![Юмористические академки](/covers_330/69121261.jpg)
Полная версия
Юмористические академки
– Или что? – подмигнул Нейт и двинулся навстречу.
– Еще раз пощекочешь? – с надеждой уточнил Дэйн, сокращая дистанцию.
Я поняла, что пятиться бесполезно, нестись куда глаза глядят – тоже бессмысленно. Танны, как хищники: увидят бегство и на инстинктах припустят сильнее. Тем более что глаза мужчин горели таким восхищением… от которого ноги сами собой несутся вперед.
Так… что делать… что делать…
Меня разрывали противоречивые эмоции, и все больше разгорался азарт, появлялась непривычная, детская непосредственность, что толкала на забавы, которые взрослая, серьезная Ната никогда в жизни себе не позволила бы.
Я постаралась создать множество мелких кусочков огня и швырнула пылающий град таннам наперерез.
Мужчины слегка притормозили, избавляясь от огневушек, как от назойливых мух в лесу. А когда закончили, я попыталась предупредить как можно более серьезно:
– Мы не сможем тренироваться, если я буду отстреливаться огнем, а вы наступать. Давайте все же установим минимальную дистанцию?
Мужчины переглянулись почти без неприязни друг к другу.
Нейт пожал плечами, Дэйн отмахнулся и великодушно согласился:
– Ладно. Два шага подойдет?
Я смерила верзил внимательным взглядом. Два их шага казались вполне внушительной дистанцией. Но на всякий случай уточнила:
– Только ваши два шага, не мои!
Нейт кивнул, Дэйн поддакнул, и танны почти бесшумно приблизились.
И хотя нас разделило обещанное расстояние, я почти осязаемо чувствовала их: возбужденных, мощных самцов. Наверное, так ощущает себя самка в период гона.
– Значит, так, – начал Нейт, разговаривая то с моей грудью, то с бедрами. – Чтобы правильно прицелиться, следует…
И дальше последовали тренировки. Если честно, я пожалела, что вообще на них согласилась – гоняли меня так, словно планировали подготовить к работе в спецназе, а заодно – в ОМОНе и спецслужбах. Танны по мелочам не разменивались. Пока у меня не начали выходить шаровые молнии и снайперски сбивать с их голов другие, такие же, меня заставляли «рожать» одну за другой и учиться целиться. Пока я не навострилась закрываться плотным щитом, в меня швыряли то куски огня, то молнии, а то просто камни. Таннам было все равно, чем таранить бедного ластика. Главное, чтобы научился уклоняться, обороняться и отбиваться. Они твердили это часа четыре, пока не выжали меня как лимон. И, что самое удивительное, к концу первой тренировки я освоила почти все трюки. Озверела и созрела для мести.
Когда мужчины удовлетворенно ударили по рукам, я создала четыре молнии, с десяток кусков пламени, подхватила несколько камней с земли и раскалила их добела. Все раздобытое и сконструированное богатство полетело в таннов, а я моментально накрылась спасительным куполом. Чистый омлис превратился в странную вязкую субстанцию – она гасила пламя, нейтрализовала электричество, а тяжелые предметы просто отражала, отправляя назад, откуда прилетели.
Танны мастерски защищались от атак. Но рассвирепевшая женщина может и армию вывести из строя. В итоге каждый получил камнем по скуле, голове и пятой точке – отвлеклись, тушили огонь и уклонялись от молний. Я, конечно, предполагала, что мужчинам понравится, уже видела и даже не один раз, но не думала, что настолько.
Нейт радостно потер синяк на щеке, Дэйн заморгал вторым подбитым глазом, и мужчины стремительно подскочили ко мне. Я порадовалась, что щит ограждает от таннов, и расстроилась, что он развеется через несколько минут.
Как только это случилось, я оказалась зажатой между двумя мощными телами.
– Тебе надо перекусить, – сообщил Нейт.
– И передохнуть, – добавил Дэйн.
Но я уже достаточно поднаторела в схватках с таннами, даже если те подавались под хитрым соусом обучения, помощи и защиты. Юркнула между внушительными торсами, вдавила кнопку браслета и телепортировалась в столовую.
Фуф. После такого фееричного отпуска нужны не каникулы – поездка в реабилитационный центр.
Меня окутали приятные запахи, немного приводя в себя и внушая надежду ткнуть таннам вилкой в какое-нибудь чувствительное место, если вздумают преследовать.
Воображение разыгралось не на шутку вместе с аппетитом. Ага, вон маринованные оливки, как любят на земных «югах» – огромные, почти как сливы. Такой запустишь в глаз – и глаз долой. А вот острые салаты: морковный, смешанный, с баклажанами и помидорками, мясной и с морепродуктами. Хрясть таким по лицу – и глубокий пилинг гарантирован. Фруктовые кислоты рядом не стояли. Горячие блинчики можно надеть как маску: для увлажнения кожи и заодно от наглости. А вот тушеное мясо с пряными специями и картошкой не дам – сама буду есть, пока эти танны отмываются от остального. Еще возьму ананас и манго. Иномирные фрукты трогать не стану – мало ли. Я еще ни разу не пробовала ни баттуни – похожие на яблоки и апельсины вместе взятые, ни ярсты – небольшие фрукты, больше смахивающие на ягоды черники. Говорят, они слаще меда. После яблока во сне прикасаться к фруктам из других измерений совсем не тянуло.
Я набрала поднос. Зеленый салат упоительно пах свежими огурцами, фрукты – сладостью и кислинкой, гуляш – сытным мясом и терпкими специями. Чайник свежезаваренного черного чая – видимо, специально для земных гостей, – и можно за столик.
Отдыхающие уже собирались к обеду. Стоило поторопиться. Не любила я трапезничать, когда вокруг муравейник, переполненный туристами. Влюбленные парочки кормят друг друга «с рук». Я сразу думала – а мыли они эти руки с мылом? Дети бегают вокруг сплошной кричаще-радостной массой. Томные девушки самозабвенно строят глазки одиноким мужчинам и уплетают блюда втрое больше, чем иной танн. Семейные пары изощряются в «ласковых» эпитетах и взглядах – острых как кинжалы, напоминают – почему я так не хочу замуж.
Пока лишь треть столиков в столовой была занята гостями. В основном – одиночками вроде меня и дружескими компаниями. Разведенками, что одним взглядом способны убить мужчину еще на подлете, веселыми ребятами, которые планируют быстренько закидать еду до упора в желудок и снова нырнуть в бассейн топориками. Степенными женщинами и мужчинами, что сбежали как раз от домашнего уюта и любимых родственников и хотят только тишины, спокойствия и уединения.
Мы нашли друг друга. Хотя и ненадолго… Увы, мой нынешний отпуск радикально отличался от предыдущих. Хотя бы тем, что отдыхать не приходилось совершенно.
Большую часть времени я присутствовала в театре двух брутальных актеров, которые выкаблучивались на славу. Стоп! Почему я сочла поведение таннов наигранным? Эти пассажи в стиле «Мы недалекие громилы. Знаем-знаем, для чего нужна голова. Чтобы носить шапку и ею есть»…
Ладно, подумаю об этом после трапезы.
Глава 2
Я давно уяснила: если тебе кажется, что ничего хуже случиться не может, судьба обязательно развенчает миф. Нельзя человеку сомневаться в способностях высших сил. Они могут… и хуже, и больше.
И вот я расслабилась, смаковала салат, когда сзади послышался шорох. Прежде чем успела обернуться, за мой одинокий столик приземлился колдун. Его аура выглядела очень занимательной. Сильная, яркая, как неоновая лампочка, она не говорила – кричала о способностях к боевой магии. И кроме ауры, я ничего толком разглядеть не смогла. Нет, на первый взгляд жилистый сетт представлялся ярким и весьма примечательным.
Чего только стоила его «гавайская рубашка» – желтая с голубыми и сиреневыми пятнами, которые перемежались с зелеными. Огромные, на все лицо черные очки казались фасетчатыми стрекозьими глазами. Усы скрывали губы почти полностью, а их «унылые» кончики спускались до самого подбородка. Эдакое чудо-юдо в стиле гавайского оркестра. Оранжевые брюки и синие ботинки дополняли картину. Но присмотревшись к незнакомцу, я поняла: невозможно даже приблизительно угадать ни его возраст, ни черты лица. Надень колдун еще и шляпу – я бы и расу не определила.
Мужчина подпер голову рукой, и я зацепила взглядом шрам на запястье, отметила его про себя, как единственную примету. Широкий, с зазубринами неровных краев, он говорил о недавней магической потасовке.
Ну хоть что-то… и на том спасибо.
Мужчина не заметил направления моего внимания. Эмоции его выглядели не менее занимательно, чем фееричный прикид. Всего понемногу: страха и паники, воодушевления и отчаяния, агрессии и дружелюбия. Дикая смесь и непонятная.
– Ната, у меня к вам деловое предложение! Дело, если позволите. – Кажется, незнакомец рассусоливать не любил – сходу брал быка за рога.
– Эм… – только и смогла выдавить я.
Во-первых, сказывалась привычка вначале знакомиться с разными существами и лишь затем иметь или не иметь с ними дело.
Во-вторых, я не имела понятия – с кем столкнулась, а он называл по имени, да еще так панибратски, словно мы родственники. Не Наташа, не Наталья, не Танная, как любили говорить эйли из нашей академии.
В-третьих, официально я отдыхала и не собиралась заниматься никакими делами.
И в-четвертых – после тренировки с варварами на присутствие за своим столом чужаков я реагировала нервно. Тем более парень явно боевой маг. Мало ли. Тоже захочет проверить ластика на скорость реакции, боеготовность, сноровку.
Незнакомец выдержал театральную паузу и, заметив, что я не планирую нарушать его монолог, продолжил:
– Мы, как бы это вам сказать… Нелегальные продавцы энергии эмоций. Ничем не отличаемся от вас! Также забираем чужие эмоции, переводим их в омлис и раздаем страждущим. Прошу заметить – за весьма скромное вознаграждение.
Я только кивнула, осознав, к чему он клонит, и мысленно отблагодарила таннов. Если что, шандарахну гада шаровой молнией, добавлю расплавленный кусок металла – несколько вилок, ложек, ножей вполне подойдут для такого дела – и зашлифую ударом тока.
– Так вот, – продолжал между тем незнакомец, даже не подозревая, какие тучи сгущаются над его головой, вернее, над рожками. – Мы очень и очень хотели бы, чтобы никто нас не нашел. Вернее, не нашел то место, где мы скрываемся. А вам, как назло, поручили обратное. Так вот. Предлагаю заключить сделку. Мы платим вам весомое вознаграждение. Поверьте, это не ваша жалкая стипендия! Сможете еще четыре отпуска отгулять – и то не потратите. А вы делаете вид, что ничего не находите – куда бы вас не завело расследование. Ну как вам? По-моему, даже очень выгодно.
– Я вот думаю – сразу вам отказать или вначале ткнуть вилкой в глаз! – фыркнула я. Ну не сдержалась, с кем не бывает?
Незнакомец оценил русский сарказм и женскую непосредственность – криво усмехнулся.
– Меня предупреждали о вашем… хм… чувстве юмора…
Я создала в руке шаровую молнию и поиграла ей, рассматривая оранжевый шарик. Незнакомец выпрямился, полыхнул во все стороны удивлением, страхом и чем-то еще – я не поняла – и стремительно удалился прочь.
Я выдохнула и залпом выпила бокал вина. Откуда он только взялся на моем столике? Я же только чай приносила и… увидела таннов. Охраннички сели по сторонам и спросили почти хором:
– Ты в порядке?
Я попыталась найти взглядом гавайского музыкантишку, но того и след простыл. Танны выдержали паузу, позволив свыкнуться с мыслью, что опять нахожусь в их чудесном обществе, и Нейт опередил Дэйна с вопросом:
– Чего случилось-то?
Я округлила глаза. Нет, ну ладно, предположим, они просто соскучились, не наигрались в вышибалы с ластиком, используя вместо мяча шаровые молнии. Но если не видели пестрого незнакомца, откуда поняли, что у меня неприятности?
Танны переглянулись, почти одинаково пожали плечами, и Нейт снова высказался раньше Дэйна.
– Пф-ф… Какие ж мы охранники, если не будем чувствовать объект охраны? У нас и пара заклятий имеется. Как только пугаешься, они сигнализируют. Мы, правда, думали – тебя опять атакуют полчища пауков… в лице одного насекомого… Но тут, видимо, что-то поинтереснее… Рассказывай!
Танны одинаково поставили локти на стол, подперли головы ладонями и уставились… на мою грудь. Нет, иногда они смотрели в лицо, но затем сразу же отвлекались на мои прелести.
Э-эх! Самцы, что с них возьмешь-то? Я вдруг поймала себя на мысли, что с мужчинами сразу стало гораздо спокойнее. Даже мысли потекли быстрее, а главное – четче. Сразу закрутились в голове вопросы. Откуда преступники обо мне прослышали? Откуда знают меня в лицо? Да еще и про чувство юмора в курсе. Так-с… Боюсь, в академии течь…
Танны, выслушав мой сбивчивый рассказ, сразу пришли к такому же выводу. Нейт нахмурился и сложил руки на столе, Дэйн посуровел, но продолжал подпирать голову ладонями.
– Боюсь, тебе не стоит ходить тут одной. На экскурсии уже записалась? Какие планы на пляжный отдых?
Я недовольно покосилась на Нейта – он сразу брал быка за рога и совсем не так, как мне хотелось бы. В душе еще теплилась надежда, что танны бросятся разыскивать «крысу», оставив бедного ластика отдыхать в тишине и покое. Отчасти я понимала, что надежда вряд ли оправдается, мало того, в нынешних обстоятельствах она вряд ли оправдана. Но мечтать-то не вредно… Даже полезно… Порой. Смотря, конечно, о чем.
Мужчины переглянулись со странным видом, словно молчаливо переговаривались, и Дэйн добавил:
– Придется тебя и ночью охранять!
На пару минут варвары неуловимо изменились: лица их обрели выражение задумчивости, несколько резких знаков друг другу я не поняла, но охранники продолжили «диалог». Я наблюдала, и опять не верилось, что эти громилы такие уж недалекие. Чудилось – у них и язык-то разработан, и жесты, и даже скрытые знаки. Танны просто неустанно придуриваются, делают вид, что не слишком высокого ума, чтобы преступники подошли поближе. Не испугались, совершили ошибку. Видели, что мои охранники – великаны, варвары с недюжинной силой и магией, но надеялись обойти их хотя бы хитростью.
Вот даже не знаю, почему так подумалось. Только в следующую секунду меня отвлекли. Как обычно, очень по-варварски.
Два сальных взгляда недвусмысленно прошлись по груди. Слава богу, все остальное скрывал столик. Складывалось ощущение, что танны планировали охранять исключительно мой бюст, до остального тела им дела не было. Хотя я отлично понимала: бедра и ноги варвары тоже не собирались давать в обиду. Ну а остальное… это уж как придется. Слишком редко они заглядывали в лицо и глаза ластика, чтобы не пропустить какой-нибудь финт со стороны преступников.
Я молчала, судорожно соображая, что ответить. Ночевать в одном номере с озабоченными охранниками не улыбалось совершенно. Нет, мне становилось гораздо спокойнее, когда сладкая парочка громил появлялась на горизонте. Но они и днем раздевали меня взглядами почище, чем южный зной белых туристов с севера. Что же будет, окажись эти двое в одной со мной спальне?
Я покосилась на Нейта – не знаю уж почему, но к нему мое воображение и мысли обращались первыми. Возможно, сказывалось первенство знакомства. Не хотелось думать, что сердце ластика, истосковавшись по сильному плечу в академии, где полтора мужчины и две трети юноши, дрогнуло от дикого обаяния варвара. Хотя стыдиться мне, думаю, нечего.
Такую гору мышц редко встретишь в любом из миров. А к горе прилагались еще шикарные белокурые волосы, глаза удивительного серо-голубого оттенка, красивые черты лица, в меру аккуратные и мужественные, чувство юмора и способность появляться везде, где только понадобился. От такого сочетания у любой голова пойдет кругом. Дэйн ни в чем не уступал напарнику. Но почему-то мне меньше хотелось с ним общаться и обмениваться странными взглядами. Мы с Нейтом частенько это делали. Смотрели друг на друга долго, непрерывно и глупо улыбались. Ну прямо как в моей любимой кладовой энергии эмоций – доме для умалишенных. Только там у подобных парочек имеется справка и полное право чудить, как захочется. В нашем же случае выглядело странно.
Мой недолгий ступор танны приняли за согласие. Впрочем, они принимали за согласие все: резкий отказ, решительное «нет», молчание, возмущение, категорическое неприятие предложения. В любом случае, охранники считали, что в душе, где-то очень глубоко, я полностью с ними солидарна. Просто пока не дошла: умом, сердцем или чем-то еще. Не поняла собственных желаний и суждений.
Даже не представляю, что потребовалось бы сотворить, чтобы танны всерьез осознали мое несогласие. Боюсь, даже шаровую молнию в глаз они восприняли бы как откровенное заигрывание.
Это тебе не преступник, который вилки испугался, а от шаровой молнии вообще сбежал куда подальше. Танны от меня такими штуковинами и в пятую точку, и в голову получали. И только азартнее преследовали. Думали – нарочно подзадориваю.
– Хорошо, что не возражаешь! – обрадовался Нейт.
– Ты нас даже не заметишь! – вторил ему Дэйн.
– Ну да, слона-то я и не заметила. Особенно когда он с приятелем поселился в моем номере, – вырвалось у меня помимо воли.
Охранники не обиделись – расхохотались почти одновременно, да так, что бокалы с вином зазвенели и закачались.
Танны остановили их, и Нейт всучил мне прозрачный сосуд, полный терпкого сухого красного.
– Выпей. Полегчает, – посоветовал Нейт.
– Сразу энтузиазма прибавится! – поддержал его Дэйн.
– А откуда на моем столике вино? – уточнила я, сраженная внезапным приступом недоверия. Ну а вдруг гаваец оставил? Да еще напиток с каким-то уникальным эффектом. Например, лишающий силы или, наоборот, такой, после которого эмоции лезут из всех щелей, штурмуют и заставляют забиться под лавку.
– Это мы принесли! – утешил Нейт.
– Ты выглядела слишком напряженной, – дополнил Дэйн.
Снова передо мной был театр двух актеров, причем таланты явно спорили за внимание публики, пытаясь перетянуть одеяло на себя.
– Я просто боялся, что ты наткнулась на муху в обеденном зале. И теперь срочно требуется успокоительное, – сел на любимого конька Нейт. – А заодно сильный и крупный мужчина, чтобы усмирить ужасное насекомое…
Кажется, он до конца жизни будет припоминать мне злосчастное происшествие с пауком! Ой… Я воззрилась на бокал и сама себя одернула. Какой жизни? Закончим расследование – и разбежимся кто куда.
Вот только почему-то от этой мысли веселее не стало. Наоборот – захотелось вздохнуть и посетовать на судьбу. Видимо, я пристрастилась к обществу громилы. Или громил? Нет, сейчас разбираться совсем не хотелось. Куда интереснее казалось выяснить – где планируют устроиться танны. Номер у меня немаленький, но комната ведь всего одна.
– У меня только одно помещение! – зачем-то сообщила я охранникам непреложную истину.
– Ты можешь смело переодеваться и принимать душ в нашем присутствии! – Глаза Нейта так сверкнули, что мне стало совсем не по себе. Смелость для описанных действий в присутствии танна определенно потребуется. А еще способность быстро убегать и, вероятно, отбиваться. Почему-то варвар, что сверкал глазами и оценивал мою грудь, выглядел слишком опасным зрителем для такого театра нудизма. Не говоря уже о Дэйне – его предположение вдохновило не меньше. Танны жарко задышали и залились румянцем.
М-да… Лучше уж раздеваться в присутствии горилл. Те хотя бы могут принять за другой вид животных и не позариться.
– Нет уж! – выпалила я. – Будете спать на балконе! Охранники вы или как? Должны стоически переносить легкий дискомфорт. Тем более что окна можно и закрыть.
Танны переглянулись, и Нейт спросил:
– То есть, по-твоему, спать в одной комнате с одинокой, красивой и сексуальной женщиной – не дискомфорт? Или не легкий? Для нормального мужика-то с нормальными потребностями?
Дэйн поддакнул с таким видом, словно сам мечтал все это мне высказать.
– Тем более вам стоит присмотреться к балкону, – без особой надежды на успех промямлила я.
Танны опять обменялись удивленными взглядами, и Нейт усмехнулся:
– А чего не в ванной в таком случае? Или в спальных мешках, что болтаются за окнами? Нет уж! Мы должны находиться рядом. И даже не переживай. Дискомфорт мы испытаем. Возможно, даже не легкий, а самый тяжелый. Хотя – тут уж кого как одарила природа.
Взгляд Нейта скользнул по брюкам: вначале по собственным, а затем и напарника. Наверное, чтобы я не усомнилась в намеке.
Я мазнула взглядом по стакану, в котором искрилось на солнце красное вино, и вдруг подумала. А почему бы и нет? Немного снотворного, капелька дружелюбия – и два сопящих слона в моем номере. А сам ластик преспокойненько раздевается, принимает душ и делает свои дела хоть голышом. Вот только угадать бы с дозой! Тут даже аптека где-то неподалеку, если верить электронному путеводителю…
Я покосилась на Нейта, Дэйн хмыкнул вместе с напарником, и танны почти хором поспешили развеять мои надежды. Как пепел по ветру: безвозвратно.
– Даже не думай про снотворное! На нас не действуют подобные препараты. Ни снотворное, ни обезболивающие. Особенности расы, – поспешил «обрадовать» Нейт.
– В таком случае можете спать где угодно. За окном в мешке, на коврике за дверью! Только не в моем номере! – выпалила я так, что половина столовой обернулась в нашу сторону.
И далеко не лучшая половина. В основном мужчины, чьи рубашки, расстегнутые на брутально-волосатой груди или зазывно торчащем животе, явно говорили о некоторой озабоченности.
Нейт и Дэйн тоже заметили ажиотаж вокруг наших выяснений отношений, но их это лишь позабавило. Нейт усмехнулся, сверкнул лихорадочным взглядом, поздоровался им с моей грудью, встал, поднялся и сообщил присутствующим:
– Продолжайте обедать. Мы сами выясним, кто спит с девушкой, а кто за дверью!
Дэйн недовольно засопел и что-то фыркнул под нос. Нейт сделал вид, что даже не заметил, сел и выдал:
– Ладно уж, успокойся. Расположимся в спальниках, за дверью. Где наша не пропадала? Так ведь у вас на Земле говаривают про тех, кто постоянно попадает в неприятности? После этого, видимо, они рассказывают о своих злоключениях? Мы тоже тебе утром доложим. А если заползет паук, нападет и попытается убить – визжи, как и в прошлый раз. Даже если не успеем на помощь, насекомое сметет звуковой волной.
Я выдохнула и выпила почти весь бокал вина.
– Других шуток в вашу деревню не завезли? – вскинула бровь и покосилась на Нейта.
– Ну почему же! – не растерялся громила. – Я просто решил тебя медленно приучать к своему чувству юмора. Постепенно. Вот немного пообщаемся, и ты еще пожалеешь о том, что больше не шучу по поводу насекомых. – Танн многозначительно скользнул взглядом по моему телу, своему, будто указывал направление будущих шуток.
Я даже не нашлась, что сказать. Язвительные замечания Нейт парировал, как Илья Муромец удары шпагой, постоянно принимая ее за проволоку. Но вмешались посторонние силы. И надо сказать, еще никогда я не была так этому рада.
Ставристка Вышла рассекала по столовой, как ледокол по лазурному Красному морю, едва не снося все на своем пути. Казалось удивительным, как преподша умудрялась лавировать между столиками при ее-то размерах, скорости, а главное – бесцеремонности в обращении со всеми и вся. Коллегами, студентами и даже вещами.
Пара зашатавшихся столиков, стул, что завис в воздухе на одной ножке, нагло опровергая законы физики, несколько спугнутых с насиженных мест туристов – бедолаги запрыгали по залу с подносами в руках – и Вышла уже возле нашего столика.
Нейт только приподнял бровь, Дэйн оглянулся. Вышла отодвинула себе стул с таким звуком, словно пыталась соскрести тонкий слой пола, и устроилась напротив меня. Охранники придвинулись, будто защищали от мощной ставристки. Ага, они ее не знают. Забавно!
Рядом с таннами Вышла впервые, наверное, выглядела женственно. Ее широкие плечи, сильные руки и мускулистые ноги не шли ни в какое сравнение с фигурами титанов-охранников. Но, кажется, ставристку это не слишком порадовало.
Оделась Вышла примерно как на занятия: в черные брюки и тонкую футболку. Ни первые, ни вторая бугры мышц не скрывали, скорее – подчеркивали. М-да… Веселенькая у нас получилась компания. Словно и не покидала родную академию. Опять преподы, опять загадки, опять работа с эмоциями. Хоть море есть. Можно уплыть в неведомые дали, подальше от этого безумия. На худой конец – утопиться.
– Привет. Меня прислали в качестве подкрепления, – ставристка сказала это настолько радостно, словно сообщала о выигрыше в лотерею с призом в миллион долларов, не меньше.
Танны переглянулись и хором выпалили:
– Не нужно нам никакое подкрепление! Мы и без вас неплохо справлялись.
Вышла усмехнулась, подмигнула мне и произнесла, игнорируя обиженных в лучших чувствах альфа-самцов:
– Мой номер рядом с твоим. Между ними даже есть проход – через лоджию. В академии течь. Течь уже устранили, физически и вплоть до полного уничтожения.
Последние слова она говорила примерно как томные девы тринадцатого века, что рассказывали о подвигах рыцарей в собственную честь.
– Но преступники знают о тебе. Была идея заменить тебя другим ластиком.
На этих словах танны дернулись и приосанились: грудь колесом, глаза навыкате. Того и гляди бросятся в драку. Идея замены подопечной явно не пришлась им по душе. Видимо, испугались, что над другим ластиком так измываться не получится – даст сдачи. Возможно, даже не один раз.