О чем молчат легенды. Любовница врага

— Абсолютно исключено, — ответил Анорм. — Хочешь ещё что-нибудь, кроме воды?

— Нет. Где я?

— Скоро поймёшь, — он встал и отошёл в сторону. — Как только начнёшь соображать — сразу вспомнишь, кто мы. Остальное додумаешь без труда.

Да, нужно подождать, пока разум прояснится. Сейчас лучше всего помолчать. Неизвестно, на каком языке я начну болтать в таком состоянии и о чём вообще могу проговориться. Только что я чуть не спросила Анорма, не связан ли он как-то с рыцарями святого Грааля.

Зрение не возвращалось, зато появилась тошнота. Зачем меня привязали? Я могла бы встать и поискать санузел.

— Анорм, её сейчас вырвет, — раздалось из-за спинки кровати.

Одна моя рука оказалась свободной. Кто-то рывком наклонил мою голову с койки, кто-то подставил большую миску. Меня выворачивало долго и мучительно. Как же стыдно от своей беспомощности и от чего-то ещё. Постепенно пришло осознание, что из одежды на мне мало что осталось. Боже, что со мной случилось? И это имя — Анорм — вызывает тревогу. Такое ощущение, что имя я давно знаю, а самого человека — нет. Я никогда не видела этого элегантного брюнета с орлиным носом.

— А она забавная, — прямо над ухом сказал Анорм. — Надо же, всерьёз собиралась позвонить отсюда своей родне.

Вокруг творилось что-то странное, но я никак не могла понять, что именно.

— Как ты нашёл их, Король? — снова голос невидимого председателя.

— Эту — с лёгкостью, — ответил Анорм. — Я был уверен, что кто-то из них пойдёт сегодня к Вильгельму. Правда, ожидал, что пошлют барышню постарше.

Король? Я машинально потрясла головой, пытаясь привлечь туда хоть какое-то объяснение происходящему. Зря я это сделала. Организм бурно отреагировал на тряску, меня снова начало выворачивать. Зато в голове немного прояснилось. Председатель — это не должность, а кличка. Вернее и должность, и кличка. А Король…

Король Анорм! В мозгу будто взорвался фейерверк, перед глазами заскакали разноцветные пятна. Председатель… Господи, как бы я хотела ошибиться! Но это даже не догадка, а полная уверенность. Совсем рядом двое из самых опасных врагов, и они знают, откуда я пришла в мир. Король, он же Анорм — второй рыцарь Грарга, правая рука самого Каитона. А Председатель — легендарный Жермон, он проводит все советы судей со дня основания граргского суда.

Меня затрясло крупной дрожью. Что это? Я никогда не выдавала страха. Ах да, они что-то мне вкололи. Наверное, это реакция на препарат.

— Замёрзла? — бесстрастно спросил Анорм, всё ещё придерживая меня над посудиной.

Я с трудом подняла голову. Его лицо вырисовывалось почти чётко. Во всяком случае, у Анорма были уже один нос и два глаза.

— Жермон, а она начинает соображать! Судя по выражению лица, ты уже вспомнила, где слышала о нас. Для лучшего разумения предлагаю холодный душ.

Что-то щёлкнуло, мои руки стали свободными, Анорм рывком поднял меня с койки и поставил на прохладный паркет. Стены шатались, пол закачался под ногами, и Король крепко поддержал меня.

— Спасибо, — машинально выдохнула я.

— Девица хорошо воспитана, — донёсся сквозь шум в ушах насмешливый голос Жермона.

Сильные руки долго подталкивали меня вперёд, затем чуть приподняли, куда-то поставили. Окончательно я пришла в себя от холода. На меня лились струи воды — то тёплой, то прохладной, то ледяной.

— Н-не надо, — попыталась выговорить я.

— Молчать! — отрезал Анорм.

Туман постепенно рассеялся, пол перестал качаться.

Я стояла в открытой душевой кабине, а Анорм, скинув пиджак, поливал меня из душа.

Как я попала к судьям? Что происходит? Я машинально попыталась прикрыться руками. Господи, я же стою перед врагом почти без одежды!

Анорм выключил душ.

— Теперь вижу, что ты пришла в себя, — холодно произнёс он. — Можешь воспользоваться унитазом. Мокрые тряпки сними и оставь здесь, на полу. Одежды для тебя пока нет, завернёшься в это полотенце. Я подожду у двери.

Анорм вышел. Я потёрла виски. Надо срочно восстанавливаться. Рядом враги, а я плохо соображаю и еле реагирую на происходящее. Даже чувство опасности не всегда работает.

Я умывалась ледяной водой, пока зрение полностью не прояснилось.

— А ты чего здесь? — донёсся из-за двери голос Председателя.

— Пусть привыкнет немного, — ответил Анорм.

Я торопливо замоталась в полотенце. Странно, зачем они притащили меня сюда? Да ещё и возятся, откачивают. Если бы знали, что я благословенная — убили бы сразу, ещё в Ранове. Зачем я понадобилась судьям Грарга?

Анорм распахнул дверь и резко произнёс:

— Пошли!

На ногах я пока держалась слабо. Враг снова провёл меня по длинному узкому коридору, поддерживая за плечи. На вид это место напоминало гостиницу: по обеим сторонам были многочисленные двери, пол устилала красная ковровая дорожка. Только стены в гостинице никак не могли быть расписаны граргскими символами: кипарисы с воронами на ветвях, пятиконечные звезды с надписью Грарга на лучах, кинжалы, с разных сторон пронзающие небольшую золотую чашу. Из проколов чаши текла кровь, к ней ползли отвратительного вида змеи.

Меня снова начало мутить, и я перестала разглядывать настенные росписи.

— Как я сюда попала?

Как ни странно, Анорм мне ответил.

— Для рыцарской дочери ты удивительно беспечна, даже не оглядываешься, когда идёшь по улице. Маленький укол, незаметный для окружающих, — и твоё бесчувственное тело усаживается в машину. Вот только дозу немного не рассчитал. Хватит вопросов, скоро всё узнаешь. Закрой глаза.

Мы остановились у коричневой деревянной двери почти в конце коридора. Я вздрогнула и обернулась. Чувство опасности резко дало о себе знать. Только бы не поддаться панике!

— Закрой глаза, — ледяным голосом повторил Анорм.

Я подчинилась: надо держаться, как обычный человек. Слабость ещё не прошла, я всё равно не смогу ничего сделать. Для начала надо выяснить хотя бы, что это за место. Если я хочу отсюда выбраться, придётся изобразить паиньку. Они поверят, потому что я действительно напугана, а приспешники Грарга чувствуют страх.

— Иди, — приказывал Анорм, направляя меня руками. — Теперь садись. Ложись. Не открывай глаз. Вот так. Не вздумай вырываться, будет хуже.

Мои руки снова крепко привязали к койке.

— Удивительно послушная девочка, — издевательски-одобрительно сказал Председатель. — По-моему, она вообще ничего не соображает, Анорм.

— Им по-прежнему всё объясняют перед свадьбой, — хмыкнул Король. — А в миру девица совсем недавно. Наверняка толком ни с кем не общалась, некому было просветить. Странно, что её выпустили так рано, не побоялись, что уступит, так сказать, мирским соблазнам. Открой рот! — приказал он.

Во рту у меня тут же оказалась какая-то тряпка.

— Теперь можешь открывать глаза, — разрешил Анорм.

Я огляделась, и дыхание перехватило, словно чья-то рука крепко сжала горло. В безликой комнате без окон, с белыми стенами и белым потолком, освещённой лампами дневного света, стояли ещё четыре койки. К каждой были привязаны девушки чуть старше меня. Все незамужние и все — наши, из тех, кто учился в миру. Слева — Джули, двадцать лет, медсестра из Нью-Йорка, напугана больше, чем я, взгляд совершенно безумный. Справа — Ванда, тоже благословенная, по документам — Валентина. Ей тоже двадцать, училась на психолога в Ростове-на-Дону. Ванда лучше всех из молодых умеет владеть собой, по выражению её лица ничего не понять. Это её голос я слышала, теряя сознание. Ванда из последних сил посылала всем сигнал об опасности.

Наши глаза встретились. Её взгляд ожил, стал предостерегающим.

"Что происходит?" — послала я мысленный вопрос.

"Ты нас выдашь! — молнией пронёсся в голове ответ Ванды. — Всё потом!"

"Ванда, они не видят…"

"Могут почувствовать. Прерви связь!"

Ванда отвела взгляд, обмен мыслями прекратился. Она права, я потеряла голову, а судьи и правда могли почувствовать наш разговор. Взгляд Анорма стал пристальным, тяжёлым. Неужели что-то успел учуять?

Я торопливо перевела взгляд на остальные койки. За Вандой — девятнадцатилетняя Лиза, хорошенькая блондинка. Она, как и я, училась в кулинарном техникуме, но в Екатеринбурге. На чуть выдвинутой к двери койке у стены — её ровесница, рыжеволосая Люси из голландской высшей музыкальной школы. Очень плохо, Лиза и Люси слабее нас троих. Обе в панике смотрят на судей.

Всё это не может быть правом победителя. Но что происходит? Такого никогда не было!

— Анорм, четвёртую трясёт. Может, укрыть?

Председатель сорвал с меня мокрое полотенце и накинул вместо него колючий плед.

— Смотрят все осознанно, — проговорил Анорм. — В обморок никто не упал. Самое время поговорить.

Он обвёл нас откровенно-оценивающим взглядом.

— Вам оказана великая честь, — холодно начал Король, — вдохновлять наших воинов на победы и служения. Двадцать два рыцаря Чаши были убиты рыцарями Грарга, в том числе это произошло и в городах, где вы учились. Мы сочли вас достаточно привлекательными, чтобы привезти сюда. В этом доме вы будете делать всё, что вам прикажут. Можете сразу оставить надежду выбраться отсюда. Вас не найдут. Сюда, как и в пещеру великого Грарга, могут прийти только наши рыцари. Побег невозможен, на протяжении нескольких километров — земля Грарга, здесь ваша светящаяся дорога не откроется. Вам лучше сразу смириться и начинать привыкать к этому месту. Скоро я впущу сюда двух парней, которым предстоит посвящение. Они ещё люди, и смогут подготовить вас к встрече с остальными.

Общий смысл ясен. Анорм намерен оставить нас здесь надолго, о подробностях лучше пока не думать. Джули, кажется, в полуобмороке. Ванда с откровенной ненавистью слушает издевательски-торжественную речь.

Анорм замолк. Он подошёл к Ванде и накинул на её побелевшее лицо тонкий сиреневый шёлковый платок.

Я на миг прикрыла глаза. Жаль, так нам с Вандой станет сложнее общаться: мысли будут немного запаздывать. Скорее бы она настроилась на разговор. Я уже готова. Стоит Ванде захотеть что-то сказать мне — и связь благословенных восстановится.

Жермон шагнул ко мне с синим платком в руке.

— По-моему, девочка до сих пор не понимает. Я бы с удовольствием всё объяснил ей, Анорм, — протянул он.

Голову будто сжали в тисках. Перед глазами возник чёрный туман, он заволакивал всё вокруг. Все мысли рушились, осталось лишь одно слово: "Опасность!"

"Попытайся успокоиться!" — резко включился в голове встревоженный голос Ванды.

Да, она права, надо взять себя в руки. Если я случайно нас выдам — будет гораздо хуже. Пелена перед глазами немного рассеялась.

— Так объясни, — со смешком ответил Король. — Только на словах. Я притащил сюда девицу не для того, чтобы ты её убил. Хотя, признаюсь, собирался привезти именно эту девочку специально для тебя. Повезло, даже искать не пришлось.

— Знаешь мои слабости, — неторопливо проговорил Жермон. — Юная красотка из древнего рыцарского рода. Рыженькую ты, конечно, прихватил для себя?

"Только не сорвись, Злата! Мы ничего не можем сделать!" — метались в моей голове мысли Ванды.

"Ванда, тебе самой нужно успокоиться".

Между тем Председатель принялся рассказывать, что и как происходит, когда мужчина и женщина уединяются. Какая гадость, оказывается!

— Как думаешь, Анорм, если я сейчас немного развлекусь, это ей повредит?

— Хочешь эксперимента — проводи его не с моей добычей, — отмахнулся Король. — Удержись на сей раз, старый чёрт. Когда это станет безопасно, развлекайся сколько угодно. Можешь сразу её и забрать. Хотя нет, извиняюсь, я пообещал её Адриану. Он готовит для девчонки что-то особенное.

Адриан? Я чуть не вздрогнула, сообразив, о ком идёт речь. Приспешник Грарга с чёрным кольцом. Очень опасный, сильный воин. Да, пусть лучше отдадут ему меня, чем остальных. У меня и у Ванды хватит сил выдержать то, что сразу сломает Лизу и Люси. Джулия тоже вряд ли сломается, но она физически слабее нас.

— С чего такой интерес? — полюбопытствовал Жермон.

— Её отец его убил, не припоминаешь? Вы с Гербертом и Лили благодаря Татьяне уехали, а остальных перебили и сожгли. Адриан только сегодня возродился, да и то потому что Лили подбила нескольких наших скинуться ему на жизнь. Злой сейчас, конечно. А тут такой подарок — дочь врага. Ему вообще безразлично, сколько девчонке лет и как она выглядит. Это будет приятным сюрпризом.

Жермон накинул мне на лицо платок. Так гораздо лучше, я хотя бы не вижу их. Представляю, сколько силы получают судьи от наших эмоций. Комната переполнена нарастающими страхом и отчаянием.

Смех, шаги, хлопок двери. Слёзы покатились по щекам. Двадцать два убитых рыцаря… Среди них почти наверняка оказался мой брат, он совсем неопытный боец. Жив ли отец?

Как же жутко лежать вот так с закрытым лицом и ждать бесчестия и боли.

Щёлкнул выключатель. Свет погас, меня окружила пропитанная страхом тьма. Я знала, что могу встретить смерть в любую минуту, но не думала, что это произойдёт так скоро. Сколько мне осталось часов? Или дней, недель, месяцев? Мне страшно. Так страшно, как не было никогда.

Глава 5. Таня Синица

— Не думал, что они тебе ответят, — хмуро сказал Мартин. — У тебя действительно сложились дружеские отношения с этой компанией.

Он был бледнее, чем всегда, лицо напоминало застывшую бесстрастную маску.

— Война… — как заведённая, повторяла я. — Война…

Вильгельм обнял меня и прижал к себе.

— Да, это объявление войны, — жёстко произнёс Мартин. — Такого никогда не было. Сегодня они нанесли удары по нескольким странам, — Мартин перекрестился. — Двадцать погибших, в основном молодые, неопытные, но двое — старые бойцы. Мы не можем найти четверых наших девушек, и все они учились в городах, где были убиты рыцари.

— Враги направили удары во все стороны, на всех, кто попался под руку, — тихо сказал Вильгельм. — Когда погибли рыцари, защита девочек пала, их могли захватить приспешники Грарга. Злата отвечает на звонки?

— Пока нет.

Мартин побледнел ещё сильнее и снова схватился за телефон.

— Теперь мобильный выключен, — глухо произнёс он. — На квартире по-прежнему никого.

— Неужели добрались и до неё? — с тревогой спросил Вильгельм. — Таких, как она и Ванда, сложно поймать и тем более удержать.

— Если захватили Ванду — могли добраться и до Златы. Для рыцарей чёрных колец или судей это сложно, но возможно, а в Марске есть и тот, и другая.

Я попыталась поскорее вникнуть в поток информации. Пропала девушка, и Мартин думает, что к этому приложили руку Герберт и Лили. Но я не в состоянии такого представить. Они могли убить двух молодых рыцарей, которых считают врагами, но вряд ли устроили бы охоту за какой-то Златой с земли святого Грааля, только потому что она живёт в их городе.

— Подождите, — вмешалась я. — Почему вы решили, что девушки пострадали? Может, они просто чем-то заняты? Или гуляют и не слышат звонков?

— Это исключено! — раздражённо бросил Мартин, меряя шагами комнату. — Они не из этого мира, Татьяна! Это ты можешь гулять и не слышать звонков, а Злата сразу услышала бы нас в любое время.

— Мартин, не повышай голос на мою жену! — резко перебил Вильгельм. — Таня тут вообще ни при чём. Мы искали весь день, — хмуро объяснил он мне. — Были на квартирах, в университетах и колледжах. После гибели рыцарей девочек никто не видел. Одним из первых убили отца Ванды, а недавно — брата Златы.

— Когда они успели добраться до Златы? — лихорадочно шептал Мартин. — Я пытался связаться с ней сразу, как только узнал о ребятах. Попробую наведаться к твоим… — он осёкся и с отвращением продолжил: — друзьям. Может, она ещё жива.

— Бессмысленно, Златы там нет, — остановил его Вильгельм. — Ты слышал разговор. Вика в эйфории после серьёзного дела. Герберт с ней и в игривом настроении. Зная привычки судьи Лилианы, могу сказать, что она где-то празднует и заявится домой только к утру. Зачем им Злата? Враги сделали то, что собирались, и теперь расслабляются. Хотя если ты туда явишься, отпор дать смогут. Сомневаюсь, что они вообще знали о девочке. Свою новую стражу Герберт и Лилия всерьёз не воспринимали. Вряд ли они что-то выясняли о ребятах, уж сёстрами и невестами точно не интересовались. Кстати, Вика не веселилась бы так, если бы Герберт и Лилия уволокли Злату с собой. Вспомни, как она разозлилась из-за истории с Сюзи.

— Но где тогда Злата? — рявкнул Мартин. — Они считают Марск своим городом. Кроме них, никто не может служить Граргу на той земле. Лилиана совсем недавно показала всему ордену, что будет с тем, кто станет действовать в Марске без её разрешения.

— Не знаю, где Злата, но точно не у них, — Вильгельм прижал меня к себе чуть сильнее. — Мартин, эти двое всегда выбирали достойных противников. Ну не могли они ради развлечения тронуть девушку, которая кажется безобидной! Скорее я поверю, что Герберт и Лилия явятся сюда и дадут нам бой вдвоём против троих. Вот это им было бы интересно.

— А ребята? Они были достойными противниками для судьи и рыцаря чёрного кольца? — горько спросил Мартин. — Герберту и Лилии могли приказать захватить Злату, и тогда им пришлось бы это сделать. Злата — не твоя Синичка, они не знают девочку и против своих из-за неё не пойдут. А самое страшное — Злата по молодости могла чем-то выдать себя.

— В чём выдать? — не удержалась я. — Мартин, им всё равно, что Злата имеет отношение к святому Граалю. Ни Герберт, ни Лили не тронут того, кого не считают опасным врагом.

— Это уже не твоё дело! — резко ответил альбинос. — Есть вещи, о которых тебе не стоит знать.

— Не доверяете? — прищурилась я. — Тогда какого чёрта забирали меня из Марска? Могли бы оставить всё, как было, с совестью всегда можно договориться. Правда, Мартин?

Альбинос подавился воздухом и кашлянул, Вильгельм на несколько долгих секунд опустил глаза. Опять я выругалась, да ещё и нахамила Мартину. Надо лучше следить за языком и придерживать его хотя бы при Вильгельме. Я снова причинила мужу боль.

— Синичка, это слишком серьёзно, тебе действительно лучше не знать подробностей, — мягко сказал Вильгельм. — Дело не в доверии. Ты можешь случайно проговориться Герберту, Лилии или Вике, а последствия будут ужасны. Злата не совсем обычная, и она — действительно серьёзный враг Грарга. Если Злата выдала себя, для неё было бы лучше сразу умереть.

— Может, позвонить Лиле? Она знает обо всём, что происходит… — я вовремя замолкла, подавившись словами "в её городе". — В Марске.

— Попробуй.

Вильгельм отпустил меня. Я снова схватила подаренный Гербертом айфон.

— Привет, дорогая, — весёлый звонкий голос подруги заглушала громкая музыка. — Подожди, я ничего не слышу.

Мартин посмотрел на моего мужа и печально кивнул. Наконец-то он поверил, что судья Лилиана не имеет отношения к исчезновению девушки.

— Кажется, у вас сегодня было тихо, — раздался из трубки голос Лили.

Музыка слышалась уже в отдалении.

— Отмечаешь победу? — хмуро спросила я.

— Ага. Совету моему последуй поскорее. Пару лет, конечно, не пообщаемся, зато будешь в безопасности.

Я увидела, как руки Вильгельма сжимаются в кулаки. Мартин напряжённо прислушивался к разговору.

— Я так понимаю, ты сейчас не одна? — жизнерадостно продолжала судья. — Могу повторить совет для того, кто его не слышал.

— Не надо. Лили, тебе имя Злата что-нибудь говорит?

— Я слышала это имя, — после паузы ответила подруга. — Но с самой девицей, на её счастье, не знакома. Для неё это только к лучшему: меньше знаю — дольше спокойно проживёт, — Лили отчётливо хмыкнула.

— Насчёт спокойной жизни ты ошибаешься. Злата вроде бы совсем недавно пропала. На вашей территории мог действовать кто-то ещё из Грарга? — задала я главный вопрос.

— По идее, нет. Всякое бывает, но сообщения о нарушении не поступало. Хотя есть те, кто имеет право действовать на любой территории… — Лили снова замолкла на пару секунд. — Знаешь, вполне возможно. Анорм сегодня носился по всему земному шару, мог и к нам заглянуть. Ты вообще с этой пропащей знакома?

— Нет.

— Тогда не вижу смысла обсуждать тему. Между прочим, — почти прошептала она, — учти на будущее, что по новому закону Грарга мы не имеем права отпустить никого из близких к Чаше. Иначе ни один защитник не сможет избавить нас от пыток и казни. Ты, правда, вне закона, так что можешь смело приходить в гости.

— Я поняла, — с трудом выговорила я.

— Ну и славно. А теперь я с тобой прощаюсь. На связи. Пока, дорогая!

— Пока.

Я отложила трубку.

— Значит, Анорм, — тихо произнёс Мартин, прикрывая рукой усталые глаза. — Он мог потащить Злату куда угодно, мы не сможем быстро её найти. Видимо, остальные тоже у него.

Меня охватила ярость. Перед глазами встало полутёмное помещение, свечи, едкий дымок, люди в красных мантиях за длинным прямоугольным столом. Совет судей Грарга. Горло как будто снова щекотнул запах раскуренных Лили благовоний. Девушек может ждать то же самое сборище. Только сомневаюсь, что Лили пустит в ход те же запахи (*Таня попала на совет судей Грарга в романе "Жёны проклятого рыцаря").

— И вы вот так просто их бросите? — взорвалась я. — А если бы там была ваша дочь? Что бы вы делали, Мартин?

Альбинос молча потёр виски, качая головой.

— Злата и есть его дочь, Танюш, — тихо сказал Вильгельм. — А один из погибших в Марске ребят — сын. Сейчас Мартину нужно держаться, у нас нет времени на скорбь.

— Я собирался к ним через несколько дней, должен был стать их наставником, — прохрипел альбинос. — И не успел! Такая нелепая смерть. А Злата? Сколько ещё она может прожить? Час, два? Или её уже нет?

— Где Эдик? — вздрогнула я.

А вдруг следующий удар направят на него? Парень совсем недавно в миру. Его легко было бы заманить в ловушку.

— В своей комнате, — хмуро ответил Вильгельм. — Переживает одну из первых потерь. Он вырос с погибшими ребятами, так же как ты — с Викой. А так как мужчине плакать не положено, он закрылся и переживает в одиночестве.

— Эдик, — Мартин поднял голову и глубоко вздохнул. — Как хранитель святого Грааля, я запрещаю тебе идти в Марск. Предоставь это мне. Ты, конечно, думаешь о мести, но ты останешься здесь и о каждом своём шаге будешь извещать наставника. Возражений не принимаю, — добавил он явно в ответ на какую-то реплику. — Ты не готов к встрече с такими противниками.

Посреди комнаты возникло слабое свечение. Из него вышла красивая блондинка с наивным взглядом. Я пару раз моргнула. Вроде не мерещится. В квартире действительно из ниоткуда появилась зеленоглазая девушка с косой до пояса, одетая в длинную юбку и свободный свитер.

— Убиты все рыцари из Нью-Йорка, — со слезами в голосе произнесла она. — С Джулией не могут связаться.

— Татьяна, это Сюзанна. Сегодня мы разрешили ей выходить с дороги прямо в квартиры, — глухо произнёс Мартин, взгляд рыцаря выражал нечеловеческую боль. — Она сообщает последние новости. Сюзи, это Татьяна, жена Вильгельма.

Я кивнула ей. Сюзанна смерила меня презрительным взглядом. Скорее всего, это та самая Сюзи, которая встретилась в роще с моими марскими друзьями. Разумеется, она слышала об истории с правом победителя и уже составила обо мне не лучшее мнение.

— Я должен идти, — сказал альбинос. — Татьяна, благодарен тебе за помощь. Попытаюсь найти Анорма.

Мартин шагнул в светящееся посреди комнаты пространство и исчез в яркой вспышке. Я снова моргнула.

— Ты не пойдёшь, Вильгельм? — спросила Сюзанна.

— Нет, Сюзи. Я приду на похороны. Сейчас я не могу всё бросить и уйти. А вот Таню я бы с тобой отправил.

Я резко дёрнулась в сторону, подальше от свечения.

— Я без тебя никуда не пойду! Ты слышал, что сказала Лили. Меня никто не тронет.

— Синичка, любимая, это ненадолго, — с нажимом произнёс Вильгельм. — Мне было бы спокойнее знать, что ты в безопасности.

— У меня опять есть защита. О какой опасности речь? Я останусь с тобой.

Да что же это такое? Не успела я вернуться к мужу, как он говорит о расставании.

Вильгельм снова обнял меня.

— Хорошо, останешься. Успокойся, Синичка.

Сюзанна испепеляла меня взглядом.

— Вильгельм, — наконец, произнесла она, — мне пора. Кто-нибудь идёт со мной?