Те, кто тонет в тишине

— Ты мой, — прошептала она между поцелуями, срывая с меня остатки одежды.

— Только твой, Искорка, — подтвердил я, прижимаясь к её телу, чувствуя, как её тепло заполняет меня.

Каждое наше движение, каждый вздох, каждый стон был как симфония, созданная только для нас двоих. Мы сливались воедино, забывая обо всём, кроме того, что были здесь и сейчас.

И когда всё закончилось, когда её голова лежала на моей груди, а её пальцы лениво рисовали круги на моей коже, я поймал себя на мысли: я никогда не отпущу её. Она — моё всё. Моя жизнь, моя любовь, моя вечность.

Мои мысли, унесённые в хаос воспоминаний и чувств, внезапно прервал её голос — тихий, но такой уверенный, словно она знала, что именно сейчас мне это нужно.

— Блонди, что ты тут делаешь? — её слова тонули в тишине ночи, но для меня они звучали, как мелодия.

Кира

Я проснулась и тут же почувствовала, что кровать пустует. Его не было рядом. Я перевернулась на спину, потянула руку на его половину, но, кроме холодных простыней, ничего не обнаружила. Полежав пару минут в надежде, что он вернётся, я поняла, что это бессмысленно. Вздохнув, я накинула на себя одеяло и отправилась его искать.

Спустившись на первый этаж, я не нашла его там, но заметила открытую дверь. Ночной воздух проникал в дом, принося с собой запах хвои и свежести. Я вышла наружу, обхватив себя одеялом, и увидела его на крыльце.

Он сидел, освещённый лунным светом, который делал его почти нереальным. Волосы слегка растрепаны, плечи широкие, расслабленные, а его лицо... Я задержала дыхание. Блонди выглядел так завораживающе, будто был частью этой ночи, её главным украшением.

— Блонди, что ты тут делаешь? — спросила я, подойдя ближе.

Он обернулся ко мне, и его улыбка ослепила меня даже в полутьме. Голубые глаза сияли, словно отражая лунный свет, а в них... Была радость. Любовь.

— Не мог уснуть, — просто ответил он.

Я подошла ближе и устроилась у него на коленях, завернув нас обоих в одеяло. Его руки тут же оказались на моей коже, горячие, как всегда, согревающие.

— Почему ты не спишь? — спросил он, глядя мне в глаза.

— Проснулась и не нашла своего мужа рядом, — ответила я, чувствуя, как это слово — муж— звучит странно, но приятно. Правда?

— Мужа, — повторил он, словно смакуя это слово, как редкое вино. — Мне нравится. — Он наклонился, чтобы поцеловать меня, и в тот момент мир вокруг перестал существовать.

Боже, почему это так сладко? Вселенная, я благодарна тебе за него.

— Ты прекрасна, Искорка, — шепнул он, его голос был низким и тёплым, как трещащий огонь в камине. Его руки нежно гладили меня, и по телу тут же пробежали мурашки.

— А ты бы видел, как красиво освещала тебя луна, — прошептала я в ответ, наслаждаясь его прикосновениями.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, в котором было столько искренности, что я чуть не утонула в его глазах.

— Я мало говорю это, но, Искорка, я люблю тебя. Так сильно, что не представляю, как жил без тебя. Я не могу теперь выжить без тебя.

— Не смей так говорить, — я взяла его лицо в свои ладони, сердито посмотрев ему в глаза. — Неважно, что произойдёт через много лет, обещай, что будешь жить, как и сейчас. Хорошо?

— Я не могу обещать, — ответил он, и я услышала в его голосе боль.

— Нет, так дело не пойдёт. Ты должен. Как и я, — настаивала я, стараясь убедить его.

— Давай не будем об этом, — он склонил голову, опустив взгляд. — Мне становится тошно от мысли, что я могу тебя потерять.

Я поцеловала его, пытаясь забрать всю грусть и тяжесть этих слов.

— Нам ещё нужно рассказать моим о венчании, — тихо напомнила я, обняв его за шею.

— Завтра. Сейчас пошли в кровать, — сказал он, резко подхватив меня за бёдра. Я едва успела ухватить одеяло, чтобы не потерять его по пути.

Когда мы вернулись в спальню, он лёг за мной, обняв крепко-крепко, будто боялся отпустить. Его тёплое дыхание коснулось моих волос, и я улыбнулась, ощущая, как его руки надёжно держат меня.

Я уснула быстро, чувствуя себя самой счастливой на свете.

Глава 20

Кира

— Что вы сделали? – разъярённо спросил Артём, его голос прозвучал громче, чем нужно, заставив маму поморщиться.

Утром мы с Блонди проснулись рано. Быстро собрались и поехали к маме. Она накрыла стол к моему дню рождения, радуясь нашему приезду. Вчера, ещё находясь на работе, я успела ей написать, что приедем только утром. Но никто не ожидал такого поворота.

— Артём, не надо так, — попыталась я его утихомирить, пока мама застывала с блюдом в руках. — Мы обвенчались. А на днях официально распишемся в ЗАГСе.

Тишина в комнате звенела, пока все осознавали услышанное.

— Мда, мужик, — наконец подал голос Олег, откинувшись на спинку стула. — Быстро ты околдовал нашу Кнопку, — с ухмылкой заметил он.

Я закатила глаза. Типичная реакция этих двоих. Дома были только мама, Артём и Олег. Лёша, как и остальные два придурка – Тимур и Слава, должны были приехать чуть позже.

Я молилась, чтобы Лёша, хоть он и старший из братьев, поддержал меня. У него всегда хватало благоразумия не вмешиваться в чужие решения. А Тимур? Да он начнёт истерику. Слава, конечно, попробует умничать и шутить, но опять выйдет криво.

Мама, в отличие от остальных, сияла.

— Ох, дети мои, как я рада, что вы сделали такой шаг. Мы с твоим папой тоже мечтали обвенчаться на годовщину свадьбы, но не сложилось, — её глаза увлажнились, но она продолжала улыбаться.

— Мам… — тихо сказала я, но её не остановить.

Она повернулась к Егору.

— Егорушка, ты теперь часть нашей семьи. Я вправе называть тебя сыном. А ты можешь звать меня мамой, если хочешь. — Она обняла его, прижав к себе, словно боялась отпустить.

Блонди тепло улыбнулся, его взгляд был спокойным и уверенным.

— Спасибо, мама, — сказал он, а я почувствовала, как гордость и радость заполнили меня.

— Пф… — фыркнул Артём.

Я тут же бросила на него свой самый грозный янтарный взгляд, который всегда работал на него, как стоп-сигнал. Он отвернулся, смутившись, и больше не произнёс ни слова.

Пару часов спустя

— Кира! — раздался громогласный крик Тимура с порога.

Вот он. Мой братец-акробатец, как всегда, показал своё истинное лицо.

— Что ты устроила?! Так никто не делает!

— Это таинство для двоих, Тимур. Почему так нельзя? — спокойно возразила я, скрестив руки на груди.

— Дети, успокоились, — прервала нас мама, поставив чашку на стол так, что она издала мелодичный звон. — Молодцы, что сделали всё так, как вам хотелось. Но теперь надо подумать о свадьбе. Я всё организую. — её глаза загорелись энтузиазмом, и она подмигнула мне.

Я закатила глаза. Её страсть к организации мероприятий была непреодолимой.

— Хорошо, — выдохнула я, понимая, что спорить бессмысленно.

Лёша подошёл ко мне, молча обнял. Этот жест говорил больше, чем любые слова. Он всегда был моим самым надёжным братом, который поддерживал в любом решении.

Олег, хоть и принял новость относительно спокойно, время от времени бросал скептические взгляды. Но я знала: это просто его стиль, он ничего плохого не имел в виду.

В конце концов, это моя жизнь, не их. Мне с Блонди жить. Вы согласны? Ну, хоть вы согласны.

— Тогда мы обязаны устроить мальчишник, — весело заявил Слава, хлопнув Блонди по плечу и заговорщицки подмигнув.

Блонди улыбнулся, но я уже знала, что в его голове мелькает мысль: «Эти братья – отдельное приключение.»

Слава подмигнул Блонди, а тот лишь усмехнулся. Я закатила глаза, понимая, что мои братья уже планируют что-то, от чего мне точно захочется спрятаться.

— Слава, без глупостей, — сказала я, пытаясь предотвратить неизбежное.

— Да ладно тебе, Кнопка, — протянул он, растянувшись на стуле. — Это же традиция! Разве можно упустить шанс отпраздновать твоё счастье?

Блонди смотрел на меня, сдерживая улыбку. Его взгляд говорил: «Я выдержу всё ради тебя.»

Мама вновь взяла слово:

— Всё должно быть по традиции, но и с душой. — её голос звучал так уверенно, что мне стало ясно: свадьба уже начала складываться в её голове. — Кирюша, не волнуйся. Я всё организую так, чтобы это было идеально.

Я вздохнула, понимая, что сопротивляться бесполезно.

— Только, пожалуйста, без перегибов, мам, — попросила я, прекрасно зная, что в её понимании «без перегибов» не существует.

Лёша, стоявший рядом, сжал мою руку. Его тёплая поддержка была как всегда уместна.

— Ты молодец, Кнопка. Всё сделала правильно, — сказал он тихо, так, чтобы никто не слышал.

Я улыбнулась. Он был единственным, кто всегда говорил это прямо, не добавляя лишних шуток или комментариев.

Тем временем Тимур продолжал что-то бурчать под нос.

— Тимур, хватит, — сказала я твёрдо, глядя на него. — Это моё решение.

Он лишь закатил глаза, но, к счастью, промолчал.

Слава снова вмешался:

— Ну а как насчёт девичника? Ты же не оставишь мою сестру без шанса повеселиться, да? — спросил он, обращаясь к Блонди.

Блонди усмехнулся.

— Если Кира захочет, я не против, — ответил он спокойно, но его взгляд говорил о том, что он доверяет мне и знает: я сама решу, что мне нужно.

Я рассмеялась.

— Девичник? С кем? С вами?

— Почему бы и нет? — хитро улыбнулся Слава.

Мама хлопнула в ладоши, возвращая наше внимание к себе.

— Хватит спорить, дети. Мы отпразднуем всё, как и должно быть. А потом — свадьба.

Я встала из-за стола, направляясь к Блонди, который уже поднимался, чтобы встретить меня.

— Ты справишься с ними? — шепнула я, прижавшись к его груди.

— Ради тебя — всё что угодно, Искорка, — тихо ответил он, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в лоб.

Его слова всегда успокаивали меня. Я знала, что этот человек не просто мой муж. Он моя опора, мой свет в самых трудных ситуациях.

И даже сейчас, среди этого хаоса, я чувствовала себя счастливой.

Егор

Неделя пронеслась с такой скоростью, что я едва успел осознать, что произошло. Вся эта суета с подготовкой к свадьбе, бесконечные вопросы, решения, обсуждения — всё это крутилось в моей голове, но мысли о Искорке всегда как якорь тянули меня обратно. Вчера, у меня был день рождения. Отметили скромно, вдвоём с Искоркой. Никаких шумных торжеств, только мы, тёплая атмосфера дома, её улыбка, её взгляд — мне этого было достаточно.

А сегодня… сегодня — мальчишник. Как бы я не пытался держать всё под контролем, осознание, что совсем скоро я буду её мужем, заставляет сердце биться быстрее. Всё кажется немного странным, немного нереальным. Артём устроил всё, заявив, что это «чисто для мужиков» и добавив с хитрой ухмылкой:

— Расслабься, Егор. Это просто традиция. Клуб моего знакомого, там полный приват. Можем делать что угодно.

Я не особо хотел этой вечеринки. Если быть честным, моё сердце и разум были только с Искоркой. Но её братья и мои не многочисленные друзья настояли.

Клуб «Mates»

Когда мы зашли, меня встретили приглушённый свет, музыка с глубоким басом и девушки, которые двигались так, будто это их стихия. Зал был заполнен, но Артём, конечно, забронировал отдельную зону для нас.

— Ну что, жених, готов прощаться со свободой? — спросил Слава, усмехаясь и протягивая мне бокал.

— Я уже давно попрощался.

Ребята смеялись, шутили, поднимали тосты. Атмосфера становилась всё более раскованной. И вот появился сюрприз от Артёма.

— Ну что, брат, — начал он, хлопнув меня по плечу. — Пора начинать шоу.

На сцену вышли девушки. Они были профессионалками — их движения завораживали. Но я не мог отделаться от мысли: «Это не то, что мне нужно. Мне нужна только моя Искорка.»

В какой-то момент одна из девушек, стройная брюнетка с яркими глазами, подошла ко мне ближе. Её пальцы скользнули по моему плечу, она что-то шепнула, но я не расслышал. Всё внутри меня напряглось.

— Не трогай меня, — сказал я резко, отодвигаясь.

Братья Искорки засмеялись:

— Егор, расслабься! Это просто шоу.

— Расслабься? — я поднялся, бросив на них взгляд. — Я женюсь завтра. Я не из тех, кто ищет утешения в таких местах.

Артём посмотрел на меня с явным вызовом:

— Ну, это уже перебор, друг. Это просто игра. Мы же не говорим тебе идти дальше.

— А мне не нужно. У меня есть всё, что мне нужно, — ответил я твёрдо.

Разговор с Лёшей

Через некоторое время я вышел из зоны для гостей, чтобы остыть. Лёша последовал за мной.

— Эй, Егор, ты в порядке? — спросил он, прислонившись к стене рядом.

— Да. Просто не моё это. Я не понимаю, зачем такие вечеринки, — признался я.

Лёша улыбнулся:

— Слушай, это просто традиция. Мы, конечно, дураки, но никто не хочет тебя провоцировать. Артём, Слава, Тимур и Олег… Мы просто хотим, чтобы ты почувствовал, что теперь часть семьи.

— Я и так это чувствую. И я благодарен вам всем. Просто… завтра я смотрю ей в глаза и клянусь любить её до конца жизни. Мне плевать на всё остальное.

Лёша кивнул, положив руку мне на плечо:

— Ты прав, Егор. Кнопке повезло с тобой.

Я усмехнулся, глядя на него:

— Это мне повезло.

Возвращение в зал

Я открыл дверь и снова оказался в этом шумном хаосе. Ребята, казалось, уже вошли во вкус. Слава, Амир, Олег и Тимур гоготали так громко, что даже музыка их не перекрывала. Я подошёл ближе, чтобы понять, что так их развеселило. Они обсуждали какие-то истории из детства Искорки, вспоминая её маленькие шалости.

— Помнишь, как она однажды сбежала из дома, чтобы спасти котёнка, а мы её искали до темноты? — рассказывал Тимур, смеясь.

— Да, а потом этот котёнок перевернул всё в доме с ног на голову, и мама его выгнала, — добавил Олег, хлопая брата по плечу.

Истории о ней всегда грели меня изнутри. Слушая их, я представлял себе маленькую Киру, такую же смелую, как и сейчас. Но потом мой взгляд упал на другой конец зала, и всё внутри сжалось.

Надеин, мой начальник, стоял чуть поодаль. Его руки уверенно скользили по талии какой-то блондинки, а она, хихикая, что-то шептала ему на ухо. Мне стало неприятно, даже тошно. Это было низко. Хотя, он вроде свободный человек.

Я перевёл взгляд на других. Паша, Денис и Артём стояли рядом, глядя на эту сцену. Они смеялись, подкидывая Надеину идеи, что делать дальше. Ладно Артём, но от Дениса я такого не ожидал. Он вроде всегда казался адекватным.

Меня окатило волной неприятия. Я смотрел на этих людей и чувствовал, что они из другого мира.

Искорка… Она была светом в моей жизни. Чистым, искренним и настоящим. А тут, в этом клубе, казалось, всё было пропитано грязью. Я больше не мог этого выносить.

Сделав последний глоток воды — да, именно воды, потому что я не пью, — я поднялся.

— Мужики, спасибо за вечер, но я сваливаю.

Все обернулись ко мне.

— Эй, ещё рано! — воскликнул Слава, ухмыляясь. — Ты жених, тебе по статусу положено быть здесь до конца.

— Я должен быть завтра на высоте, — ответил я с лёгкой улыбкой, стараясь сгладить ситуацию.

Артём, как всегда, не удержался от подкола:

— Да уж, жених-мечта. Ладно, иди. Но знай: ты обязан Кнопке за этот вечер.

— Я знаю, — ответил я, усмехнувшись.

Направляясь к выходу, я почувствовал облегчение. Воздух на улице был прохладным и чистым. Луна светила ярко, будто освещая мне путь. Я посмотрел на свои часы — уже далеко за полночь.

Эта ночь мне не нужна,подумал я, садясь в машину. Всё, что мне нужно, это Кира. Моя Искорка. Моя жена.

***

Когда я вернулся домой, меня встретила тишина. Не та умиротворяющая, что помогает расслабиться, а та, что давит на грудь своей пустотой. Тошнотворная, угнетающая. Искорки не было дома — она осталась у мамы вместе с Мел и Марисом.

Я закрыл дверь за собой и остановился на мгновение в темноте, оглядываясь по сторонам. Эта большая квартира, раньше казавшаяся мне убежищем, сейчас была словно чужой, холодной. Без неё. Как я вообще жил здесь один до её появления?

Я скинул куртку, бросив её на кресло, и прошёл в гостиную. Сел на диван, включил телевизор и наткнулся на очередной мультфильм с каким-то странным сюжетом про монстров. Какие-то скелетные воины с лазерными копьями, сражающиеся с пушистыми огнедышащими существами. До чего же Искорка обожает эту тематику! Я всегда удивлялся её вкусу — обычные девчонки, как я представлял, должны любить что-то про пони или принцесс. Да, у меня такие стереотипы. Не кидайтесь тапками, пожалуйста.

Я глянул на экран ещё минуту, невольно усмехнувшись, и выключил телевизор. Встал, прошёл в ванную и сразу заметил полки, забитые её банками, склянками и кремами.

Я улыбнулся, глядя на это хозяйство.

— Ну серьёзно, вам для этого всё нужно? — пробормотал я, будто она могла меня услышать.

И всё же, я понимал. Эти кремы, лосьоны и ещё что-то — всё это делает её кожу такой мягкой, бархатистой. Наверное, поэтому она на ощупь такая… совершенная. Конечно, вы, девушки, всё это делаете и для себя, но разве вам не приятно видеть наши восхищённые взгляды?

Я хмыкнул, покачав головой, и начал душ.

Когда я вылез из ванной, то натянул чистые боксеры и пошёл в спальню. Кровать казалась слишком большой и одинокой. Я упал на её сторону, уткнувшись лицом в её подушку, и глубоко вдохнул. Её аромат. Чистый, сладкий, нежный. Мой идеальный наркотик.

Почувствовав внезапную тоску, я потянулся за телефоном и написал короткое сообщение:

Искорка, [06.05 01:52]

Завтра буду ждать тебя у алтаря, Искорка. Люблю.

Я отправил его и замер, будто ожидая чего-то важного. Спустя минуту экран мигнул — её ответ. Прочитав его, я невольно улыбнулся, ощущая, как тепло разливается по груди.

Ещё немного вдыхая её запах, я закрыл глаза. Мой разум наполнился мыслями о завтрашнем дне, о том, как она будет выглядеть в свадебном платье, о её реакции на мой подарок. Она ещё не знает о нём. Знаю только я и её мама. Вам пока тоже не скажу. Не обижайтесь. Надеюсь, он ей понравится.

С этими мыслями я провалился в сон, чувствуя её присутствие даже в пустой комнате.

Кира

Девичник был настоящей сказкой — уютный, тёплый, наполненный смехом и бесконечными тостами. Музыка играла на фоне, а за столом собрались самые дорогие мне люди. Мама, Ви — моя неразлучная подруга, которая всегда знает, как поднять настроение, Мел — сестра Егора, заразительно смеющаяся и поддразнивающая Милану. Милана, конечно, всё подхватывала, добавляя своих шуток, и казалось, что ещё немного — и стены начнут вибрировать от нашего смеха.

Я особенно радовалась, что смогла вытащить Машу, девушку Олега. У неё своя студия картин в нашем городе и ещё одна в Петербурге — представляете, как трудно найти время в её плотном графике? Она такая крутая, что рядом с ней я иногда чувствую себя совсем простой, но сегодня она была здесь. Ради меня.

Но, несмотря на это идеальное окружение, где-то в глубине сердца было странное ощущение пустоты. Будто что-то важное осталось за дверью. Или кто-то.

Когда на пороге появилась мать Егора, у меня буквально перехватило дыхание. Сердце дрогнуло — не от радости, если честно. Её мне сейчас точно не хватало. Как она узнала про девичник? И главное, зачем она здесь? Всё казалось настолько странным, что я не могла отвести взгляд от её фигуры в дверях.

Она выглядела, как всегда, потрясающе: ухоженная, утончённая, настоящая звезда. Ну конечно, она же певица Мадонна, а она знает, как произвести впечатление. В руках — небольшой букетик полевых цветов, на губах — улыбка, почти тёплая. Почти. От её появления у меня побежали мурашки.

В комнате повисла напряжённая тишина. Все за столом будто почувствовали, как мой мир немного пошатнулся. Я заставила себя встать, потому что так принято, и вежливо улыбнуться. Но когда она подошла и обняла меня, словно мы были старыми добрыми подругами, что-то внутри сжалось ещё сильнее.

Этот жест выглядел искренним, но я всё равно не могла расслабиться. Её присутствие будто ворвалось в мой уютный, продуманный до мелочей мир, смешало всё в хаос. Казалось, что за этой улыбкой и цветами скрывается что-то большее, что-то опасное.

И я никак не могла понять: она здесь с добрыми намерениями? Или пришла только затем, чтобы в очередной раз бросить тень на своего сына?

— Кира, — её голос был мягким, но в нём чувствовалось напряжение. Она дождалась момента, когда нас никто не слышал, чтобы заговорить. — Прости меня за тот случай на мероприятии. Я… не хотела, чтобы всё так вышло. Я не желаю Егору зла, понимаешь? Просто… мы с ним очень далеки друг от друга, но я знаю, как он страдает. Особенно по ночам.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось, словно её слова нащупали самую уязвимую точку. Но я не собиралась этого показывать.

— Амалия Эдуардовна, — я перебила её, сохраняя ровный тон, который сама же с трудом контролировала. — Спасибо, что вы нашли время прийти сегодня. Правда, я ценю это. Но, пожалуйста, не нужно вмешиваться в наши с Егором отношения. Договорились?

Она немного наклонила голову и легко улыбнулась. Это была улыбка умного человека, который понимает, когда нужно отступить, не теряя лица.

— Хорошо, — ответила она, коротко, но слишком спокойно.

В этот момент к нам подошла мама, и её лицо сразу засветилось дружелюбием.

— Амалия Эдуардовна, вы же будете завтра на торжестве? — радостно спросила мама, как будто мы все здесь были лучшими друзьями. — А то вы так и не подтвердили своё присутствие.

Я резко повернулась к ней с грозным взглядом. Вот оно. Вот откуда всё началось. Мама.

— Простите, Лариса Аркадьевна, — Амалия чуть наклонила голову, словно признавая свою оплошность. — Замоталась совсем. Мой помощник должен был связаться с вами сегодня. Конечно, я приеду. И отец тоже будет.

Она перевела свой взгляд на меня, и её слова, звучащие почти невинно, вдруг зацепили меня за живое:

— Надеюсь, это не проблема?

В голове всплыл эпизод из «Сверхъестественного», где один из героев передразнивал эту фразу с такой язвительной насмешкой, что мне захотелось сделать то же самое прямо сейчас. Но я взяла себя в руки, подавив вспышку раздражения.

— Мне всё равно, — ответила я спокойно, но с намёком на сталь в голосе. — Этот вопрос нужно обсуждать с Егором, Амалия Эдуардовна.

— Ох, ну конечно, Егорушка ничего не будет иметь против! — тут же вмешалась мама, словно спасая ситуацию.

— Я вам очень благодарна, — улыбнулась Амалия, обращаясь к маме с такой теплотой, что это выглядело почти искренне. Затем она снова посмотрела на меня своими ледяными голубыми глазами.

Её взгляд был мягким, даже добрым, но для меня он оставался вызовом. Как будто она пыталась сказать без слов:«Я теперь часть твоей жизни, и ты ничего с этим не сделаешь».

Я попыталась улыбнуться в ответ, но слова застряли где-то в горле. Моё напряжение росло, и я чувствовала, как её присутствие с каждым мгновением вторгается в мой маленький мир. Оно было неизбежным. А это, пожалуй, раздражало больше всего.

Когда вечеринка начала подходить к концу, музыка постепенно перешла на более спокойные ноты, а девочки начали расходиться небольшими группами. Я осталась одна, уединившись на кухне с бокалом шампанского. Нужно было немного перевести дух, успокоиться после того, как этот вечер буквально раскалил меня до предела.

И тут пришло сообщение.

Блонди, [06.05 01:52]

Завтра буду ждать тебя у алтаря, Искорка. Люблю.

Я замерла, вчитываясь в эти короткие, но такие значимые слова. Моё сердце пропустило удар, а потом ритм ускорился, будто от волнения или какой-то долгожданной радости. Внутри всё как будто растаяло, и по коже пробежала тёплая волна, как от прикосновения чьих-то ласковых рук.

Невольно на губах расплылась улыбка. Я тут же набрала ответ, не желая терять ни секунды:

Искорка, [06.05 01:53]

И я тебя, Блонди. Соскучилась. Уже считаю часы.

Отправив сообщение, я снова вернулась к гостям, но в голове крутились только его слова. Они звучали как тёплый ветер, который развеял всю напряжённость, накопившуюся за вечер. Всё, что было до этого — заботы, разговоры, светские моменты — вдруг стало неважным.

Мой мир — это он. Его слова, его обещания. И завтра… завтра всё изменится. Он не будет просто частью моей жизни. Он станет её центром. Мы станем не просто мы, м