Сквозь тьму

Отказаться я была не в силах. Теперь, во что бы то ни стало, следует найти Мишель и того кто связан с её исчезновением! Однако я пока не скидывала со счетов версию о побеге. В душе зажегся давно забытый азарт погони за неуловимым преступником.

– Думаю, да. Я только что потолковала с её начальником и секретаршей. Мишель отправилась в неизвестность к таинственному клиенту на подписание бумаг. Чувствую, закончилась данная встреча трагически. В какой-то миг жизнь Мишель оборвалась.

– Ты уверена, что она мертва?

– Да. К сожалению, – ответила я, чувствуя, как нарастает тяжесть в груди. – Надежда на то, что Мишель держат в заложниках, призрачна. Требований о выкупе не поступало. И версия самоубийства, учитывая обстоятельства, полностью исключается.

– Уже хоть какая-то ясность, – пробормотал Том, его голос звучал сдержанно, но в нем проскальзывала усталость.

– Секретарша, Аманда, питала к Мишель очевидную ревность, – продолжила я, мысленно перебирая факты. – К тому же, год назад у Мишель был навязчивый клиент, который открыто преследовал её. Вырисовывается первый вероятный подозреваемый. Обязательно навещу его завтра. Сейчас я полностью вымоталась. Найду ближайший отель и позволю себе полноценный отдых. А завтра с новыми силами приступлю к поискам. Не хочешь ко мне присоединиться?

Секундное молчание повисло в воздухе, напряженное, ожидающее.

– Зовёшь меня к себе в напарники, детектив Берч? – в голосе Тома прозвучала нотка удивления, смешанная с иронией.

– Типо того… – ответила я, пытаясь скрыть улыбку.

– Дай-ка подумать… Ммм… Не могу отказать девушке, когда она обращается с такой просьбой, – с характерной ухмылкой произнёс Том.

– Отлично! Тогда по пути заедь, пожалуйста, ко мне домой, привези кое-какие вещи. Изначально я не планировала задерживаться надолго, но очевидно, одним днём мы не обойдёмся.

– Эм… – Том явно был застигнут врасплох.

– Ключ под цветочным горшком на веранде, с сиреневым цветком.

– Серьёзно? – послышался его легкий смешок.

– Более чем.

– Детектив первого класса, знаменитая Глория Берч, хранит запасной ключ под обычным цветочным горшком!?

– Что тебя удивляет? – спросила я, чувствуя парадоксальность ситуации и невольно улыбаясь.

– Обсудим позже! Первым делом нам предстоит отыскать машину пропавшей. Без неё сложно будет оттолкнуться и выстроить хоть какие-то гипотезы.

– Согласна. Но первым делом мы нанесём визит её бывшему преследователю – Оливеру Гранду. На прозвон всех клиентов из базы данных Мишель уйдёт уйма времени. Нам потребуется помощь. Неизвестный мужчина, к которому она поехала, где-то среди них. Крис Олдридж больше не звонил капитану?

– Никаких звонков не поступало касаемо дела Мишель. Капитан, старый лис, с энтузиазмом ждёт, что ты успешно раскроешь дело, чтобы получить побольше бонусов.

– Надеюсь, пропаже девушки всё-таки найдётся совершенно естественное объяснение, – задумчиво проговорила я, чувствуя, как тяжелеет от дурных предчувствий. – Мишель не из тех, кто исчезает по собственной воле. Разбойные нападения и убийства, увы, по-прежнему не редкость. Действовать предстоит быстро. Главное – не поддаваться панике и реально оценивать малейшие зацепки.

– Согласен. По-моему, выводы говорят сами за себя, – подчеркнул Том.

Я хотела ответить, но в этот момент поступил входящий звонок

– Слушай, Том, мне звонят на параллельную линию. Как только устроюсь в отеле, отпишу. Закажу два отдельных номера. Встретимся утром за завтраком.

Переключив вызов, я услышала знакомый, спокойный голос.

– Здравствуйте, детектив Берч. Это Крис Олдридж. Вы нашли Мишель?

– Нет. Пока нет.

– Я набросал план местных лесов и заброшенных районов. Поеду, наверное, сам поищу. Не могу сидеть, сложа руки.

На мгновение я задумалась, прежде чем ответить.

– Хорошо. Если вам так легче, поезжайте. Вы окажете полиции огромную помощь. Завтра мы с напарником постараемся подключить поисковые бригады и волонтёров, чтобы полномасштабно заняться поисками Мишель. Сегодня я успела переговорить только с её коллегами. Не много, но для начала неплохо. Можете скопировать ваш план и прислать мне?

– Да, конечно.

– Отлично! Когда будете отрабатывать тот или иной район, шлите мне SMS, чтобы мы не искали по второму кругу. Так мы справимся гораздо быстрее.

– Спасибо.

Положив трубку, я посмотрела вперёд. Время неумолимо бежало. Нужно как можно скорее разобраться, куда же поехала Мишель.

Я открыла в телефоне поисковик и стала искать подходящую гостиницу. Моё общее состояние оставляло желать лучшего. Голова разболелась не на шутку, тело ломило. Не хватало только разболеться. Вспомнилось, что пара коллег на работе недавно слегли с гриппом и ушли на больничный. Это не лучшая для меня перспектива.

ГЛАВА 4

Утренний сумрак пронзили неистовые крики и стоны, донесшиеся из соседнего номера. Вопли, вырвавшиеся из глубины сна, были столь пронзительны, что казалось, источником ужаса является не далекая комната, а моя собственная. Любое желание встать с постели испарилось. Однако терзаемый женский стон за стеной нарастал, становясь невыносимо громким.

Черт!

Я попыталась абстрагироваться, но веки невольно поднялись, демонстрируя мне незнакомый потолок, украшенный жёлтой люстрой. Почему именно жёлтой? Этот цвет диссонировал с общим стилем, создавая ощущение дисгармонии. Я понятия не имела, где нахожусь, но вскоре воспоминания хлынули.

Гостиницу мне удалось вчера найти не сразу. Многочисленные туристы, привлеченные спортивным фестивалем, заполонили город. Несколько часов бесцельного блуждания по улицам потребовалось, чтобы отыскать хоть какое-то подобие приличного пристанища. К тому же, предстояло позаботиться о номере и для Тома.

Еще некоторое время я неподвижно лежала на жесткой кровати, уютно закутавшись в одеяло. Вставать не хотелось совершенно. Простуда, подхваченная накануне, сегодня давала о себе знать с утроенной силой. Я чувствовала себя гораздо хуже, чем вчера.

Однако нельзя поддаваться слабости. Необходимо собраться. Вечером я почти ничего не употребила в пищу. Получив заветный ключ от номера, я подумывала о горячем душе, но сил на осуществление даже этого желания не хватило. Я проглотила пару таблеток аспирина, антибиотик и тут же погрузилась в сон.

Голод так и не отступил. Потребность в пище была очевидна, иначе силы покинут меня окончательно. Надо спуститься в кафетерий и позавтракать.

Перевернувшись на другой бок, я натянула одеяло до самых ушей. Каждый приступ озноба заставлял сомневаться: стоит ли сегодня посвящать себя расследованию?

Несколько минут я провела в полудреме, как в лихорадочном забытьи.

Девушка в соседнем номере, наконец, достигла пика наслаждения и резко затихла.

В какой-то момент меня охватил настоящий, глубокий сон и я в беспамятстве снова заснула.

Когда я в панике резко открыла глаза, стрелка на часах уже перевалила за девять. На ощупь, нащупав на тумбочке телефон, я просматривала входящие сообщения. Одно было от Тома. Он благополучно добрался дот гостиницы и ждал меня в 10:00 на завтрак. Слава богу, время на сборы оставалось.

Осторожно сажусь, свешиваю ноги с кровати и, выждав несколько секунд, поднимаюсь. Чувствую себя измотанной, но гораздо лучше, чем час назад. Видимо, я подхватила вирус, с которым организм справился благодаря антибиотику или собственной иммунной системе. Если не перенапрягаться, через несколько дней вернусь в норму.

Первоочередной задачей было привести себя в порядок и принять душ.

Ванная комната была миниатюрной, но грамотно спланированной и уютной, чего нельзя было сказать об остальном номере. Стоя под горячими струями воды, я наслаждалась каждым мгновением.

После водных процедур, обновленная и слегка взбодрившаяся, я переоделась в одежду, которую подняла с собой из машины. На такие случаи у меня всегда имеется запасной комплект: костюм и блузка. Делаю неброский макияж, сушу голову феном и укладываю непослушные распушенные волосы.

Смотрю на наручные часы. 9:50. Пора спускаться к завтраку.

***

Десять минут спустя мы сидим на крытой террасе уютного кафетерия. Том с аппетитом уплетает сэндвич с индейкой, а я – яичницу с беконом и бокал апельсинового сока.

– Как добрался? – спрашиваю, невольно смущаясь собственного болезненного вида.

– Довольно быстро.

– Удалось поспать?

– Немного. Чего не скажешь о тебе, – он посмотрел на меня поверх своего бокала, из которого только что отпил кофе.

– Видимо, в офисе подхватила вирус. Знаю, я не в лучшей форме.

– Мда… Джимми заболел первым и перезаразил половину отдела. Капитан не очень хотел отпускать меня из-за нехватки людей. Многие взяли больничный.

– Но ты справился, Том. Ты ведь здесь, – улыбаюсь ему в ответ.

– Не мог же я бросить тебя в чужом городе! В одиночку здесь не справиться. Для начала нам необходимо зарегистрироваться в местном участке, прежде чем приступать к розыскной работе. Нужно поговорить с местными полицейскими. Узнать, что им удалось накопать на Мишель Эттвуд и в какой стадии расследование затормозилось.

– Да, точно, совсем забыла про бюрократические проволочки. По словам Криса Олдриджа, полиция махнула рукой и ждет, что девушка вот-вот вернется домой.

– Что ж, надеюсь, мы это исправим. Глория, я искренне рад, что мне выпал шанс поработать с тобой, – Том едва коснулся моей руки, накрыв своей ладонью.

Замираю в растерянности, и, кажется, перестаю дышать на несколько секунд.

– Не говори ерунды. Вот увидишь, со мной не так сладко, как ты себе представляешь.

– Ты удивишься, когда узнаешь, но некоторые молодые агенты говорят о тебе как о легендарном персонаже.

Я пропустила комплимент мимо ушей, погрузившись в свои мысли: «Зачем он касается меня? Мы договорились не торопиться. Может, Том воспринял приглашение побыть моим напарником в буквальном смысле слова?»

– Когда ты достаточно хорошо меня узнаешь, поймешь, что это не про меня, – сухо отвечаю и высвобождаю руку резче, чем ожидала.

Делая глоток сока, я размышляю, что, возможно, слишком груба с Томом. Может быть, следует насладиться общением с приятным человеком, вернуться к работе и перестать погружаться в самокопание?

– Ты ведь живешь в Рочестере всего год? – неожиданно спрашивает Том, пытаясь сменить тему.

– Да.

– И так и не нашла себе занятие по душе, кроме расследований?

– Нет. Я честно искала, чем себя занять. Не могу сидеть просто на месте. Ненавижу бездействие. Посещение литературного клуба и вышивание меня точно не спасут! А может, слишком рано для таких дел.

Том улыбается и качает головой.

– Но разве покой и гармония не приносят тебе удовлетворение?

– Кто тебе сказал, что я нахожусь в гармонии с собой, Том? В моей чертовой жизни всё обычно идет не по плану!

В его глазах мелькнула тень понимания, будто он заглянул в самую суть моего сумбурного существования. «Не по плану» – мягко сказано. Моя жизнь напоминала американские горки, только без ремней безопасности и с постоянно ломающимися тормозами.

– У каждого свои представления о счастье, – произносит Том, отпивая кофе. – Возможно, тебе нужно не искать занятие, а найти причину двигаться дальше, ради чего ты будешь просыпаться по утрам.

Его слова задевают меня за живое. Причина. Именно её я отчаянно искала год, блуждая по улицам Рочестера и копаясь в чужих грязных тайнах. Том прав. Погоня за адреналином и разгадывание головоломок – способ заглушить внутреннюю пустоту.

– Легко рассуждать, когда твой мир упорядочен, – проронила я, ощущая, как внутри поднимается волна раздражения. – У тебя есть карьера Том, признание, умиротворенная размеренная жизнь. А я… Я последнее время просто пытаюсь не рассыпаться на части и исправить прошлое.

Том внимательно взглянул на меня. В его глазах не было ни осуждения, ни снисходительной жалости. Лишь спокойное понимание. В этот момент в моей душе затеплилась робкая надежда, что, возможно, с этим человеком я смогу не только удачно раскрыть очередное дело, но и построить что-то гораздо более значимое. Хотя я не хотела забегать вперед и кормить себя пустыми иллюзиями.

Он издал тихий вздох, словно подтверждая мои слова, и отправил в рот последний кусок сэндвича.

– Умиротворенная жизнь? – Том помотал головой и усмехнулся, отодвигая чашку. – Поверь, Глория, за завесой моего благополучия скрываются целые кладбища скелетов. Просто я научился с ними сосуществовать, вплел их в канву своей повседневной жизни, – он замолчал, размышляя, стоит ли продолжать. – Думаешь, я всегда знал, чего хочу? Я тоже блуждал, совершал ошибки, терял. Разница между нами в том, что я не боялся экспериментировать, даже если это казалось полным безумием.

Его слова раскрыли передо мной новую перспективу. Я пребывала в полной уверенности, что Том – воплощение незыблемой стабильности, человек, чья жизнь подчинена строгому расписанию. Оказывается, за безупречной маской скрывался большой жизненный опыт, отмеченный взлетами и падениями, сомнениями и бесконечными поисками.

Возможно, у меня проблема кроется не в отсутствии цели, а в глубоко укоренившемся страхе перед неудачей. Я так боялась оступиться, что отказывалась даже сделать первый, неосторожный шаг.

– Спасибо за минутку философии, Том. Поразмыслив, я обязательно вернусь к твоим словам.

– Хорошо. Пора приступать к делу. Схожу, переоденусь и буду ждать тебя внизу, у машины.

– Договорились.

Том встает из-за стола и удаляется.

Провожаю его взглядом. После разрыва с Эндрю я поклялась себе, что никогда больше не позволю заводить новые отношения. Я изо всех сил стараюсь, но без любви жизнь невыносима одинокая. Однажды я попыталась завязать знакомство в чате, общаясь с парой незнакомцев, но попытки потерпели фиаско. Я была несправедлива к ним, выискивая малейший повод, чтобы завершить общение. Если убедить себя в том, что, отталкивая мужчин на подсознательном уровне, я поступаю правильно, всё обретет гораздо большую ясность.

Доедая тост, я заметила, что сама не осознавала, как привыкла к одиночным трапезам. Уединение помогает упорядочить мысли. Я не видела в этом ничего предосудительного и не обращала внимания на сочувствующие взгляды молодых парочек. Мне даже не нравился шум офисного здания, когда я работала в Нью-Йорке, поэтому я обустроила там отдельный кабинет. Тишина рабочей обстановки позволяла более детально сосредоточиться на деле. Эндрю, всегда нравилась эта особенность во мне, или, возможно, он просто говорил это для успокоения моей души.

Мысли вновь вернулись к нему. Сердце до сих пор сжималось от тяжести и боли. Я искренне любила мужа, от всего сердца. «Так что же тогда переспала с Тео?» – настойчиво твердило подсознание. И действительно? На этот вопрос у меня не было вразумительного ответа. Просто так сложилось или обязано было случиться. Я не верю в совпадения.

В этот момент мне вспомнилась древняя китайская пословица:

«Невидимой красной нитью связаны те, кому суждено встретиться, независимо от времени, места и обстоятельств. Нить может растягиваться или путаться, но никогда не порвется».

В Древнем Китае считалось, что если люди встретились однажды – это случайность, если дважды – это судьба.

Красная нить судьбы – распространенное в Китае и Восточной Азии поверье о том, что боги привязали к щиколотке каждого из нас красную нить, а затем прикрепили её к телу тех, с кем нам суждено соприкоснуться. Нить может растягиваться или сжиматься, но не рвётся. Если двум точкам суждено соединиться, Вселенная всегда найдет способ связать их. Таким образом, у предназначенных друг другу судьбой мужчины и женщины появляются на щиколотках невидимая красная нить, связывающая их навсегда. Управляет нитью Лунный старец Юэлао. Для нити не являются преградой время, место или расстояния. В назначенный провидением срок она начинает сокращаться до тех пор, пока двое не встретятся.

Эндрю Гейб был послан в мою жизнь судьбой, я искренне верила в это. Так почему же я оттолкнула его? Я упорно иду против судьбы, против собственного желания быть рядом с ним. Моя трусость? Слабость? Страх? Или все это собралось воедино… Мне предстоит разобраться в этом в кратчайший срок, пока я окончательно не потеряла рассудок.

***

Час спустя я сидела в душной комнате капитана полиции Луи Харриса в отделении Нью-Джерси.

Том нашел старых приятелей и теперь оживленно болтал с ними в холле.

Со слов секретарши, капитан ожидал моего приезда, о чем заранее предупредил её несколько дней назад. «Очень предусмотрительно», – подумала я.

Чтобы не терять время впустую, мы с Томом заранее договорились: он займется сбором информации у ведущего следователя, а я проведу беседу с капитаном Харрисом. Мне не очень нравилась эта перспектива, но поскольку я назначалась ответственной за расследование исчезновения Мишель Эттвуд, вариантов не оставалось.

Капитан Харрис, сегодня пребывал явно не в духе, хотя я совсем не знала этого человека, но едва взглянув на него, у меня сложилось чёткое убеждение. Возможно, мы приехали слишком рано и испортили ему завтрак, состоящий из двух пончиков, щедро политых шоколадом, и стакана крепкого кофе. В любом случае, от капитана исходили не самые добродушные флюиды.

Лицо его покрылось багровым румянцем раздражения, а челюсть воинственно выпирала вперед. Он впился в меня своими темными глазами, будто стараясь вывернуть наизнанку моё нутро.

– Вы так любезны, детектив Берч, что согласились взяться за дело, – начал он, скрывая едкие нотки в голосе. В руках он сжимал кружку, которую с грохотом поставил на стол. На губах частично остался шоколад от надкусанного пончика. Стоило ли ему об этом сказать, но зачем лишать себя удовольствия. – Чем я могу помочь?

– Как вы знаете, мы прибыли сюда с напарником для оказания содействия в расследовании исчезновения Мишель Эттвуд. Девушка пропала девять дней назад и по моим сведеньям никаких поисковых работе не ведётся в направлении отыскать её.

Капитан тяжело вздохнул и вынул из нагрудного кармана пачку сигарет. Достав одну, он зажал её в губах и чиркнул спичкой. Я терпеливо ждала окончания прозаичного ритуала. Мне не привыкать видеть полицейских, которые пытаются вывести меня из равновесия, когда они начинают вести свою игру «кто здесь крутой коп.

– А я-то думал, таких небезразличных детективов совсем не осталось. Здесь, у меня в отделе убийств, одни оболтусы работают! Нет прежней хватки у молодежи. Поминаете? Чуйка отбита начисто! Все хотят побыстрее спустить дело на тормозах, да получить зарплату. У нас не так часто происходят зверские убийства или тяжелые преступления, детектив Берч. Это вам не Нью-Йорк! Обычно, ну, вы понимаете: мелкие семейные разборки, бытовое насилие, побои, всякое такого рода мелочи, – пробормотал капитан, выпуская струю дыма к потолку. Его взгляд остановился на мне.

– Прекрасно понимаю, капитан Харрис. Поэтому мы здесь, чтобы помочь разобраться в запутанном деле.

– Интересуетесь, значит, серьёзно этим расследованием?

– Да. Капитан Берти Уилсон, должен был связаться с вами и предупредить о нашем визите. Мы всего лишь хотим помочь вашему участку закрыть дело как можно скорее и найти девушку.

– Угу… Мы только «за», детектив Берч. С вашим-то послужным списком и опытом, не составит труда быстро его раскрыть. Лично я сразу согласился, когда старина Уилсон позвонил. Мы вместе учились в академии, а потом довелось служить в одном полицейском участке, пока я не переехал в Нью-Джерси. Тому минуло сто лет. Честно сказать, я завидую старине Берти, что он заполучил вас в свой отдел.

–Почему? – поинтересовался я, невольно заинтригованна.

– О, это ведь настоящая удача! – задорно воскликнул Харрис. – Замысел Берти, несомненно, приведет к существенному росту раскрываемости в Рочестере, а значит, и к увеличению жалования. Да-да, милочка, деньги – универсальный стимул.

– Деньги – не высшее благо, сэр, – возразила я, ощущая, как мои внутренние убеждения вступают в конфликт с его циничным прагматизмом.

– Ладно, детектив Берч, не стоит лукавить, – Харрис окинул меня быстрым, проницательным взглядом. – Всем известно, с какой головокружительной карьерой вы покинули убойный отдел Нью-Йоркской полиции. Не сомневаюсь, на то были веские причины. Однако это ничуть не умаляет вашего обширного опыта и безупречного профессионализма. Коп всегда остаётся копом, – он дружески кивнул, будто наши беседы касались самых обыденных вещей.

– Полагаю, вы правы в одном: в мегаполисе всё ощутимо иначе.

– Скучаете по-прежнему месту службы?

– Новое меня вполне устраивает.

Его взгляд метнулся ко мне, исполненный ледяного недоверия.

– Ваш послужной список впечатляет, а раскрываемость неизменно высока.

– К чему эти почести, капитан Харрис? – вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела его обдумать.

– Да к тому, детектив Берч, – его голос стал более напряженным, – что не дает мне покоя одна мысль: почему вы пропадали из поля зрения ровно год? Долго восстанавливались после очередного выматывающего дела? Возможно… Тогда столько шума подняли из-за Даниэля Паркера-Райта, отпрыска помощника сенатора. Какой же был кошмар! Уверен, вы сменили место жительства, перебравшись в тихий городок Рочестер по сугубо личным причинам. Не скрою, я пробил информацию через интернет, следовал профессиональной привычке. И вот, спустя год, вы внезапно возобновляете карьеру линейного детектива, а теперь оказываетесь здесь. Вы достигли определенных карьерных высот, были замужем за миллиардером, а теперь сидите в душной комнатке рядового капитана. Зачем, детектив? К чему вся эта маскарадная игра? Мечтаете занять моё место? Вам кто-то пообещал его взамен на раскрытие дела о Мишель Эттвуд? – его голос оставался ровным, но лицо с каждой минутой приобретало более багровый оттенок.

Признаться, услышанное повергло меня в состояние полного ошарашенного недоумения. Как такому пожилому человеку мог прийти в голову подобный абсурд? Неужели меня, на склоне лет, ждет нечто столь же нелепое?

– Капитан, сэр, прошу прощения, – постаралась я говорить максимально спокойно. – Видимо, мы начали не с того конца. Я не могу понять, почему мой приезд вызывает у вас столь сильные опасения? Как мне представляется, в самом начале нашего диалога я предельно ясно обозначила цель моего визита. Меня не интересует продвижение по службе или иные подобные преходящие блага. Я вполне удовлетворена своим нынешним положением линейного детектива в штате Рочестер. Мне и моему напарнику, Тому Флетчеру, необходимо получить ваше письменное разрешение для начала расследования дела Мишель Эттвуд. Только и всего.

Капитан Харрис задумчиво разглядывал меня, явно пытаясь понять, не является ли моё поведение какой-то хитроумной уловкой.

– Я понял, детектив Берч, что вы выступаете в роли посла доброй воли. Мне также известно, что последний год вы занимались частной сыскной деятельностью. И произошло это после того, как ваш бывший напарник Рей Макларен пострадал от нападения, а муж подвергся нападению серийного убийцы.

Я оставалась неподвижной. Харрис, после своих слов, проявил некую тактичность, по крайней мере, внешне выразив подобие смущения. Он понял, что сболтнул лишнего и заходит на недопустимую территорию.

– Прошу прощения, детектив, не хотел бередить старые раны. Слова вырывались сами собой. В конце концов, дело в том, что нам действительно требуется ваша помощь, детектив Берч. Понимаете, нам известно только то, что девушка пропала без вести. Она просто исчезла. Расследованием занимался детектив Роберт Мур. Мы не можем начать полномасштабную операцию из-за ограничений бюджета. Мои руки связаны. Вы должны понимать, как нелегко распределять бюджет, когда каждый год его урезают. У нас не хватает ни людей, ни средств, чтобы как следует организовать поиски.

– Ясно. Вы сразу даете понять, что не выделите нам поисковую группу?

– Именно. Смогу предоставить в ваше распоряжение пару офицеров. Новичков. Извините, я знаю это не то, что вы ожидали. Им тоже требуется практика. А когда они узнают, что их наставником станет Глория Берч, их радости не будет предела. Это всё, чем я могу помочь.

Да, такой исход был предсказуем, хотя я все равно испытала настоящий шок от условий, в которых нам с Томом предстояло работать.

– Что детективу Муру удалось выяснить?

– Собственно, ничего из того, чего вы не знаете. Родители Мишель заявили о пропаже дочери, на следующий день как она не появилась на работе. Они просто осаждали участок целые сутки, пока я не отправил детектива Мура для беседы с ними. У девушки был парень, он, кажется, недавно вернулся из-за границы. Его опросили. Парень совершенно потерял голову и постоянно осаждал наш отдел звонками.

– Верно. Крис Олдридж.

– Точно, точно… Опросили ближайшие магазинчики. Кассирша вспомнила, что в день исчезновения, около шести вечера, похожая по описанию девушка заходила за обычным набором продуктов. Камер наблюдения в том районе, к сожалению, нет. Да, ещё известно, что Мишель Эттвуд оставила подруге сообщение на автоответчик: мол, поехала к клиенту для подписания документов. Но вы, же понимаете, искать этого клиента – все равно, что искать иголку в стоге сена! Не нашлось ни одного человека, который мог бы сказать, что видел Мишель после того рокового вечера, – продолжил Харрис. – Прошло девять дней. Дело фактически закрыто. Мы взяли образцы ДНК у Криса, отца девушки, и её начальника Гордона Адамса, чтобы в случае обнаружения тела, сразу исключить их из списка потенциальных подозреваемых.