Мой новогодний шанс

Чем ближе становилось к полуночи, тем сильнее я переживала. Стрелки на глазах пришлось несколько раз перерисовывать, а все из-за того, что рука дрожала. Да что это со мной? Из-за двух поражений веру в себя совсем потеряла?

— Успокойся! – приказала себе, но в равновесие так и не пришла.

До двенадцати часов, как собиралась, не досидела. Нарядилась, накрасилась и вышла из дома, захватив с собой пакет с туфлями на шпильке, когда еще и одиннадцати не пробило. Сердце заходилось меж ребер, не позволяя нормально дышать.

— На улице такая благодать, редкий снежок нежно целует лицо, нет чтобы расслабиться, — укоряла я себя, но ничего не помогало.

В лесу стояла тишина. Народ по большей части собрался в банкетном зале. И только я шумела, цокая каблуками сапог по асфальтированной дорожке.

Не в силах справиться с волнением остановилась под фонарем.

Снег завораживающе поблескивал на свету. Красиво. Однако мысли в голове теснились, не желая наслаждаться природой.

Неужели снова ничего не выйдет? Давай, вдох-выдох, вдох-выдох. И еще раз…

— Ой. Что это на озере? – вырвалось у меня.

Внимание сконцентрировалось на темной фигуре, распластавшейся на льду на приличном расстоянии от берега. И она шевелилась!

Я присмотрелась. Прожектор хорошо освещал озеро, во всяком случае ту его часть, что примыкала к склону с турбазой, но я стояла далеко, да и свет от ближайшего ко мне фонаря слепил. Я побежала вдоль берега по дорожке, всматриваясь в явно мужскую фигуру.

Пальто мне показалось знакомым. Для верности я проморгалась. Неужели Невидимка?

Парень перепил и, решив прогуляться по озеру, поскользнулся? Но лед в этом году тонкий. Весь декабрь стояли теплые для зимнего месяца дни. Водоемы не успели промерзнуть, и в новостях не раз предупреждали об опасности, подстерегающей любителей рыбалки.

Сердце больно царапнул коготок страха.

Я открыла рот, чтобы позвать экстремала обратно. Но не успела. Корка льда треснула и разошлась прямо под парнем. Озеро разинуло свою пасть и без единого всплеска проглотило жертву, будто и не было его вовсе. Лишь волной облизнулось, пробежавшись по краям ледяной проймы.

Нет-нет. Только не это.

Снежинки продолжали свой прекрасный танец, словно только он и имел сейчас значение.

— Помогите! Помогите, — заорала я, срывая горло. – Человек тонет!

Что за дурной сон. Не может же подобное оказаться правдой. Я просто задремала у себя в домике и мне приснился кошмар. Да. Так и есть.

— Кто-нибудь! — продолжала я орать вопреки собственным убеждениям в нереальности происходящего и бежать вдоль берега, не сводя глаз с ледяной проймы. – На помощь!

Но никто не отзывался. Впрочем, и помощь уже никому не требовалась.

Что же делать? Смысла прыгать за парнем в воду не было — время, которое требовалось на спуск с горы к озеру, не позволило бы ему остаться в живых. А еще сейчас зима, и мое умение плавать бессмысленно в ледяной воде, конечности сведет судорогой раньше, чем я доберусь до утопшего.

Я понимала тщетность любых усилий. Но и бездействовать не могла. Поэтому продолжала бежать, а потом свернула к зданию с банкетным залом. Нужно что-то предпринять, молодой и здоровый парень не может вот так закончить свои дни.

Где-то на задворках памяти мелькнул разговор с Катериной, которая рассказывала про случившуюся год назад трагедию. Правда, слушала я ее вполуха. Не до того было. Но Катюхе очень хотелось выговориться, поэтому заткнуть ее вряд ли кто сумел бы.

Все случилось под самый Новый год. Празднуя, никто не заметил исчезновение одного человека из огромной компании. Хватились парня лишь к вечеру следующего дня, когда служащие турбазы принялись прибираться в освобожденных гостями домиках и наткнулись на вещи пропавшего. Нашли его спустя несколько дней благодаря стараниям полиции и водолазов.

Но тогда я не обратила внимание на жуткий рассказ подруги. Имя парня мне ни о чем не говорило, а собственная жизнь рушилась на глазах, не удивительно, что я тут же и забыла о незнакомце вплоть до сегодняшнего дня.

Выходит, в то предновогодье утоп Невидимка.

Не добежала я до крыльца с десяток шагов. Застыла, тяжело дыша. И только поэтому меня не заметили стоящие у входной двери Иван и Лиза. То, чем они занимались, нельзя было назвать просто объятиями и поцелуями. Лиза руками и ногами обхватила Ивана, повиснув на нем, будто мартышка, а тот, задрав ей до пояса юбку и поддерживая под ягодицы, совершал недвусмысленные движения.

Гадость.

Лишь на долю секунды я ощутила себя так, будто на меня перевернули ведро кипятка. И… тут же отпустило.

Но остановилась я вовсе не из-за них. Меня осенило, что новый прыжок в прошлое мог бы спасти Невидимке жизнь!

Что толку тратить сейчас время в банкетном зале на объяснения, которые приведут лишь к поиску тела в озере, когда можно поторопиться и успеть на площадь с волшебным оленем. Парень будет жить!

Я развернулась на каблуках и бросилась к воротам турбазы, на выход.

Лишь примчавшись к остановке, вспомнила, что последний рейсовый автобус ушел час назад. Как же мне попасть в город?

Такси!

Наученная предыдущим опытом, когда осталась без кошелька и мобильника, в этот раз я положила их в сумочку, хотя и была уверена, что не воспользуюсь. Все! С этого дня ни шагу без самого необходимого. Даже на дикий пляж стану брать с собой деньги и телефон.

Однако вызвать такси не смогла – время прибытия варьировалось в районе получаса. А еще требовалось доехать до города. Так мне точно не успеть.

Нужна попутка.

Я бросилась на дорогу и раскинулась звездочкой, растопырив в разные стороны руки и ноги. Мимо мышь не проскочит!

Вот только ни одна машина в такое время на дальней дорожной ветке не желала проезжать.

Мороз крепчал. В этот раз я оделась по сезону, в зимних сапогах и шапке было гораздо теплее, чем без них, однако спустя пять минут нос все равно зашмыгал, а ноги пустились в пляс.

Что за невезуха такая? Где весь транспорт? Понятное дело – до Нового года осталось меньше часа, но разве никому не нужно доехать до города? Ау! Здесь решается вопрос жизни и смерти!

Когда спустя пятнадцать минут вдали замаячил еле различимый свет фар, я приняла стойку и, лишь только машина подъехала ближе, буквально бросилась ей под колеса.

— Девушка, разве так можно?... – возмутился мужичок, водитель старой «копейки», как только я распахнула дверь со стороны пассажирского сиденья.

— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Мне очень нужно до города, — взмолилась я и, не дожидаясь ответа, уселась рядом с водителем.

– …Темно, скользко. Я же мог вас задавить! – договорил начатую реплику растерявшийся мужичок.

— Не страшно, — улыбнулась я во весь рот, понимая, что теперь не все потеряно. Я приложу все силы и обязательно спасу Невидимку! – Если не доберусь в центр в течении получаса, то… уже ничего не важно.

— Тогда нужно поспешать, — серьезно кивнул мужичок.

Машина рванула с места, взвизгнув колесами, и понеслась на скорости, какую нельзя было ожидать от «тазика с гайками». Дышать стало значительно легче.

В этот момент я осознала, что сейчас действительно самое главное – жизнь друга детства, а остальное – ерунда, не стоящая ни единой нервной клетки. Даже измена Ивана.

Да, я оказалась права в том, что подозревала его в неверности, он же в прошлый раз подлым образом воспользовался ситуацией и свалил перед друзьями свою вину на меня. Струсил поговорить с глазу на глаз, и вместо этого искал предлог для расставания со мной. И хоть я до последнего момента не верила в истину, коловшую мне глаза, ее доказали две мои попытки изменить сегодняшний день.

Что ж, он сделал свой выбор. А мне пора отпустить свою любовь.

Возможно, на меня повлияли несправедливые, а потому до жути обидные слова, которые Иван совсем недавно бросал мне в лицо, или я отвыкла от него за год разлуки и готова была к подобному раскладу, но боли от его измены я не чувствовала. Лишь гадливость и уязвленное самолюбие. Неужели я, во всем потакавшая капризам Ивана и стремившаяся соответствовать его идеалам, оказалась недостаточно хороша?

Плевать! На самом деле даже это меня не особо заботило. Душа стонала и рыдала за Невидимку. Теплый и открытый парень. Чуткий и деликатный, не зря я его окрестила Невидимкой, не выпячивал себя вперед, не кичился заслугами и достижениями, готов был уйти в тень, если его присутствие казалось неуместным. И… я его вспомнила.

По-настоящему вспомнила, а не в туманной дымке из далеких лет прошлого. Его светящиеся добротой глаза, тепло рук, которые мы почти не размыкали, гуляя по двору, исходящий от него сладкий летний запах липового цвета.

В памяти всплыли моменты, как мы вместе строили домики для бездомных кошек и собак, мечтая каждую зверушку осчастливить уютным пристанищем, как помогали дворнику подметать дорожки, очищая от опавших листьев или снега, сбегали на речку и плавали до посинения, после чего друг отводил меня домой и стойко получал нагоняй от моих родителей, чтобы мне не досталось наказания.

Теперь я знала, возможность вернуться в прошлое свалилась на мою голову не просто так. У меня имелась миссия поважнее, чем удержание неверного возлюбленного. Я должна была спасти Невидимку!

— Вам куда именно, девушка? – спросил мужичок, отвлекая меня от нерадостных дум.

Водитель старенького авто хоть и старался побыстрее добраться до пункта назначения, и даже иной раз нарушал правила дорожного движения, однако не мог выжать из своей «копейки» больше, чем предусматривалось ее заводскими характеристиками. На дорогу до центра города у нас ушло около получаса. Но я пока еще успевала.

— Если можно, к площади.

— Со стороны Советской?

— Было бы идеально! – Я вынула крупную купюру и протянула водителю. – Огромное спасибо!

— Не нужно, — важно отказался мужичок. – Новый год все-таки.

— Тогда с Новым годом! С новым счастьем! – затараторила я, незаметно опуская купюру в лоток между сиденьями. Пусть добрый человек порадует себя в праздник. Если бы не он… даже думать не хотелось о варианте, где я упускаю возможность спасти Невидимку. – Желаю, чтобы ваши мечты в новом году обязательно исполнились!

— Вот это я понимаю, — усмехнулся мужичок. – И у вас пусть все сложится наилучшим образом. Чтобы уж не за зря оказалось, что вы так отчаянно прыгали под колеса.

— Да, — с замираем сердца выдохнула я, – пусть мне повезет.

Монету из кошелька достала заранее и теперь зажимала ее в кулаке до побелевших костяшек.

Как только автомобиль затормозил, я со словами благодарности выпорхнула наружу. Олень. Вон он стоит, почти в центре площади.

Бой курантов начался до того, как я успела подбежать к ледяной скульптуре. Неужели опоздала? Я на бегу зашептала желание.

До оленя осталось два шага, когда я споткнулась и повалилась на скользкую дорогу, раскатанную множеством подошв.

Глава 4

Чтобы меня победила какая-то наледь? Ни за что! Я растянулась в падении и на брюхе прокатилась до самой скульптуры. Мой палец прижал монету к копытцу волшебного оленя. Успела.

…Глаза распахнулись одновременно с дверями автобуса. Сердце радостно забилось. Получилось! Я снова в своем прошлом.

Спускаясь с автобусных ступеней, я попутно обшаривала взглядом стоянку и остановку, и все равно просмотрела свою цель.

— Добрый день. Или вечер? — раздался над головой мягкий бархатный голос, вызвав у меня сонм мурашек по телу.

Живой!

Хотя, о чем я? Конечно, живой, время же повернуло вспять. Специально, чтобы я не допустила трагедии. Теперь я точно знала смысл своих перемещений.

Я обернулась и наткнулась на сияющий взгляд тепло-шоколадных глаз.

— Ти-мофей? – неуверенно спросила я.

Имя сорвалось с губ неожиданно, и тут же память услужливо подкинула более родное и привычное «Тима».

— Ты меня узнала, Маняша? – удивился парень.

— Конечно! Как же иначе! – бравируя, отозвалась я. – Разве можно не признать лучшего друга?

— Ну, — смутился Тимофей, без лишних слов забирая у меня сумку и закидывая за плечо. – Мне казалось, что ты меня забыла. Столько лет прошло. Да и не смотрела ты в мою сторону, будто мы незнакомцы.

— Просто… — я не знала, какое оправдание себе придумать. При любом раскладе мое поведение выглядело не слишком вежливо. И зачем я соврала? – Иван очень ревнивый, — тихо пробормотала, под конец фразы перейдя на шепот.

— Заметил, — весело отозвался Тима. – Я только раз заикнулся однажды, что мы с тобой вместе играли в детстве, так теперь Иван постоянно прикалывается на эту тему.

— Извини.

— Да ладно. Он же всего лишь шутит.

В этом весь Тима. Никаких обид или уязвленного самолюбия. Он и маленьким был таким, никогда ни с кем не ссорился.

— А где ты жил, после того как уехал из нашего города? – перевела я разговор на нейтральную тему – вспоминать про изменщика-Ивана мне совсем не хотелось. Спасибо Тиме, он с готовностью подхватил заданную мной беседу, и меня затопила волна благодарности.

Друг рассказывал о себе, а я – с удовольствием слушала. Мы не торопились. Закат лилово-оранжевой нежностью обнимал макушки деревьев и обещал вскоре погрузить округу в индиговые сумерки. Я намеренно шла все медленнее, и парень подстраивался под мой шаг. В итоге мы потратили не менее получаса на то, чтобы преодолеть ничтожное расстояние от остановки до домиков турбазы.

— Куда отнести сумку? – прервал сам себя Тима, когда мы оказались на развилке дорог.

Один путь петлял меж домиков, другой шел вдоль берега озера поверху склона, третий спускался к пляжу, а четвертый вовсе отправлял в противоположном жилой зоне направлении – к горкам, катку и прочим развлекательным комплексам.

Я задумалась. Расставаться с Тимой даже на краткое время, разумеется, опасалась. Мне требовалось не допустить предстоящее несчастье, и для этого я собиралась прилепиться к парню голодным клещом до самого Нового года. Правда, здравый смысл нашептывал не усердствовать, иначе пойдут нехорошие слухи, и Иван собственноручно утопит беднягу в порыве уязвленного самолюбия. Да и риск для жизни Тимы появится только ближе к одиннадцати.

Я решилась.

— Сюда, — указала на первый домик в цепочке строений.

Насколько я помнила, его бронировала Катерина. Подруга меня точно не выгонит и позволит переодеться к празднику.

Тимофей кивнул и, легко взбежав по деревянным лесенкам, оставил мою сумку на веранде.

— Ты же придешь сейчас в банкетный зал? – спросила я, не сумев сдержать в голосе нотку нетерпеливой настойчивости. – Там должны уже начаться игры.

Тимофей удивленно посмотрел на меня. Согласна, неожиданно. Мало того, что вдруг ни с того ни с сего начала с ним общаться, так еще и зазываю на мероприятия.

— Конечно, — тихо ответил он, не сводя с меня глаз. – А ты?

— Само собой! Иначе с кем тебе призы завоевывать? Мы же с тобой когда-то слыли отличной командой. Не думаешь, что пора стряхнуть пыль с былой славы?

Его лицо просветлело, глаза засверкали. Мне стало совестно, что столько времени игнорировала его. Пусть и не намеренно, но… Эх, я! И это при том, что Тимофей называл меня своим другом. Не друг я, а поросячий хвостик!

— Пора, — согласился он, но, кажется, не особо веря в мои слова.

Не удивительно. Я бы на его месте вообще решила, что приятели готовят розыгрыш. Но Тима не стал делать подобные предположения, просто стоял, смотрел на меня и по-доброму улыбался.

— Тогда до встречи через полчаса, — безапелляционно заявила я. Понимала, что слишком самонадеянна, но иначе не могла. — Надеюсь, тебе хватит тридцати минут на сборы?

— Главное, чтобы тебе хватило.

— Пф! – фыркнула я. – Давай, кто придет раньше, загадывает желание?

— Идет! – оживился Тима.

Ха! Он, наивный, не знал, что сегодня я не собиралась тратить долгие часы на камуфляж светской львицы.

Я взлетела по короткой лестнице и для приличия постучалась в дверь.

— Открыто! – гаркнула Катерина.

— А я к вам, — шутливо поклонилась я, входя в номер и, не теряя ни секунды, принялась рыться в своей сумке, которую занесла.

— Какими судьбами? – в том же тоне поинтересовалась подруга.

— Да вот, мимо пробегала, думаю, дай помоюсь, — откровенно сообщила я о своих намерениях, выуживая из сумки полотенце и свежее нижнее белье.

— Ча-во? – вытаращила на меня глаза Катерина.

— Того, — оборвала ее я и, всунув в руки ошалелой подруги пластиковый контейнер с салатом, юркнула в ванную комнату.

— А салат-то зачем притащила? – крикнула Катерина из-за двери. – Повара здесь уже все приготовили.

— Тебя подкупить, — громко ответила я и включила воду.

На принятие душа у меня ушло пять минут, три – на то, чтобы надеть джинсы и пушистый джемпер, и еще по-быстрому расчесать волосы, две – приготовить сумочку и сунуть в пакет балетки, которые взяла на турбазу, чтобы ходить в номере не в домашних тапках, а в красивой обуви.

Во время сборов Катерина путалась у меня под ногами, так до сих пор не расставшись с салатом. Она обнимала пластиковую форму, ходила по пятам и задавала множество вопросов.

— И что все это значит?

— Ты о чем?

— Вы расстались с Иваном?

— Пока нет.

— Пока?

— Ну… я не оракул, чтобы предсказывать будущее. Но на данный момент могу поклясться, что мы официально считаемся парой.

— Тогда что случилось? Почему ты здесь?

— Уже сказала, принять душ.

— А что случилось с домиком, который зарезервировал для вас Иван?

— Насколько я знаю, ничего, как стоял, так и стоит себе на месте.

— Кто? Иван?

— Дом. Ты же про него спрашиваешь.

— А Иван?

— А Иван может как стоять, так и лежать, мне о том не ведомо.

— Издеваешься?

— Вовсе нет. Я с ним сегодня не виделась.

— А почему?

— Наверное, потому, что он меня не встретил.

— И ты на него за это обиделась.

— Вот еще! Что за глупости.

— Хорошо. Почему тогда ты пришла ко мне мыться, а не к нему?

— Тебе жалко, что ли?

— Он… Ты… — Катерина, обычно острая на язычок, начала заикаться.

— Нет, — оборвала ее я, чтобы подруга чего лишнего не напридумывала себе.

— Чего нет?

— Все — нет! К нему приехала сестра, с которой он давно не виделся. Я просто не захотела им мешать. Пусть спокойно пообщаются.

— С дуба рухнула, подруга? Нет и не было у него никогда никакой сестры.

— А вот и была. Ладно, мне некогда спорить, я тороплюсь. Ты идешь в банкетный зал?

— Что? Какой банкетный зал? В таком виде? – возмутилась Катерина.

Про чей внешний вид она говорила, я не поняла, но уточнять не стала.

— Тогда я побежала.

Пуховик с шапкой натягивала на ходу, выскочив из домика и со всех ног несясь к зданию, в котором намечались все главные мероприятия сегодняшнего праздника. В гардеробе и вовсе потратила лишь минуту, забросив на вешалку верхнюю одежду и переобувшись.

Каково же было мое удивление, когда я запыхавшаяся ввалилась в банкетный зал и увидела на ближайшем к входу диванчике Тимофея. Парень безмятежно потягивал сок и мило мне улыбался.

— Как? – в недоумении прохрипела я, подскакивая к нему и для верности щупая ворот шелковистой рубашки.

— Мой номер соседствует с этим зданием, — пожал он широченными плечами, резво поднимаясь на ноги.

При всей своей лощености и воспитанности Иван никогда не вставал с места при появлении рядом с ним представительниц женского пола – считал ниже своего достоинства. Но не Тимофей. Правила приличия в нем наблюдались с детства, и неважно, насколько они казались устаревшими или неуместными всем остальным. Его мало интересовало мнение окружающих, когда дело касалось непоколебимых, по его мнению, истин.

— Ууу.

– Желание мое.

— Угу, — согласилась я, надув губы.

— Не переживай, я не загадаю ничего крамольного, — хихикнул он.

— Не сомневаюсь. – И это было правдой, но я рассчитывала иметь джокера в рукаве на всякий случай.

Когда в час икс потребуется мобилизовать все силы ради спасения длинноногого друга, вряд ли он полностью доверится мне и поступит не по велению судьбы, а по моему хотению. Желание могло пригодиться. Но смысл сожалеть о том, над чем не властен? Лучше сконцентрироваться на тех вещах, что напрямую от тебя зависят.

— А у нас веселая эстафета! – радостно объявил аниматор в костюме Деда Мороза.

— Пойдем? – с сомнением предложил Тима.

— Конечно! — снова удивила его я и, ухватив за ладонь, подняла наши сплетенные вместе руки. – Мы! Мы хотим играть!

— Ждем прекрасную пару у пенечков, — сообщил Дед Мороз, указывая на задекорированные табуреты.

— Ты поругалась с Иваном? – предположил Тима, послушно следуя за мной, лавирующей между парней и девушек.

— Не угадал, — с задором ответила я и продолжила тянуть его за руку.

— Решила подзадорить? Вызвать ревность? – не унимался Тимофей. – Ты мне скажи, я все пойму и подыграю тебе.

Я остановилась на полпути и развернулась к парню. Заглянув ему в глаза, четко проговорила:

— Ничего подобного. И, поверь, Иван здесь ни при чем.

— Тогда с чего такие разительные перемены? — Тима все-таки задал вопрос, на который я не знала, что ему ответить.

Ну как я могла ему сказать, что специально вернулась в прошлое, чтобы исправить его ужасное будущее? До чего было бы проще, знай я, зачем он полез на лед. Что он вообще делал на озере, сверкая пятой точкой, за час до Нового года?

Увы, ни спросить, ни рассказать я ничего не могла. Оставалось лишь улыбаться и держать парня при себе, и чем ближе к полуночи — тем крепче.

— Разве я не могу провести время со старым другом? Мы не жмемся по углам, не ведем себя аморально. Иван никогда не участвовал со мной ни в одном мероприятии. Почему я должна отказываться от праздничных развлечений из-за его презрения ко всему миру? Пусть себе гуляет по турбазе, а потом неподвижно сидит на диване, изображая китайского императора. Я ему мешать не собираюсь, просто хочу поиграть. Нельзя?

— Ого, бунт на корабле? Ишь, как завернула, — прищелкнул Тима языком, оценивая мой длинный монолог. – Конечно, можно. Кто тебе запретит?

— Вот именно, никто!

Я широко улыбнулась и продолжила двигаться к центру зала, утягивая за собой парня. Настроение росло в геометрической прогрессии в предвкушении забавных развлечений, которых давно была лишена.

Как же здорово, что я взяла с собой балетки и не стала переодеваться в узкое платье, облегающее фигуру и сковывающее движение. Правда, на самом деле в арсенале игр у аниматоров не оказалось ни гонок в мешках, ни твистера. Зато мы весело побегали в эстафете с ложками и снежками из мишуры, поискали с завязанными глазами бумажные снежинки, ползая по полу, и постреляли мячами в картонного снеговика, проявляя чудеса меткости.

Я наигралась от души! Пить захотелось неимоверно. Подойдя к фуршетному столу, выбрала лимонад и принялась потягивать его из высокого стакана через тонкую соломинку, попутно вытряхивая из волос конфетти. И тут заметила, что к Тимофею подошел долговязый парень лет восемнадцати в форме официанта, пошептал что-то на ухо и повел за собой. Я вскинулась. В прошлый раз Невидимка покинул зал без меня. Но сейчас-то я на страже! Отставила стакан и бросилась вслед за парнями, скрывшимися за дверью с надписью «Для персонала».

Я приготовилась к погоне, но никак не к тому, что беглецов найду сразу же, свернув за угол служебного коридора. Оба склонились над смартфоном и с интересом смотрели видео.

Я тоже взглянула из-за плеча Тимы на съемку подвижных игр нашей компании в банкетном зале.

— Вот! – ткнул пальцем долговязый парень в экран. – На этом месте оборвалось. И это уже не в первый раз. Просто прекращается съемка на седьмой минуте. Помоги, а? Ты же во всех этих штуках шаришь.

— Ты же — блогер! – усмехнулся Тимофей. – Неужели до сих пор не разобрался в собственной технике?

— А ты – программист, — возразил парень из персонала. – Уж точно рубишь фишку почище меня.

Я фыркнула на странный аргумент, с тем же успехом можно пытать гинеколога на предмет психологии или стоматологии – доктор же.

Парень от неожиданности подпрыгнул и развернулся настолько резко, что я отпрянула и чуть не упала. Тима вовремя ухватил меня за локоть. Вот это реакция!

— Девушка, это служебное помещение, — сухо проинформировал долговязый парень и, сощурив глаза, окинул меня подозрительным взглядом, будто я пробралась в секретную зону и занимаюсь промышленным шпионажем.

— Она со мной, — успокоил его Тима.

— Твоя подружка? – непонятно чему обрадовался парень.

— Друг.

Огонь в глазах долговязого погас.

— Мужчина и женщина не могут быть друзьями, — глубокомысленно выдал он. – Кто-то любит, а кто-то пользуется.

Судя по тому, что я поймала на себе неприязненный взгляд долговязого, меня он определил в эксплуататорши Тимофея. Но пускаться в философию о взаимоотношениях между полами я не стала, а кивнула на смартфон и поинтересовалась.