![Гигатуннели. Трилогия](/covers_330/69578536.jpg)
Полная версия
Гигатуннели. Трилогия
– Кто же там обитает? Если убежище, то от кого, если тюрьма, то какое количество заключённых там, если только в Луганске туннель не один километр. Хотя, чего я удивляюсь, ведь если в коробке житель под три метра, то для них семь-восемь метров – это особо и не высота. Картинка начала складываться.
В голове пронеслась фраза, о котором он уже и забыл – «почему холод»?
– Вот здесь и загвоздка, если холодный металл они носили на груди, значит они не боялись холода. Пришли к нам с севера в тепло? Вот здесь уже нелогично, если прятались от воды, то рядом у нас море, так сказать, под боком. Горы в Закарпатье, и они невысокие, хотя… – задумался майор.
Почесал голову.
– Но в шахтах не холодно, хотя, когда бежишь от угрозы, не ищешь особо уютных мест. Главное, чтобы тебя не убило и было где пережить угрозу, но если ты не знаешь, когда она пройдёт? Ты строишь себе дом и могилу в одном месте, чтобы дожить свой остаток жизни. Они не планировали выходить обратно, вот почему мы не можем туда попасть, гермодвери закрылись навсегда. Потому этот бедолага и не смог попасть туда, даже имея на шее ключ. После щелчка на замке гермодверь не отворится, и бункер навеки захлопнет двери. Это не туннели, а бункер.
Майор начал быстро читать остальные папки, в которых одно и то же. Казалось, что вереница информации о гигатуннелях топчется вокруг десятка дверей, которые невозможно отпереть. Но когда он дошёл до последней и осознал, насколько всё серьезно, он быстро бросился к телефону. В трубке зазвучали знакомые гудки, и на той стороне ему ответил знакомый хриплый голос старого чекиста.
– Мне надо взглянуть на дверь в Припяти! – быстро проговорил майор.
– Почему именно ту дверь? – недоуменно спросил старик.
– Она не заперта, и я знаю, как её открыть.
Майор повесил трубку, быстро забрал пластину и надел на шею и пошагал к выходу. Хотя минут через десять он осознал, что заблудился, но увидел вдали стену. Он быстро к ней пошагал и начал идти мимо неё, ведь рано или поздно дойдёт до нужной стороны, где есть выход. И не прогадал, через полчаса похода по-над стеной он увидел знакомую дверь и дёрнул за ручку.
Вдруг дверь открылась, и он увидел знакомые лица.
– Поехали! – проговорил старик.
* * *Доехав до места, они прошли сразу за периметр, ограждённый огромным забором. Через КПП пропустили без досмотра после показанных удостоверений, один из охранников хотел лично провести троих чекистов к месту, но ему старик категорически отказал.
Действия происходили вдали от майора, он рассматривал окружение и, посмотрев на молодого, спросил:
– Зачем такой забор и столько охраны?
– Парень, это военная база, но поговаривают, что здесь ещё какая-то секретная лаборатория, но об этом… – молодой чекист не договорил фразу, но поднёс указательный палец к губам.
– Понял, молчу.
Когда старик подошёл к ним, они двинулись за ним, ведь даже молодой не знал, где находится вход. Но старик как будто здесь не первый раз и ему не привыкать, он уверенно шёл вперёд и так быстро, как будто он молод и свеж. Это сразу заметил майор, ведь по виду старику уже далеко за пятьдесят, а морщины и усталый взгляд говорили о многом. Но парень решил не усложнять и лишь в голове прокручивал мысль о том, а реально ли сможет он открыть ворота, если нет, то что ему придётся говорить в случае неудачи.
Когда они были на месте, майор улыбнулся, ведь он понимал, что эти двери единственные отличаются от других. Если те были просто круглыми воротами в полу, словно огромный канализационный люк с большой крышкой, то сейчас они стояли перед дверью, которая выступала из-под земли, а вокруг неё была земля, которая её окружала, и лишь с одной стороны двери откопали. Остальные стороны не отчистили, но они были бы тоже металлические, словно большая металлическая коробка, которая стоит на земле с одной дверью, которая открывается словно лифт.
– Ты же знаешь, что с ней делать? – спросил старый чекист.
Майор не ответил и начал осматривать дверь, притрагиваясь к ней, он чувствовал знакомый холод, который на данный момент излучает металлическая пластина на его груди. Хотя под ней майка и рубашка, но он всё так же чувствует холод.
– Можно лопату или чем-то очистить вот здесь? – быстро спросил майор и указал рукой на правую часть двери.
Старик как будто прочитал мысли парня и достал из плаща маленькую сапёрную лопатку.
– Эта подойдёт?
– Ага, спасибо.
Майор аккуратно начал очищать сторону, пока не появилась прямоугольная выемка. Он начал её осматривать, а затем тыкать рукой и пальцами, пока не открылась панель с 15 клавишами и монитором, которые быстро засветились. Хотя всё было на неизвестном языке, но цифры немного узнавались.
– Откуда ты об этом узнал?
– У любой двери должен быть замок, если на самой двери нет скважины или какой-либо панели, то с какой-то из сторон мы её найдем. Эта дверь единственная показалась мне очень знакомой, она похожа на лифт, огромных размеров, под пять метров. Но жители подземелья должны как-то открывать двери.
Он снял с шеи пластину и начал искать место, куда можно было её вставить. Но, не найдя разъёма, думая, что это метро, он просто приложил вначале к цифрам, а затем к монитору, и дверь начала медленно открываться. Майор быстро вернул пропуск на шею и посмотрел на двух чекистов.
– Ну, что взглянем изнутри на гигатуннели? – с улыбкой проговорил майор.
Глава 2. Туннели в неизвестность
Понятно, что туда сразу не отправились три чекиста, но старик собрал большую экспедицию. Много вооружённых солдат, учёные и, конечно, майор, который и пригодится в длинном пути. Когда лифт начал опускаться с сотней человек, никто не подумал, что он может оборваться. Возможно проржавели тросы, но нет – все сели спокойно и поехали вниз.
Конечно, все спустились на первый этаж, который был ближе к поверхности. Хотя даже туда спускались минимум пять минут, а то и все десять. Пока лифт совершал спуск вниз, майор не знал, как всем, но ему точно заложило уши. Казалось, что рядом стоит странный гул, который и глушил им уши. Майор посмотрел на других, как они кривлялись, кроме старика: он открыл рот и так странно стоял. Майор сразу осознал, почему старик так стоит, так не закладывало уши, и майор сделал также.
В голове мысли путались и рисовали странные для майора картины. Он не мог назвать себя религиозным и откидывал от себя мысль, что они спускаются в ад. Только внутреннее чутьё било тревогу, и он понимал, что это чувство просто так не тревожит по пустякам. Сколько раз его не подводило шестое чувство, предупреждало об опасности или необходимости повернуть в этот поворот, чтобы отыскать нужную зацепку, и ещё ни разу не промахивался. Возможно, невидимая рука ведёт его в нужном направлении и в то место, где он должен быть.
Но сейчас всё нутро подсказывало, что вниз ему не надо, там будет что-то ужасающее, но что именно – его мозг не мог подсказать. Ведь даже этот лифт отличался от наших не только размером или дизайном, который выходил за рамки нашего понимания, но и сами кнопки с экраном на нём. Ведь самих кнопок нет, лишь их очертания на экране, куда нажимаешь пальцем, и лифт начинает движение. Ничего подобного в 1983 году у нас нет, лишь кнопки включения или выключения. Даже сами лампочки, которые излучали свет, в лифте не были похожими на наши, словно мелкие точки на потолке излучали свет, они настолько мелкие, даже меньше иголки, но все вместе выдавали отличный свет. Смотря на них, не надо было щуриться, ведь этот свет не обжигал глаза, даже если смотреть на обычную 100-ваттную лампочку, через время глаза начинали болеть. А здесь смотри сколько угодно, даже в глазах не помутнеет.
Следующее, что майора удивило, это нереальный цвет лифта. Странный синеватый цвет металла удивлял своей палитрой, казалось, что здесь несколько синих оттенков. Но всё это игра света, ближе подходишь к той или иной стороне – синий цвет становился темней. Начинаешь отдаляться от стены – она постепенно начинает бледнеть, цвет превращается в светло-голубой.
Но майор смотрел вперёд, где была дверь, и ждал, когда они доберутся до первого уровня. Ведь на экране этажей было двенадцать, ему даже страшно было представить, сколько надо ехать до самого нижнего уровня и вообще, что там может быть на такой глубине. На первый ехали почти десять минут.
Когда лифт остановился, дверь начала открываться сама по себе, и вооруженные солдаты передёрнули затворы и приготовили своё оружие. Когда дверь полностью открылась, в туннеле начался зажигаться свет от лифта и дальше в бесконечность. Ведь по-другому это не передать, майор смотрел вдаль, а лампочки всё включались и включались, и казалось, там, вдали, не закончится это включение света.
– Быстро наружу! – прокомандовал старый чекист, и солдаты покинули лифт, заняв круговую оборону на случай появления врага. – Не открывать огонь без моего разрешения! – снова скомандовал старик.
Когда военные стали вокруг входа в лифт, за ними прошагал спокойно старик. Выйдя, осмотрел туннель, махнул рукой, и они с учёными вышли. Когда майор это всё увидел, то открыл рот от удивления, ведь ничего подобного на земле нет и не может быть.
Казалось, что они попали в Метро, но с одним отличием, размеры были невероятными. Хотя, в отличие от метро, это была не станция, и можно было продолжить путь дальше ногами или слева и справа сесть на поезда или на те штуки, которые стояли по обе стороны от лифта, одна в одну сторону, а другая в другую. Подойдя ближе, майор не увидел рельсы, но и колёс у этих вагонов не увидел, они будто парят в воздухе. Вниз спускаться не решился, но, наверное, они потом узнают, что это за пародия на вагоны.
Смотрел на разные статуи и барельефы, которыми была украшена эта станция и этот туннель. Майор видел гигантов, которые стояли, словно подпирая потолок, лица были схожими с людскими, с бородами, но вот уши были словно плавник рыбы. Где были улыбки, зубы тоже были не людскими, заострёнными, словно каждый зуб – это клык. Пальцы и руки без перепонок, но у каждого по шесть пальцев, у многих мужчин были длинные волосы собраны в косу, словно это викинги. Одежда на них была в обтяжку, с необычными орнаментами и формами, казалось, будто это их кожа, но видны были рукава и воротники. Хотя они все были из белого мрамора, но так отчётливо передавали каждую складку и морщину.
Впереди майор увидел знакомую эмблему, она была вдали, словно огромный кристалл, который немного светился. Вот этот свет его и начал манить к себе, бирюзовый оттенок то загорался, то погасал, словно передавал в его голову азбуку Морзе.
Ноги майора невольно зашагали туда, и его никто не остановил, когда вдруг старик увидел его, шагающего к кристаллу. Он свистнул майору, и его в момент словно бросило в жар.
– Ты чего, студент? – проговорил старик.
– Я это, хотел посмотреть на этот кристалл, – ответил ему и быстро прошагал к нему. – Можно ведь?
– Только далеко не уходи, будь в поле моего зрения.
– Хорошо! – крикнул ему и прикоснулся к кристаллу. – Это эмблема этой расы, но зачем здесь? – сам себе проговорил майор.
Вдруг увидел знакомый дисплей с кнопками и мониторчиком, быстро прикоснулся к нему пропуском. Над кристаллом появилась голографическая девушка этой расы и посмотрела на майора. На неизвестном языке заговорила с ним, но майор не понимал. В этот момент военные навели прицелы на девушку, но старик рукой остановил один ствол, а остальные опустили свои сами.
– Студент, что ты вытворяешь? – прокричал чекист.
– Я это, здесь такой же замок, я думал, что ещё что-то откроется, а появилась эта девушка. Но она не настоящая, а проекция или наподобие того.
Он рукой провел через неё, а она, будто призрак, продолжала на неизвестном языке что-то говорить, а затем перестала. Девушка посмотрела на парня, а остальных будто не замечала.
– Я тебя не понимаю! – прокричал майор, сложив руки у рта, как рупор. – Вообще не понимаю! – с улыбкой покачал головой.
– Язык был подобран, малочеловеческий язык установлен для носителя знака антарктов. Теперь вы можете управлять своим голосом. Чтобы вы хотели узнать?
Все медленно подходили к этой девушке и смотрели, что происходит. Ведь у многих в голове не укладывалась, что они нашли туннель не инопланетян, а расы, которая жила здесь до людей.
– Кто вы такие? – быстро спросил майор.
– Мы раса антарктов, прибыли на этот материк с Антарктиды, что находится на юге планеты. Мы самые южные жители планеты Земаины. Здесь создали туннельные города, чтобы укрыться от великой войны рас. Апокалипсис уничтожил всё живое на поверхности, потому мы давно строили эти бесконечные туннели для того, чтобы здесь упокоить нашу расу.
– Здесь еще живёт ваша раса, или вы давно вымерли? – быстро спросил майор, посмотрев на девушку.
– На данный момент все антаркты давно погребены, а я голографическая проекция нашей императрицы.
– Что здесь вас погубило? – не успокаивался майор.
– Скверна и вечная тьма со своими теневыми монстрами, которая устроила на нас охоту и изменила многих моих соплеменников. Одни превратились в демонов, другие в монстров, а остальные погибли, сражаясь с ними.
– Что такое скверна и откуда появилась эта вечная тьма?
– Мы толком не знаем, но, если тьма приходила в город, на междугороднюю станцию, и не было ни у кого рядом спасительного света, то она поглощала всё живое, потому не входите во тьму туннелей, если нет фонарика или чего-то, что может испускать хоть малейший спасительный свет. К вам не могут притронуться, если на вас есть символ антарктов, мы не знаем, почему и как она проникает в наши города. Мы даже закрывали гермодвери каждого туннеля, но она как-то просачивается в наши дома. Она убивала нас тысячелетиями, пока не добралась и до имперской семьи, мы последние погибли в нашем бриллиантовом городе.
Все переглянулись и не могли поверить своим глазам и ушам. Майор посмотрел на главного чекиста и кивнул, они отошли в сторону и начали шептаться.
– Теперь вы выкладывайте всю информацию – для чего вам туннели? Какая опасность нависла над планетой? – быстро спросил майор и посмотрел в глаза старика, который отвёл в сторону.
– Над планетой завис большой космический корабль, прилетевший ещё в 30-е годы. Мы пытались его атаковать, когда впервые Гагарин его заметил, но все попытки были напрасны. Мы толком не знаем, кто там и что они хотят, но, как ты понимаешь, пришельцы не хотят с нами вести переговоры. Если они пришли нас убить, то так и будет. А эти города и туннели могут спасти наше население, когда корабль отправит залп из своих пушек.
– А вы не боитесь скверну и вечную тьму? А если они убьют человечество?
Старик взглянул на парня, положив на плечо руку, и опустил глаза.
– Мы быстрей уничтожим друг друга ядерными боеголовками. И весь Союз накроет покрывало ядерной зимы, запустим смертоносный газ по планете, который будет уничтожать всё живое. Мы привыкли лишь разрушать, созидать мы можем лишь в угоду себе и своему эго. Посмотри на эту цивилизацию, которую захватила война, ты думаешь, они строили гигатуннели просто так, они и сбежали под землю от войны, – старик посмотрел парню прямо в глаза. – Скоро будет новая война, и всё живое снова погибнет. Здесь у нас есть шанс выжить, гигатуннели – наше спасение.
Парень нахмурился, смотря на старика, который давно понимал смысл жизни, проработав столько лет чекистом. Который прошёл Вторую мировую войну, но пытается спасти человечество от него же самого.
– Вы хотите сказать, что скоро Третья мировая? – уточнил майор.
– Парень, это не мировая, а конец света. Когда мы обменяемся атомными зарядами с Америкой, нас не спасут даже пришельцы на орбите. Мир сходит с ума, и эти туннели – наше спасение, – свистнул в толпу людей, и подошёл парень. – Итак, товарищ Александр Романов-Санин – наш главный архитектор и создатель подземных бункеров по всей территории нашей страны. Мы сможем скрыть все эти упоминания об этих антарктах и переделать под себя?
– Конечно, я уже создал проект «гигатуннелей», где каждый город будет как отдельная станция метро. Мы проложим рельсы, ведь эти штуки, вроде, летают? Я сколько ни пытался найти, на чём стоят вагоны, так и не увидел, – уточнил Александр.
– Это магнитная левитация, – поправил один из учёных. – С помощью сильных магнитов…
– Спасибо вам! – перебил Александр. – Сделаем от шести до восьми уровней и один оранжевый, который будет объединять все туннели, его отдадим военным, чтобы они без проблем могли попадать на любой уровень. Последний уровень будет под жилые массивы для богачей и зажиточных людей… – его перебил майор.
– Разве у нас не социализм? Откуда богатые? Почему всем не дать место в этих гигатуннелях? – не верил своим ушам майор.
На него посмотрели чекисты и остальные члены экспедиции. Майор заметил улыбку на их лицах, а затем посмотрел в глаза старого чекиста, который смотрел на парня с холодными расчётами. Они видели в нём лишь ключ, чтобы попасть сюда.
– Используете и бросите? – уточнил майор. – Или, того хуже, убьёте?
– Почему это? – спросил старый чекист. – Ты нам ещё понадобишься. Пацан, ты уже получил дом в этом гигатуннеле, но если раскроешь рот, то получишь два на два на кладбище. Всё, что ты видел, засекречено, и одно слово обычным людям – и иы, твоя семья, близкие и те, кому проболтаешься, найдут место рядом с тобой на кладбище. Ты, возможно, забыл, нет никакого социализма, есть богатые, влиятельные и те, кто не имеет ничего. Те, кто при деньгах, получат место в туннелях, кто будут полезны здесь, – получат чуть хуже условия, но не умрут на поверхности. Ты показал себя с хорошей стороны и будешь называться моим другом, но дело твоё. Можешь всем раструбить о том, что мы нашли и что скоро конец света. Дурдом тебя заждётся, пришельцы и антаркты, гигатуннели, сам понимаешь, как это будет звучать на поверхности?
Майор не хотел верить во всё это, но понимал, что сразу отправится на корм червям. Лучше узнать, что будет дальше, и посмотреть не на одну станцию этих гигатуннелей и проехать в настоящий город, который спрятан там дальше, за километровыми туннелями. Жажда справедливости в майоре угасала, а вот поиск приключений в нём разгорался. Он посмотрел в глаза чекиста, протянул руку.
– Я с вами, но при одном условии.
– Каком?
– Моя семья пойдёт сюда со мной.
Чекист улыбнулся и пожал руку. Хотя старик щурился на него, словно швея продевала нить сквозь игольное ушко при плохом освещении. Он взвешивал все за и против, но осознавал, что майор им нужен, если смог их провести в эти гигатуннели.
– Думаю, большой дом для одного человека будет неуютен, потому сюда спустятся целые семьи. Но они должны узнать об этом месте лишь когда зазвонит телефон. Когда будете спускаться сюда на лифте, но не раньше.
– Хорошо, – улыбнулся майор. – Мы идем дальше или здесь останемся?
Экспедиция подошла к гигантскому поезду, попыталась войти, но безрезультатно, пока майор не открыл дверь с помощью пропуска. Чекист достал второй такой же пропуск и пошагал в голову поезда. Он попал в кабину, но все попытки запустить необычный поезд были тщетными. Пара учёных быстро начали нажимать кнопки, но всё так же он оставался неподвижным.
Потому экспедиция пошла пешком по платформе, слева и справа были пролёты для поездов-гигантов, а посередине была дорожка для пешего хода. Военные шли впереди и сзади, пока учёные всё осматривали и разглядывали. Майор шел поодаль от остальных, но возле военных. Он осматривал прекрасные барельефы, которые создала древняя раса. Украшены были обе стороны от поезда и весь потолок. Там были завоевания, пиры великанов и даже красивые балы. Там кто-то заметил динозавров, на которых передвигались великаны. Даже летательные аппараты, которые мелькали в газетах, о которых пытались умалчивать.
Майор понимал, что это очень давние художества, возможно, они их просто притащили с поверхности, чтобы не утерять своё наследие. Через несколько часов похода они дошли наконец до первой станции, и все открыли рты. Это реально был город с домами, улицами, парками и скверами. Там росла трава, деревья, и майор подошёл и сорвал цветок, который выдавал запах цветка – это была не проекция или искусственные цветы и деревья.
Но у всех были мурашки по телу от одной мысли, что живых здесь не было. Они прошли по домам, улицам, но ни одного трупа они не нашли. Будто все в один момент встали и ушли в другой город на соседнюю станцию. Ужасала мысль: кто за этим стоит?
Почему майор называл города станциями – потому что рядом была дорога с поездами, а напротив города была надпись на стене, как будто в подземке. Хоть не разобрать название на неизвестном языке, но сходство было очень сильным. На станцию можно было попасть по пешеходному переходу или на поезде. Городишко был небольшим, около сотни трёхэтажных домов в стиле дорогих частных домиков. Каждый дом окружён небольшим прозрачным забором из неизвестного пластика, который невозможно поломать или пробить пулей, один из военных попытался прострелить дверь забора, чтобы попасть внутрь. Пришлось перелезать и заглядывать в окна, все двери были закрыты, ни к одному не подходил пропуск майора. Прибор выдавал красный цвет и неизвестную надпись, хотя он догадался, что она означает: «заперто» или «отказ». Ведь хозяин пытался попасть в житомирский гигатуннель, наверняка там его дом.
Но, как говорится, стекло всегда поддаётся кирпичу или камню, когда они очутились внутри, то удивились размерам мебели и всего, что было внутри. Реально здесь жили гиганты, но три метра – этого мало для них. Но здесь мы увидели фотографии, разные чудные приспособления и вещи, которые можно было бы годами изучать. Учёные быстро по портфелям разобрали некоторые электронные вещи для дальнейшего изучения.
Видел на стене что-то наподобие телевизора, но необычной тонкой формы, были также тонкие приборы, они светились и затем погасали. Здесь было всё интересным для майора и остальных людей. На обследование города, по его подсчётам, ушло больше трёх часов, майор присел перекусить сухпайком, который ему выдал старый чекист и, налив чая, посмотрел на него.
– Ну что, не жалеешь об этом походе? – спросил старик.
– Конечно, нет, такую красоту не каждый день увидишь, но, как вы понимаете… – осёкся майор. – Что-то жуткое есть в этом месте, куда все пропали? Дома заперты, трупов нет, даже малейшей бойни здесь не было. Всё ухожено, как будто недавно косили траву, посмотрите в окно, там ещё лежит покошенная трава на улице.
Старик быстро подошёл к окну и посмотрел на майора. В голове проскочили мысли, и он быстро крикнул.
– Все быстро на пол!
Все упали на пол и поползли к чекисту.
– Что не так? – спросил майор. – Вы что-то увидели?
– Кто, по-вашему, мог косить траву? – быстро спросил чекист, лежавший на полу. – Что вы ещё заметили?
– Успокойтесь – это место само поливает траву и косит, наверное, какие-то приборы автоматизированы, которые без живых людей работают. Как наши конвейеры, включил кнопку, и оно само собирает что-то. Просто у нас оно примитивно, а здесь, наверное, уже есть роботы, которые и управляют по хозяйству. Фантастику читали? Наверное, нет. Так вот, здесь всё будет долго жить, пока не сотрётся механизм, но, как показывает практика, их металл не уничтожить и не переплавить. Этот сплав вечный.
Все быстро поднялись на ноги и посмотрели на старого чекиста. Майор улыбнулся и присел на большой диван.
– Меня всё же пугает исчезновение целого народа. Они же где-то до сих пор ходят? Трупы живые, или как нечисть какая-то, или их трупы роботы утилизировали, но факт остаётся фактом. Вас пугает то, что на поверхности, а меня пугает неизвестность внизу. Либо вы думаете не встретить это здесь или…
Чекист присел рядом с майором.
– Все вышли из дома, и проверьте остальные дома, а мне надо переговорить с ним.
Вся экспедиция покинула дом, и старый чекист закурил. Он отошёл от парня, который не любил запах сигаретного дыма.
– Я понимаю, но я могу сказать с уверенностью, что скоро на поверхности всё живое погибнет в ближайшем будущем. Лет так через тридцать для меня и тебя жизнь подойдёт к концу, а вот наши дети продолжат наш путь. Не знаю, кто первый нанесёт удар: пришельцы или люди первые решат уничтожить друг друга, но жизнь здесь продлит человечеству годы пребывание на этой планете. Думаешь, я переживаю за толстосумов или похотливых тварей? Меня грызёт судьба моих двоих детей, у старшего сына уже дочь, младшая окончила школу. Я для них готовлю место здесь, думаю, и ты не для себя стараешься. Я видел такое, что тебе не передать на словах. Такую грязь или необычные способности людей, что вот эта штука – это лишь детский лепет.
Старик взял пульт и включил телевизор, там шёл какой-то фильм. Майор открыл рот и посмотрел на старика.
– Это называется телевизор, а это пульт от него, – он поклацал языковую панель и выбрал знакомый русский язык, и актёры заговорили по-русски, по крайней мере, очень на него похоже. – Как тебе такое, майор? Думаешь, я не знаю, что это такое? – спросил старик.