогло, и Владыка всё же как-то узнал о них.

Книга была настолько ветхой, что кожа, из которой были сделаны страницы, была уже вся изъедена временем. Кто-то заботливо покрыл каждую страницу скрепляющим прозрачным составом, чтобы сохранить их от дальнейшего разрушения. Анариэль попыталась поднять книгу, но та была настолько тяжелой, что поднимать ее край пришлось двумя руками. Приложив все усилия, она наконец смогла приподнять потертый бурый кожаный переплет и заглянуть на тыльную сторону. “Происхождение семи рас”, - гласила выгравированная золотом надпись. Анариэль задумалась. “Значит, происхождение семи рас связано с этими артефактами? Как это может быть? - размышляла она. - Откуда взялись тогда сами артефакты?”. Она пролистала книгу на самое начало и начала читать слова, которые отдавались в ее голове странным эхом, будто кто-то медленно читал то же самое голосом, похожим на глухой раскат грома вдали:

“Мы Ксарианцы. Мы вознесены над миром, что вечно трепещет, внимая нашему взору. Нам покорено мирозданье”.

Эхо в голове произносило эти слова очень размеренно, вынуждая Анариэль читать слова так же медленно, тщательно вникая в их суть и смысл. От этого громового голоса возникало отчетливое ощущение, что это не просто слова, а слова, наделенные силой, будто это самые важные слова, которые она когда-либо слышала. Мурашки пробежали по телу Анариэль, но она продолжила читать:

“Мы - краса и величие мира. Мы - сокровищница мудрости и ведения, что наполняет бескрайние просторы вселенной. Мы - источники жизни, что, как реки, омывают всё живое. В девятую эпоху нашего бытия мы сотворили семь великих Асун, что породили семь рас людей на планете, именуемой Земля. Мы преподнесли людям высший дар - свободную волю и способность к познанию вселенной. Мы напитали их светом и истиной, мудростью и жизнью, силой и радостью бытия. В этой священной книге описаны семь великих Артефактов, или Сердец, как именуют их смиренные смертные, что стремятся к познанию высших тайн мироздания”.

От этих слов Анариэль от макушки до пяток словно пронзил разряд молнии, и она оцепенела. Сердца?... Ксарианцы?... Мысли метались в ее голове, словно бурный ветер, ломающий выстроенные годами стройные опоры мировоззрения, нещадно разнося их в щепки. Она вспомнила слова Владыки о том, что его предки не были демонами, и что они даровали жизнь семи расам. “Значит… Владыка - потомок ксарианцев, богов?” - эта мысль прогремела в ее голове, словно набат в тяжелый колокол. “Он уничтожает народы, которые сотворили его предки? Но почему? Нет, это не может быть правдой… Этого не может быть”, - шептала она сама себе.

Внезапно свалившееся на нее откровение разрывало голову от нахлынувших мыслей. “Владыка - один из древних богов?... Но где остальные боги? Почему он стал демоном? Почему уничтожает семь нас? Почему мы никогда ничего о них не слышали? А может это все неправда? Высшие силы, постижению которых я посвятила жизнь - это ксарианцы? Они дали нам священные писания? Они оставили нас? Почему они не помогут нам в борьбе против армии тьмы?”. Сердце Анариэль бешено колотилось. Ей срочно захотелось выбраться из этого мрачного замка. Она выскочила из кабинета, стремглав выбежала из библиотеки и побежала по коридору в сторону своей комнаты. Случайно заметив небольшую винтовую лестницу, она сбежала по ней на несколько этажей вниз, распахнула дверь и внезапно оказалась снаружи замка на небольшом уступе. Глубоко вдыхая воздух, она старалась прийти в себя и унять бушевавшие внутри эмоции.

Снизу от утеса расстилались багровые облака, сквозь которые просматривалась пустыня, а вверху раскинулось затянутое дымкой небо. На утесе стояла скамейка, как будто кто-то иногда сюда спускался любоваться пустынным пейзажем. Она заметила, что уступ идет дальше за стену вокруг замка и решила по нему пройтись, но внезапно краем глаза заметила, как туман у горы стал сгущаться, формируясь в уже знакомую фигуру. За несколько секунд перед ней возник горделиво стоящий правителя Доминиона с заведенными за спину руками.

- Какая удача, что ты нашла выход из замка! Мы столкнулись с некоторыми трудностями, пытаясь выйти на контакт с тобой. Оказалось, что внутри мы не можем с тобой связаться, замок тщательно защищен, но мы нашли способ связаться с тобой снаружи. Итак, ты нашла что-нибудь? - в голосе Галдареса слышалось нетерпение.

“Сказать ли, что нас создали боги, и Владыка к ним принадлежит?... Нет, мне нужно сначала разобраться во всем этом ”, - размышляла Анариэль, пока облачная фигура замерла в напряженном молчании.

- Вы ведь знаете, что он уничтожает народы? Почему вы не поможете им? - вдруг спросила она.

Этот вопрос, пожалуй, прозвучал слишком дерзко для юной девушки, предстоящей перед правителем могущественной империи, что не преминуло отразиться на его лице. Он ответил жестко, словно вбивал в камень гвозди.

- Наши планы тебя не касаются, девочка. Или ты уже не на нашей стороне? - ехидно спросил он.

Анариэль колебалась. Стоит ли сказать о том, что она узнала? Галдарес тут же заметил ее сомнение и язвительно произнес:

- Неужели член Владыки настолько сладок, что ты решила предать родной народ? - Галдарес указал пальцем с массивным золотым перстнем прямо на нее.

Анариэль опешила и уставилась на фигуру из алого тумана глазами, полными удивления. Она явно не ожидала такой грубости.

- Это вы отдали меня Владыке в дар, чтобы откупиться от него, - ответила она робко. - И до сих пор он не тронул вас…

В ее голосе звучала обида. Как могут они попрекать ее близостью с Владыкой демонов, когда сами же для этого ее сюда послали? Разве они не знали, что он будет с ней делать? Они сделали хоть что-нибудь для спасения народа, для помощи другим расам? Или они послали ее сюда только для того, чтобы потянуть время, использовать ее, словно пешку, чтобы в то время, пока она развлекает его и пока он захватывает другие царства, найти способ его одолеть? Хорошо, она никогда не была против того, чтобы послужить двум королевствам, чтобы, если понадобится, отдать жизнь за них, и как теперь они могут так грубо с ней разговаривать? А если бы она не приглянулась Владыке? Что бы он с ней сделал тогда? А знают ли они про нижний гарем и что там делают с неугодными наложницами? Конечно, они не знают! Они знают только, как использовать невинные души и нетронутые пороком тела в своих интересах, словно разменную монету! Когда ее отправляли к Владыке, ее даже никто не спросил, пойдет ли она? Она, словно рабыня, не имеющая воли и собственных желаний, была приготовлена ему в услужение.

Тут внезапно перед ее глазами из возникающих в сознании осколков воспоминаний стала складываться картина. В возрасте шести лет она стоит в роскошном зале перед этим самым Галдаресом среди прочих маленьких девочек. Солнечные лучи падают в величественный зал из огромного прозрачного, словно горный хрусталь, купола, отражаясь от его богатого убранства и окрашивая пространство в золотые оттенки. Среди это роскоши стоит она, выросшая в нищите и лохмотьях, до этого видевшая только низкие грязные потолки и тесные каморки сиротского приюта на окраине столицы Эллана.

В тот момент, находясь в этом изысканном зале, ей показалось, что она попала на небеса. Она вспомнила украшенный дорогим перстнем палец, который указывал на нее, и теперь она отчетливо видела, кому этот палец принадлежал. Галдаресу. Именно с тех пор ее перевели из бедного сиротского приюта в королевский приют в столице и стали воспитывать в строгом благочестии и чистоте. Неужели именно для того, чтобы однажды отдать Владыке демонов?!

Это внезапно открывшееся воспоминание поразило ее, словно гром. Так, значит, ее с детства для него готовили как временный откуп, на случай, если они не успеют разработать план защиты? И теперь говорят ей такие обидные слова! Только она открыла рот, чтобы сказать слова в свою защиту, как внезапно раздался надменный женский голос:

- Так, так, так, как интересно!

Довольно ухмыляясь, из-за стены выплыла Лилиан в роскошном черном платье. Фигура Галдареса тут же растворилась в воздухе, оставив после себя только едва заметную красную дымку.

- Сотрудничаем с врагом, значит! Так, значит, ты отплатила Владыке за его благоволение к тебе? - ухмыльнулась демоница.

- Разве наложницы могут покидать гарем? - попыталась контратаковать Анариэль, в то же время понимая, насколько ее попытка выглядит жалкой и нелепой.

- Любимые наложницы могут, - высокомерно ответила она, наклонив к ней свое хищное лицо . - Что ж мы обе знаем, что тебя ждет.

Приложив палец ко рту и чуть закатив глаза, она манерно повысила голос и стала растягивать слова, как бы предаваясь размышлениям.

- В лучшем случае Владыка отдаст тебя в нижний гарем на потеху своим воинам, ну а в худшем… Ну ты знаешь его нрав.

Ее глаза весело сверкнули, и она покинула утес. Череда событий, произошедших за этот день, обрушилась на Анариэль, словно тяжелый камень, который не оставлял ей ни малейшего шанса на облегчение. Она поплелась обратно, поднялась по лестнице наверх и столкнулась с Далиссой.

- Деточка! Тебе нельзя покидать свои покои!

Надзирательница схватила ее за запястье и повела обратно в ее комнату, словно непослушную девчонку.

- Но я видела Лилиан… тоже вне своих покоев.

- Вот станешь любимой наложницей Владыки, и тоже будешь разгуливать, где вздумается, а сейчас марш в комнату! А вообще знаешь? Давай возвращайся в гарем, мне надоело к тебе сюда бегать, а оставить тебя без присмотра, похоже, нельзя.

Анариэль вернулась в гарем, где Лилиан ее окинула взглядом, полным торжества, предвкушая устранение соперницы.

В это время хозяин Бездны со своей непобедимой армией возвращался после взятия Антариона. Анариэль понимала, что как только он прибудет в замок, Лилиан тут же сообщит ему о том, что видела. Единственный способ избежать гнева Владыки - рассказать ему правду. Конечно, он не обрадуется, что она общалась с Галдаресом, но ведь она не виновата, что он искал встречи с ней. Она не выдала ему его секрет. Ее совесть чиста, если не считать того, что она проникла в кабинет в библиотеке, но он и не был сокрыт от посторонних глаз. Она просто гуляла по замку. Не сидеть же ей все время в своей комнате? Ей хотелось верить, что Владыка не будет сильно гневаться на это, так что она спокойно ждала его возвращения. К ее радости, смешанной с волнением, когда Владыка наконец прибыл в замок, он на следующий же день пригласил ее.

Анариэль одела платье из легкого белого кружева, подвязала волосы изумрудной лентой “в цвет его глаз”, и с радостью направилась к нему в тронный зал. С замиранием сердца она предстала перед ним и поклонилась. Снова увидев его грациозную позу в величественном черном облачении, невероятной красоты точеное лицо, она снова почувствовала, что ее сердце затрепетало, словно в ее груди вспорхнула стая бабочек. Он сидел перед ней, поставив локоть на подлокотник, оперев о кулак точеный подбородок и опустив глаза вниз.

От него исходила энергия, которая притягивала ее к нему, как магнит. Она не могла совладать с собой и оторвать прикованный к нему взгляд. Ей не терпелось снова услышать, как он пригласит ее подойти поближе, снова ощутить