Бесконечная чернота

Сняв пока шлем, поплёлся в каюту. Она была где-то три на четыре метра с высотой потолка в два с половиной метра. Слева от окна, как и упоминала ЭфЭр, были две едва заметных двери, обнесённые по периметру всё теми же аварийными полосками света: в ванную и в туалет. Вид туалета мне понравился, насколько я мог разглядеть его в слабом свете шлемового интерфейса. Да и ванная неплохая… наверно. Нащупал крестовидные краны, повернул – ничего. Ни горячей воды, ни холодной не текло. Недолго пошарил вокруг, пытаясь найти хоть что-нибудь полезное, но увы, лишь зря потратил время. Дышать становилось всё труднее.

Пора.

Нажал на заклёпку в районе шеи, и шлем снова плотно прилепился к скафандру. Экран включился, показав заряд и запас воздуха.

– Шлем! Режим ночного зрения!

Ни фига. Но карту-то он показывал! И индикаторы все на месте, таймер отсчитывает время. Так почему фильтры не работают? Может, скафандр тупой? Воспроизводит лишь то, что ему подсказала ЭфЭр?

Эх, что поделать.

Вышел из каюты, спустился по лестнице и встал у створки шлюза.

– Ну? Откроешься ты или нет? – просипел я, постепенно привыкая к более качественному воздуху из скафандра.

– Идентификатор капитана подтверждён. Разблокировка шлюза, – протрещал бездушный голос с потолка.

– Слава богу, чувак, ты работаешь, – с облегчением расслабился я.

Напряжение спадало. Я ведь мог потерпеть фиаско именно на этом этапе – шлюз с изменением давления в тот раз контролировала ЭфЭр, нигде вокруг створок не было дублирующего механизма открывания и закрывания.

– Идёт откачка воздуха. Давление в норме. Открыт доступ на четвёртый ярус.

Отлично. Теперь меня ждёт поход в один конец – либо я успею достать энергоячейки и запустить дрона, либо воздух в пробитом скафандре закончится раньше, и тогда всё.

Как и в прошлый раз, я решил не торопиться – опыт доказал, что так реально тратится меньше кислорода. Да и не смог бы я бежать с таким-то плечом – постоянно бы вскрикивал, охал и стонал от боли.

Зараза, глаза зачесались ещё сильнее, а шлем-то уже не снять… Ещё и чихнуть захотелось. Но заляпать обзорное стекло соплями не улыбалось. Пришлось терпеть.

Ох уж этот тёмный мрачный коридор…

Я боялся темноты. Особенно после просмотра ужастиков вроде Звонка. Боялся всяких сверхъестественных существ, потому что они, в отличие от Чужих, вполне могли притаиться где угодно. И если пришельца я смог убить, ведь он имел плоть, то что делать с бесплотными духами, я не представлял. И сейчас мне предстоял долгий путь в абсолютной тишине, нарушаемой разве что моим дыханием. Но несмотря на потусторонний страх, мне было некогда зацикливаться на этом – глаза и нос страшно чесались, меня подташнивало, плечо ныло. В общем, куча факторов, отвлекающих от фобий.

Я решил прикрыть веки и опираться о стену. Всё равно свет от аварийных полос и шлема не сильно помогал. Так и шёл вплоть до грузового отсека.

Брошенный впопыхах обрез должен быть где-то здесь… Ага, вот – споткнулся об него ногой.

Погибать от удушья было явно мучительно, поэтому я собирался прострелить себе голову гравитационным импульсом, если дело запахнет керосином. Мгновенная смерть. Но пока надо побороться.

Возникла ещё одна запоздавшая мысль – можно было бы попробовать разорвать комбинезон выстрелом и потом сделать из него импровизированную повязку на плечо, но возвращаться на мостик, где ещё оставался воздух, было уже поздно.

– Блин!

Чуть не поскользнулся на желеобразной луже инопланетной крови. Чёртова гадина даже после смерти норовила меня укокошить!

Итак, гермодверь ангара осталась, конечно же, открытой. Проём чернел так же, как в том кошмаре. За порогом либо не было никакого света, либо аварийные полосы были слишком далеко, чтобы я их увидел отсюда.

Экран шлема показал 30 минут запаса кислорода. Заряда энергии в шлеме было ещё полно, так что меня волновал только воздух.

Встал на четвереньки и поводил руками по полу – дальше была рифлёная поверхность. Видимо, лестница вниз. Продолжая ползти, начал спускаться. Это мне напомнило давние деньки в дедушкином доме – там были деревянные порожки, по которым удобно было подниматься и спускаться на четвереньках. Я бы даже улыбнулся от этого светлого воспоминания, если бы не свалившиеся на мою больную голову проблемы с инфекцией и недостатком воздуха.

Спустившись, я огляделся, будто это могло помочь – вокруг стояла кромешная тьма, не видно ни зги.

И вдруг в этой темноте начали появляться светящиеся символы. Точнее, они отображались на экране шлема. Видимо, показывали информацию о стоявших здесь машинах.

– А что ж ты раньше-то молчал, гад? – прикрикнул я на шлем, но ему от этого не было ни холодно, ни жарко.

Вот только информации по сути не было. Над каждым средством передвижения светилась надпись «Не определено».

Судя по куче отметок, корабли вместе с другим транспортом стояли рядами у стен, открывая узкий проход посередине. Чем длиннее промежутки между отметками, тем больше корабли, теоретически…

Надеюсь, по пути я не разобью голову об днище какого-нибудь особо длинного корвета или фрегата. То, что здесь находились фрегаты, лучше всего говорило о громадной площади ангара. Я бы не удивился, впихни сюда создатели пару эсминцев.

Вроде бы такие помещения ещё называли ангарами. Хотя размерами грузовой отсек уже тянул на док или верфь. Надеюсь, пришелец не буянил, пытаясь выбраться, и ничего тут не поломал, раскидав по полу.

Проверив, что дыхательной смеси осталось на 25 минут, я шаркающей походкой направился к складу.

Карта не показывала положение транспорта в грузовом отсеке, но на ней была отмечена дверь, ведущая на склад. Что ж, логично, это всё-таки часть корпуса корабля.

О, вот и ремонтные дроны. Отметки с ними украсили мой экран с левой стороны от стены, где должна была находиться дверь склада. Я подошёл и упёрся в перегородку, отделявшую меня от роботов – видимо, стена того самого бокса, который упоминала ЭфЭр.

– Ждите, ребят, скоро буду.

Вход на склад был на одном уровне с ангаром, то есть никаких лестниц. А вот искать поворотный клапан на двери пришлось уже на ощупь – он был утоплен в стену, и даже со светом из шлема я еле распознал замок. Ещё и глаза подводят… Но в итоге справился без особых проблем, и дверь, являвшаяся клоном предыдущей, с таким же шипением отъехала в сторону, чуть не сбив меня.

Подавив очередной приступ кашля и поморгав глазами, чтобы не слишком чесались, я зашёл на склад.

Шлем сразу же заполонили отметки разного содержания, и первым моё внимание привлёк стеллаж в стороне от входа – судя по надписям, тут лежали фонари. Интерфейс интерфейсом, но надо же видеть, куда засовывать энергоячейки для дронов.

Взял один из фонарей, по ощущениям походивший на термос, поискал на корпусе кнопки, не нашёл. Тогда попытался «отвинтить крышку» как в настоящем термосе, и ура – на одном из концов корпус сдвинулся, после чего другой конец ярко засветился бледно-белым.

Повернулся, чтобы поискать, наконец, энергоячейки, и застыл на месте при виде вспыхнувших отметок: «Вода», «Пайки». В этот момент склад превратился для меня в пещеру Аладдина. Судя по громкому жалобному урчанию, желудок был со мной согласен. Не знаю, насколько вкусной была еда в этих пайках, но сейчас мне подошло бы что угодно. Я невольно раскрыл рот, из которого тут же потекла слюна вместе с инфекционной жижей, из-за чего пришлось откашляться, заляпав стекло.

А уж когда шлем опознал стеллаж с тяжёлыми скафандрами, я чуть не запрыгал на месте.

Сменил бы экипировку и уже потом спокойно разобрался с энергоячейками, но…

– Эх, висит груша – нельзя скушать.

Как бы ни хотелось, пришлось оставить эту затею – без скафандра, даже повреждённого, я бы не продержался и пары секунд. За это время никак не переодеться. Нельзя снимать шлем посреди помещения, из которого откачан воздух. Давление мигом покажет мне, где раки зимуют.

«00:22:04» – показал таймер запаса воздуха, и я вернулся к поиску батареек, тьфу, энергоячеек.

Они обнаружились на самых дальних от входа стеллажах. Будто специально прятались от меня, пока я терял время, глазея на такие близкие, но такие недосягаемые стеллажи с пайками, водой и скафандрами.

Подошёл, посмотрел, поднеся фонарь к полке на уровне моей груди, – в отличие от остальных вещей на складе, энергоячейки располагались в держателях. Видимо, чтобы при экстренном случае не выпали и не испортились. Ведь если они похожи на батарейки, то могут повредиться. Шлем показал, что у той, которую я держу в руках, 70% заряда. Ну, всяко лучше, чем ноль. Проверил остальные – там было то же самое.

В который раз поразился нелогичности интерфейса, в упор не распознававшего корабли в грузовом отсеке, но с радостью выложившего мне инфу по вещам на складе.

Может, информацию о них тоже подкинула ЭфЭр? И без неё я бы сейчас бродил по всему складу, готовясь вышибить себе мозги выстрелом из обреза, когда закончится воздух. Кстати о нём:

«00:20:04»

Ну, дроны, радуйтесь, скоро у вас будет возможность послужить.

Я отложил ствол и взял сразу две ячейки (нести больше не позволяло онемевшее плечо), весили они, заразы, по четыре килограмма. Хорошо хоть, вид у них удобный, похожи на большие квадратные аккумуляторы с закруглёнными краями. Ещё бы ручки к ним – и вообще отлично.

Обе прихватил правой рукой, а фонарь взял в левую, чтобы не напрягать плечо. Вышел за порог, стараясь не задеть утолщение проёма в полу, и поковылял к дронам.

Перегородка закрытого бокса была дверью целиком – я понял это, когда раскрутил неслабый такой поворотный механизм, и вся стена убралась вверх. Пришлось немного постоять, переводя дух.

Фонарь выхватил стройные ряды округлых силуэтов, каждый размером со стиральную машину.

ЭфЭр ещё во время нашего первого «сеанса» рассказала, как вставить или заменить энергоячейку в дроне. У нас на мостике как раз лежал образец для экспериментов.

Я подошёл к первому попавшемуся, нажал на панель сбоку, та отпрыгнула, раскрывая соответствующее гнездо. Взял одну из ячеек и вставил дном вперёд, после чего захлопнул панель. Никаких кнопок для включения не требовалось – на дроне сразу замерцали огоньки, после чего он загудел грави-генератором, поднялся над полом и безо всяких указаний полетел на склад.

«Видимо, за топливными элементами для реакторов», – подумал я.

Перешёл к следующему дрону и только открыл панель, как в ушах предупреждающе пискнуло. Светившийся голубым таймер запаса воздуха стал красным.

«00:09:45»

«00:09:20»

«00:09:00»

– Что за чёрт? – вырвалось у меня, и тут я заметил струйку воздуха, вылетающую из импровизированной заплатки на скафандре.

– Блин, потерпела бы ещё чуть-чуть!

«00:08:42»

«00:08:19»

Такими темпами я ни за что не доберусь до мостика… Сам не доберусь. У меня появилась сомнительная идея.

И тут, будто не желая меня ждать, пол содрогнулся, и через несколько секунд я почувствовал, словно становлюсь легче. А ещё через пару секунд ноги оторвались от пола. От резкого изменения гравитации меня чуть не стошнило, но было бы чем.

– Ох ты…

Похоже, накрылся генератор гравитации. Как вовремя, мать его!

Да, тело стало легче, но это не поможет мне быстрее долететь до мостика. Надо ведь находить точки опоры и отталкиваться.

Я быстро засунул энергоячейку в гнездо второго дрона, хлопнул крышкой и забрался на верхнюю полусферу робота, как бы оседлав его. Немного подождав, дрон поднялся и полетел не на склад, а в направлении выхода из грузового отсека. Отлично, пересаживаться не придётся.

Если я прав, то он летит запускать реактор для ЭфЭр как главного искина, то есть на мостик.

Если нет, я труп.

К этому времени уже онемела вся левая рука, и я держался за дрона одной правой.

Фонарь, само собой, бросил – у робота был встроенный, освещавший путь не хуже моего.

«00:07:33»

С хорошей скоростью мы пересекли грузовой отсек, ни во что не врезавшись. Видимо, вся техника была надёжно принайтована к полу.

«00:05:27»

Уже вылетая вместе с дроном из ангара, я услышал громкий стук. Потом ещё и ещё – что-то барабанило о правый борт корабля. Там находились гигантские ворота для выгрузки транспорта и летательных средств. Непонятный грохот продолжился, но мы уже были на пути к мостику, и я не увидел, чем закончилась «бомбардировка».

Я летел верхом на роботе, пригнувшись как можно ниже, чтобы не задеть выступы переборок на потолке.

– Ох ты… – вырвалось у меня, когда я чуть не упал с дрона. Неповреждённая рука тоже ослабла. И суставы ныли как хрен знает что. Неужели инфекция распространилась так быстро? Чёртова боль по всему телу усилилась.

«00:02:50»

– Ещё чуть-чуть, – простонал я.

Долетим до мостика – и можно ненадолго расслабиться.

Судя по количеству переборок, до него осталось недолго – от силы минута. Успеваем.

В глазах всё плыло от слёз, состоящих из грязных выделений. Вдруг правая стена резко приблизилась, и мы с моим «конём» приложились к ней со всей дури.

Из меня вышибло дух, и я свалился с дрона, упрямо прущего дальше. Бездушная машина действовала строго по одной ей ведомым алгоритмам.

– Кха… Чёрт тебя задери… – изо рта прямо в шлем вылетел очередной сгусток слизи, но на этот раз уже красный от крови.

«00:00:00» – вынес жестокий вердикт таймер запаса воздуха.

Я был так близко…

Глава 4

Космос. Он всегда манил меня. Помогал абстрагироваться от всего. Кто мы такие перед громадами небесных тел, звёздных систем, целых галактик и самой Вселенной? Решаем какие-то свои проблемы на одной маленькой планете. Когда снаружи происходят процессы, которые многие из нас не в силах вообразить. Да и не пытаемся вовсе.

– Скучала?

Сейчас передо мной чернел не космос, а зев всё той же чёрной дыры. Такой далёкий и одновременно такой близкий монстр выглядел куда страшнее той твари, которую я убил в коридоре перед грузовым отсеком. Мне показалось, или это чёрное солнце стало чуточку ближе?

– …состояние стабилизировано.

***

Я содрогнулся всем телом, вырываясь из сна. Однако поначалу показалось, что сон не отпустил меня – я лежал голый в какой-то жидкости, а вокруг были не стены мостика или коридора корабля. Нет, узкое пространство скорее походило на гроб – плечи упирались во что-то жёсткое. Меня сразу начало трясти от приступа клаустрофобии. Рот и нос закрывала какая-то трубка для дыхания, дрожащие руки натыкались то ли на провода, то ли на капельницы. Из хорошего было лишь одно: левая рука, судя по ощущениям, была в порядке. И я почувствовал лёгкий, уже знакомый зуд под пальцем – кольцо напомнило о себе.

Значит, я не умер от инфекции или удушья. Осталось понять, куда меня запихнули.

В этот момент по краям стенок пробежал свет, и крышка гроба с шипением приподнялась, после чего медленно отъехала в сторону, открыв мне вид на белый потолок.

Я сразу разогнулся, вытаскивая из себя катетеры один за другим, потом с омерзением вынул трубку для дыхания и огляделся. Свет заливал комнату, придавая и без того белоснежному интерьеру яркости. С одной стороны стену закрывал экран, на котором был показан скелет, затем окутанная мышцами оболочка – видать, снимки меня любимого. С другой стороны была пара квадратов, напоминающих стулья, и вполне привычный шкаф. Возможно, для одежды.

– Вы наконец очнулись, – встретил меня бесплотный голос ЭфЭр, доносящийся со стороны экрана с рентгеном.

– Почему «наконец»?

– Вы были без сознания в течение двадцати часов.

– Ну да, нехило, – потянулся я, вздрогнул от непривычного холода и начал вылезать из гроба, который оказался одним из реаниматоров, переживших мой с кольцом телепорт. – Что с инфекцией? Я помню, ты уверяла, что инопланетный гад стерилен.

– Возможно, произошла мутация или адаптация к безвоздушным условиям, изменившая состав крови существа. Судя по анализам его останков, я склоняюсь ко второй версии.

– Значит, уже успела прибраться в коридоре? – шутливо вставил я, пока натягивал на себя вынутый из шкафа комбез, как две капли воды похожий на мой порванный. – Итак…

– Да, сэр, насчёт инфекции. Она выведена из вашего организма, однако…

Повисла странная пауза. Чего она мялась?

– Ну говори уже.

– Когда мой реактор запустился, я не обнаружила вас рядом и послала дрона на поиски. Он принёс вас в критическом состоянии. Я уже собралась приказать роботу ампутировать вашу поражённую руку вместе с плечом, но в этот момент мои сенсоры уловили повышающуюся активность источника, после чего ваше тело за 50 минут было восстановлено способностью кольца. Однако вы не очнулись и пробыли в коме 20 часов. Я проверила основные показатели, пока вы находились в реаниматоре – вашему здоровью пока ничего не угрожает. Но всё-таки рекомендую отдохнуть минимум несколько часов. После того, как псевдоискусственный интеллект медотсека был безвозвратно уничтожен, я не могу с уверенностью диагностировать выздоровление. Надеюсь, артефакт на вашем пальце полностью восстановил все ваши функции.

Ну, в этот раз кольцо меня спасло. Жаль, что РАНЬШЕ не запустилось – ДО моего столкновения с инопланетным зверёнышем. Я злобно посмотрел на ободок с чёрным камнем, который от моего взгляда даже перестал вызывать зуд.

– Извините, что собиралась лишить вас руки, сэр.

– Ничего, – рассеянно ответил я, пытаясь вспомнить важную вещь, озвученную искином полминуты назад. Точно, искин!

– Погоди, ты сказала, псевдоискин медотсека безвозвратно уничтожен?

– Да, сэр.

– И что теперь?

– В моём хранилище данных сохранены чертежи медкапсул, реаниматоров и киберхирургов, так что при нужных ресурсах промышленные синтезаторы произведут любое известное мне устройство. Но без специализированных алгоритмов медицинскому оборудованию доступны лишь базовые операции. Синтезаторы могут производить корпуса и начинку псевдоинтеллектов, но для этого требуются весьма редкие минералы. К сожалению, восстановление медицинского псевдоинтеллекта не представляется возможным при имеющихся ресурсах.

Фух, пронесло. Значит, вся проблема просто в ресурсах. Учитывая капризы кольца, следовало иметь на корабле работающее медицинское оборудование. Осталось лишь добыть эти самые ресурсы.

– Какие у нас ещё проблемы?

– Пока вы спали, рядом пролетела комета, попав в гравитационное поле звезды. На корабль обрушился град из кометных осколков. Защитные поля отразили основную их часть, но изношенные к тому времени генераторы не выдержали нагрузки и вышли из строя. Тогда ещё не все дроны были расконсервированы, поэтому до того, как они успели заменить топливные элементы в реакторах и починить генераторы, оставшаяся часть осколков пробила корпус в нескольких местах по правому борту, разрушив оранжерею и повредив двигатели с гиперприводом. На починку ионных двигателей понадобится минимум 30 часов. Восстановление оранжереи и ремонт гиперпривода невозможны…

– Дай догадаюсь, при имеющихся ресурсах?

– Да, сэр.

– В итоге на корабле снова нехватка воздуха?

– Вся оранжерея была уничтожена осколками кометы. Растений больше нет.

– А новые посадить? На корабле же есть семена?

– Хранилище с семенами находилось за оранжереей и так же было разрушено. Я получила эти данные с камер дронов, посланных проверить повреждения.

– Что ж такое? То я своим прилётом разнёс центр корабля, то комета пролетела, хвостиком махнула…

– Это далеко не всё, сэр. До вашего появления корабль попал в солнечную бурю и пережил столкновение с крупным астероидом, что и послужило причиной износа генераторов защитных полей.

– А, ну теперь я чувствую себя менее виноватым…

– Извините, сэр, – ляпнула она, будто распознав мой сарказм.

– Вернёмся к нехватке воздуха. Ты положила меня в реаниматор медотсека, а снаружи что?

– Манипулируя переборками и шлюзами, я закачала минимальное количество воздуха в медотсек, оставив часть на мостике.

– И каким образом я теперь попаду на мостик и куда-либо ещё? Или что… – тут я вспомнил про склад, – ты хочешь сказать, что дыхательная смесь в тяжёлых скафандрах не испортилась?

– Эм, именно сэр! – воскликнула она впервые за всё время нашего общения. К гадалке не ходи – забыла про этот нюанс и даже не подумала, что капитан может застрять в медотсеке, пока не сдохнет. Я притворился, что не заметил её реакции. Мой испуг так же быстро прошёл, как возник.

– Сейчас же пошлю дрона за скафандром.

– Да, будь добра.

Судя по звуку за стеной, на склад ломанулись несколько дронов, будто на перегонки. Хех.

Я уселся на один из неудобных квадратных стульев и, подумав, начал издалека:

– А пока я жду скафандр, расскажи-ка мне всё-таки о том, кто создал корабль и для чего.

– 1038 лет назад в галактике NGC 253 созвездия «Скульптор» на одной из планет земного класса существовала продвинутая цивилизация, стоявшая на пороге межзвёздных перелётов. Местными археологами был найден артефакт инопланетного происхождения. Тот самый, который сейчас на вашей руке. Совет народов пересмотрел вопрос межзвёздных путешествий и, боясь инопланетного вторжения, следующие 80 лет готовил проект космического корабля, способного отразить любую угрозу извне. Есть достоверная информация о том, что чертежи и технологии будущего корабля были получены после исследований артефакта, но в изучении самого кольца учёные далеко не продвинулись. Учитывая форм-фактор артефакта, многие пытались разобраться в устройстве, надев его, но ничего не происходило, кольцо искало другого носителя. И нашло его в лице одного из террористов.

«Начинается, – подумал я. – Вот тебе и избранный».

– Совет закрыл глаза на все его преступления, пообещав амнистию за сотрудничество. Словно ожидая этого, артефакт начал делиться с учёными информацией через своего носителя. В итоге корабль был существенно переработан и увеличен до размеров дредноута. Появились технологии для постройки генераторов искажения гравитации, что ускорило проектирование гипердвигателя. Тогда же был создан прототип нового искусственного интеллекта специально для этого корабля.

– Ты, – ответил я.

– Да, сэр.

– Значит, задачей корабля, который всё-таки был военным, была защита от потенциальных инопланетных захватчиков?

– Не только, сэр, в задачи входил поиск пригодных для жизни планет. Такой была директива Совета. Они надеялись на этом же корабле совершить гиперпространственный скачок до ближайшей подходящей звёздной системы.

– Для корабля-колонии слишком мало мест, как и в принципе для класса дредноут. Где исследовательская команда? Где вообще экипаж?

ЭфЭр ответила не сразу. После долгой паузы она продолжила:

– Экипаж уже был подобран. В мои прямые обязанности входила защита капитана. И он вместе с экипажем уже собрался взойти на борт, как внезапно туда, опередив их, телепортировался носитель кольца и захватил корабль. Мне до сих пор неизвестно, каким образом была создана лазейка в моих программах, но я стала считать капитаном того, кто носит кольцо-артефакт…

Снова пауза.

– После захвата новый капитан активировал все генераторы гравитации и защитных полей, резко набрал высоту, покинул орбиту и… испытал главные орудия корабля, уничтожив всю планету двадцатью залпами. Мне, к сожалению, оставалось только наблюдать за этой катастрофой.

– Ни хрена он маньяк, – тихо пробормотал я.

Не знаю, за что он так невзлюбил свой народ и вообще всю цивилизацию, но если с кольцом он был практически неуязвим, то мог просто раздолбать завод, строивший корабль, или ещё что. Или он решил, что оставшиеся в живых всё равно построят другой корабль и полетят ему мстить? За что мстить? За кражу? Через целые галактики?

Возможно, я зря пытался понять мотивы психа. Мне о нём ничего неизвестно, но его поступок сильно меня покоробил.