Пушистая помощница для злодея

«Но главное, что Хайден с Алианой не столкнулись. И пока он держится подальше от её поместья, можно не волноваться…».

Мысли оборвались, так как Хайден за это время как раз обошел площадь и вышел к длинной веренице повозок, припаркованных за воротами. Кучера и слуги терпеливо дожидались возвращения своих хозяев, расхаживая в нескольких шагах от экипажей или сидя на козлах, с дымящимися трубками в зубах. И все в таких же невзрачных плащах, как тот, что сегодня надел колдун.

Его теплая рука проскользнула мимо меня, доставая спрятанный на дне сумки холщовый мешочек. Хайден прошел немного вперед и остановился перед темно-коричневой каретой, оглянулся на пустующие козлы соседней повозки и обогнул экипаж с другой стороны. Ловко запрыгнув на облучок, он раскрыл мешочек и поднес его к лицу кучера. Растерявшись, тот открыл рот, в который Хайден тут же всыпал горсть сухих трав. Глаза мужчины закатились, колдун поймал его и стащил на землю, снял с головы несчастного треуголку и уложил его в удачно расположенные рядом с высоким забором кусты.

В этот момент к карете приблизилась пожилая пара в красном. Хайден надел украденный головной убор, низко надвинул его на лицо, пихнул мою вытянувшуюся от возмущения морду обратно в сумку и закрыл клапан.

– Прошу.

Судя по звукам, Хайден открыл дверцу кареты и пригласил пару внутрь. Зашуршало платье, скрипнула ступенька, дверца со стуком закрылась, и колдун быстро забрался на козлы. Заскрежетал металл, раздалось приглушенное тарахтение, и вскоре повозка тронулась, стуча колесами по мостовой.

«Нет, ну точно настоящий злодей,»– закипала я. – «Средь бела дня!»

Догадывалась, куда направлялся Хайден и мне это сильно не нравилось, однако, разрушать конспирацию колдуна и создавать ему проблемы не хотела, а потому сидела тихо и за все время поездки из сумки не высовывалась.

Некоторое время ехали молча, но затем из кареты раздались приглушенные голоса:

– Всё же какая жалость, совсем юная.

– Да, печально. И такая ужасная смерть. Говорят, от бедняжки почти ничего не осталось.

– Ох, дорогой, мы ведь забыли про цветы! Нужно обязательно купить по дороге корзинку. Руперт! – последовал глухой стук по дереву. – Останови у госпожи Бартенской.

– Да, Ваше Сиятельство, – откликнулся Хайден.

После цветочной лавки, пожилым господам потребовалось так же заехать в аптеку, чтобы купить для дамы нюхательные травы, и в итоге поездка заняла у нас не меньше часа. Когда движение кареты замедлилось, я всеми волосками ощутила исходившее от Хайдена напряжение. Послышались шаги, звуки отодвигаемой на окне занавески.

– Доброго дня, Ваше Превосходительство. Можете проезжать, – сообщил гнусавый голос.

Медленно повозка покатилась вперед и снова остановилась через несколько минут. Вокруг было шумно, раздавалось множество голосов, звон посуды, играла легкая музыка.

– Отнеси эти цветы в часовню.

– Да, мадам.

– Графиня, мы вас уже заждались! Идемте скорее, сейчас подадут ваши любимые рыбные закуски.

– Руперт, жди нас у главного входа через два часа.

Пожилая пара удалилась, Хайден направил повозку дальше, но вскоре затормозил и открыл сумку. Я высунула голову, втягивая носом свежий воздух, и озадаченно посмотрела на колдуна. Он скинул треуголку и стянул плащ, достал из сумки очередной мешочек и спрятал его во внутренний карман фрака. Затем Хайден совершил очередное колдовство, не иначе, он вывернул наизнанку плащ и тот превратился в красивую бархатную накидку алого цвета. Накинул её на левое плечо и закрепил с двух сторон воротника, полностью укрыв левую руку, сумку и меня.

От быстрого шага ткань накидки колыхалась, позволяя увидеть через небольшую появляющуюся прорезь проблески окружения. Хайден оказался внутри здания и поднялся на верхние этажи. Как и прошлым днем, он двигался без единого звука. Он зашел в светлую просторную комнату с большими окнами и приблизился к комоду. Заглянув во все ящики, он затем двинулся к высокому столику с зеркалом и открыл все стоящие на нем шкатулки, пошарил в них рукой, но почти сразу закрыл и вышел. Он заходил из одной комнаты в другую, проверяя шкафы, комоды, письменные столы, но каждый раз уходил ни с чем.

Как оказалось, злодей пришел не для того, чтобы проститься с покойной. Он здесь что-то искал. Когда Хайден закрыл очередной ящик, я почувствовала, как он набрал полную грудь воздуха и медленно бесшумно выдохнул.

Он спустился вниз и покинул здание. Неспешно прошел мимо слуг и других гостей, которые, как я успела увидеть, тоже носили на плечах накидки в тон своим одеяниям. Если на него и обращали внимания, то не задерживали его надолго. Наконец Хайден оказался перед большой часовней с каменными колоннами, широкими светлыми окнами и куполом из прозрачного стекла. Неслышно открыв массивные двери, Хайден проскользнул внутрь, в огромное помещение, посреди которого на постаменте стоял золотой гроб.

Хайден шагнул вперед и резко остановился, так как рядом послышались всхлипывания. С другой стороны постамента, опустившись на колени, сидел юноша с непослушными каштановыми волосами и тихо плакал. Колдун застыл на месте, и, кажется, собирался отступить обратно к двери, но тут молодой шатен поднял голову, покрасневшие светло-карие глаза расширились, он быстро поднялся на ноги, поправил кроваво-красный мундир и торопливо произнес:

– Я не слышал, как вы вошли. Я…

– Мне жаль, что всё так вышло. Соболезную, – тихо сказал Хайден.

Принц Кариан, а это был именно он, отвел взгляд, у него задрожали губы, а глаза снова увлажнились.

– Красивое украшение, – колдун указал на ожерелье, которое сжимал в руке принц. – Если не ошибаюсь, именно по нему опознали леди Касарийскую.

– Да, – сдавлено ответил Кариан. – Оно принадлежало моей матери. Я не знал её, но все говорят, что королева была очень доброй и чуткой. Такой для меня была и Ванесса, – молодой принц шмыгнул носом, перебирая в пальцах перламутровые бусины. – Это ожерелье я подарил ей в день нашей помолвки, и с тех пор она никогда его не снимала.

Он поднес украшение к губам и прошептал:

– Её больше нет. А я даже не смог проводить душу любимой в царство Теосфоса.

Кариан открыл крышку гроба и опустил в него ожерелье. Сведя брови, он сердито процедил:

– Я ведь понял сразу, в тот день, когда она пропала. Помолвочный браслет порвался еще до наступления ночи.

«Интересно, должно быть, именно так в книге принц и понял, что убил невесту. Порвавшийся браслет…»

– У тебя теперь есть новый, – довольно грубо заметил Хайден.

– Что? – принц захлопнул гроб и резко развернулся.

– Я слышал, младшая принцесса Триториса весьма капризна, вряд ли она обрадуется тому, что её жених так горячо страдает из-за прошлой пассии.

Кариан сжал кулаки и шагнул в сторону Хайдена.

– Да как ты смеешь, – начал принц, но одернул себя, остановился и, вскинув подбородок, холодно произнес: – Вы, кажется, забыли с кем разговариваете.

– Прошу прощения, Ваше Высочество.

Видимо, не мне одной послышалась в голосе Хайдена легкая издевка, нижняя губа принца задрожала, крылья его носа раздувались, а глаза метали молнии.

– Кто вы такой?

Хайден, вероятно, собирался что-то ответить, но в этот момент со стороны двери послышались приближающиеся шаги. Принц спешно отошел к окну, поднял с пола черный плащ и накинул его поверх алого мундира, открыл створки и, обернувшись, всё еще сердито сказал:

– Я забуду вашу неучтивость, если вы забудете, что меня здесь видели.

– Можете на это рассчитывать, – хмыкнул Хайден, наблюдая, как младший принц Мегалихора перелазит через окно и исчезает в высоких кустах.

Спрятав в карман фрака мешочек, который колдун до этого незаметно вытащил, он укрылся в тени за одной из каменных колонн. В часовню вошли двое слуг, они внесли две большие корзины белых цветов, оставили их возле стены, рядом с десятком других и удалились. Подождав еще несколько минут, Хайден вышел из укрытия и приблизился к гробу. Он открыл крышку и достал украшение, затем сунул его ко мне в сумку и направился к выходу.

Я заторможено перебирала лапами крупные бусины, медленно осознавая, что злодей только что украл ожерелье у покойницы. А меня, получается, сделал соучастницей! Повезло, что магический мешочек заглушал любые звуки, исходившие от колдуна, иначе бы по округе разнесся мой негодующий вой.

«Формально, ожерелье принадлежит Ванессе, а раз я за нее, то мы его, считай, и не украли»,– мысленно утешала себя, пока Хайден беззвучно передвигался по саду.

Он остановился и снова вытащил мешочек из кармана. Я поспешила заткнуться.

– Леди Алиана, – учтиво произнес Хайден, отчего я чуть не подавилась воздухом.

«О, не-е–ет… Они всё–таки встретились!»

Девушка в закрытом б