Агент алеф-класса

– И много тебе за него дали?

– Нет. – Цварг горестно вздохнул. – Сказали, что камни фальшивые, а серебро дёшево стоит. Я получил за него всего двадцать три кредита. Хватило на месяц съема койки в хостеле. Жаль, не знал тогда, что ночи такими холодными будут, приберёг бы деньги. – Он вновь поёжился.

Я молча достала из кармана сотню кредитов и протянула мальчику. Тот неверяще робко потянулся за наличностью и резко вырвал её из рук, всё ещё опасаясь, что я обману. Я же, не обращая внимания на то, каким жадным блеском загорелись глаза ребёнка, привалилась к флаеру, думая, что же теперь делать. Конечно, я могла бы попробовать забрать ребёнка к себе и средствами ЭСР отыскать его родителей. Но я слишком хорошо чувствовала настроение Мела и понимала, что он испугается моего предложения. И не надо быть пси-агентом, чтобы просчитать ситуацию наперёд: если заберу мальчика к себе домой силой, он использует первый удобный повод для побега. Здесь надо действовать тоньше… Хм-м…

Пока я думала, привалившись к гоночному флаеру, умный аэрокар считал биометрические данные и снял противоугонную защиту. Флаер приветливо моргнул фарами. Мел оторвался от пересчёта кредитов и удивлённо вскинул голову.

– Так это действительно ваш флаер?!

– Ну да, мой… я же говорила.

Мел стремительно побледнел, а я осознала свою ошибку. До сих пор он судил по одежде и считал меня кем-то вроде такого же бродяги-воришки, разве что более удачливого и, возможно, немного тронувшегося рассудком, а теперь осознал, что этот невероятно дорогой гоночный флаер принадлежит мне.

– Простите… – Мальчик попятился. – Я не хотел вас оскорбить или обокрасть. Извините, умоляю, меня уже здесь нет…

Мел развернулся и со всех ног бросился по переулку в сторону изнанки.

– Стой, Мел, я не в обиде! Я не буду вызывать Системную Полицию, ты всё не так понял…

Куда там! Оборванец только пуще припустил после моих слов. Я грязно выругалась, потому что у меня просто не было сил ловить мальчишку. И даже если я его догоню, он будет изо всех сил сопротивляться и брыкаться, а у меня ножевое ранение в плечо и ни единого успокоительного средства при себе. Всё это я осознала меньше чем за секунду. Резко стянула со своего запястья кожаный ремешок с двумя металлическими бусинами на концах, размахнулась и прицельно метнула в убегающего мальчишку. Цварг споткнулся и чуть не упал, так и не почувствовав, как тонкий ремешок крепко обмотал его правую лодыжку. Металлические бусины на миг столкнулись и вспыхнули голубым светом, активируя следящее устройство. Я довольно усмехнулась и села во флаер. Против обыкновения воспользовалась функцией автопилота, так как не хотела тревожить плечо. Чем быстрее срастётся рана, тем лучше, а погонять всегда успею.

Когда вошла в собственную квартиру, первой мыслью стало: «Меня ограбили». Выпотрошенная подушка, перевёрнутый диван, разбитый подоконник, дыра в стене в прихожей, пол усеян осколками стекла и пластика… Тут же метнулась к потайным шкафам и сейфу, но их загадочный некто не тронул. Только спустя несколько минут наткнулась на всё ещё переживающего робота-уборщика и вспомнила, что битьё стен, мебели и зеркал я устроила сама.

– Можешь убираться, но только так, чтобы я тебя не слышала, – разрешила машине, после чего устало стянула одежду, сходила в душ, нашла домашнюю аптечку и поменяла бинты на ране.

Заодно в который раз убедилась, что на мне всё зарастает куда быстрее, чем на чистокровных эльтонийках. Края раны уже тронула тонкая розовая плёночка. Когда легла спать, электронные часы показывали четвёртый час ночи.

Глава 7. Предательство

Проснулась рано. Ни к шварху не выспалась, но попробуй поспи, когда над самым ухом жужжит робот-уборщик и старательно тебя расталкивает.

– Да чтоб тебе заржаветь, глупый кусок железа! У меня сегодня отпуск! – в сердцах прокляла я робота, но протянутый коммуникатор взяла.

Я опрометчиво не вложила в лексикон своего робота такое слово, как «отпуск», а уничтожение вчерашнего коммуникатора в стакане с виски привело к тому, что активировался запасной браслет, про существование которого я уже давно забыла. Купила его как-то, пролётом остановившись на Тортуге, а по прибытии на Тур-Рин забросила поглубже в шкаф с многочисленным и разнообразным арсеналом агента алеф-класса.

Пилик-пилик.

– Кто там ещё в такую рань?! – произнесла я зло.

Как оказалось, на запасном коммуникаторе у меня ещё со вчерашнего дня возмущённо мигал целый десяток пропущенных звонков от Юзефа, одно сообщение со вложенным файлом от Элеоноры и входящий вызов с неизвестного номера.

– Принять вызов, отключить визуализацию образа с моей стороны.

Кажется, выключать собственную проекцию вошло уже в паршивую привычку.

– Доброе утро, прекрасная Лоллиатэ́ Киано, – раздался мурлыкающий голос Дмирта, а по центру комнаты зависла голубоватая дымка с лицом идеально выбритого и с иголочки одетого сына посла с Захрана.

– Доброе, – отозвалась я, с трудом скрывая раздражение.

Поставила коммуникатор на громкую связь и полезла в шкаф искать то, что надену на свидание с брюнетом. К слову, пока я спала, робот-уборщик уже успел прибраться в квартире.

– Надеюсь, вы ещё не завтракали? Я специально позвонил пораньше, рассчитывая застать вас голодной.

Скосила глаза на часы. «6:22». То-то я себя чувствую, будто меня гружёным транспортником переехало.

– Что вы, Дмирт, у меня была настолько бурная ночь, что об утреннем приёме пищи ещё даже и не думала, – едко ответила.

Каюсь, погорячилась. Но я, в конце концов, эльтонийка, мне можно. К тому же при моём напряжённом графике имеет смысл хотя бы слухи пустить о том, что у меня кто-то есть. Ещё немного, и Керрисон всерьёз обяжет меня пройти курс лечения у психологов.

Однако, к моему искреннему удивлению, брюнет даже бровью не повёл.

– Что ж, я рад. Тогда предлагаю встретиться в ресторане «Госпожа удача» ровно через час.

– У меня были другие планы на это утро, – ответила я, разглядывая две вешалки.

Синее платье или зелёная туника? В платье отличные вместительные карманы, куда влезет вся коллекция моих любимых подслушивающих устройств и следящих жучков, зато туника имеет глубокий вырез на груди, и в ней удобнее махать кулаками.

– Бросьте, Лоллиатэ́. Я всё-таки не последний человек на Захране и предлагаю вам всего лишь позавтракать в моей компании. Причём, заметьте, в людном месте.

Туника. Определённо туника.

– Дмирт, вам говорили, что вы очень настойчивы?

– У меня ваша половина выигрыша. Полторы тысячи кредитов.

– Договорились. Ресторан «Госпожа удача» через семьдесят две минуты. И учтите, я встречаюсь с вами исключительно из-за денег.

– Разумеется. – Невозмутимо кивнул мужчина, а уголки губ его проекции дрогнули в подобии улыбки. Он не поверил мне ни на грамм.

Голограмма потухла, а я задумчиво почесала нос. Хм-м… может ли это быть ловушкой? Вполне. Вот только Дмиртарион не дурак и не станет приглашать предположительную убийцу Шармэля Грецци в столь многолюдное кафе, как «Госпожа удача», а значит, дело в чём-то другом.

Нашла свои любимые ножи-звёздочки, полюбовалась в начищенном до блеска лезвии отражением родного лица. За ночь антибиотик полностью рассосал гиалоурановые импланты, отчего на душе чуточку потеплело.

Тщательно подготовилась к утренней встрече, вооружившись так, будто шла на задание, с которым может справиться лишь специальный агент, а не на свидание с симпатичным захухрей. Надела поверх узких штанов тунику по колено с двумя разрезами по бокам, чтобы легче было дотянуться до плазмомёта и парализующих гранат, и широкими рукавами, скрывающими запястья и мои любимые браслеты. Вставила в высокий пучок крест-накрест две крупные иглы с нейромедиатором. Подобрала полумаску в тон к тунике. Скрывать принадлежность к эльтонийской расе было бы бессмысленно, однако я не хотела, чтобы Дмирт увидел моё настоящее лицо. Последним штрихом сменила растоптанные кроссовки на элегантные сапожки на высокой танкетке. Всё-таки на свидание иду!

Когда запрыгнула на водительское сиденье через откидную крышу флаера, вспомнила о многочисленных звонках напарника.

– Контакт «Швархов гений». Вызов, – скомандовала я, заводя флаер.

– Ксана? – Голос Юзефа звучал встревоженно и немного надломлено.

Странно, полночи пила, дралась и моталась по Тур-Рину с раной в плече я, а голос сиплый у него.

– Да, она самая, – ответила немного ворчливо. – Юз, у меня от тебя пропущенных звонков как астероидов в поясе Юпитера…

– Кса-а-ана! – Напарник резко перебил меня. – Я уже… плохое подумал… Слава Вселенной, ты жива!

– А с чего это я должна быть мертва? Да, я, конечно, была очень недовольна тем, что меня отправили в отпуск, но не настолько, чтобы сводить счёты с жизнью…

– Я… я… Тут такое! – Юз задыхался от волнения.

Он также не включил проекцию, но по голосу было слышно, что таноржец невероятно сильно переживает.

– Вначале по головидению сообщили, что Шармэль Грецци внезапно скончался от тромбофилии, а ты, точнее Лоллиатэ́ Киано, последняя, кто общался с ним. Я писал тебе, потом звонил, но ты не отвечала… А затем руководство дало мне задание найти тебя любыми способами…

Внезапно напарник замолчал. Так-так-так, всё любопытнее и любопытнее. Чем глубже в космос, тем чернее дыры.

– А ты?..

– Я подсоединился к твоему комму, чтобы узнать геолокацию, но понял, что он уничтожен, – еле слышно произнёс Юзеф.

Отлично. Просто замечательно. Мой собственный напарник втайне от меня, оказывается, подселил жука в мой же коммуникатор!

– И как давно ты следишь за мной, Юз? Может, ещё и разговоры подслушиваешь? – спросила, резко подавая газу и выворачивая руль на сто восемьдесят градусов.

Жёлтый гоночный флаер прошел боком между двух гружёных каров, поднырнул под аэролимузин и встал на ребро, чирикнув дном стену монолитной высотки и высекая яркий сноп оранжево-алых искр.

– Ксана, что ты творишь?! Тебя же убьёт! – почти заорал напарник и внезапно замолк.

Я даже не стала озвучивать вопрос. В груди густой закипающей лавой разливалась едкая горечь обиды. Юзеф, Юзеф… как же много мы операций выполнили вместе… Я тебе доверяла, как никому в этом мире… И, оказывается, всё зря…

Напарник гулко сглотнул.

– Ксан, это не то, о чём ты думаешь. Честное галактическое, это не то…

– Юз, – устало прервала его. У меня не было ни времени, ни желания выслушивать его оправдания. Сейчас были проблемы серьёзнее, чем его предательство. – Почему ты решил, что я умерла?

– Я проверил жука в твоём коммуникаторе, он оказался уничтожен. Затем подключился онлайн к видеокамерам домашнего робота. – Я прикрыла веки, делая мысленную пометку, что как только вернусь в квартиру, выкину уборщика к шварховой матери. – …А там настоящий погром… диван в труху, несколько дыр в стенах! Как будто группе специального назначения дали задание схватить тебя живой или мёртвой. Ну и, наконец, когда попытался отследить твой флаер, он оказался припаркованным в непонятной глуши близ изнанки Тур-Рина. Очень долго там стоял, пока уличная шпана не попыталась его украсть…

Понятно. А решив, что я либо в плену, либо мертва, Юз уже больше не подсоединялся ни к роботу, ни к флаеру. Шумно выдохнула, собираясь с мыслями.

– Что там с пикси, которого я якобы убила? Патологоанатомы сделали заключение, когда и от чего он умер?

– Да, – тут же оживился тау-агент. – Умер как раз в то время, когда ты копировала информацию в серверной. Власти Тур-Рина официально объявили, что это смерть от естественной причины. Все подозрения с Лоллиатэ́ Киано сняты, и теперь с ней хотят поговорить исключительно как с ценным свидетелем. Но я смог пробраться в базу данных Системной Полиции Эльтона и посмотреть документы заключительной судмедэкспертизы. В крови Шармэля Грецци найдены следы присутствия дексоксатина. Это редкое вещество…

– …которое вызывает резкий спазм и сужение сосудов, – проговорила я севшим голосом.

– Да, верно, – удивился Юзеф. – Откуда ты знаешь?

– Да так, встречала это вещество в одном деле восемь лет назад. У меня тогда был другой напарник, поэтому ты не в курсе.

– А-а-а…

Юзеф несколько минут молчал, а я кружила вокруг «Госпожи удачи», обдумывая информацию от своего напарника. В принципе, логично, что Глэнда поручила ему найти меня, после того как выяснилось, что меня, точнее мою подставную личину, разыскивает Системная Полиция планеты. Здесь нет ничего подозрительного, скорее, было бы, наоборот, странным то, что меня никто не бросился искать. Юзеф, конечно, компьютерный гений, но далеко не алеф-агент. Он сделал совершенно неверные выводы из собранной информации. Возможно, мне это на руку. Если кто-то хотел подставить именно Ксандру Керроу, то он наверняка сейчас сделает неправильный ход, будучи уверенным, что она мертва.

– Юз, а ты уже сообщил Глэнде, что я жива?

– Да, конечно, от меня же информацию ещё со вчерашнего вечера требовали…

Шварх, такой козырь упущен!

– Слушай, а можешь в общей системе пока что мой статус не менять?

– В смысле?

– Оставь «пропала без вести», как стоит сейчас. Если кто-то захочет его поменять, сообщи мне незамедлительно. Ладно?

– Ладно… – Голос Юза прозвучал растерянно.

– А что насчёт видеокамер казино? Ты подключался к ним? Искал убийцу?

– Конечно, искал! За кого ты меня принимаешь?! – возмутился напарник, но почти сразу же сник. – Мы переиграли сами себя. Помнишь, ты просила как-то задержать охрану?

– Ну, и?

– И я не только свет, оказывается, выключил, но и питание у камер главного зала и вип-зоны… В общем, ничего. Совсем ничего.

Швархова задница! Вот тебе и агент тау-класса…

– Ксан…

– М-м-м?

– Ты меня простишь?

– За что именно?

– За… всё…

Я молчала, не зная, что ответить. До сих пор я доверяла ему свою спину. Мы вместе прошли и огонь, и воду, и чёрные дыры. Он понимал меня с полуслова, а я всегда полагалась на его глаза и уши. Если он говорил мне бежать, я бежала, если говорил стрелять – я стреляла даже вслепую. Однажды меня ослепила световая граната, и я трое бесконечных суток пересекала гнилые болота Пикса, ежесекундно рискуя стать жертвой оголодавших краммеров или увязнуть в обманчиво прозрачных водах. Весь мой мир на несколько десятков часов сократился до голоса Юзефа. Я знала его дыхание. Порой он не успевал мне что-то сказать, но по тому, как он задерживал воздух или шумно выдыхал, я определяла, что надо повернуться, резко уйти вбок от атакующего хищника или, наоборот, затаиться. Вселенная! Я доверяла Юзу как себе!… До этого дня.

В голову ядовитыми змеями полезли неприятные мысли о том, как часто он подключался к моему роботу, чтобы посмотреть его глазами на меня и на то, что я делаю. Как выхожу из душа, завёрнутая лишь в одно короткое полотенце. Как обнажённой сплю на кровати, подтягивая колени к животу и стараясь отогнать мысли о Святозаре. Как плачу в подушку после очередного разговора с Элеонорой. Как время от времени по душам общаюсь с Тором или Квином, которые нашли возможность выбраться на Тур-Рин. А ещё Юзеф следил, куда я езжу. Возможно, даже прослушивал мои разговоры.

Я всегда чувствовала, что за мной приглядывает ЭСР, и мирилась с политикой фоновой проверки организации. Если я начинала пускай и ничего не значащие отношения с кем-либо, руководство под микроскопом изучало жизнь этих людей, цваргов или пикси, чтобы убедиться, что это не секретный агент, втёршийся в близкий круг разведчика. Но даже Феликс делал это ненавязчиво, скорее, с позиции любящего отца, который присматривает за дочерью. Проверял отсутствие судимостей, штрафы, образование, какие-то общие сведения, но никогда не устраивал откровенную слежку. А вот то, что сделал Юзеф, было мерзко, отвратительно и гадко. Смогу ли я простить его? Возможно. Смогу ли вновь ему начать доверять? Боюсь, что уже нет.

– Юзеф, – я глубоко вздохнула, – чтобы завоевать доверие, нужны годы, для разочарования достаточно одного мига.

– Ах вот как… – Голос напарника резко изменился, став до боли едким и язвительным. – Я всё понял. Значит, как тебе нужна моя помощь, так сразу «Юз, помоги», «Юз, отключи камеры», «Юз сделай то, прикрой мою задницу, сыграй по-чёрному»… А как я признался тебе в своих чувствах, так ты обозвала меня сопливым зелёным юнцом!

Сглотнула твёрдый ком, внезапно образовавшийся в сухом горле. На тот момент, когда Юзеф стал моим напарником и мы успешно завершили несколько операций, я всё ещё собирала своё сердце по осколкам. Предательство Святозара действительно сильно подкосило меня. Я очень долго не могла поверить в то, что помимо меня у него, оказывается, уже давно были жена и ребёнок. Разум отказывался в это верить. Ведь мы строили планы на совместное будущее, он даже предлагал съехаться… Вся эта история вызывала во мне бурю противоречивых чувств с гнилым послевкусием. Святозар умудрился не просто обмануть меня и воспользоваться моим к нему доверием. Он одним махом перечеркнул всё, что было между нами, и заставил меня почувствовать себя последней паршивой дрянью, что чуть не увела мужа из семьи. Он заставил меня почувствовать себя чистокровной эльтонийкой. Вот что было действительно горько.

В то время мне было не до отношений. Совершенно. Сослаться на разницу в возрасте – первое, что пришло в голову, когда прежде молчаливый агент Таурецки внезапно решил, что влюблён в свою напарницу.

– Юзеф, не передёргивай мои слова. Я всегда была против служебных отношений и никогда этого не скрывала. Кому, как не тебе, это прекрасно знать? К тому же тебе всего двадцать семь, а мне уже шестьдесят пять…

– Да плевать я на это хотел! – взвился агент Таурецки. – Эльтонийки в принципе живут в два с лишним раза дольше людей, если нормировать возраст на среднюю продолжительность жизни, то мы ровесники! И вообще, я частично эльтониец!

О-о-ох… Умом я понимала, что была для Юзефа самым близким человеком. А уж после того, как он узнал, что его собственная мать не умерла, а просто отказалась от него потому, что он родился мальчиком, таноржец и вовсе сузил круг своего общения практически до одной-единственной меня.

– Я не хочу сейчас об этом говорить. К тому же это не сетевой разговор.

– Не время и не место, – печально согласился Юз. – И почему с тобой всегда так, Ксана?

В голосе того, кого до сегодняшнего дня я считала своим другом, сквозила боль. Я молчала, не зная, что на это ответить. Вопрос был риторическим. Я уже давно и много раз сказала Юзефу, что воспринимаю его исключительно как высококлассного профессионала и коллегу. Возможно, если бы он и в будущем так же прикрывал мою спину и всегда во всём молчаливо поддерживал, не требуя ничего в ответ, в какой-то момент я бы и согласилась на отношения, но сегодня моё доверие к нему было безвозвратно утеряно.

– Формально ты ушла в отпуск, а после и вовсе стала «без вести пропавшей». Но если я могу тебе чем-то помочь… – робко произнёс таноржец.

Склонный к анализу разум взвесил все «за» и «против». Чисто по-человечески хотелось назло напарнику сбросить вызов и больше не разговаривать с ним, но…

– Можешь. Необходимо как можно скорее подготовить дипломатические документы о неприкосновенности на капсулу для главного космопорта планеты. Документы я тебе сейчас перешлю. И ещё поднять инфосеть полугодовой давности и проверить, не пропадал ли на Тур-Рине мальчик из богатой семьи цваргов. Примерно двенадцать лет. Зовут предположительно Мел, но я думаю, что он соврал. Также имеет смысл перепроверить все ломбарды на предмет браслета из платины или белого золота с чёрными бриллиантами. Вещь крайне дорогая, так что у нас есть шанс, что украшение за это время никто не выкупил. Если найдешь, то скинь мне адрес ломбарда.

– Хорошо, всё сделаю. Но, Ксана, если по мальчику и браслету мне понятно, почему ты просишь сделать это меня, то оформить документы на капсулу по твоим каналам будет гораздо быстрее и проще…

– Проще, – вздохнула я. – Но времени нет совсем.

– Как это? Ты же в отпуске…

Пришлось сознаться.

– У меня через семь минут встреча с Дмиртарионом Ралльхардом.

– Что?! Кса-а-ана, умоляю, только не говори, что ты идёшь на встречу с этим… этим…

– Одним из влиятельнейших людей на Захране? – подсказала я.

– Ты хотя бы понимаешь, что это ловушка?! Лоллиатэ́ Киано ищет Системная Полиция Тур-Рина! Ты вообще в курсе, сколько кредитов назначили за твою голову?!

– Ты мне рассказываешь, что это ловушка? – невесело хмыкнула. – Если меньше пятнадцати тысяч, то будет действительно обидно.

– Одиннадцать, – сквозь зубы процедил напарник.

– За угон единственного спасательного челнока с гнилых болот Пикса за мою шкуру назначили все двадцать пять. – Тяжело вздохнула. – И ничего, как-то прорвалась.

– Ксана, пожалуйста, не ходи туда! – взвыл Юзеф. – Где назначена встреча? А, что я спрашиваю, флаер показывает, что ты стоишь на месте… Только не говори, что это «Госпожа удача», оттуда же не выбраться! Это капкан!

– Мне пора, Юз. Конец связи.

Глава 8. «Госпожа удача»

Ресторан «Госпожа удача» был одним из самых неординарных мест на Тур-Рине, благодаря тому, что располагался на сто тридцать третьем этаже башни головидения. Современный дизайн помещения, атмосферная музыка, качественная миттарская кухня, но главное – захватывающий вид с высоты птичьего полёта.

Когда я вошла в зал «Госпожи удачи», то даже слегка удивилась тому, что так много столиков оказалось занято. Всё-таки раннее утро, а Тур-Рин – планета развлечений, здесь не принято завтракать до полудня. Интересно, как много среди присутствующих людей Дмиртариона? Протискиваясь между двумя столиками, намеренно толкнула гуманоида, читавшего электронную книгу, но на меня даже не обернулись.

Хм-м… Определённо, больше, чем может показаться.

Дмирт ждал за самым крайним столом. Высокий черноволосый мужчина в безупречном деловом костюме с пронзительными глазами цвета морской волны. Я безотчётно тронула край полумаски, как только он поднял голову и посмотрел на меня в упор. Чем ближе я подходила, тем больше подмечала деталей, на которые не обратила внимания при первой нашей встрече. Или это сын посла так изменился всего за сутки? То же лицо, та же одежда, но совершенно иная мимика и жесты. Если позапрошлой ночью Лоллиатэ́ Киано следила за Шармэлем Грецци, используя захухрю исключительно как алиби, то сейчас, готовая к любой неожиданности, Ксандра Керроу полностью сосредоточилась на мужчине, что не побоялся пригласить на завтрак убийцу.

Дмирт вальяжно развалился в удобном кресле, во взгляде сплетались уверенность в собственных силах и непоколебимое спокойствие. Щиколотка правой ноги небрежно лежала на левом колене. Весь вид мужчины излучал безмятежность притаившегося хищника.

«Похоже, он решил, что птичка уже попалась, и больше не считает нужным строить из себя восторженного папиного мальчика, впервые дорвавшегося до азартных игр и внимания чистокровной эльтонийки. Что ж, так и занесём в дело: виртуозно умеет притворяться и мастерски примеряет на себя чужие маски», – хмыкнула я про себя, мысленно стараясь подбодрить. Всё-таки Юзеф был прав, выбраться из этого капкана будет очень сложно.

– Доброе утро, Дмирт, – сдержанно поздоровалась, усаживаясь в противоположное кресло. – Красивый вид.

Что ни говори, а брюнет забронировал один из лучших столиков в ресторане.

– Доброе утро, Лоллиатэ́. Да, действительно, вид красивый. – Взгляд мужчины демонстративно задержался на моём глубоком вырезе. – И цвет туники вам очень идёт.

Я громко фыркнула, показывая, что не поведусь на льстивые комплименты. Несмотря на кондиционированный воздух, ладони слегка вспотели.

– Итак, Дмиртарион, я пришла.

– Я заметил. – Он кивнул и жестом подозвал официанта. – Что будете?

– Чёрный кофе. – Я даже не стала смотреть в интерактивное меню. А смысл? Я пришла сюда по делу.

– Два кофе, пожалуйста, – неторопливо сделал заказ Дмирт и, дождавшись, когда расторопный официант убежит с планшетом, протянул мне свой коммуникатор. – Введите ваш счёт, и полторы тысячи кредитов тут же поступят на него.

Я вскинула бровь. Оригинально. Взяла протянутое устройство, убедилась, что это протокол самого крупного Межгалактического Банка, перевернула коммуникатор и кивнула, обнаружив зеленый светодиод шифрованного канала. Ввела все тридцать две цифры своего запасного счёта на память. Протянула браслет мужчине. Дмирт несколько секунд смотрел на меня с нечитаемым выражением лица, а затем забрал устройство, вскользь коснувшись моих пальцев. Я вздрогнула, то ли от того, какими обжигающе горячими они были, то ли от внезапного уведомления собственного коммуникатора.

– И… зачем всё это? – спросила тихо, к стыду услышав, что голос мне всё-таки изменил.

– Что именно? – Дмирт сделал вид, будто не понимает, о чём идёт речь.