Параллели сердец

Когда просыпаешься с мыслью о том, что сегодня будет новая пакость? Тебе было весело? Отвечай!

Она почти кричала, её глаза наполнились слезами, но она упрямо сдерживала их.

Стас резко вскочил со своего места и в несколько шагов оказался рядом с

Юлей. Его лицо было искажено смесью эмоций — вины, гнева и

чего-то похожего на отчаяние.

Девушка сидела неподвижно, словно статуя. Ни один мускул не дрогнул на

её лице, хотя внутри всё трепетало от напряжения. Она знала, что сейчас

решается что-то важное, но не могла позволить себе показать слабость.

Никто не знал, где она, даже собственная мать, которая, казалось, давно

махнула на неё рукой.

— Ты права, я не знаю, что это такое! — его голос дрожал от эмоций. — И да, мне было весело! Было!!! Но когда ты, не раздумывая, сунула руку в

огонь… ― он замолчал, пытаясь подобрать слова. Меня самого окатило

жаром.Я почувствовал себя такой гнидой… А ещё я испытал страх. Не за то, что меня накажут. За тебя.

Он отодвинул соседний стул и сел так близко, что Юля могла почувствовать его дыхание. В комнате повисла тяжёлая тишина.

— Чего ты хочешь? спросила она, наконец, внимательно изучая его лицо. В

её глазах читался вызов и настороженность.

Стас поднял на неё взгляд, в котором читалась искренность:

— Я не знаю… Прощение просить глупо. Ты не простишь. Я бы не простил.

— Ты — не я, ― тихо произнесла она. Но ты прав, я не прощу. Мои вещи

уже постирались? Мы можем вернуться в город?

Стас поднялся, его движения были резкими и нервными:

— У твоей рубашки нет ни одной пуговицы. Я дам тебе свою. Возвращать

не нужно.

Юля последовала за ним, её шаги были уверенными, но внутри всё

сжималось от напряжения.

Когда они оказались в прихожей, Стас неожиданно остановился:

— Можно один вопрос? Кто изображён на том фото, ради которого

ты полезла в огонь?

Юля замерла, её взгляд стал отстранённым:

— Мой отец.

Эти слова ударили по Стасу словно молния. Его лицо побледнело, по телу

пробежала волна мурашек. «Этого не может быть!» ― пронеслось в ег