Братья Карамазовы. 3 том. 3 Книга

Также японским рыбакам предоставлялось беспрепятственное право рыбной ловли вдоль российских берегов и компенсировались расходы Японии по содержанию русских военнопленных.

Были напрочь отвергнуты требования Японии о контрибуции и о выдаче кораблей из нейтральных портов, об ограничении военно-морских сил на Дальнем Востоке и прав на использование КВЖД.

«СТАТЬЯ XIV

Настоящий договор будет ратификован их величествами императором всероссийским и императором Японии. О таковой ратификации, в возможно короткий срок и во всяком случае не позднее, как через пятьдесят дней со дня подписания договора, будет взаимно сообщено императорским правительствам российскому и японскому через посредство посла Американских Соединенных Штатов в С.-Петербурге и французского посланника в Токио, и со дня последнего из таковых оповещений этот договор вступит, во всех своих частях, в полную силу.

Формальный размен ратификаций последует в Вашингтоне в возможно скорейшем времени.

СТАТЬЯ XV

Настоящий договор будет подписан в двух экземплярах на французском и английском языках. Оба текста совершенно сходны; но, в случае разногласия в толковании, французский текст будет обязательным.

В удостоверение чего, обоюдные уполномоченные подписали настоящий мирный договор и приложили к нему свои печати.

Учинено в Портсмуте (Ньюгэмпшир) двадцать третьего августа (пятого сентября) тысяча девятьсот пятого года, что соответствует пятому дню девятого месяца тридцать восьмого года Мейджи.

ПОДПИСАЛИ:

ЮТАРО КОМУРА,

СЕРГЕЙ ВИТТЕ,

К.ТАКАХИРА,

РОЗЕН.»

Выверено по изданию: Сборник договоров России с другими

государствами. 1856-1917. М., Гос.изд-во полит.литературы, 1952.

КРУШЕНИЕ

Ожидание

За пятьдесят, а все чего-то жду.

Не бога и не горнего полета,

Не радость ожидаю, не беду,

Не чуда жду — а просто жду чего-то.

Хозяин вечный и недолгий гость

Здесь на Земле, где тленье и нетленье,

Где в гордые граниты отлилось

Природы длительное нетерпенье,-

Чего-то жду, чему названья нет,

Жду вместе с безднами и облаками.

Тьма вечная и негасимый свет —

Ничто пред тем, чего я жду веками.

Чего-то жду в богатстве и нужде,

В годины бед и в годы созиданья;

Чего-то жду со всей Вселенной, где

Материя — лишь форма ожиданья.

Вадим Шефнер

К Готскому берегу, острова Готланд, направились немедленно на арендованной небольшой яхте и прибыли день спустя в маленькое поселение Слите. Алексей Федорович, всю дорогу ежился и дрожал от сентябрьской погоды, он словно чего-то ожидал и этого так боялся, что страх вверг его в озноб. Когда судно причалило к берегу, он был будто весь оцепеневший, молчаливый и угрюмый. Дождь хлынул, когда путешественники начали сходить на берег.

— Алексей Федорович, вы что больны? — Спросила Ева Александровна, увидев его.

— Я не хочу возвращаться в Россию, — ответил угрюмо он.

— Не загадывайте пока, на все Божья воля, подчинитесь ей. Я вам, настоятельно советую, — сказала она и пошла вперед.

Разместились в двухэтажной усадьбе, хозяйка госпожа М., оказалась на редкость отзывчивой, через слово понимавшей по-русски. Она сразу всех разместила и даже удовлетворила каприз Алексея Федоровича, пребывать в доме уединенно.

Его поселили в маленькое полуподвальное помещение с кроватью, одним стулом и столом. Он заперся и целый день никому не открывал, пока к нему настойчиво не постучалась Ева Александровна. А в то время прибывшие с ним «соратники» заседали, распивая финскую водку. Она буквально потребовала ей открыть и Алексей Федорович, не смея противится приоткрыл дверь.

— Я вас прошу, как-то разумно объясните мне свое поведение, — сказала едва шёпотом она.

— Весы судьбы. Я жду в какую сторону они качнуться, — тихо молвил он.

Возникла пауза, в ходе которой Ева Александровна, потеснила его в глубь помещения, так что он вынужден был присесть на кровать. И тогда она, смотря пристально в его глаза произнесла:

— Когда мир в странном хороводе…

«Когда мир в странном синем хороводе…»

Когда мир в странном синем хороводе

Под хохот звезд бестрепетно летит

И над лесами душ луна-мечта восходит,

Когда в игре безмерной горизонт исходит,

Когда зарница суть моей тревоги блекло всполошит,

Соборы из опала вниз нисходят

И, темнотой в ночи полней обвит,

След правды ближе нас к стремлениям подводит,

Но странно как-то вдруг молчанием все сводит,

Когда на рубеже меж Я и Все один мотив звучит,

Тогда враз маска бледною предстанет,

Чье имя Жизнь, и Все, и Я, и Ты,

И Темное загадками обстанет,

И Тайна Мира красться не устанет,

Собор — зарницей свет из темноты!

Сил Это одолеть теперь достанет,

Потухнут вмиг вопросы маеты,

И призрак жизни, как в бреду, отстанет,

Открыть ворота к Кладу час настанет!

Лицо под вечер! Ключ! Без слов мечты!

Раз бросив сеть, чтоб к Этому добраться,

Людскую сеть: мышленье — чувство — речь,

Чтоб Это в жизнь твою смогло пробраться,

И чтобы Это в связь иль в вывод вновь позволило вплетаться,

Ты видишь вдруг, что рук не смог сберечь.

И утекает Это, чтоб в сеть уж не попасться.

Хохочет: вам ко мне не подобраться!

Жизнь — лишь обман!

Рукам — им опускаться,

Они пытались пустоты касаться,

Чтоб с верой вновь блаженства дожидаться

И чтоб обману снова не поддаться.

Но ты не сможешь. Это в сеть свою завлечь!

Мир станет шире, и поблекнут звезды,

Жизнь — лишь театр, что вечно говорит.

Идешь ты как насмешник иль прохожий поздний,

Как мученик земли или воитель грозный,

Как маска, что всем незнакома, дальше к звездам,

В загадку-жизнь таинственно укрыт.

Эрих Мария Ремарк.

— Вы поняли меня? — спросила она, закончив читать стихотворение.

— Понимаю, но как с этим жить? Вот загадка, — с грустью ответил он.

— А не надо «как», просто живите. Живите для меня, живите для себя, живите для Новейшего завета, для Бога, наконец.

Возникла пауза, оба молча и серьезно, смотрели друг на друга.

— Я постараюсь, но есть еще революция и этот нюанс необходимо учесть, а теперь прошу оставьте меня пока, развязка близка, и я должен подготовиться к ней, — неожиданно прервал висевшую между ними кристальную тишину Алексей Федорович и почувствовал, как ток пошел по всему своему телу.

Ева Александровна, промолчала и тихо отошла назад, закрыв перед собой дверь. Алексей Федорович, тяжело выдохнул и упал на подушку. За маленьким окном его комнатушки бушевал ветер, а Алексей Федорович, весь съёжившись, лежал неподвижно собирая жизненные силы, чтобы жить и дышать, и когда час пробьет, достойно встретить приговор судьбы, какой бы он не оказался.

Пророк

Духовной жаждою томим,

В пустыне мрачной я влачился, —

И шестикрылый серафим

На перепутье мне явился.

Перстами легкими как сон

Моих зениц коснулся он.

Отверзлись вещие зеницы,

Как у испуганной орлицы.

Моих ушей коснулся он, —

И их наполнил шум и звон:

И внял я неба содроганье,

И горний ангелов полет,

И гад морских подводный ход,

И дольней лозы прозябанье.

И он к устам моим приник,

И вырвал грешный мой язык,

И празднословный и лукавый,

И жало мудрыя змеи

В уста замершие мои

Вложил десницею кровавой.

И он мне грудь рассек мечом,

И сердце трепетное вынул,

И угль, пылающий огнем,

Во грудь отверстую водвинул.

Как труп в пустыне я лежал,

И бога глас ко мне воззвал:

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей».

Александр Пушкин 1826 г

Звучало в ушах, но он слабо верил в призыв, но почему-то успокоившись незаметно для себя заснул. Когда же открыл глаза, то услышал невероятный грохот на верху. Встревожившись этим, ему хотелось подняться, но что-то его удерживало на месте. Оставив все попытки узнать, что происходит Алексей Федорович решил дождаться, когда все стихнет и только тогда прояснить для себя все обстоятельства возникшего переполоха. Ждать пришлось около часа, наконец, томные шаги и суета прекратились, и он открыл дверь, выйдя из своего заточения. Поднимаясь по лестнице, ему навстречу попался Петр Моисеевич.

— Ах вот вы где! А я уж думал, что вы часом не померли ожидавши. Так вот, лучше, чтобы вы и не вылезали из своей норы, куда вы сами и залезли.

— Что так?!

— Ничего!!! Ваша революция откладывается, пароход мать его, представьте на земную ось напоролся и сел, — сказал Петр Моисеевич и немного присел, разведя руками в стороны, — все, кряк-брямс и туды его в калошу. Ох, похерили революцию многоуважаемый Алексей Федорович, предводитель вы наш драгоценный! Оружие на дне, впрочем, как и вы ноне. Что скажет ЦК, что теперь скажет ЦК, ох не завидую я вам. Видимо отпел соловей…, пам, папам, — добавил он и развернувшись пошел назад, а Алексей Федорович, слабо понимая последовал за ним. Подойдя к ближайшему окну, он увидел вдалеке стоящий неподвижно корабль. Тот накренился на правый борт, из труб еще хоть и слабо шел черный дым, но к нему уже причалили два катера на паровом ходу береговой охраны Швеции.

Алексей Федорович, продолжал стоять у окна упиваясь произошедшей катастрофы пока не почувствовал, что в зале, где он находился за ним образовалась колкое беззвучие. Он понял, что один перед экраном окна и тогда, может проверить так ли это, он обернулся и о его удивление, в проеме двери стояла Ева Александровна. Что ему бросилось тогда в глаза, так это ее уже довольно значительный живот. Он расцвел в улыбке.

— А я вам, что говорила, — сказала она и в ответ тоже улыбнулась.

— Ну-с и что теперь? Меня скормят за ужином морским тварям, как ненужный элемент?

— Полноте вам. Все сгинули и даже мой дражайший муженек Петр Моисеевич, полез в лодку, чтобы отчалить отсюда поскорей, а мне наказал сторожить вас до дальнейших его распоряжений. Правда, как они в эту глушь от него поступят, он не уточнил. Так торопился, так торопился доложить о постигшей неудачи, что совсем потерял ориентиры.

— Я решительно отказываюсь понимать наше с вами дальнейшее положение. И куда мы теперь? Что мы теперь?

— Не надо ничего понимать, аренда в усадьбе оплачена на два дня вперед. Творите «Утверждение Новейшего Знания». Человечество ждет животворящего Слова.

— Нам не дано предугадать…

Нам не дано предугадать…

Нам не дано предугадать,

Как слово наше отзовется, —

И нам сочувствие дается,

Как нам дается благодать…

Федор Тютчев 1869 г.

— Вот именно.

— Все хорошо, но хотелось бы знать, а что далее? Аренда закончится и…

— Деньги у вас есть? Те, что были на вооруженный мятеж. Ну от японцев? Кейс при вас?

— На месте, я его даже и не открывал.

— Тогда Кенигсберг и Кант ждут нас. Греческая цивилизация впереди, Романская, теперь в прошлом осталась. Это перелом в наших исследованиях! Вы, сей факт понимаете? А потому, вот на сегодняшний день наше с вами будущее, и оно зовет. В Россию же вам и мне рано, плод еще не созрел, но к этому сроку надобно поспеть. Уж, как хотите, а надо. Никто, ждать не будет и лучше, если это случиться в православных угодьях.

УТВЕРЖДЕНИЕ НОВЕЙШЕГО ЗНАНИЯ

Глава 6

1. И вошел я в храм Господень и познал, что есть ложное и, что есть истинное.

2. И, что есть переходящее и не переходящее.

3. Бытие, жизненный процесс, существовали и существуют,

4. и будут существовать независимо от наших представлений о них,

5. ибо это величины, переходящие в своем постоянстве.

6. То, что мы принимаем за смерть — отмирание организма, это есть

7. его утрата способности к взаимодействию с миром материальным.

8. Тоже его утрата для субъектов и субъектов для него.

9. И открылось мне, что ложная смерть принимается за подлинную,

10. тогда как, это лишь переход индивида, его личностного Я,

11. из мира материи, в мир вне материи.

12. Из видимого в невидимый, который также вокруг нас.

13. Абсолютная, конечная, подлинная смерть является тем, когда личностное Я,

14. оказывается не способным к взаимодействию с нематериальным миром,

15. что и происходит, как утрата, того, что мы понимаем под вечной жизнью.

16. И зовется Преосуществление полноты всеобщей жизни, в личностное Я.

17. Для этого се и пишется Духом Святым, через посланного Им.

18. Жизнь в материальном мире, есть обособленное в общем,

19. а в нематериальном, есть общее в обособленном.

20. Всякий организм, есть универсальный инструмент,

21. позволяющий взаимодействовать с материальным миром.

22. Всякая душа, есть универсальный инструмент,

23. позволяющий взаимодействовать с нематериальным миром.

24. Религия, есть путь субъекта к обретению его способности,

25. взаимодействия его с миром не материальным,

26. и на основе соблюдений заповедей, дарованных Христом,

27. что является параметрами чистоты душевной.

28. К Спасению и через него к Преосуществлению в полноту всеобщей жизни.

29. Нашедший и прошедший путь к нематериальному миру,

30. обретет его в последующем, а не нашедший его, утратит его в последующем.

31. И, если Христос, есть путь, то Она есть, вместилище жизни для душ ваших,

32. дабы они по этому пути достигли вечной благодати.

ЧАСТЬ

II

КЕНИКСБЕРГ

Оглядываясь назад, я могу сказать, что мы

начинали на пустом — точней, на пугающем

своей опустошенностью месте и что скорей

интуитивно, чем сознательно, мы стремились

именно к воссозданию эффекта непрерывности

культуры, к восстановлению ее форм и тропов,

к наполнению ее немногих уцелевших и часто

совершенно скомпрометированных форм

нашим собственным, новым или казавшимся

нам таковым, современным содержанием.

И. Бродский

Среди дубового леса в XIII веке, выросла «Королевская гора», ставшая замком, готского главы рода берега и началом основания впоследствии города Кёнигсберга, куда и прибыли морским путем Ева Александровна и Алексей Федорович. Расположенный в приморской низменности, по берегам реки Преголя, он возник при объединении трех городков в 1525 году Альтштад, Лебенихт и Кнайпхов. И так Кенигсберг стал северным бастионом европейской цивилизации на дороге между Западом и Востоком.

Долго не ища пристанища, они вселились в роскошный пятиэтажный отель Централь со знаменательной башней на крыше. Расположенный, на углу Парадеплац и маленькой улочки Гросшлостайх, выходившей с площади Парадеплац прямо на пешеходный мост нынешнего Нижнего озера. Повсюду росли ветвистые каштаны, в тени которых утопали университет «Альбертина», оперный театр и крупнейший на тот момент издательский дом «Грефе и Унцер».

— Немедленно пойдемте к Канту, — воскликнула Ева Александровна, как только они разложили вещи и передохнули с дороги.

«Еще стоит свободный трон, с которого пожар войны,

Столь пагубный державе, не сорвал пока венка,

И серым плотным саваном, предвестником чумы,

Еще не покрылись просторы, а башня не превратилась в руины.

Цел еще храм, но буйный спор, как буря Осиандра,

Уж предвещает скрытую безвременную гибель.

Так ученый спор под видимостью права бесправие творит»

Ebenda. S. 279

И они пошли на Кнайпхофе — остров Канта. Там, среди аккуратных немецких домиков почти в его центре, высился тридцати двухметровый, огромный, монументальный, из красного кирпича Кафедральный собор. Трехнефная псевдобазилика с уникальным двух башенным западным фасадом — Домский собор Богоматери и Святого Адальберта.

Когда они подошли к нему чуть ближе, спросив у прохожей женщины: «Кому посвящен собор?», и узнав, что Деве Марии, Ева Александровна, всплеснула руками и прошептала: «Богоматерь снова с нами».

Иммануил Кант был похоронен в часовне в стиле неоготики, в профессорской усыпальнице у северных хоров. Это открытый аркадный зал, который тянулся вдоль всей стены собора, но, на удивление Алексея Федоровича, Еву Александровну нисколько не заинтересовал сей факт. Она бегло взглянула на последнее место упокоения великого мыслителя и пошла к главным воротам, над которыми была надпись: «Jesus spricht: Ich bin die Tϋr; so jemand durch mich eingeht, der wird selig werden». «Иисус сказал: Я есмь дверь; Тот, кто входит через меня, будет спасен». А Алексей Федорович, сказал, глядя на могилу: «Он не мыслям, а мыслить учил, вот только как-то про Бога забыл. Надеюсь, он о Нем вспомнил в последние свои дни и был, хочется надеется, спасен, но, вот преосуществиться в жизнь вечную, он сумел? Благодаря своему блестящему разуму. Вот вопрос».

Как только ворота собора распахнулись на них обрушились громкие раскаты, велико радостной и необычайно легкой музыки, исходящей из звучавшего органа. В соборе исполняли концерт соль мажор BWV 592 — один из пяти транскрипций, сделанных Бахом в Веймарский период 1713 года.

Его первая часть излучала такую всепоглощающую радость, что на глаза Евы Александровны навернулись слёзы. Простые мотивы сольных и общих партий исполняются на разных клавишных инструментах, каждый раз на ступень выше, пока не достигли самых высоких регистров. Одномерное органное произведение в лучшем смысле этого слова. В средней части, как и в созерцательной первой части, преобладал довольно таинственный ритм легато, а в заключительной части снова возвратился всепоглощающее юношеское воодушевление.

— А как же Кант? Вы его совсем оставили без внимания, а мы, по-моему, к нему пришли, — зашептал ей на ухо Алексей Федорович, когда они стояли посереди зала.

— Тише! Вы мне мешаете, — ответила она.

Пребывая в неведомом ей очаровании звучавшей музыки, в довольно простом, консервативном интерьере, в окружении каменных эпитафий XVI–XVII веков, выполненных в стиле от фламандского ренессанса (маньеризма) до классицизма, в свете ослепительного солнечного света, проникавшего в соборное пространство из цветастых оконных витражей, Евой Александровной, завладела мелодия органа. Она проникла в нее и ее сущность растворилась в гармонии царящего повсюду звука. И ее сознание превратилось зеркальную поверхность, на котором проявлялись неведомые ей мысли, и как ей показалась тогда: она в эту секунду обрела путь к себе.

Путь к себе

Кто к себе нащупал путь,

Озарений вспышки наблюдая,

Тот познал явлений суть,

Что весь мир, тебе снаружи данный,

Лишь фантом реальностей внутри:

Каждый шаг и мысль твоя любая

Есть с твоей душой общенья миг,

Миг общения с Творцом и мирозданьем.

Герман Гессе

1918

НОВЕЙШИЙ ЗАВЕТ

Озарение восьмое

1. Божественное начало, в человеческой природе, есть Разум.

2. Он является источником колебательных процессов (движения) сознания.

3. Разум, есть духовное состояние, порождающее мысли.

4. Которые частотой мерцания, путем, по примеру двоичного кода,

5. проявляясь, отражаются в нашем сознании.

6. И чем выше эта частота, тем быстрей человек рефлексирует.

7. И тем быстрей происходит их материальная реализация.

8. Никогда человек полностью не реализует свою идею,

9. Как к идеалу, который недостижим,

10. он может только, в той или иной степени, приблизиться к ее воплощению,

11. как к примерному образу возникшей идеи.

12. Разум при преобладании своем,

13. есть причина первого и последующих толчков,