Трудно быть первыми

В шалаше не очень темно, свет от костра проникал черезоткрытый полог и окрашивал оранжевыми бликами тёмные шкуры над головой,подстилку из сухой травы, лицо Лу.

От тишины и монотонных действий клонило в сон, и Ара изовсех сил боролась с дремотой. Нет, поняла вскоре, если не освежится, топопросту уснёт, и сестричка останется без лечения.

Вышла из жилища. Тишина. Все спали. Лишь у костра сиделСанк, следит за огнём.

Ара приветливо махнула ему рукой и ушла за освещённый круг.

Ночная роса уже упала на землю. Она-то Аре и нужна. Походилапо ней босыми ногами, сон вмиг ушёл, провела руками по траве, а потом ими же,мокрыми, по лицу. Всё, теперь уже не уснёт. Вернулась к сестре.

В шалаше за это короткое время почти ничего не изменилось,по-прежнему сонно дышали братья, по-прежнему мать лежала на боку, обнимая младшегосына, но Лу...

Глаза её были широко открыты, взгляд направлен вверх, губычто-то шептали.

Ара сначала обрадовалась, подумала, что сестричка пришла всебя. Но сестричка не пришла в себя, и девушка вскоре это поняла. Глаза еёвидели что-то иное, а не их потолок из звериных шкур. Не видели они и Ару, какне пыталась девушка обратить на себя её внимание.

Ара наклонила ухо к самым губам сестры, стараясь понять, чтоона шепчет без остановки, но разобрала лишь несколько слов:

- ... злые лохматые волки... грызут... окружили... рыжие...нет спасения... мать уходи... уходи... не успеешь... братика жалко...

Вскоре Лу замолчала, закрыла глаза и уснула. А утром всталакак ни в чём не бывало. От недавней болезни не осталось и следа, сама же она ничегоне помнила. Даже то, что болела. Но она маленькая, может, просто не смоглаобъяснить или понять. Ара тоже выкинула из головы страшные слова, мало ли что вжару ребёнку привиделось? А чуть позже всё и началось.

И только сейчас Ара стала понимать. А не те ли злые волкинапали на них, что мерещились сестрёнке в бреду? Толку от того, что онивыглядели как люди. Ничего доброго и человеческого в них не было.

Рыжие. В волчьих шкурах на плечах. Большие и лохматые.

А ведь мать могла бы спастись, но побежала в шалаш замладшим сыном, за тем самым, которого обнимала и согревала ночами. И не успела.Они все не успели.

Знакомая тоска наполнила сердце. Но Ара усилием волипрогнала от себя воспоминания о тех, кого потеряла. Только не сейчас. Нельзявсе силы отдавать тому, что ушло.

...А перед гибелью отца... Ара нахмурилась. Лу тогда тожележала в жару. И тоже что-то такое было. Сама Ара не слышала, но матьрассказывала. Что-то... про тёмную тучу, которая скрыла отца...

Тогда на её слова Ара совсем не обратила внимания, нотеперь... Может быть, Лу и гибель отца предвидела?

Такое возможно? Или голова Ары одурманена бедами последнихдней и уже совсем перестала соображать?

И теперь вместо того, чтобы спешно искать лекарство длясестры, она стоит перед лесом, раскрывши рот, и вспоминает про минувшие болезнисестры в то время, когда та лежит совсем беспомощная.

Ара тряхнула головой, отгоняя мысли. Всё. Надо вниманиенаправить только на траву.

Девушка ускорила шаг - ничего похожего на миряник. Арапобежала. Время идёт, а она с пустыми руками... Ничего.

Впереди показался довольно широкий лесной ручей. Это хорошо.Бегая без ориентира в незнакомом лесу, она рискует заблудиться, теперь же будетдвигаться вдоль ручья, чтобы вдоль него же и вернуться. Шагнула в холоднуюводу. Потом побежала.

Сколько времени прошло? Ара поглядела на солнце. Далеко оназабралась. Скоро день будет уходить, а она по-прежнему пустая. Ара почувствовалнервную дрожь нетерпения. Да что же так не везёт!

Вон он! Красно-коричневые невысокие заросли миряника рослина другом берегу. Девушка поспешила прейти. Но услышала странные звуки.

Ара остановилась. Что это?

Тук-тук-тук…

Так бьётся сердце? Только где-то далеко-далеко. Девушкапоглядела вдоль русла. Ничего не видать. Только лес, и ручей скрывается взарослях.

Тук-тук-тук…

Может, где-то там живёт бог? И это его сердце стучит?

Ара долго слушала, пытаясь понять звук. Потом опомнилась,кинулась рвать траву. И вскоре с охапками побежала назад.

Глава 7

Когда Ара спешно спускалась к стоянке, то где-то назадворках сознания ей смутно показалось, что сделала это как-то быстро и ловко,но над причиной этому не задумалась. И вновь разочарованные Гёра и Локпроводили её хмурыми взглядами.

Неужели их сегодняшний труд такой незначительный инезаметный? Пусть Ара не поняла, когда бежала вверх, тогда они только началисвоё приспособление. Но потом целый день усовершенствовали конструкцию, и,возвращаясь с охапками какой-то травы, Ара не могла не заметить, что сталоудобнее. Но - не заметила.

- Пойдём рыбу ловить.

- Может, гарпуны сначала сделаем?

- Пока их нормально сделаем, поздно будет. Давай гарпунамизавтра займёмся, а сегодня как-нибудь так.

- Мотка уже, кажется, что-то поймала.

Девочка тащила в шкуре свою добычу.

- Мотка, как сегодня улов?

- Нормально, - Мотка развернула шкуру.

- А-а, молодец. Но надо бы ещё.

- Конечно ещё надо.

Со стороны шалаша послышался стон.

- Что там? - спросила у ребят перепуганно.

- Кида ребёнка рожает. Нас прогнали оттуда.

- Правда? - глаза Мотки загорелись любопытством. Вот таккаждый раз, самое интересное происходит где-то и с кем-то, а не с ней. - Толькоидите выше по течению, я здесь уже всю распугала.

Мотка поспешно кинула рыбу бабке.

- Почистишь сама, ладно?

- А ты куда?

- Я... приморилась, пойду отдохну.

- В шалаш не ходи, - приказала бабка. И Мотка закривилагубу.

- А Лу?

- С Лу сейчас Ара. Девка, вроде, пришла в себя.

- Пойду посмотрю на Лу, - сообразила Мотка и всё равнопронырнула в вожделенный шалаш.

В ближнем углу женщины окружили Киду. Туда сначала и сунуласвой нос Мотка. Но с противоположной стороны её заметила Ара, позвала.

Мотка, выворачивая шею, пошла в дальний угол, где наподстилке сидела Лу.

- Посмотри за ней, - Ара кивнула на Лу. - Она проголодалась,со вчерашнего дня ничего не ела. Пойду что-нибудь принесу.

- Лад...но, - но Мотке Лу была сейчас совсем неинтересна,происходящее у женщин её занимало больше. Ара поняла.

- Пойдём, Лу, наружу, - взяла девочку на руки.

- Я сама нозками могу, - сообщила ей та.

- Знаю, что можешь. Я так... Мне хочется.

Лу благодарно обняла старшую сестру за шею тёплыми руками.

Прошли к костру. Здесь Фена ловко чистила рыбу одну задругой, вымазывала глиной её жирные бока и засыпала горячими углями. Горкаготовой рыбы лежала на зелёных листьях лопуха в ожидании ужина.

- Я покормлю Лу? - спросила Ара.

Сегодня все остались без обеда. Мужчины как ушли с утра влес, так пока не возвращались. А женщины не садились без них. Не то, чтобы этобыло запрещено, но... Как-то не лез кусок в горло, когда кто-то далеко работалголодным.

Но не дети.

- Бери, милая. Выздоровела? Хорошо. Теперь надо поесть,чтобы болезнь не вернулась. А ты куда бегала? - спросила бабка у Ары.

- Да за миряником ходила, еле отыскала, а он, похоже, непригодился.

- Что ты! Не пригодился. Мы его сейчас насушим, и он будетпод рукой на случай, если кто заболеет. Мотка! А где она? У-у-у, шлёндра.

Бабка ловко подхватилась и с рыбиной в руке шмыгнула вшалаш.

- Лу, у тебя головка болит? - Ара с облегчением и некоторымудивлением смотрела на весело жующую сестру. Вот опять так же, как и в прошлыеразы, словно и не лежала без сознания с пылающими щеками всего лишь некотороевремя назад.

- Неа, - синие глазёнки широко раскрылись. - А у тебя?

- Тоже нет.

Но облегчение было недолгим. Страх снова нашёл дорожку всердце, затуманивая его дурным предчувствием. Не будет ли вновь каких-либо бедпосле очередной болезни сестры? Как-то всё непонятно.

Когда она чуть раньше вернулась с миряником, Саха встретилаеё доброй вестью.

- Вроде у Лу всё прошло.

Женщина уступила место возле девочки.

- Если я тебе буду нужна, позови, - и Саха поспешила к Киде.

Нужна? Ара не знала, был ли в её отсутствие бред у сестры, иговорила ли она что-нибудь. Спросить у Сахи? Ара сомневалась. Не хотелосьтревожить ещё и её. Тем более, эти страхи похожи на глупую выдумку её дурнойголовы. Но всё же надо проверить, только словно невзначай.

Вскоре бабка вывела Мотку из шалаша, проворно тыкая в её спинурыбьей мордой.

- Ишь ты, притомилась она, отдохнуть захотела, - возмущённо ворчалаона. - Иди-ка к нам, тута мы тебя и взбодрим, и дело по душе найдём. Видишь во,милая, травка? Насушить надо. Работа нетрудная, заодно отдохнёшь.

Мотка так тяжело нагнулась, с таким кряхтением выпрямлялась,так неспешно повернулась, что стало понятно - девку здесь совсем не жалеют, иона держится из последних сил.

- Ничего, ничего, - продолжила ворчать бабка. - Небось ненадорвёшься, - но глаза тревожно глядели внучке вслед. Может, и вправдузагоняли бедную?

Мотка знала бабкин характер, и поэтому шла медленно, чутьприхрамывая то на одну ногу, то на другую.

Фена держалась. Но когда Мотка схватилась рукой за поясницу,словно она у неё уже отваливается от непосильного труда, бабка вскочила:

- Ара, почисти рыбу, - и побежала к внучке.

Ара поглядела им вслед, слегка улыбнулась, потом взялась зарыбу. Лу сидела рядом, задавала вопросы:

- А у лыбки это глазик? А лыбка там плавала? А она кусается?А мне мозно её тистить?

Вскоре подошла Саха. Ара погладила сестрёнку по белёсымволосам.

- Лу, иди-ка спроси у Мики, что он там делает.

Мика елозил голой попой по песку у самой воды.

Лу послушно побежала к мальчику:

- Мика, сто ты тут делаес?

- Ба-ба-ба-ба, - Митка ещё не умел разговаривать, но Лу егопонимала и без слов.

- Одним мужчиной в нашем племени стало больше, - объявилаСаха, потягиваясь словно со сна.

Ещё бы! Целый день из шалаша не выходила, спина, руки, ногизамлели.

- Хорошо, - улыбнулась Ара. - Как Кида?

- Спит. Думаю, у нас получилось.

Раньше в племени искусной лекаркой была старая Раха. Никтоне был готов занять её место. Но пришлось спешно учиться.

- Когда Лу пришла в себя? - Ара решилась узнать про сестру.

Саха потянула верхнюю рыбину за хвост, стала помогатьчистить.

- Вскоре после твоего ухода она вдруг открыла глаза исказала...

- Что?

- Я не запомнила точно. Что-то странное. «Они услышалиангела...». Или «они почуяли ангела...». И будут искать его. Или хотят найти.Это был бред. Меня Лу в тот момент не видела и не слышала. А потом закрылаглаза и заснула. И перед твоим приходом проснулась совсем здоровой.

- Я благодарна тебе, Саха, за твою доброту.

- Ну что ты. В нашем маленьком племени теперь по-другомунельзя... Иначе пропадём.

Глава 8

Первый день в новой жизни закончился. Вечером костёр освещалсидящих вокруг людей. Как за день ни устали, всё равно не спешили ложиться.Всем хотелось посидеть, поговорить, посмотреть друг на друга, словом,убедиться, что они справились сегодня, а, значит, есть надежда, что справятся ивпредь, со всею дальнейшей жизнью, сколько бы она не длилась.

Делились событиями.

- Мальчик - это хорошо, - радовались мужчины, бросаяодобрительные взгляды на Киду, лежащую тут же у костра. Ара с Сахой помогли ейвыйти к соплеменникам. У её груди сопел розоволицый младенец.

- Если б девка, то тоже неплохо, - не совсем согласиласьФена.

- И, наверное, это хороший знак, что в первый же день нашеплемя пополнилось, - задумчиво произнесла Саха, глядя на родные лица.

Трудно привыкнуть к тому, что осталась такая горстка людей.

И печаль тихой тенью опустилась на сидящих...

Вела смущённо заёрзала. Саха ещё не знала, что их племяпополнилось не только младенцем. Никто не знает. И лучше им пока не говорить.

Ёжичек махонький пыхтел в кустах. Ну как его бросить в техкустах одного? Пропадёт же. И Вела взяла его к себе, спрятала в самый дальнийуголок шалаша. Там у неё уже лежали котята.

Но про котят племя знает, она несла их в руках – не бросила.А кошка пропала. Ну ладно, хоть котята целы остались.

- Нашли место для зимовья? - нарушила бабка установившеесяна некоторое время молчание и первой перешла к делу.

Она почти самая старая в племени, ей больше всех было жальпонапрасну тратить оставшуюся жизнь.

- Нашли, - неспешно ответил старейшина. - Пришлось походитьнемало, но есть доброе местечко. Там и начнём свой новый дом. Завтра Лека и дедостанутся здесь. Надо инструмент какой-никакой готовить. Вот они и займутся.

Лека виновато вздохнул. Нога болела, и сегодня он доставилбольше хлопот, чем пользы.

А дед - самый старый. Старше бабки. Сколько ему годовисполнилось, он не помнил, а другие не удосужились посчитать. Сам дед заявлял,что уже видел столько зим, сколько на ином дереве веток не бывает. Значит,много.

Под бойню тогда не попал по чистой случайности, на берегу,много ниже селения, долбили с Назом из дерева лодку, не слышали ничего.

Его-то потом Наз и тащил всю дорогу, несмотря на вопли:«Брось меня, дурень, мне всё равно где помирать».

Вот не помер. Но ходок из него был неважный. И теперь наслова старейшины он молча почесал седую лохматую голову. Хотел что-товозразить, но передумал. Не бывает пользы от стариков. Ушло его время. Знать,напрасно Наз мучился, его сюда тащил.

- Мы опять уйдём на целый день, - продолжил старейшина. -Лок и Гёра пойдут с нами, посмотрят дорогу, потом вернутся сюда. Они будуткаждый полдень еду нам приносить, чтобы мы не бегали взад-вперёд - путьнеблизкий. А то до вечера голодными быть тоже тяжело.

Лок и Гёра кивнули, мол, поняли. Старейшина посмотрел на ихчуть печальные лица, сдержал улыбку, лишь уголки губ чуть дрогнули.

- Это вы хорошо придумали с откосом, - старейшина сменилтему и указал на крутой берег.

И тут же раздался всеобщий гул одобрения. Заметили все.Понравилось всем. А вот поблагодарить никак не получалось. То ребят рядом небыло, то другие дела выбивали из памяти благодарность.

Мальчики засмущались. Оно нехорошо, когда не видят твоегостарания, но и когда крепко сильно заметили, тоже неловко.

- Ну... наверное, пора отдыхать.

Старейшина встал, поклонился женскому полукругу:

- Благодарю за пищу, - пошёл в шалаш.

Было уже поздно, и почти все спали, когда старейшинапочувствовал толчок в руку. Он приподнял голову - Ара.

- Чего тебе?

- Я сегодня брела вдоль лесного ручья. И слышала стук. Каксердце. Тук-тук... тук-тук... тук-тук. Только где-то далеко. Какое-то большоесердце. Может, там живёт бог?

Старейшина помолчал, подумал.

- На днях сходим, покажешь место...

- Слышал? - раздался шёпот в углу шалаша.

- Слышал.

Глава 9

На рассвете племя разбудил дикий вопль.

Все вскочили. Женщины кинулись к детям, мужчины приготовились отдать жизнь недёшево. Кида укрыла младенца своим телом. Все были готовы к новым неприятностям. Неужели передышка была такой короткой?

Оказалось, нет никакого нового нападения, вернее, может, и было, но только на Мотку.

Пока оглядывались по сторонам, пока выясняли, кто кричал и по какой причине, Мотка уже сидела вся виноватая и с большой скоростью строчила оправдания, нещадно преувеличивая свои впечатления:

- Дух... Дух земли приходил к нам. Серый, страшный, носатый. Фыркнул недовольно мне в лицо, я и проснулась. Открыла глаза, а он на меня смотрит. Глазами прямо в мои глаза...

- Где? Где он? - все понимали, что духа увидеть просто так не удастся, и он уже, скорее всего, спрятался, замаскировавшись в одну из теней, но всё же оглядывали шалаш.

- Вон он, - вновь завизжала Мотка, и Вела бросилась спасать своего ёжика, пока разгневанное племя не выплеснуло на него своё недовольство.

- Тьфу ты, - переводили дыхание перепуганные мужчины и женщины.

- Ты что? Духа от ёжика отличить не можешь? - завопила возмущённая бабка.

Мотка сконфуженно умолкла. Надо же, столько народу, а эта гадкая животина прибежала её будить. Не могла выбрать кого другого. Бабку, например.

Но постепенно общий гнев развернулся в сторону Велы. Та сидела на коленях посреди шалаша и прижимала к груди колючий клубок.

- Это ты его сюда притащила?

- Ну, а кто ещё? Мало нам котят, теперь ещё ёжиков давайте разведём.

- А я-то думаю, куда она молоко с рыбой таскает.

- Глядите, кабы змеи не поползли. От Велы всего можно ожидать. В прошлом году медведя приволокла.

- То медвежонок был...

- Тихо! - угомонил соплеменников старейшина. - А ты, девка, выкидывай ежа вон. Нечего ему среди людей делать.

- А пропадёт? - заплакала Вела.

- Чего ему пропадать, здоровому такому? Цел будет.

- Она о ёжике переживает. А о нас кто будет переживать? - буркнула Мотка. Они с Велой ровесницы, но как-то не подружились.

Утро началось. Все, зевая, разбрелись по своим делам. Но нервная дрожь не сразу улеглась. Особенно долго дрожали руки у деда, даже онемели немного. Но он постарался скрыть это. Да скрывай - не скрывай, а старость - не радость, все это прекрасно понимают.

Ара поглядела на сестричку. Спит. Только на другой бок повернулась. Щёчки чуть тёплые, как и положено. Пусть спит. Рано ещё.

Девушка пошла умываться к реке. Забрела выше по течению, подальше от мужских глаз, решила искупаться. Вода казалась ледяной, но лишь сначала. Вскоре тело привыкло. Когда выбралась на берег, оно наполнилось внутренним жаром.

Посмотрела на свою одежду. Не хочется надевать. Не всякое животное носило бы на себе то, что ей приходится. Но ничего. Мужчины уйдут, она быстренько свяжет себе что-нибудь из листьев и веток, а накидку постирает. К вечеру та высохнет, и будет она в чистых заячьих шкурах чувствовать себя гораздо лучше.

А вообще - беда с одеждой. И раньше выбор был небольшой, а теперь в чём были, когда на них напали, в том и остались.

Лучше уж не приглядываться и не принюхиваться. С трудом натянула. И вовремя. Наз. Подошёл, сел на песок. Молчит.

Ара вздохнула, села рядом, вытянула всё ещё мокрые ноги.

- Как ты?

Девушка пожала плечами. Что тут ответить?

- Трудно привыкнуть... Но я стараюсь.

- Хочется сделать что-нибудь для тебя.

- Ты и делаешь... Для всех. А, значит, и для меня.

Ара мельком взглянула на парня. Красивый. И так похож на своего брата, что сердце от тоски сжимается.

«Не подходи ко мне. Не напоминай мне о нём», - такие жестокие слова того и гляди вырвутся сами собой. Но разве это будет правильно? Разве справедливо? Не виноват Наз, что брат погиб, а он остался. И не надо ему знать, что Ара временами невольно думает, что лучше было бы наоборот.

Глава 10

Лайя резко остановилась. У реки сидели Ара и Наз, лишькакие-то кусты отделяли её от этой пары. Сердце болезненно заныло от ревности.Ей бы повернуться и уйти, чтобы не видеть, но сил не было. Так и стояла -наблюдала.

Молчат. Смотрят на текущую воду. И на эту тихую уединённостьЛайе хотелось наслать громы и молнии.

Но она этого сделать не могла. И девушка в бессилии сжалакулаки.

Но она может попросить у гневного духа неба, когда придётвремя. Когда он нагонит чёрных туч в своей ярости, она обратится к нему сжалобами.

Разве Ара не имела до недавнего времени жениха? Жениха, скоторым была неразлучна многие годы? Жениха, который уже строил шалаш, чтобы вскором времени им объединиться в семью? Имела, это все знают. И что же теперь?Когда тот погиб, ей нового подавай? Быстро же она заменила возлюбленного.

Наз... С самого раннего детства ей предназначенный. Такбабка говорила, а она понимала в таких вещах. Нет теперь бабки, но еёпредсказания Лайя не забыла. И бабке своей верила без сомнения.

Бабка Раха умела не только людей лечить, она видела силутравы, она общалась с духами. Лайя упрашивала бабку и её всему научить, таобещала скоро начать, да не успела. Видать, не сказали ей духи о том, что жизньзаканчивалась. А может, и сказали, да поздно было.

Вот Лайя и осталась без бабки. Вот и бродит под луной,пытаясь вымолить у духов себе силу. Но пока всё впустую. Не слышат её духи. Атеперь ещё и Наза потерять? Подарить Аре, которой и так всё легко достаётся?Нет...

Мрачные мысли прервала Иза, девчушка, которая на этом светепрожила только шесть зим, и которую вытащила из бойни на своей спине Саха.

Она пропылила мимо Лайи, не обращая на неё внимания изапищала:

- Наз, иди, там тебя все зовут.

Наз поднялся и пошёл, не оглядываясь на Ару. Лайя ушла чутьв сторону, чтобы не встретиться с парнем. Боялась, что боль и ярость всё ещёотражаются на её лице.

Иза побежала следом за Назом.

- Я тебя искала-искала. Там уже собрались в лес идти,зимовье строить. А ты забыл? Тебя старейшина звал...

Лайя поглядела вслед. Наз идёт... как-то плавно, словнокакое-то животное. Девушка не могла вспомнить, где она видела такую красивую исильную поступь. Она смотрела, пока парень не скрылся, смутно чувствуя, как вдуше переплетаются наслаждение и боль.

Потом повернула к берегу. Ара по-прежнему сидела на песке.Поколебавшись, Лайя шагнула туда же.

- Сижу, обсыхаю, - Ара улыбнулась. - Побудь со мной.

Лайя молча села на место Наза. Потом почувствовала, что этослишком близко к Аре - отодвинулась.

- А хочешь - искупайся. Вода приятная.

- Не хочу. Я ночью купалась.

Ара пристально вгляделась в лицо Лайи, сказала серьёзно ичуть удивлённо:

- И как ты не боишься?

- Ты же помнишь мою бабку? Вот и я такой буду. Дай срок.

- Бабка Раха имела большую силу и власть. Без неё нам тяжелобудет... Впрочем, как и без других.

- Ты имеешь в виду Аза? - Лайя видела, как боль исказилалицо Ары. И эта боль отозвалась в её сердце острой жалостью и тут же смениласьзлорадством.

Лайя со вздохом опустила голову. Хотела Ару задеть, а ранилаи себя заодно. Словно сердце у неё двойное, и страдает она от этого раздвоения.

Но Ара по-своему поняла её вдох. Она покрыла своей ладоньюруку Лайи. Та едва сдержалась, чтобы не выдернуть свою. Её будто обожгли языкипламени. Хотя ничего горячего не было. Прикосновение было лёгким и шершавым. Ивсё же неприятным.

- Мы выдержим, - сказала Ара.

Лайя ещё ниже опустила голову.

- Ой, - засмеялась вдруг Ара, - какие же мы с тобой чушки.

Лайя не поняла. Посмотрела на Ару. Выдернула свою руку -наконец, провела по щекам.

- Нет, с лицом у тебя всё в порядке. Я про одежду.

Лайя поглядела на засаленные плешивые шкуры. Тут они с Аройна равных.

- Давай сейчас сплетём что-нибудь из растений. Давай-давай,- девушка вскочила, потянула Лайю за руку. - У нас вдвоём что-нибудь получится.Вот увидишь. Такую красоту наведём!

Глава 11

Санк никак не мог найти себе подходящую копалку. Был у негоиз дерева хороший сук - острый и широкий, да сломался. Вот в поискахподходящего орудия он и побрёл куда глаза глядят. Хорошо бы найти каменистоеместо. Без подходящих камней, как без рук.

Оглянулся на своих товарищей, пока их не скрыли лесныезаросли. Стучат дружно в землю, не жалея сил. Наз, не увидя его рядом, завертелголовой. Повернулся, увидел.

Санк не стал кричать, молча показал пустые руки. Наз понял,кивнул головой. Санк шагнул дальше, скрываясь среди деревьев.